Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 19 мая 2021 года Дело N 33-4722/2021

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Лозового С.В.,

судей Беляевской О.Я., Романовой Л.В.,

при секретаре судебного заседания Мусийчук В.Ю.,

с участием прокурора Шалевой М.В.,

истца Максименко Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Лозового С.В.

гражданское дело по иску Максименко Елены Викторовны к Бахмачу Алексею Викторовичу о взыскании морального вреда, компенсации на погребение,

по апелляционной жалобе Максименко Елены Викторовны на решение Алуштинского городского суда Республики Крым от 17 февраля 2021 года, которым постановлено:

"Иск Максименко Елены Викторовны к Бахмач Алексею Викторовичу о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации на погребение - удовлетворить частично.

Взыскать с Бахмач Алексея Викторовича в пользу Максименко Елены Викторовны компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей, расходы на погребение в сумме 45800 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в сумме 1874 рубля, а всего взыскать 147674 (сто сорок семь тысяч шестьсот семьдесят четыре) рубля.

В остальной части иска - отказать",

установила:

Максименко Е.В. обратилась в суд с иском к Бахмачу А.В., в котором просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1000000 руб., расходы на погребение в размере 45800 руб.

В обоснование иска истец указала, что 05.10.2017, примерно в 19 часов 15 минуты, водитель Бахмач А.В., управляя автомобилем на автодороге в направлении <адрес>, совершил наезд на ФИО8 В результате дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО8 были причинены телесные повреждения, от которых 19.11.2017 он скончался.

Истец приходится родной сестрой погибшему. Указывает, что в связи со смертью брата она понесла расходы на погребение в размере 45800 руб., а также ей был причинен моральный вред, связанный с нравственными страданиями и переживаниями, которые вызваны потерей брата. Размер причиненного ей морального вреда оценивает в 1000000 руб.

В судебном заседании суда первой инстанции истец и ее представитель просили иск удовлетворить по изложенным в нем основаниям.

Ответчик и его представитель возражали против удовлетворения заявленных истцом требований.

Прокурор полагал, что иск подлежит удовлетворению.

Судом постановлено приведенное выше решение.

Не согласившись с решением суда в части размера взысканного морального вреда, истец подала апелляционную жалобу, в которой, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, просит решение суда в обжалуемой части отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении иска в полном объеме.

По мнению апеллянта, суд не учел, что со смертью брата она лишилась его поддержки, испытала глубокие нравственные страдания, поскольку проживала с ним совместно в одной квартире, вела общее хозяйство, брат помогал истцу в воспитании дочери.

По мнению истца, она имеет право на компенсацию морального вреда в большем размере, чем взыскал суд первой инстанции.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец просила удовлетворить апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам.

Прокурор полагал, что размер взысканного судом первой инстанции компенсации морального вреда подлежит увеличению, поскольку погибший был единственным родственником истца.

Извещенный о времени и месте рассмотрения дела в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ ответчик в суд апелляционной инстанции не явился, о причинах неявки суду не сообщил, об отложении рассмотрения дела не просил.

Исходя из приведенных обстоятельств и руководствуясь нормами ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие неявившегося ответчика.

Проверив материалы дела, выслушав пояснения истца, заключение прокурора, обсудив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы уголовного дела N, поскольку к гражданскому делу приобщены незаверенные копии доказательств из уголовного дела, на основании которых был принят обжалуемый судебный акт, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Поскольку решение суда первой инстанции обжалуется истцом только в части размера компенсации морального вреда, оснований для проверки судебного решения в полном объеме у судебной коллегии не имеется.

Согласно части 1 статьи 195 ГПК Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Из существа разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 23 от 19 декабря 2003 года "О судебном решении" следует, что решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или права (часть 2 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Решение суда первой инстанции в обжалуемой части не в полной мере соответствует вышеизложенным требованиям.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что 05.10.2017, примерно в 19 часов 15 минуты, водитель Бахмач А.В., управляя автомобилем "<данные изъяты>", регистрационный знак <данные изъяты>, двигаясь на участке 05 км 200 м автодороги с <данные изъяты> со стороны <адрес> в направлении <адрес> совершил наезд на ФИО8, который пересекал проезжую часть слева направо по ходу движения автомобиля. В результате дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО8 причинены телесные повреждения. После чего, 19.11.2017 находясь в Ливадийской городской больнице, от полученных телесных повреждений ФИО8 скончался.

Постановлением от 26.07.2018 Максименко Е.В. признана потерпевшим по указанному уголовному делу как родная сестра погибшего.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы N смерть ФИО8 наступила в результате тупой сочетанной травмы тела в виде <данные изъяты> Все описанные повреждения могли быть получены гр. ФИО8 в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 05.10.2017 и относятся в соответствия с пп. 6.1.16, 6.1,21, 6,11.6 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека (утв. Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. N 194н) к телесным повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью, как опасный для жизни человека.

В соответствии с выводами, изложенными в заключении эксперта N, достоверных судебно-медицинских методик, позволяющих по повреждениям на теле потерпевшего точно установить скорость движения транспортного средства в момент его столкновения с пешеходом не существует. Известно, что при скорости движения автомобиля 45-55 км/час переломы длинных трубчатых костей происходят по деформации и изгиба. При скорости движения свыше 55 км/час механизм перелома костей нижних конечностей происходит но типу "сдвига" или "среза". В связи с тем, что смерть потерпевшего наступила спустя 42 дня после ДТП и в результате репарационных процессов произошло видоизменение повреждений (в том числе и консолидация перелома бедренной кости), установить характер деформации кости и механизм перелома - не представляется возможным. В настоящее время никаких судебно-медицинских данных, на основании которых возможно установление скорости движения автомобиля в момент дорожно-транспортного происшествия, нет.

