Дата принятия: 06 августа 2014г.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
президиума Верховного Суда Республики Татарстан
№ 44-Г-80
06 августа 2014 года город Казань
Президиум Верховного Суда Республики Татарстан в составе
председательствующего И.И. Гилазова,
членов президиума М.В. Беляева, Р.Ф. Гафарова, М.М. Хайруллина, Р.А. Шарифуллина, А.Ю. Герасимова, Г.И. Крупиной, Л.Ф. Хамзиной,
при секретаре судебного заседания Д.Р. Гизетдиновой,
рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу Прокофьевой А.Н. на решение Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 05 декабря 2013 года и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 03 марта 2014 года, поступившую в Верховный Суд Республики Татарстан 13 мая 2014 года, по гражданскому делу по иску Смычковой Г.Б. к Прокофьевой А.Н. о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки и признании права собственности, истребованному судьей Верховного Суда Республики Татарстан 30 мая 2014 года и поступившему в Верховный Суд Республики Татарстан 10 июня 2014 года, переданному для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции определением судьи Верховного Суда Республики Татарстан В.А. Грицкова от 07 июля 2014 года.
Заслушав доклад по делу судьи Верховного Суда Республики Татарстан А.И. Муртазина, объяснения А.Н. Прокофьевой и ее представителя А.Г. Газизуллина, поддержавших доводы жалобы, объяснения представителя истицы Г.Б. Смычковой – Л.А. Кузьмичевской, возражавшей против жалобы, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум
УСТАНОВИЛ:
Г.Б. Смычкова обратилась к А.Н. Прокофьевой с иском о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки и признании права собственности на квартиру.
В обоснование указала, что по договору дарения от <дата> года подарила ответчице <адрес>
Договор подписывался у неё в квартире в присутствии ответчика и сотрудника Управления Росреестра по Республике Татарстан, заключив договор, полагала, что А.Н. Прокофьева будет пожизненно осуществлять за ней уход, поскольку истица преклонного возраста, одинокая, <данные изъяты>, однако ответчица условия не выполнила, полагает, что была введена в заблуждение, в связи с этими обстоятельствами заявила перечисленные требования.
Ответчица иск не признала, заявила о пропуске срока исковой давности.
Решением Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 05 декабря 2013 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 03 марта 2014 года, иск удовлетворён.
В кассационной жалобе ставится вопрос об отмене судебных постановлений.
Согласно статье 387 ГПК Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Таких нарушений судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции допущено не было.
Принимая решение, суд исходил из того, что сделка по дарению квартиры совершена под влиянием заблуждения, при этом учтены обстоятельства заключения договора, фактическое проживание истицы в квартире и отсутствие другого жилого помещения, возраст истицы (1931 года рождения) и состояние здоровья (<данные изъяты>).
Суд также пришел к выводу, что истица пропустила срок исковой давности, по её ходатайству восстановил срок.
Суд апелляционной инстанции признал указанные выводы районного суда соответствующими фактическим обстоятельствам дела и требованиям действующего законодательства.
При разрешении спора суд руководствовался статьями 166, 167, 178, 200 и 205 ГК Российской Федерации.
В кассационной жалобе заявительница, в том числе указывает, что судья Пестречинского районного суда Республики Татарстан И.Г. Алексеев, рассмотревший дело, на день заключения и регистрации договора дарения спорной квартиры в Управлении Росреестра по Республики Татарстан являлся государственным регистратором и осуществлял государственную регистрацию данной сделки, на документах имеются его подписи, полагает, что при данных обстоятельствах имелись основания для самоотвода судьи.
Однако указанные доводы кассационной жалобы не соответствуют действительности и не могут повлечь отмену оспариваемых судебных постановлений.
Из ответа Пестречинского отдела Управления Росреестра по РТ на запрос суда кассационной инстанции следует, что регистрационные действия по переходу права в отношении <адрес> по договору дарения от <дата> осуществляла государственный регистратор Тиханова Э.А..
Таким образом, И.Г. Алексеев, работая государственным регистратором, не осуществлял государственную регистрацию указанной сделки. Впоследствии он заверил лишь копию договора дарения от <дата>, которую Управление Росреестра по РТ выдало по запросу стороны договора.
По мнению президиума, указанное обстоятельство не свидетельствует о необъективности судьи. Кроме того, в суде первой инстанции отвод судье И.Г. Алексееву по каким-либо основаниям не заявлялся.
Доводы кассационной жалобы о ненадлежащей оценке судебными инстанциями установленных обстоятельств и представленных сторонами доказательств также не являются основаниями для отмены оспариваемых судебных постановлений.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 № 29 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», производство в суде кассационной инстанции предназначено для исправления существенных нарушений норм материального права или норм процессуального права, допущенных судами в ходе предшествующего разбирательства дела и повлиявших на исход дела, и без устранения которых невозможно восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защищаемых законом публичных интересов.
При рассмотрении кассационных жалобы, представления суд кассационной инстанции проверяет только законность судебных постановлений, то есть правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права (часть 2 статьи 390 ГПК РФ).
В пункте 24 названного Постановления указывается, что при рассмотрении кассационных жалобы, представления с делом суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, а также исследовать новые доказательства (часть 2 статьи 390 ГПК РФ).
Из данной правовой позиции следует, что обжалование судебных постановлений в кассационном порядке является особой формой оспаривания судебных постановлений, при которой, исходя из принципа правовой определённости, не допускается проверка правильности выводов судов первой и второй инстанции об установленных ими обстоятельствах дела, не допускается иная оценка доказательств, исследованных судами в соответствии с правилами статьи 67 ГПК РФ. Основанием для пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу, являются исключительно нарушения судами норм материального или процессуального права.
На основании изложенного, доводы жалобы о том, что судебные инстанции необоснованно признали уважительными причины пропуска истицей срока исковой давности по заявленным требованиям, о ненадлежащей оценке судами показаний свидетелей, не могут быть приняты во внимание при рассмотрении кассационной жалобы, поскольку указанным доводам в ходе разбирательства дела дана оценка судами первой и второй инстанций.
Правом давать самостоятельную оценку собранным по делу доказательствам суд кассационной инстанции не наделен.
Из приведенных доводов кассационной жалобы видно, что они направлены на переоценку собранных по делу доказательств, оспариванию правильности выводов суда об установленных им обстоятельствах, данные доводы касаются не материально-правовой, а доказательственной стороны спора.
Заявительница фактически требует повторного рассмотрения дела, полагая, что при установленных обстоятельствах и переоценке исследованных доказательств, результат разрешения иска должен быть иным, что не может служить основанием для пересмотра судебных постановлений в кассационном порядке.
Одним из основополагающих аспектов верховенства права является принцип правовой определенности, который закрепляет, что ни одна из сторон не может требовать пересмотра окончательного и вступившего в законную силу решения только в целях проведения повторного слушания и принятия нового решения. Полномочие вышестоящего суда должно осуществляться в целях исправления судебных ошибок, неправильного отправления правосудия, а не пересмотра по существу. Пересмотр не может считаться скрытой формой обжалования, в то время как лишь возможное наличие двух точек зрения по одному вопросу не может являться основанием для пересмотра. Отступления от этого принципа оправданы только, когда являются обязательными в силу обстоятельств существенного и непреодолимого характера. По настоящему делу указанных обстоятельств не установлено.
С учетом изложенного президиум не находит оснований для отмены решения Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 05 декабря 2013 года и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 03 марта 2014 года и удовлетворения кассационной жалобы А.Н. Прокофьевой.
Руководствуясь статьями 387, 388 и 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум
ПОСТАНОВИЛ:
решение Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 05 декабря 2013 года и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Татарстан от 03 марта 2014 года оставить без изменения, кассационную жалобу Прокофьевой А.Н. – без удовлетворения.
Председательствующий И.И. Гилазов
