Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 30 июня 2021 года Дело N 33-5392/2021

от 30 июня 2021 года по делу N 33-5392/2021 (N 2-87/2021)

Уникальный идентификатор дела: 91RS0022-01-2020-001960-57

Судья в 1-й инстанции О.А. Микитюк

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:
председательствующего судьи

И.А. Харченко

судей

А.В. Пономаренко

Ю.М. Корсаковой

при секретаре судебного заседания

В.Ю. Мусийчук


рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Симферополе по докладу судьи И.А. Харченко гражданское дело по иску Прохиной Маргариты Борисовны к Марфутину Сергею Владимировичу, Никифоровой Юлии Леонидовне, третье лицо - САО "РЕССО-ГАРАНТИЯ", о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, и судебных расходов,

по апелляционным жалобам представителя Прохиной Маргариты Борисовны - ФИО2, на решение Феодосийского городского суда Республики Крым от 12 января 2021 года и дополнительное решение Феодосийского городского суда Республики Крым от 10 марта 2021 года, которым в удовлетворении требований отказано,-

установила:

29 июня 2020 года Прохина Маргарита Борисовна обратилась в суд с исковым заявлением к Марфутину Сергею Владимировичу, Никифоровой Юлии Леонидовне о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, и судебных расходов.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ года в 15 часов на 6 км. +800 м. автодороги Таврида Керчь-Феодосия-Симферополь произошло ДТП с участием автомобилей марки "<данные изъяты>" регистрационный N N, принадлежащего Прохиной М.Б. и находящегося под её управлением, а также, автомобиля марки "<данные изъяты>, регистрационный N N, под управлением Марфутина С.В., принадлежащий на праве собственности Никифоровой Ю.Л. Прохина М.Б. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статье 12.14 КоАП РФ и подвергнута административному взысканию в виде штрафа в сумме 500 руб. Водитель Марфутин С.В. также нарушил ПДД РФ, а именно: пункт 10.1 ЦДЦ РФ, однако, в возбуждении административного дела в отношении него отказано в связи с отсутствием ответственности за данное нарушение. Ответственность перед третьими лицами была застрахована истцом в САО "Рессо Гарантия", а ответственность ответчика застрахована не была. В результате ДТП, автомобиль истца был повреждён, стоимость восстановительного ремонта составила 256 000 руб. Ответчики в добровольно порядке ущерб не возместили в связи с чем, истец просила взыскать в её пользу с ответчика материальный ущерб в размере 128 000 руб., расходы на проведение экспертного исследования в размере 5 000 руб., расходы, связанные с оказанием юридической помощи в размере 15 000 руб., стоимость услуг связанных с оплатой заключения специалиста в размере 30 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 760,00 руб.

Решением Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении иска отказано.

Дополнительным решением Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ взысканы с Прохиной Маргариты Борисовны в пользу АНО "Крымский республиканский центр "Судебная экспертиза" расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 35 000 руб.

Не согласившись с таким решением Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительным решением Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, представитель Прохиной Маргариты Борисовны - ФИО2, подала апелляционную жалобу, в которой, ссылаясь на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение норм материального и процессуального права просила решение Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительное решение Феодосийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ - отменить.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в том числе публично, путём размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Верховного Суда Республики Крым.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца Прохиной М.Б. - ФИО2 просила решение суда первой инстанции отменить по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, принять новое решение, которые заявленные истцом исковые требования удовлетворить полностью.

Иные лица в судебное заседание не явились, явку своих уполномоченных представителей не обеспечили, об уважительности причин отсутствия суду не довели, ходатайств об отложении слушания по делу не подали. При изложенных обстоятельствах, с учетом положений статей 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть данное дело при имеющейся явке.

Заслушав доклад судьи Харченко И.А., проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, признав возможным рассмотрение дела при имеющейся явке, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 2 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Оспариваемый судебный акт указанным требованиям соответствует.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (часть 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу указанной нормы права, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Таким образом, в предмет доказывания по делу входит не только установление обстоятельств противоправного поведения ответчика, но и причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступившими неблагоприятными последствиями.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 час на 6 км. +800 м. автодороги Таврида Керчь-Феодосия-Симферополь произошло ДТП с участием автомобиля марки "<данные изъяты>", регистрационный N N, под управлением Прохиной М.Б. и находящегося в её собственности (лист дела 69), а также с участием автомобиля марки "<данные изъяты> (далее по тексту - <данные изъяты>) регистрационный N, под управлением Марфутина Сергея Владимировича, принадлежащий на праве собственности Никифоровой Ю.Л. (том 1 лист дела 114).

Прохина М.Б. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного части 1 статьи 12.14 КоАП РФ и подвергнута административному взысканию в виде штрафа в сумме 500 руб., что подтверждается данными постановления от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 лист дела 71 оборот).

Марфутин С.В. нарушил ПДД РФ, а именно: пункт 10.1 ПДД РФ, однако, в возбуждении административного дела отказано в связи с отсутствием ответственности за данное нарушение, что также подтверждается данными определения от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 лист дела 71).

Ответственность Прохиной М.Б. застрахована в САО "Рессо Гарантия", что подтверждается данными страхового полиса серии МММ N (том 1 лист дела 73). Ответственность Марфутина С.В. не была застрахована в соответствии с требованиями Федерального закона об ОСАГО.

В результате ДТП, автомобиль истца был поврежден, стоимость восстановительного ремонта составила 256 000 руб., что подтверждается данными заключения специалиста ООО "Автосфера" от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 лист дела 7-68).

Из материалов дела также усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП Никифоровой Ю.Л. и ФИО10 заключен бессрочный трудовой договор N, согласно которому Марфутин С.В. с ДД.ММ.ГГГГ принят на должность водителя (том 1 листы дела 158-161).

На основании приказа N от ДД.ММ.ГГГГ Марфутин С.В. уволен с занимаемой должности на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (том 1 лист дела 163).

Судом первой инстанции по делу была назначена и проведена судебная комплексная автотехническая и автотовароведческая экспертиза, из заключения которой (N от ДД.ММ.ГГГГ) усматривается, что в условиях данного происшествия величина минимальной скорости движения автомобиля марки <данные изъяты>", при зафиксированной на схеме к протоколу осмотра места ДТП длине следа торможения, определяется равной около 65.0 км/ч. Полученное значение скорости является минимальным, поскольку в расчетах не учитывались затраты кинетической энергии, израсходованной на деформацию деталей и узлов автомобиля, а также перемещение автомобиля от места окончания следа торможения до полной остановки.

Решить вопрос о наличии либо отсутствии технической возможности у водителя автомобиля "<данные изъяты> Марфутина С.В. предотвратить данное происшествие, в рамках настоящего заключения не представилось возможным в связи с отсутствием данных о моменте возникновения опасности, времени длящейся опасности и скорости движения автомобиля в момент возникновения опасности, однако, такие данные эксперту не предоставлены.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки "<данные изъяты>", государственный номер N, Марфутин С.В. с целью обеспечения безопасности дорожного движения должен был руководствоваться требованиями части 2 пункта 10.1 ПДД РФ, согласно которым при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В рассматриваемой дорожно-транспортного ситуации водитель автомобиля марки "<данные изъяты>", государственный номер N, Прохина М.Б. с целью обеспечения безопасности дорожного движения должна была руководствоваться требованиями части 1 пункта 8.1, части 2 пункта 8.2, пункта 8.7, части 2 пункта 8.8 ПДД РФ, согласно которым:

часть 1 п. 8.1. Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения,

часть 2 п. 8.2. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности,

п. 8.7. Если транспортное средство из-за своих габаритов или по другим причинам не может выполнить поворот с соблюдением требований пункта 8.5 Правил, допускается отступать от них при условии обеспечения безопасности движения и если это не создаст помех другим транспортным средствам,

часть 2 п. 8.8. Если при развороте вне перекрестка ширина проезжей части недостаточна для выполнения маневра из крайнего левого положения допускается производить от правого края проезжей части (с правой обочины), При этом водитель должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам.

Решить вопрос о соответствии либо несоответствии действий водителя автомобиля марки "<данные изъяты>", государственный номер N, Марфутина С.В. требованиям части 2 п. 10.1 ПДЦ РФ в рамках настоящего заключения не представилось возможным.

Сумма восстановительного ремонта автомобиля марки "<данные изъяты>", государственный номер N, без учёта износа запасных частей, на ДД.ММ.ГГГГ составляет 183 800 рублей, с учётом износа запасных частей на ДД.ММ.ГГГГ составляет 162 900 рублей.

Кроме того, в заключении экспертизы указано, что согласно терминологии, определенной в пункте 1.2 ПДЦ РФ "Опасность для движения" - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении - и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно- транспортного происшествия.

В экспертной практике под термином "Помеха для движения" понимается - препятствие, которое вынуждает водителя, пользующего правом беспрепятственного проезда, снижать скорость, останавливаться. К "Помехам" относятся, в том числе движущиеся транспортные средства, водители которых не пользуются преимущественным правом проезда.

Анализируя данную ситуацию, эксперт указал, что водитель автомобиля марки "<данные изъяты>" Прохина М.Б. своими действиями вынуждала водителя автомобиля марки "<данные изъяты>", снижать скорость своего движения, что следует из самого факта торможения и столкновения. Следовательно, эти её действия, с технической точки зрения, не соответствовали требованиям части 1 пункта 8.1, пункту 8.7 и части 2 пункта 8.8 ПДЦ РФ.

Водитель транспортного средства, следующего прямо по своей полосе в разрешенном направлении без изменения движения, имеет преимущество перед маневрирующим на его полосу транспортным средством. В данной дорожной обстановке при возникновении опасности для движения водитель автомобиля марки "<данные изъяты>" должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Другими словами, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки "<данные изъяты>", государственный номер N Марфутин С.В., с целью обеспечения безопасности дорожного движения, должен был руководствоваться требованиями части 2 пункта 10.1 ПДД РФ, согласно которым, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В экспертной практике решение вопроса о технической возможности у водителя транспортного средства, имеющего преимущественное право на проезд, в общем случае проводится сравнением величины остановочного пути данного транспортного средства с величиной его удаления от места столкновения в момент возникновения опасности. При этом эксперт должен располагать сведениями, характеризующими момент возникновения опасности для движения и время длящейся опасности, а также, данными о фактической скорости движения автомобиля в момент возникновения опасности.

Эксперт указал, что поскольку подача водителем автомобиля марки "<данные изъяты>" сигнала указателя поворота не даёт ему преимущество перед автомобилем марки "<данные изъяты>", то возникновение опасности для движения последнего, с технической точки зрения, представляется с момента начала маневра разворота автомобиля марки "<данные изъяты>" влево.

Для ответа на поставленный перед экспертами вопрос о наличии технической возможности у водителя транспортного средства автомобиля марки "<данные изъяты>" предотвратить дорожно-транспортное происшествие, путем применения экстренного торможения, при возникновении опасности для движения на расстоянии 10 метров и скорости движения автомобиля 90 км/ч, эксперт определилвеличину остановочного пути данного автомобиля при движении со скоростью 90 км/ч.

В данных дорожных условиях величина остановочного пути автомобиля "<данные изъяты>" при скорости его движения равной 90 км/ч определяется равной около 90 м.

Как известно, перед столкновением водитель автомобиля марки "<данные изъяты>" применил торможение в момент, воспринимаемый им самостоятельно как опасный, и какое-то расстояние двигался с заблокированными колесами до места контакта с автомобилем марки "<данные изъяты>", о чем свидетельствуют зафиксированные на схеме следы шин автомобиля марки "<данные изъяты>".

Первая часть приведённой в экспертизе формулы составляет расстояние, преодолеваемое транспортным средством за время, необходимое водителю на приведение в действие тормозной системы и определяется равной около 37.5 м.

Таким образом, с момента, когда водитель автомобиля марки "<данные изъяты>" начал реагировать на опасность, и до начала отображения на проезжей части следов шин автомобиля, последний при скорости движения 90.0 км/ч преодолел бы расстояние не менее 37.5 м. Данный факт, в свою очередь, ставит в рамки технической несостоятельности возникновение опасности для движения на расстоянии 10 метров.

Как видно из представленной иллюстрации, автомобилю марки "<данные изъяты>", с учётом его технических характеристик, для того, чтобы оказаться в месте столкновения, в момент начала выполнения разворота с учётом минимального радиуса поворота, необходимо было находиться в границах полосы разгона.

Следовательно, показания водителя Прохиной М.Б. относительно того, что перед столкновением маневра, она перестроилась и двигалась по основной полосе, с технической точки зрения являются несостоятельными. В свою очередь показания водителя Марфутина С.В., относительно того, что перед началом выполнения разворота автомобиль марки "Хендэ Солярис" стоял на крайней правой полосе (понимается полоса разгона) с включенным левым указателем поворота, не лишены технической состоятельности.