В заключении эксперта от 01.10.2018 отражены следующие выводы:

1. Место наезда на пешехода ФИО8 автомобилем "<данные изъяты>", находилось на правой полосе проезжей части в направлении движения данного автомобиля, перед началом осыпи осколков. Более точно определить расположение места наезда на пешехода относительно границ проезжей части не представляется возможным, в связи с недостаточной информативностью признаков, зафиксированных в предоставленных материалах дела.

2. В данной дорожной обстановке, водитель автомобиля "<данные изъяты>", регистрационный знак <данные изъяты>, Бахмач А.В. с целью обеспечения безопасности дорожного движения должен был действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 ПДД РФ.

3. При заданных на исследование исходных данных, водитель автомобиля "<данные изъяты>", Бахмач А.В., в данной дорожной ситуации, не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения своевременного торможения, с момента возникновения опасности для движения, при избранной им скорости движения.

По причинам, изложенным в исследовательской части, исследование технической возможности водителя Бахмач А.В. предотвратить наезд на пешехода при допустимой для данных дорожных условий скорости движения автомобиля "<данные изъяты>", не проводилось.

4. В действиях водителя Бахмач А.В. не усматриваются несоответствия требованиям ПДД РФ, которые могли бы находиться в причинной связи с возникновением дорожно-транспортного происшествия.

Постановлением от 18.12.2018 уголовное дело N, возбужденное 26.10.2018 по ч. 3 ст. 264 УК РФ о нарушении правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности причинение смерти человека, прекращено, в связи с отсутствием признаков состава преступления.

В силу статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, независимо от наличия вины, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Установив, что смерть пешехода ФИО8 наступила в результате наезда на него источника повышенной опасности, которым управлял ответчик, а также то, что истец приходится погибшему единственным родственником, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что на ответчике Бахмач А.В., как на владельце автомобиля, лежит обязанность по возмещению вреда в пользу истца.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с размером взысканной судом первой инстанции компенсации морального вреда по следующим основаниям.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Приведенным нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, правовой позиции Европейского Суда по правам человека обжалуемое судебное решение в части размера компенсации морального вреда не отвечает.

Как следует из показаний свидетеля ФИО9, она знакома с истцом с раннего детства, после смерти матери у Максименко Е.В. из близких родственников остался только брат. Потерю брата истец переживала очень сложно, испытывала сильный стресс.

Свидетель ФИО10, пояснила, что знает Максименко Е.В. и ее семью около 10 лет. Брат был ее близким человеком, они часто общались, поддерживали друг друга. После произошедшего дорожно-транспортного происшествия истец испытывала сильные страдания и переживания.

Судебная коллегия полагает, что при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции не в полной мере учтены степень и характер страданий истца с учетом фактических обстоятельств дела, а также ее индивидуальных особенностей, а именно: что истец с погибшим братом проживал одной семьей, других близких родственников у нее не было. Страдания истца связаны с невосполнимой утратой близкого для нее человека.

Таким образом, по мнению судебной коллегии, решение суда первой инстанции, которым взыскана компенсация морального вреда в явно заниженном размере, нельзя признать обоснованным и справедливым, поскольку оно не соответствуют целям законодательства, предусматривающего возмещение вреда в подобных случаях.

Также судебная коллегия, полагая, что исковые требования Максименко Е.В. не подлежат удовлетворению в полном объеме, учитывает, что в соответствии с п. 2 ст. 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

В соответствии с абзацем 3 пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Из материалов уголовного дела N, возбужденного по факту произошедшего 05.10.2017 ДТП, следует, что погибший ФИО8 переходил проезжую часть в темное время суток, в неосвещенном и неположенном месте, т.е. в месте, которое не относится к таким, в которых выход на проезжую часть пешехода для водителя должен быть явно ожидаемым.

При определении размера компенсации морального вреда, судебная коллегия, с учетом вышеприведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1, исходит из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств дела, степени вины ответчика, обстоятельств ДТП, поведения погибшего ФИО8, принципа разумности и соразмерности и полагает справедливым определить ее размер 300000 руб.

Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия принимает характер нравственных страданий и переживаний Максименко Е.В. вследствие смерти единственного родственника, полагает, что преждевременная смерть ее брата, безусловно, свидетельствует о причинении существенного морального вреда, выразившегося в глубоких и тяжелых нравственных страданиях Максименко Е.В., поскольку смерть близкого человека является невосполнимой утратой и горем для нее, которые нелегко пережить и с которыми трудно смириться, при осознании того, что со смертью брата необратимо нарушена целостность семьи, семейные связи, относящиеся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения, вынужденность изменения обычного образа жизни из-за смерти близкого человека.

При таких обстоятельствах решение суда в части взыскания размера компенсации морального вреда подлежит изменению, что влечет также изменение решения суда в части указания общей суммы взыскания.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Алуштинского городского суда Республики Крым от 17 февраля 2021 года в части взыскания с Бахмача Алексея Викторовича в пользу Максименко Елены Викторовны морального вреда изменить, увеличив сумму компенсации морального вреда до 300000 руб., определив общую сумму взыскания 347674 руб.

В остальной части решение Алуштинского городского суда Республики Крым от 17 февраля 2021 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Максименко Елены Викторовны без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка