От 17 июня 2021 года №22-1664/2021

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 17 июня 2021 года Дело N 22-1664/2021
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым в составе:
председательствующего судьи Редько Г.В.,
при секретаре Пасека Д.В.,
с участием прокурора Туробовой А.С.,
заявителя ФИО1,
защитника-адвоката Манакова К.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы заявителя ФИО1 на постановление Киевского районного суда г.Симферополя Республики Крым от 29 апреля 2021 года, которым разрешено производство обыска в жилище ФИО1,
проверив представленные материалы, заслушав мнение участников процесса,
УСТАНОВИЛА:
Постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 29 апреля 2021 года удовлетворено ходатайство старшего следователя СО по Киевскому району г. Симферополя ГСУ СК России по Республике Крым и г. Севастополю Смирновой Е.А. о получении разрешения на производство обыска в жилище ФИО1 по адресу: <адрес>.
Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить, указав, что информация, полученная из системного блока компьютера адвоката, который изъят с нарушением действующего законодательства, является недопустимым доказательством. Кроме того, просит обязать возвратить изъятые предметы, в том виде, в котором они были изъяты.
Указывает, что суд не принял во внимание, что производство обыска предполагается в помещении, которое не принадлежит ему на каком - либо праве, владельцами являются ФИО6 и члены его семьи.
Кроме того, суд не учел, что в соответствии с п.8 ч.1 ст.447 УПК РФ, адвокаты относятся к категории лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам.
Считает, что суд ограничился изложением ходатайства следователя, не указав самостоятельную мотивировку принятого решения.
Отмечает, что суд не обосновал проведение закрытого судебного заседания.
Указывает, что полномочным лицом для обращения с ходатайством о проведении обыска в его жилище должен быть только руководитель СК Республики Крым.
Обращает внимание, что судом проигнорированы положения ст.450.1 УПК РФ, в постановлении не указаны нормы, суд на них не ссылался.
Апеллянт указывает, что в ходе обыска был изъят системный блок компьютера, который не имеет отношения к предмету расследования уголовного дела, при этом содержит информацию, составляющую адвокатскую <данные изъяты>, в том числе конфиденциальную информацию его доверителей
Полагает, что изложенное привело к нарушению его профессиональных прав как адвоката.
В дополнительной апелляционной жалобе ФИО1 просит постановление суда отменить, в удовлетворении ходатайства следователя отказать.
Указывает, что вопреки требованиям уголовно-процессуального закона (ч. 4 ст. 7, ч. 2 ст. 450.1. УПК РФ), правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека, удовлетворяя ходатайство следователя Смирновой Е.А., содержащее формулировку об изъятии, помимо документов, послуживших основанием для возможного незаконного документирования паспортом гражданина РФ ФИО7. также иных документов, черновых записей, электронных носителей, предметов, имеющих значение для уголовного дела, а также предметов и документов иной противоправной деятельности ФИО1 по иным фактам, то есть фактически без ограничений, суд, ссылаясь только на ст.ст. 165, 182 УПК РФ, не применил специальную норму, содержащуюся в ч. 2 ст. 450.1 УПК РФ, поскольку, в своём решении не указал сведений о конкретных отыскиваемых объектах (помимо тех, которые связаны с его дочерью ФИО7), на получение которых направлен санкционированный обыск. Суд фактически разрешив данное следственное действие без каких-либо ограничений, на усмотрение следователя, что повлекло за собой необоснованное изъятие 30.04.2021 года в ходе обыска жилища адвоката ФИО1, используемого им для своей профессиональной деятельности, принадлежащего ему системного блока компьютера, содержащего информацию, относящуюся к адвокатской <данные изъяты> в отношении его доверителей, которая не имеет отношения к предмету расследования уголовного дела, в рамках которого санкционирован обыск.
Более того, отмечает, что изъятие вышеуказанного системного блока компьютера, фактически привело к невозможности осуществления им адвокатской деятельности из-за отсутствия доступа к изъятой информации.
Считает, что дополнительные гарантии независимости адвоката, как специального субъекта уголовного судопроизводства, к которому применима особая процедура разрешения проведения обыска исключительно с указанием конкретных отыскиваемых объектов, судом проигнорированы.
