Решение Арбитражного суда Ульяновской области от 09 сентября 2019 года №А72-5323/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УЛЬЯНОВСКОЙ ОБЛАСТИ

РЕШЕНИЕ

от 9 сентября 2019 года Дело N А72-5323/2019
Резолютивная часть решения объявлена "05" сентября 2019 года
Решение изготовлено в полном объеме "09" сентября 2019 года
Арбитражный суд Ульяновской области в составе судьи Ибетуллова И.Р.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Пикаловым А.Г.,
рассмотрев в судебном заседании исковое заявление Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области
к Багаутдиновой Алсу Камильевне
к Битиевой Илоне Иналовне
к Муфтахетдиновой Ольге Сергеевне
о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих ООО "ТК Симбирск" лиц
третье лицо, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:
общество с ограниченной ответственностью "ТК Симбирск" (ИНН 7326040925)
при участии в судебном заседании:
от истца - Низамова Л.М., служебное удостоверение, доверенность;
от ответчиков - Салихова Х.М., паспорт, доверенности;
от иных лиц - не явились, уведомлены;
установил:
05.04.2019 в Арбитражный суд Ульяновской области поступило исковое заявление Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области к Багаутдиновой Алсу Камильевне, к Битиевой Илоне Иналовне, к Муфтахетдиновой Ольге Сергеевне о привлечении солидарно контролирующих ООО "ТК "Симбирск" лиц к субсидиарной ответственности и о взыскании 27 508 766 руб. 62 коп.
Определением от 24.04.2019 исковое заявление принято к производству, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью "ТК Симбирск".
Определением суда от 26.04.2019 удовлетворено ходатайство Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области о принятии обеспечительных мер; судом приняты обеспечительные меры в рамках дела NА72-5323/2019 в пределах суммы заявленных требований 27 508 766 руб. 62 коп.
В судебном заседании представитель УФНС России по Ульяновской области поддержала заявленные требования в полном объеме.
Представитель ответчиков возражала против удовлетворения заявления. Заявила о пропуске истцом сроков исковой давности.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, не явились.
Дело рассматривается в отсутствие указанных лиц в порядке ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по имеющимся в деле материалам.
Изучив материалы дела, оценив и исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела, 07.02.2018 ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области обратилась в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о признании Общества с ограниченной ответственностью "ТК "Симбирск" (далее также - должник) несостоятельным (банкротом), введении в отношении должника процедуры банкротства - наблюдения, о включении требования ФНС России в реестр требований кредиторов должника в третью очередь реестра требований кредиторов с суммой требований в размере 26 126 401 руб. 27 коп., в том числе основной долг - 15 677 548 руб., пени - 4 143 236 руб. 47 коп., штраф - 6 305 616 руб. 80 коп., утверждении арбитражного управляющего из числа членов Ассоциации арбитражных управляющих "Гарантия" (603155, Нижегородская область, г. Нижний Новгород, набережная Верхне - Волжская, д. 19, пом. 22).
Определением Арбитражного суда Ульяновской области 15.03.2018 г. по делу NА72-1954/2018 указанное заявление было принято судом к производству.
Определением Арбитражного суда Ульяновской области 25.12.2018 г. производство по делу NА72-1954/2018 прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.
Как следует из положений пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.
Воспользовавшись данным правом, ФНС России обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с настоящим иском.
Свои требования в рамках рассматриваемого иска ФНС России основывает на положениях пунктов 3 и 4 статьи 61.14. Закона о банкротстве.
Истец связывает основание своих требований с действиями контролирующих должника лиц, имевшими место в период с 01.01.2013 по 31.12.2015.
Нормы права об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ), поскольку Закон N 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.
Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ.
Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) также изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).
Таким образом, с учетом заявленного периода совершения ответчиками вменяемых действий (бездействий) (с 01.01.2013 по 31.12.2015) в рассматриваемом случае подлежат применению нормы материального права Закона о банкротстве в реакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.
Федеральным законом от 23.06.2016 N 222-ФЗ в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве включен абзац, дополнивший презумпции признания должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, следующей:
- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.
В дальнейшем, данная презумпция была перенесена в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.
Указанное положение пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (презумпция) вступило в силу с 01.09.2016 и, в силу прямого указания пункта 9 статьи 13 Закона N 222-ФЗ, применяется к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поданным после 01.09.2016 вне зависимости от периода совершения контролирующими должника лицами недобросовестных действий, повлекших ответственность должника.
Аналогичный вывод содержится в постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 15.07.2019 по делу N А57-16930/2017 и от 21.03.2017 по делу N А06-9070/2015.
В соответствии с определением Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2019 г. N 181-О положение части 9 статьи 13 Федерального закона от 23 июня 2016 года N 222-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", касающееся порядка применения положений пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции данного Федерального закона), определяющих основания привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, при наличии которых возможна подача соответствующего заявления, притом что именно эти положения были изложены вышеуказанным Федеральным законом в новой редакции и вступили в силу с 1 сентября 2016 года (часть 4 статьи 13 Федерального закона от 23 июня 2016 года N 222-ФЗ), корреспондирует общим правилам действия закона во времени, направлено на обеспечение правовой определенности и стабильности закона.
В рассматриваемом случае иск УФНС России по Ульяновской области поступил в Арбитражный суд Ульяновской области 05.04.2019, то есть после 01.09.2016.
Таким образом, требования истца надлежит оценивать на соответствие норме абзаца 5 пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в реакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.
Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой следует прибегать после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.
При рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 10 Закона о банкротстве в предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, кредитор должен обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиками возражений и представленных в их обоснование доказательств.
Применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума ВС РФ о 21.12.2017 N 53, в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.
В пункте 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.
В пункте 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 указано, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.
Как следует из содержания пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 относительно порядка применения данной нормы, так и из ранее действующих норм законодательства о банкротстве (ст. 10 Закона о банкротстве) и сложившейся практики ее применения, указанные законом основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам представляют собой опровержимые презумпции недостаточности имущественной массы должника для полного удовлетворения требований кредиторов вследствие действий/бездействия контролирующих должника лиц, которые применяются лишь в случае, если таким контролирующим лицом не доказано иное.
Обоснование наличия объективной стороны правонарушения (установление факта признания должника банкротом вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; размер причиненного вреда (соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой и текущей задолженности)) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.
Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц следует учитывать содержащиеся в Законе о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий/бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.
Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 и статьи 61.11 Закона о банкротстве указанные обстоятельства не должны доказываться кредитором (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности. Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (кредитор). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Данное правило соотносится и с нормами статей 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.
Согласно пункту 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 независимо от того, как именно заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд (статьи 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование, и при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.
Как следует из материалов дела, в ходе выездной налоговой проверки, проведенной в отношении ООО "ТК "Симбирск" по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2013 по 31.12.2015, ИФНС России по Железнодорожному району г.Ульяновска было установлено, что в нарушение требований ст.ст. 169, 171, 172 НК РФ ООО "ТК "Симбирск" неправомерно был предъявлен к вычету НДС по контрагенту ООО "Селебрити" в сумме 11 616 577 руб. (в т.ч. за 2 квартал 2015 г. в сумме - 5 854 178 руб., за 3 квартал 2015 - 4 058 844 руб.; за 4 квартал 2015 г. - 1 703 555 руб.); в нарушение п.1 ст. 252 НК РФ ООО "ТК "Симбирск" при исчислении налога на прибыль за 2015 г. неправомерно включило в состав расходов, уменьшающих сумму доходов от реализации, сумму затрат, составляющих стоимость приобретенной фальсифицированной алкогольной продукции у ООО "Селебрити" на сумму 20 058 764 руб., что повлекло неполную уплату налога на прибыль за 2015 в сумме 4 011 752 руб.
По результатам проверки инспекцией составлен акт от 18.05.2017 N10, вынесено решение от 30.06.2017 N16 о привлечении ООО "ТК "Симбирск" к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения по пункту 3 статьи 122, по статье 123, по пункту 1 статьи 126 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) в виде штрафа в размере 6 274 616,8 руб.
Указанным решением налогоплательщику доначислены налоги в общей сумме 15 628 329 руб., начислены пени - 3 176 508, 38 руб.
Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 18.05.2018 по делу NА72-14423/2017, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2018 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 18.12.2018, в удовлетворении заявления ООО "ТК "Симбирск" о признании незаконным решения ИФНС России по Железнодорожному району г.Ульяновска N16 от 30.06.2017 отказано.
Таким образом, правомерность выводов налоговой проверки установлено вступившими в законную силу судебными актами по делу NА72-14423/2017.
В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.
Обязательность судебных актов предусмотрена ч. 1 ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации согласно которой, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.
Таким образом, субъекты права обязаны учитывать в своей деятельности решение арбитражного суда, выраженное в судебном акте. Обязательность судебного акта возникает после вступления судебного акта в законную силу и сохраняет значение до момента отмены судебного акта в установленном законом порядке.
Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).
В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.
Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона).
Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО "ТК "Симбирск" (ИНН 7326040925) зарегистрировано в качестве юридического лица 05.03.2012.
Единственными участниками ООО "ТК Симбирск" в разные периоды являлись:
- с 05.03.2012 по 24.07.2013 - Кочиева Людмила Александровна,
- с 25.07.2013 по 15.03.2017 Битиева Илона Иналовна,
- с 16.03.2017 по настоящее время - Цховербова Инна Зауровна.
Руководителями ООО "ТК Симбирск" в разные периоды являлись:
- с 05.03.2012 по 06.08.2013 - Багаутдинова Алсу Камильевна,
- с 07.08.2013 по 09.11.2014 - Муфтахетдинова Ольга Сергеевна,
- с 10.11.2014 по 11.05.2017 - Багаутдинова Алсу Камильевна,
- с 12.05.2017 по настоящее время - Харебов Александр Михайлович.
Таким образом, с учетом приведенных норм права суд признает заявленных истцом для привлечения к субсидиарной ответственности лиц (Багаутдинову Алсу Камильевну, Битиеву Илону Иналовну и Муфтахетдинову Ольгу Сергеевну) контролирующими должника лицами.
Как уже указывалось, ООО "ТК "Симбирск" было привлечено к налоговой ответственности за налоговые правонарушения, совершенные в период 2-4 кварталы 2015 года.
В указанный период единственным участником ООО "ТК Симбирск" являлась Битиева Илона Иналовна, а его руководителем была Багаутдинова Алсу Камильевна.
Муфтахетдинова Ольга Сергеевна в период совершения должником вышеуказанного налогового правонарушения в 2015 году руководителем ООО "ТК Симбирск" не являлась.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:
- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);
- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.
Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).
В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62) разъяснено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.
В пункте 22 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относятся, в частности, лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций акционерного общества, собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания, и т.п.
Пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 (далее - постановление Пленума ВС РФ N 53) "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" установлено, что в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца 1 статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированностъ и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что именно Битиева Илона Иналовна (единственный участник Общества) и Багаутдинова Алсу Камильевна (генеральный директор Общества) в период совершения должником налогового правонарушения определяли действия ООО "ТК "Симбирск" по осуществлению финансово-хозяйственной деятельности.
Доказательств того, что Муфтахетдинова Ольга Сергеевна в период совершения Обществом налоговых правонарушений (2-4 кварталы 2015 года) каким-либо образом определяла действия ООО "ТК "Симбирск" и его органов управления, в материалы дела не представлены.
Доводы представителя ответчиков о том, что Битиева И.И., будучи лишь участником ООО "ТК "Симбирск", не причастна к руководству хозяйственной деятельностью должника, судом не принимается.
Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", а также Уставу должника (пункт 20.1), высшим органом управления ООО "ТК "Симбирск" является общее собрание участников. Согласно п.п.5 пункта 20.5 Устава к исключительной компетенции общего собрания участников относится утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов.
Статьей 8 Закона N 14-ФЗ и пунктом 7.1. Устава ООО "ТК "Симбирск" предусмотрено право участников общества участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном Федеральным законом и уставом общества, а также получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке.
В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Закона N 14-ФЗ руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.
Статьей 39 Закона N 14-ФЗ установлено, что в обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично и оформляются письменно.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что Битиева И.И., являясь в период с 25.07.2013 по 15.03.2017 единственным участником общества, действуя добросовестно и разумно, могла и должна была в полной мере участвовать в хозяйственной деятельности ООО "ТК "Симбирск", проверяя на собраниях его отчетность и документацию не могла не узнать о том, что должником были заключены и исполнялись договоры в отношении фальсифицированной алкогольной продукции в целях уклонения от уплаты налогов в бюджет.
Кроме того, судом также принимается во внимание то, что налоговое правонарушение совершено ООО "ТК Симбирск" не впервые.
Так, вступившими в законную силу судебными актами Арбитражного суда Ульяновской области по делам NА72-9250/2014 и NА72-13634/2014 установлено создание налогоплательщиком (ООО "ТК "Симбирск") в 3 и 4 кварталах 2013 года схемы с участием взаимозависимого контрагента (ООО "ТД "Орион") с целью получения налоговой выгоды.
Таким образом, имея механизм влияния на финансовую деятельность Общества, Битиева И.И. могла контролировать действия как исполнительного органа, так и Общества в целом, однако своим бездействием допустила наступление неблагоприятных последствий в виде доначисления по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога и штрафных санкций.
В соответствии с ч. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.
Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.
Таким образом, вследствие ненадлежащего осуществления единственным участником контроля в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", за деятельностью ООО "ТК "Симбирск", у последнего образовалась задолженность перед бюджетом Российской Федерации.
Данный подход нашел отражение, в частности, в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 05.03.2019 N Ф06-43941/2019 по делу N А72-10986/2017.
Доказательств обратного в материалы дела не представлено.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что именно действия (бездействия) Битиевой И.И. и Багаутдиновой А.К., как контролирующих должника лиц, привели к совершению ООО "ТК "Симбирск" в 2015 году налогового правонарушения, выявленного в ходе выездной налоговой проверки, и, как следствие, привлечению его к ответственности.
Ответчиками также заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для предъявления требований о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, который, по их мнению, должен исчисляться с периода, за которые по результатам налоговой проверки доначислены налоги и начислены пени.
Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.
Аналогичные сроки исковой давности и порядок их исчисления был предусмотрен абзацем 5 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в реакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях".
В силу пункта 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что какой-либо из кредиторов узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к ответственности до того, как об этом объективно могли узнать иные кредиторы, по заявлению контролирующего должника лица исковая давность может быть применена к части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, приходящейся на такого информированного кредитора (пункт 1 статьи 200 ГК РФ, абзац первый пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).
При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).
Аналогичные выводы содержатся в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом ВС РФ 04.07.2018.
В этой связи довод ответчиков о том, что начало течения срока исковой давности следует исчислять с периодов, за которые по результатам налоговой проверки должнику доначислены налоги и начислены пени, судом не принимается как основанный на неверном толковании норм права.
Производство по делу NА72-1954/2018 о признании несостоятельным (банкротом) ООО "ТК "Симбирск" прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве определением Арбитражного суда Ульяновской области от 25.12.2018 г.
С исковым заявлением о привлечении контролирующих должника лиц в порядке ст. 61.19 Закона о банкротстве Федеральная налоговая служба России обратилась в арбитражный суд 05.04.2019, т.е в пределах сроков исковой давности, предусмотренных абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве и абзацем 5 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в реакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.
Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).
Заявленная уполномоченным органом задолженность ООО "ТК Симбирск" составляет 27 508 766,62 руб.
В отношении указанной суммы в материалах дела имеются надлежащие доказательства наличия (документального подтверждения образования) долга, доказательства соблюдения налоговым органом предусмотренной действующим законодательством процедуры выставления должнику требования об уплате обязательных платежей в бюджет, содержащего данные о размере задолженности, основаниях и моменте ее возникновения (ст.69 НК РФ), а также доказательства соблюдения сроков принудительного взыскания задолженности.
Представитель ответчиков также не оспаривает сумму задолженности, доказательств ее погашения в материалы дела не представила.
После принятия судом к производству искового заявления УФНС России по Ульяновской области, истец в порядке ч. 4 статьи 225.14 АПК РФ предложил другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию путем включения соответствующего сообщения в ЕФРСБ (часть 6 статьи 13 АПК РФ, подпункт 3 пункта 4 статьи 61.19, пункт 3 статьи 61.22 Закона о банкротстве) (т.2, л.д.107).
Заявлений иных кредиторов о присоединении к требованию ФНС России в рамках настоящего дела не поступило.
Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).
В рассматриваемом случае оснований для отступления от солидарного порядка несения субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц либо уменьшения ее размера судом не установлено.
Доводы ответчиков, изложенные в отзыве и письменных пояснениях, по сути направлены на несогласие с выводами и правовой оценкой обстоятельств налогового правонарушения, содержащимися в решении налогового органа N16 от 30.06.2017 и в вступивших в законную силу судебных актах по делу NА72-14423/2017.
Иные доводы и возражения сторон признаны судом не имеющими правового значения для разрешения настоящего спора по существу.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований Федеральной налоговой службы России в отношении Битиевой Илоны Иналовны и Багаутдиновой Алсу Камильевны.
Требования истца в отношении Муфтахетдиновой Ольги Сергеевны суд оставляет без удовлетворения.
В силу положений статьи 110 АПК РФ, а также разъяснений, изложенных в пунктах 12, 18, 28 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" (с учетом определения суда от 26.04.2019 об удовлетворении ходатайства ФНС России о принятии обеспечительных мер) с Битиевой Илоны Иналовны и Багаутдиновой Алсу Камильевны в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме по 81 772 руб. с каждой.
Руководствуясь статьей 61.19 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 110, 167-171, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области удовлетворить частично.
Привлечь Битиеву Илону Иналовну и Багаутдинову Алсу Камильевну к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам Общества с ограниченной ответственностью "Торговая компания "Симбирск" (ИНН 7326040925) перед Федеральной налоговой службой России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области в размере 27 508 766 руб. 62 коп.
Взыскать солидарно с Битиевой Илоны Иналовны и Багаутдиновой Алсу Камильевны в пользу Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области 27 508 766 руб. 62 коп.
В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.
Взыскать с Битиевой Илоны Иналовны в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 81 772 руб. 00 коп.
Взыскать с Багаутдиновой Алсу Камильевны в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 81 772 руб. 00 коп.
Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.
Решение вступает в законную силу по истечении месяца с момента его принятия.
Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в порядке и сроки, установленные ст.ст. 257-260 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Судья И.Р.Ибетуллов
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка