Дата принятия: 30 июня 2020г.
Номер документа: Ф08-4482/2020, А53-35794/2016
АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 30 июня 2020 года Дело N А53-35794/2016
Резолютивная часть постановления объявлена 30 июня 2020 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 30 июня 2020 года.
Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Гиданкиной А.В. и Мацко Ю.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кайдаш Е.Н., при участии в судебном заседании от Сметанина А. - Калининой И.В. (доверенность от 29.06.2020), от Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области - Волковой И.А. (посредством онлайн, доверенность от 28.02.2010), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу Сметанина А. на определение Арбитражного суда Ростовской области от 18.01.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2020 по делу N А53-35794/2016 (Ф08-4482/2020), установил следующее.
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Нестеренко Е.С. (далее - должник) финансовый управляющий Михалькова С.А. (далее - финансовый управляющий) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок, заключенных в отношении объектов недвижимости, расположенных по адресу: Ростовская область, г. Новочеркасск, ул. Кривошлыкова, 4А: административных зданий с литерами "А", "Г", "Ю", "М", "Л", "М", "Л", Н", "К", "З" и земельного участка с кадастровым номером 61:55:01 13 02:0012: соглашения об отступном от 02.08.2011 N 15, заключенного должником и Кислициным А.Н.; соглашения об отступном от 15.11.2011, заключенного Кислициным А.Н.
и Сметаниным А.; брачного договора от 16.04.2019, заключенного Сметаниным А. и Сметаниной А.В. в части отнесения к личной собственности Сметаниной А.В. объектов недвижимости, расположенных по адресу: Ростовская область, г. Новочеркасск, ул. Кривошлыкова, 4А (уточненные требования).
Определением суда от 18.01.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 10.03.2020, заявление удовлетворено в полном объеме. Судебные акты мотивированы тем, что финансовый управляющий доказал наличие оснований для признания недействительной всей цепочки сделок по выводу имущества, как совершенной с единой целью.
В кассационной жалобе Сметанин А. просит отменить судебные акты и направить спор на новое рассмотрение. По мнению заявителя жалобы, суды не установили факт причинения вреда имущественным правам кредиторов и сделали необоснованный вывод о наличии оснований для признания сделок недействительными. Вопрос экономической целесообразности предоставления займа гражданами не может рассматриваться по стандартам, предъявляемым для юридических лиц и предпринимателей. Довод судов о том, что признаком мнимости соглашений об отступном и договоров займа служит факт отсутствия регистрации права залога в ЕГРН (ЕГРП) является безосновательным. Кроме того, суды не привели мотивов, по которым пришли к выводу об аффилированности лиц по отношению к должнику; не учли факт отсутствия признаков злоупотребления правом и пороков воли, по которым сделка может быть признана недействительной.
В отзывах на кассационную жалобу финансовый управляющий должника Михалькова С.А. и уполномоченный орган просят оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.
В судебном заседании представитель заявителя жалобы поддержал доводы жалобы, представитель уполномоченного органа поддержал доводы отзыва.
Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.
Как видно из материалов дела, решением суда от 22.08.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утверждена Михалькова С.А.
Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок, заключенных в отношении объектов недвижимости, расположенных по адресу: Ростовская область, г. Новочеркасск, ул. Кривошлыкова, 4А, указывая на следующие обстоятельства.
Должник и Кислицин А.Н. (кредитор) заключили соглашение об отступном от 02.08.2011, по условиям которого в счет погашения задолженности должника перед кредитором по договору займа от 01.06.2010 в размере 12 млн рублей должник передает кредитору имущество, расположенное по адресу: Ростовская область, г. Новочеркасск, ул. Кривошлыкова, 4А.: административное здание литера "А" площадью 421,7 кв. м; административное здание литера "Г" площадью 198,4 кв.м; административное здание литера "Ю" площадью 866,6 кв.м; административное здание: литера "М" площадью 200,2 кв. м; административное здание литер "Л" площадью 20,7 кв. м; административное здание литера "Н" площадью 26,1 кв. м; административное здание: литера "К" площадью 45,7 кв. м; административное здание литера "З" площадью 119,3 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 61:55:01 13 02:0012, площадью 3 678 кв. м.
Кислицин А.Н. и Сметанин А. (кредитор) заключили соглашение об отступном от 15.11.2011, по условиям которого в счет погашения задолженности должника перед кредитором по договору займа от 06.09.2011 в размере 12 млн рублей должник передает кредитору недвижимое имущество, расположенное по адресу: Ростовская область, г. Новочеркасск, ул. Кривошлыкова, 4А, право собственности на которое зарегистрировано за Кислициным А.Н. на основании соглашения об отступном от 02.08.2011.
По условиям заключенного 16.04.2019 Сметаниным А. и Сметаниной А.В. брачного договора, объекты недвижимости, расположенные по адресу: Ростовская область, г. Новочеркасск, ул. Кривошлыкова, 4А, отнесены к личной собственности Сметаниной А.В.
Полагая, что вышеназванные сделки являются взаимосвязанными, направленными на вывод имущества должника в ущерб его кредиторов, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.
Удовлетворяя заявленные требования, суды обоснованно руководствовались следующим.
В силу пункта 1 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.
В пункте 13 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве" (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.
Суды установили, что оспариваемые соглашения об отступном заключены 02.08.2011 и 15.11.2011, следовательно, могут быть оспорены только по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Кодекса).
В силу разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"" (далее - постановление N 63) в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.
Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).
В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
Суды верно указали, что, исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.
Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.
Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.
Таким образом, для установления факта недействительности сделки на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что обе стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред должнику и его кредиторам, а не в соответствии с обычно применяемыми правилами.
Заключение сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Суды отметили, что финансовый управляющий, оспаривая соглашение об отступном от 02.08.2011, заключенное должником с Кислициным А.Н., ссылается на совершение сделки в ущерб кредиторам должника, поскольку в результате ее совершения из собственности должника выбыл актив стоимостью 85 млн рублей. При этом имущество должника, расположенное по адресу: Ростовская область, г. Новочеркасск, ул. Кривошлыкова, 4А, передано Кислицину А.Н. в счет исполнения обязательств Нестеренко Е.С. по договору займа от 01.06.2010, в рамках которого должнику предоставлен займ в размере 12 млн рублей со сроком возврата - не позднее 01.06.2011.
В последующем спорное имущество отчуждено Кислициным А.Н. иному лицу - Сметанину А. на основании соглашения об отступном от 15.11.2011, по условиям которого имущество передано в счет исполнения обязательств Кислицина А.Н. по договору займа от 06.09.2011 на сумму 12 млн рублей и сроком возврата - не позднее 06.11.2011.
Суды, проанализировав характер взаимоотношений сторон, установили, что сделки по предоставлению займа и заключенные в счет их исполнения соглашения об отступном являются мнимыми.
Суды установили, что ответчики в рамках настоящего спора не доказали факт реальности исполнения договоров займа от 01.06.2010 и от 06.09.2011, в счет исполнения обязательств по которым происходила смена собственников спорного имущества. Обременение в виде залога на спорное имущество, переданное по договору займа от 01.06.2020, в установленном порядке не регистрировалось.
Кроме того, суды установили, что представленные в обоснование факта наличия финансовой возможности предоставить займ должнику Кислициным А.Н. договор займа от 31.05.2010 о получении им беспроцентного займа у Доморацкого В.В. в сумме 8 млн рублей на срок до 31.12.2013, выписка по счету в ПАО КБ "Центр-Инвест", подтверждающая снятие денежных средств со счета в размере 4 355 тыс. рублей, а также сведения о доходах за период 2009-2010 годы, не подтверждают экономическую целесообразность предоставления в займ должнику денежных средств, которые, в свою очередь, также получены ответчиком по договору займа. Налоговые декларации, истребуемые судом у Кислицина А.Н. за период с 2002 по 2010 годы не представлены. При этом суды отметили, что при наличии неисполненных обязательств перед Доморацким В.В. по договору займа от 31.05.2010 в размере 8 млн рублей, Кислицин А.Н. 06.09.2011 заключил договор займа со Сметаниным А. на сумму 12 млн рублей. В то же время цель получения указанных заемных средств Кислициным А.Н. не обоснована, как и не доказан факт их расходования.
Сметаниным А. в качестве доказательств наличия финансовой возможности предоставления займа Кислицину А.Н. представлена справка Океан Банка (ЗАО) от 23.03.2015, однако согласно указанной справке 18.10.2007 со счета Сметанина А. выдана значительно меньшая сумма, в то время как займ Кислицину А.Н. по условиям договора от 06.09.2011 предоставлен в размере 12 млн рублей. Иные доказательства, подтверждающие финансовую возможность предоставления займа по договору от 06.09.2011 не представлены.
Из пояснений должника следует, что спорное имущество не выбывало из его владения и использовалось в предпринимательской деятельности с целью извлечения прибыли.
Суды установили, что спорное недвижимое имущество сдавалось в аренду и в субаренду сыном должника Нестеренко В.Е. и бухгалтером должника Хелемендик Н.П. (договоры от 01.06.2016, от 02.08.2016, от 01.09.2016, от 01.10.2016, от 01.12.2016). При этом должник согласно представленным МУП "Горводоканал г. Новочеркасска" сведениям в период с января 2011 года по январь 2015 года являлся плательщиком коммунальной услуги водоснабжения, поставляемой по адресу: Ростовская область, г. Новочеркасск, ул. Кривошлыкова, 4А; в последующем услуги оказывались и оплачивались на основании договоров, заключенных с ИП Хелемендик И.П. (в период с февраля 2015 года по январь 2017 года) и сыном должника Нестеренко В.Е. (в период с февраля 2017 по октябрь 2017 года). Указанные обстоятельства также подтверждаются письмами ПАО "ТНС энерго Ростов-на-Дону" о поставке и оплате электроэнергия по спорным объектам недвижимости и ООО "Газпром межрегионгаз Ростов-на-Дону" о поставке и оплате газа. По сведениям ресурсоснабжающих организаций, договор водоснабжения со Сметаниным А. заключен только 01.11.2017, договор энергоснабжения - 01.12.2017, договор газоснабжения - 01.01.2018.
Таким образом, является верным вывод судов о том, что спорные объекты недвижимости более 6 лет не выбывали из фактического владения должника после совершения оспариваемых сделок - соглашений об отступном от 02.08.2011 и от 15.11.2011.
Оценив указанные обстоятельства, суды сделали обоснованный вывод о том, что в результате совершения цепочки последовательных договоров между различными аффилированными лицами, был сохранен контроль над спорным имуществом со стороны должника. При этом аффилированность является фактической, что вытекает из действий участников оспариваемых сделок. Разумная экономическая цель совершения указанных сделок ответчиками не доказана, что ставит под сомнение реальность хозяйственных операций и может свидетельствовать о наличии документооборота с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания по обязательствам должника.
О недобросовестности ответчиков также свидетельствуют их действия при заключении договоров займа и соглашений об отступном, не соответствующие обычному поведению участников гражданского оборота. С учетом изложенного, суды верно указали, что оспариваемые в рамках настоящего дела сделки являются взаимосвязанными и совершены с заинтересованными лицами с целью вывода имущества должника, подлежащего включению в конкурсную массу, в ущерб кредиторам должника.
Суды установили, что на момент совершения спорных сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами (УФНС по Ростовской области и АО "Фондсервисбанк").
Суды обоснованно исходили из того, что в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Действия сторон оспариваемых в рамках данного дела сделок, направленных на вывод активов должника при наличии неисполненных обязательств и при отсутствии какой-либо разумной экономической необходимости свидетельствуют о злоупотреблении сторонами сделок правом в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку эти действия направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.
При таких обстоятельствах, суды пришли к верному выводу о наличии оснований для признания соглашений об отступном от 02.08.2011 и от 15.11.2011 недействительными сделками.
Доводы ответчиков о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для оспаривания сделок исследованы и обоснованно отклонены судами исходя из следующего. Суды установили, что срок исковой давности следует исчислять не ранее 01.01.2018. Тем не менее, ключевое значение для срока исковой давности имеет момент, с которого финансовому управляющему стало известно о совершенной сделке. Суды установили, что финансовому управляющему не могло быть известно о совершении оспариваемых соглашений ранее получения копии соглашения об отступном от 02.08.2011, на основании которого спорное имущество было отчуждено должником. Копия указанного соглашения получена финансовым управляющим должника от представителя бывшей супруги должника в судебном заседании 24.01.2019 в ходе рассмотрения обособленного спора об оспаривании сделки, совершенной в пользу супруги. Следовательно, срок исковой давности на оспаривание данной сделки финансовым управляющим следует исчислять с 24.01.2019, т.е. с даты, когда финансовому управляющему стало известно о ее совершении, что свидетельствует о том, что срок исковой давности финансовым управляющим не пропущен.
Доводы ответчиков о том, что сделки по предоставлению отступного не могут быть оспорены в рамках дела о банкротстве должника, поскольку выходят за трехлетний период подозрительности, предусмотренный Законом о банкротстве, также исследованы и обоснованно отклонены судами. Из материалов дела следует, что фактически сделки были исполнены в 2017 году, соответственно, период подозрительности следует определять с момента их фактического исполнения. Поскольку заявление подано в мае 2019 год, заявление финансового управляющего подано в пределах трехлетнего срока с момента исполнения сделок, т.е. в пределах допустимого периода оспаривания.
Суды обоснованно удовлетворили заявление финансового управляющего в части оспаривания последующей сделки по выбытию спорного имущества из собственности ответчика Сметанина А. (брачного договора, заключенного 16.04.2019 между ответчиками Сметаниным А. и Сметаниной А.В. в указанной части).
Суды установили, что брачный договор между ответчиками Сметаниным А. и Сметаниной А.В., по условиям которого спорное имущество отнесено к личной собственности Сметаниной А.В., заключен 16.04.2019., в непосредственной близости к дате обращения управляющего с заявлением в суд. Принимая во внимание установленную судами недобросовестность Сметанина А. при совершении соглашения об отступном от 15.11.2011, и непредставление ответчиками, состоящими в браке с 01.07.2010, обоснования заключения брачного договора именно в период, предшествующий оспариванию сделки, как и обоснование отнесения только спорного имущества (9 объектов недвижимости) к личной собственности Сметаниной А.В., суды установили, что указанная сделка в части отчуждения спорного имущества также преследует цель причинения вреда кредитором должника.
Суды установили, что в данном случае в результате заключения ряда последовательных договоров (цепочки сделок) между взаимосвязанными лицами было выведено принадлежавшее должнику недвижимое имущество. Все участники цепочки оспариваемых сделок имеют признаки заинтересованности через фактическую аффилированность, отсутствие встречного предоставления свидетельствует о совершении сделок в ущерб кредиторам должника.
При таких обстоятельствах, суды правомерно признали недействительной всю цепочку сделок по выбытию имущества должника, и, установив, что спорное имущество находится в собственности ответчика Сметаниной А.В., обоснованно обязали Сметанину А.В. возвратить спорные объекты недвижимости в конкурсную массу должника. Доводы кассационной жалобы не основаны на нормах права, направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в силу статей 286 и 287 Кодекса подлежат отклонению. Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Кодекса), не установлены.
При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.
Руководствуясь статьями 274, 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Ростовской области от 18.01.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2020 по делу N А53-35794/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.
Председательствующий Е.В. Андреева
Судьи А.В. Гиданкина
Ю.В. Мацко
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