Обращает внимание, что отсутствие в резолютивной части оспариваемого судебного акта перечня отыскиваемых объектов, не позволило надлежащим образом обеспечить профессиональную <данные изъяты> представителю адвокатской палаты, как независимому наблюдателю, который, участвуя в санкционированном судом обыске 30.04.2021 года в служебном помещении адвоката ФИО1, в отсутствие такого перечня, по объективным причинам не смог полноценно реализовать возложенную на него законом функцию, и с достоверностью определить непосредственные объекты отыскания, а, следовательно, самостоятельно и независимо от оперативных сотрудников отделить их от иных объектов с тем, чтобы обыск не привёл к получению информации о тех предметах и сведениях, составляющих адвокатскую <данные изъяты>, которые не имеют прямого отношения к расследуемому делу.
Отмечает, что по факту отсутствия перечня отыскиваемых предметов и изъятия предмета, содержащего адвокатскую <данные изъяты>, не относящегося к предмету расследования уголовного дела, им внесены письменные замечания в протокол обыска от 30.04.2021 года.
Изучив представленные материалы, доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Согласно ст. 182 УПК РФ основанием производства обыска является наличие достаточных данных полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела.
Согласно ч.3 ст. 182 УПК РФ обыск в жилище производится на основании судебного решения, принимаемого в порядке ст. 165 УПК РФ, которая регламентирует порядок получения судебного решения на производство следственных действий, связанных с ограничением конституционных прав граждан.
Разрешая ходатайство о производстве следственного действия, судья обязан в каждом случае наряду с проверкой соблюдения требований уголовно-процессуального закона, предъявляемых к порядку возбуждения ходатайства, проверить наличие фактических обстоятельств, служащих основанием для производства указанного в ходатайстве следственного действия (например, при рассмотрении ходатайства о производстве обыска в жилище убедиться в том, что в материалах уголовного дела имеются достаточные данные полагать, что в указанном жилище могут находиться орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела).
В соответствии с ч. 3 ст. 8 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускается только на основании судебного решения.
В силу ч. 2 ст. 450.1 УПК РФ в постановлении судьи о разрешении производства обыска, осмотра и (или) выемки в отношении адвоката указываются данные, служащие основанием для производства указанных следственных действий, а также конкретные отыскиваемые объекты.
Приведенные выше нормы уголовно-процессуального закона судом при принятии решения соблюдены.
Как следует из материала, что 28.04.2021 года руководитель ГСУ СК РФ по Республике Крым и г. Севастополю, рассмотрев сообщение о преступлении - рапорт старшего следователя СО по Киевскому отделу г. Симферополя ГСУ СК РФ по Республике Крым и г. Севастополю Смирновой Е.А., возбудил уголовное дело в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст.291 УК РФ.
Уголовное дело направлено и.о. руководителя следственного отдела по Киевскому району г. Симферополя ГСУ для поручения производства предварительного следствия следователю или нескольким следователям.
Согласно представленного в судебном заседании прокурором постановления от 28 апреля 2021 года, расследование уголовного дела поручено старшему следователю следственного отдела по Киевскому району г. Симферополя ГСУ СК РФ по Республике Крым и г. Севастополю Смирновой Е.А., и принято ею к своему производству.
29.04.2021 г. старший следователь следственного отдела по Киевскому отделу г. Симферополя ГСУ СК РФ по Республике Крым и г. Севастополю Смирнова Е.А. обратилась в Киевский районный суд г. Симферополя Республики Крым с ходатайство о возбуждении перед судом ходатайства о производстве обыска в жилище ФИО1.
Согласно рапорта старшего оперуполномоченного по ОВД ОРЧ СБ МВД по Республике Крым Романенко Р.И., следует, что сотрудниками ОВД ОРЧ СБ МВД по Республике Крым осуществляется сопровождение уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО1, по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.291 УК РФ. В ходе сопровождения им поступила информация о том, что ФИО1 занимался подготовкой и оформлением документов, представленных ФИО7 при трудоустройстве в ОВД, а также ими установлено, что ФИО1 фактически проживает по адресу: <адрес>.
Как видно из представленных материалов, у следствия имелись достаточные данные полагать, что по месту фактического жительства ФИО1 могут находиться предметы и документы, имеющие доказательное значение по уголовному делу, в пределах которого подано ходатайство.
Оснований сомневаться в достоверности представленных следственным органом сведений на данной стадии уголовного судопроизводства у суда не имелось, и суд обоснованно согласился с наличием оснований для проведения обыска в рамках расследуемого уголовного дела.
Вопреки доводам автора апелляционной жалобы, нарушений процедуры рассмотрения постановления следователя о возбуждении перед судом ходатайства о производстве обыска в жилище судом первой инстанции не допущено. Ходатайство подано в рамках возбужденного уголовного дела в отношении адвоката, следователем, в производстве которого находилось уголовное дело, с согласия заместителя руководителя вышеуказанного следственного органа, рассмотрено судом по месту производства следственного действия, в установленный законом срок, в соответствии с требованиями ст. 450.1 УПК РФ.
Довод ФИО1 о том, что полномочным лицом для обращения с ходатайством о проведении обыска в его жилище должен быть только руководитель СК Республики Крым, не основан на требованиях закона, поскольку в соответствии с ч.1 ст.450 УПК РФ после возбуждения уголовного дела либо привлечения лица в качестве обвиняемого в порядке, установленном статьей 448 УПК РФ, следственные и иные процессуальные действия в отношении такого лица производятся в общем порядке с изъятиями, установленными ст. ст. 449, 450 УПК РФ.
Ссылки на то, что изъятые предметы и документы относятся к адвокатским производствам и составляют адвокатскую <данные изъяты>, ничем не подтверждены, а само производство обыска выходит за пределы настоящего судебного разбирательства, предметом которого является проверка законности и обоснованности рассмотрения судом ходатайства органов следствия о разрешении производства обыска в жилище.
Кроме этого, суд апелляционной инстанции отмечает, что при рассмотрении данного ходатайства, суд не вправе разрешать вопросы, которые подлежат разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, поэтому доводы жалобы о том, что информация, полученная из системного блока компьютера адвоката, который изъят с нарушением действующего законодательства, является недопустимым доказательством, не обоснованы.
Что касается доводов жалобы, что судом не определен круг объектов, подлежащих изъятию, то они являются несостоятельными, поскольку в постановлении суда, в соответствии с требованиями ст. 182 УПК РФ, указано, что в жилище, где фактически проживает ФИО10, могут храниться документы, фотокопии документов, послужившие основанием возможного незаконного документирования паспорта гражданки РФ ФИО7, в том числе иные документы, черновые записи, электронные носители, предметы имеющие значение для уголовного дела.
Также вопреки доводам апелляционной жалобы, ст. 165 УПК РФ не предусмотрено извещение о судебном рассмотрении вопросов, связанных с производством обыска в жилище, их собственников, которые, вместе с тем, не лишены возможности самостоятельно обжаловать судебное решение, и в этом случае вправе участвовать в судебном заседании суда апелляционной инстанции в соответствии с положениями ст. 389.12 УПК РФ.
Суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы жалобы о том, что суд ограничился изложением ходатайства следователя, не указав самостоятельную мотивировку принятого решения, поскольку они не соответствуют действительности. Судом рассматривалось ходатайство о разрешении производства обыска в жилище, в котором фактически проживает ФИО1, и проверялась обоснованность заявленного ходатайства, с учетом наличия или отсутствия оснований полагать, что в этом жилище могут находиться предметы и документы, имеющие значение для расследуемого уголовного дела.
Отсутствие ссылки суда в постановлении на ст. ст. 450.1 УПК РФ, не является безусловным основанием для отмены состоявшегося решения суда, поскольку судом рассмотрено ходатайство следователя о разрешении производства обыска в жилище адвоката в соответствии с требованиями, предъявляемые к такому разрешению.
Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену постановления суда, суд апелляционной инстанции не усматривает. Положения ст.165 УПК РФ, предусматривающей судебный порядок получения разрешения на производство следственного действия, а также положений ст.450.1 УПК РФ предусматривающих особенности производства обыска в отношении лица, имеющего статус адвоката, судом первой инстанции соблюдены.
Рассмотрение ходатайства следователя в закрытом судебном заседании, вопреки доводам апелляционной жалобы, проведено на основании отдельного постановления суда. Решение вопроса о проведении закрытого судебного заседания было принято судом первой инстанции в соответствии с требованиями п. 1 ч. 2 ст. 241 УПК РФ.
Постановление суда соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, основано на объективных данных, содержащихся в представленных суду материалах, принято в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и содержит мотивы принятого решения.
Каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, положений Конституционного Суда РФ, в том числе, о которых имеется ссылка в апелляционной жалобе ФИО1 влекущих отмену обжалуемого постановления, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым дополнить постановление суда первой инстанции, указанием, что в ходе разрешаемого обыска не подлежат изъятию предметы и документы, входящие в производство адвоката по делам его доверителей, не относящиеся к расследуемому уголовному делу.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 29 апреля 2021 года изменить.
Дополнить резолютивную часть постановления указанием, что в ходе разрешаемого обыска не подлежат изъятию предметы и документы, входящие в производство адвоката по делам его доверителей, не относящиеся к расследуемому уголовному делу.
В остальной части это же постановление суда оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 - без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.
Судья Г.В. Редько


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка