Решение от 17 октября 2013 года №А12-16240/2013

 
 
 
 
 
 
 
    АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛГОГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ
 
ул. им. 7-ой Гвардейской Дивизии, д. 2, Волгоград, 400005
 
http://volgograd.arbitr.rue-mail: info@volgograd.arbitr.ruтелефон: 23-00-78    Факс: 24-04-60  
 
 
 
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
 
РЕШЕНИЕ
 
    г.Волгоград                                                                                                                
 
    17 октября 2013 года
 
    Дело №  А12-16240/2013
 
    Полный текст решения изготовлен 17 октября  2013 года.
 
    Резолютивная часть решения оглашена 10 октября 2013 года.
 
 
 
    Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Акимовой А.Е.,
 
    при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дмитриенко Д.А.,
 
    рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению закрытого акционерного общества «Газпром химволокно» (ИНН 3435991384) к межрайонной ИНФС России № 2 по Волгоградской области (ИНН 3441027202, ОГРН  1043400221149),  управлению Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (ИНН  3442075551, ОГРН 1043400221127) о признании недействительными ненормативных правовых актов,
 
    при участии в судебном заседании представителей:
 
    от истца: Терещук Д.С., доверенность от 26.12.2012 № 147; Латышев А.В., доверенность от 26.06.2013 № 31;
 
    от ответчиков: от межрайонной ИФНС № 2 по Волгоградской области – Черенкова В.В., доверенность от 17.04.2013 № 02-22/21;
 
    от УФНС по Волгоградской области – Вершинин В.О., доверенность от 19.09.2013 № 05-17.
 
 
    Закрытое акционерного общество «Газпром химволокно»  обратилось в арбитражный суд с заявлением, в котором просло признать недействительным решение межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Волгоградской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 549 от 28.03.2013, а также решение Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области № 349 от 06.06.2013.
 
    До рассмотрения спора по существу истец заявил отказ от требований к Управлению Федеральной налоговой службы по Волгоградской области о признании решения № 349 от 06.06.2013 недействительным.
 
    На основании ст. 150 АПК РФ суд прекращает производство по делу в указанной части.
 
    Ответчик с заявлением не согласен, представил письменный отзыв.
 
    Рассмотрев материалы дела, суд
 
УСТАНОВИЛ
 
 
    Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 2 по Волгоградской области проведена камеральная налоговая проверки налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость за 4 квартал 2011 года, о чем составлен акт налоговой проверки от 11.01.2013 г. № 390.
 
    По результатам рассмотрения акта налоговой проверки, возражений на акт проверки, предоставленных налогоплательщиком, налоговой инспекцией принято решение № 549 от 28.03.2013. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,  которым налогоплательщик привлечен к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неуплату налога на добавленную стоимость в виде штрафа в сумме 214 873 руб.,   начислены пени по налогу на добавленную стоимость, в сумме 88 751,62 руб., предложено налогоплательщику уплатить недоимку по налогу на добавленную стоимость в общей сумме 1 340 169 руб.
 
    Налогоплательщик, не согласившись с указанным  решением  налоговой инспекции, направил апелляционную жалобу в Управление ФНС России по Волгоградской области, в которой просил отменить решение.
 
    Управление ФНС РФ  по Волгоградской области, рассмотрев апелляционную жалобу налогоплательщика,  вынесло  решение № 349 от 06.06.2013г., которым  решение налогового органа оставило без изменения, жалоба налогоплательщика – без удовлетворения.
 
    Налогоплательщик  обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании недействительным  данного решения.
 
    Суд, исследовав материалы дела,   считает, что заявленные требования налогоплательщика подлежат удовлетворению исходя из следующего:
 
    Основанием для доначисления Обществу сумм НДС, соответствующих сумм пени и штрафа послужил вывод налогового органа о неправомерном включении  в состав налоговые вычеты по НДС по счетам-фактурам, выставленным контрагентами ООО «СтройПерспектива» и ООО «Калипсо».
 
    Налоговым органом при проведении проверки установлено отсутствие возможности осуществления хозяйственных операций ввиду отсутствия технического персонала, складских помещений, транспортных средств, отсутствие личных контактов с руководителями контрагентов, несовпадение заявленных контрагентами видов деятельности, характеру принятых на себя обязательств, акты выполненных работ    ООО «СтройПерспектива» и ООО «Калипсо» подписаны лицами, не являющимися должностными лицами указанных организаций.
 
    Согласно пункту 1 статьи 169 Налогового Кодекса Российской Федерации счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном настоящей главой.
 
    В соответствии с пунктом 6 статьи 169 Налогового Кодекса Российской Федерации счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом по организации или доверенностью от имени организации.
 
    В силу пункта 2 статьи 169 Налогового Кодекса Российской Федерации счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного подпунктами 5 и 6 настоящей статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.
 
    В данном случае, требования подпунктов 5,6 статьи 169 Налогового Кодекса Российской ФедерацииОбществом соблюдены. В счетах-фактурах имеются все обязательные реквизиты.
 
    В соответствии со статьей 65 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, возлагается на соответствующий орган или должностное лицо.
 
    Налоговый орган не доказал, что действия налогоплательщика имели противоправный    характер    и    были    направлены    на   уклонение    от   исполнения возложенных не него обязанностей по уплате налогов.
 
    Основными условиями для возникновения у налогоплательщика права на вычет по НДС и включение произведенных затрат в состав расходов по налогу на прибыль, являются наличие реальных затрат по оплате принятых (оказанных) работ (услуг) в том числе с НДС, принятие к учету данных работ (услуг), и их связь с производственной деятельностью налогоплательщика, а также наличие первичных документов, в том числе соответствующих счетов-фактур, выставленных продавцами работ (услуг).
 
    Соответственно, при соблюдении названных условий налогоплательщик вправе принять к вычету из общей суммы НДС, подлежащей уплате в бюджет, суммы налога, уплаченные поставщикам товаров (работ, услуг) и включить в состав расходов по налогу на прибыль затраты по оплате принятых им работ (услуг).
 
    Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 16.10.2003 N 329-О разъяснил, что истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. По смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 НК РФ, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности. Правоприменительные органы не могут истолковывать понятие "добросовестные налогоплательщики" как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством.
 
    Согласно пункту 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.
 
    Действующее законодательство возлагает на налоговые органы обязанность доказывать недобросовестность налогоплательщика. Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений. Пунктом 1 названной статьи, и пунктом 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возложена на орган, который принял решение.
 
    Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Такие доказательства инспекцией не представлены.
 
    Из пункта 10 указанного Постановления следует, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом. Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.
 
    В ходе проверки налоговым органом установлено, что истец в проверяемом периоде  заявил вычеты по НДС на основании счетов – фактур, выставленных ему ООО «Калипсо» за выполнение строительно-монтажных работ по договорам  подряда № 390/385 от 28.10.2011 и № 399/392 от 07.11.2011 соответственно, по выполнению ремонтных и монтажных работ в отделении пропитки и в цехе текстильной переработки, а также на основании счета – фактуры, выставленного ООО «СтройПерспектива» в связи с исполнением договора подряда № 114/110 от 28.03.2011 по монтажу трубопроводов и арматуры в цехе текстильной переработки полиэфирных технических нитей.
 
    В подтверждение понесенных расходов по взаимоотношениям с поставщиками и в обоснование применения налоговых вычетов обществом налоговому органу  и суду представлены договоры подряда, акты о приемке этапов выполненных работ, справки о стоимости формы КС-3, акты о приемке выполненных работ по форме КС-2, платежные поручения. Во всех случаях оплата товаров производилась истцом с использованием безналичной формы расчетов.
 
    Факт выполнения строительных и монтажных работ на территории цехов общества, факт понесения обществом расходов налоговым органом не оспаривается, подтверждается протоколом осмотра помещений, выписками из расчетных счетов подрядчиков.Кроме того, истец представил суду доказательства, подтверждающие, что  объект капительного строительства, в создании которого должны были принимать участие в качестве подрядчиков ООО «Калипсо» и «СтройПерспектива», был создан и введен в эксплуатацию.
 
    Налоговый орган одним из доводов указывает на подписание документов от имени подрядчиков неуполномоченными лицами, однако в ходе проверки должностных лиц подрядчиков, а также их представителей не допросил, почерковедческих экспертиз не назначалось.
 
    В ходе рассмотрения судом дела налоговым  органом представлена копия протокола допроса в качестве свидетеля руководителя ООО «Калипсо» Дмитриева А.А., который факт взаимоотношений ООО «Калипсо» с истцом подтвердил, указал при этом, что всеми вопросами организации работы общества занимался его сын,  он сам подробной информацией не владеет. Свидетель подтвердил, что подписывал какие-то документы, как руководитель общества.
 
    Суд не находит оснований для исключения протокола допроса из числа доказательств только в связи с проведением допроса вне рамок проверки, так как полагает, что налоговый орган не органичен в праве представления дополнительных  документов, полученных в рамках иных мероприятий налогового контроля.
 
    Из показаний Дмитриева А.А. невозможно сделать вывод, скольким лицам он выдавал доверенность, как директор ООО «Калипсо», на представление интересов общества. 
 
    Из протокола допроса Бариновой Р.Е. также с очевидностью не следует, что документы от имени ООО «Калипсо» за руководителя подписывало иное лицо – Сайдуллин Е.Н. Доводы налогового органа о том, что именно Сайдуллин Е.Н., а не генеральный директор ООО «Калипсо» Дмитриев А.А. подписывал акты выполненных работ, противоречат также представленным в материалы проверки акты выполненных работ, из которых усматривается, что они подписаны генеральным директором ООО «Калипсо» Дмитриевым А.А., подпись Сайдулина Е.Н. поставлена только в качестве лица, визирующего данный акт.
 
    По аналогичным обстоятельствам суд признает  необоснованными доводы ИФНС о подписании актов выполненных работ от имени ООО «СтройПерспектива» Немолочновым Д.Л., а не директором Чижовым Ф.Ф.
 
    Истец пояснил, что в ходе взаимоотношений с подрядчиками встречался с руководителем ООО «СтройПерспектива» Чижовым Ф.Ф., а также с представителями обществ по доверенностям Сайдуллиным Е.Н., Немолочновым Д.Л. Истцом суду представлены копии доверенностей, выданных указанным лицам подрядчиками. Налоговый орган, располагая данными о представителях, должных мер к их допросу в качестве свидетеля не принял.
 
    Истец представил суду доказательства, свидетельствующие о том, строительно-монтажные работы от имени спорных подрядчиков выполняли  работники указанных организаций, допускаемые на объект на основании предварительных заявок организаций, по пропускам. Обществом суду представлены копии соответствующих подтверждающих документов.
 
    Заявляя о том, что работы выполнялись физическими лицами, не имеющими отношения к подрядчиком, налоговый орган сослался на сведения, полученные из Пенсионного фонда РФ, о меньшей штатной численности организаций, а также на факт не представления ООО «Калипсо» и ООО «СтройПерспектива» справок по форме 2-НДФЛ на лиц, которые были допущены от имени данных организаций для выполнения СМР на объекте истца.
 
    Доказательств подписания заявок на выдачу пропусков на объекты неуполномоченными представителями контрагентов, а иными лицами, налоговым органом суду не представлено.
 
    Представление подрядчиками истцу  копий трудовых договоров на работников, которым оформлялся допуск на объект, им в обязанности не вменялось. Истец в ходе рассмотрения дела представил суду копии ряда трудовых договоров с работниками, пояснив, что получил их уже после проведения проверки от самих подрядчиков по запросу.
 
    Налоговый орган в ходе проверки доказательств, свидетельствующих, что указанные в заявках работники таковыми не являлись, не добыл, суду не представил.
 
    Непредставление подрядчиками сведений в Пенсионный Фонд РФ в отношении каждого своего работника в проверяемом периоде об отсутствии факта трудовых отношений с работниками не свидетельствует.
 
    Обязанность по предоставлению отчетной информации в налоговые органы и в Пенсионный фонд РФ  о выплаченной работникам подрядчиков заработной платы нормами действующего законодательства возлагалась не на истца, а на подрядчиков-работодателей, в обязанности истца контроль за исполнением подрядчиками таких обязательств не входил.
 
    Кроме того, суд находит правомерной ссылку истца на ст. 67  ТК РФ, в соответствии с которой трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.
 
    Отсутствие в выписках банка сведений о перечислении заработной платы сотрудникам ООО «Калипсо» и ООО «СтройПерспектива», не означает факта неполучения указанными сотрудниками оплаты за их труд наличными денежными средствами. Указанный вывод подтверждается показаниями допрошенных в качестве свидетелей Бариновой Р.Е. и Керхер О.Л., которые в ходе допросов сообщили, что являлись работниками подрядчиков, получали заработную плату наличными денежными средствами.
 
    Налоговый орган в обоснование произведенных доначислений ссылается также на сведения об основном виде экономической деятельности, заявленном ООО «Калипсо» и ООО «СтройПерспектива» при регистрации в качестве юридических лиц.
 
    Суд признает правомерными доводы общества о том, что наличие однажды заявленного вида экономической деятельности не препятствует осуществлению юридическим лицом иных видов деятельности при условии соблюдения требований, установленных действующим законодательством.
 
    Так, с учетом ч.2 ст. 52 ГК РФ условием выполнения СМР является наличие у подрядчика свидетельства о допуске к работам, выдаваемым СРО.
 
    В ходе проверки налоговым органом установлено, что оба подрядчика в действительности участвовали в СРО, имели необходимые разрешительные документы. Наличие указанных документов исследовалось и обществом при решении вопроса о заключении с указанными контрагентами договоров.
 
    Полученная от СРО информация о неоднократных просрочках уплаты взносов в СРО вышеуказанными подрядчиками доказательством отсутствия у контрагентов необходимых разрешительных документов, штатной численности, имущества не является.
 
    Суд полагает, что непредставление контрагентами истца необходимой информации в Пенсионный Фонд о количестве работников само по себе об отсутствии работников не свидетельствует.
 
    Налоговый орган в ходе проверки мер к допросу работников подрядчиков, указанных в допусках, не принимал.
 
    Довод налогового органа о том, что по имеющимся у него сведениям контрагенты истца не имели в собственности транспортных средств, необходимой штатной численности, не может быть принят судом как доказательство отсутствия возможности осуществления хозяйственной деятельности, поскольку гражданское законодательство  предполагает возможность привлечения поставщиком товаров, работ, услуг третьих лиц для исполнения обязательств по договору. Налоговым органом в рамках проверки указанное обстоятельство должным образом не исследовалось. Истцом суду представлена полученная от подрядчика ООО «Калипсо» копия договора на оказание транспортно-экспедиционных услуг с ООО «ТрансПром» от 01.11.2011, договора аренды грузоподъемных механизмов с ООО «Строймеханизация №17» от 28.11.2011, договор аренды нежилого помещения с ООО «Екатеринбургская фирма по ремонту металлургического оборудования «Уралдомнаремонт-Реммет» от 24.08.2012.
 
    Суд отмечает, что на момент осуществления хозяйственных операций со спорными контрагентами последние являлись самостоятельными юридическими лицами,  состояли  на налоговом учете, были зарегистрированы в ЕГРЮЛ, более того, по адресам, указанным в первичных документах,  при этом руководителями и учредителями обществ значились именно те лица, которые были указаны в качестве руководителей в первичных документах, представленных истцом к проверке.
 
    Доводы налогового органа о том, что подрядчиками производилось списание денежных средств, поступивших от ЗАО «Газпром химволокно» за выполнение СМР по договорам подряда на счета третьих лиц, о недобросовестности истца не свидетельствует. Налоговым органом доказательств, свидетельствующих о причастности истца к дельнейшему распоряжению подрядчиками поступившими на их счета денежными средствами, в ходе проверки не добыто и суду не представлено.
 
    Доводы налогового органа о не проявлении истцом должной осмотрительности в выборе контрагентов судом признаются несостоятельными, не основанными на собранных по делу доказательствах.
 
    Истец суду указывал, что при выборе подрядчиков опирался на личный опыт взаимоотношений с ООО «Калипсо» и ООО «СтройПерспектива», ранее выполнявших работы в качестве субподрядчиков у третьих лиц как подрядчиков ЗАО «Газпром химволокно» и имевших необходимые материальные ресурсы и имущество.
 
    Истец пояснил, что в целях проверки потенциальных контрагентов на недобросовестность и подтверждения их возможности предоставить исполнение по договору, он разработал и использует в работе локальный акт - Порядок заключения и оформления договоров СТО 4.2-01-42-2011 (действовал на момент заключения договоров с ООО «Калипсо» и ООО «СтройПерспектива»);  в соответствии с указанным документом были успешно проведены необходимые мероприятия в отношении ООО «Калипсо» и ООО «СтройПерспектива», каких-либо признаков недобросовестности данных контрагентов установлено не было.
 
    Более того, суд отмечает, что в ходе проверки налоговым органом от ОАО «Кордиант» были  получены доказательства, свидетельствующие, что ООО «СтройПерспектива» в качестве подрядчика было выбрано путем проведения конкурсных процедур.
 
    В отношении ООО «Калипсо» конкурные процедуры не проводились, выбор организации, по пояснениям общества осуществлялся  в соответствии со своим локальным актом - Порядок заключения и оформления договоров СТО 4.2-01-42-201. При этом истец пояснило, что при выборе ООО «Калипсо» опирался на личный опыт взаимоотношений с ООО «Калипсо», ранее успешно выполнявшим работы в качестве субподрядчиков у третьих лиц как подрядчиков истца и имевших необходимые материальные ресурсы и имущество.
 
    Кроме того,  истцом перед заключением договоров со спорными контрагентами исследовались их правоустанавливающие документы, наличие полномочий у лиц, подписывающих договоры, наличие  соответствующих разрешений на проведение работ. Истцом суду представлены помимо уставов и свидетельств о государственной регистрации обществ приказы об их создании, назначении руководителей. Доводы ИФНС о  том, что представленные истцом копии приказов о назначении руководителей нельзя признать в качестве доказательств, суд признает несостоятельными, поскольку доказательств истребования и непредставления истцом указанных документов в ходе проверки инспекцией суду не представлено, более того, содержащиеся в документах сведений относительно руководителей подрядчиков подтверждены ИФНС в  результате проверки.
 
    Истец также пояснил, что в Реестре недобросовестных поставщиков, который ведется на официальном сайте уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в соответствии с положениями статьи 5 Федеральный закон от 18.07.2011 №223-Ф3 «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», на момент заключения договоров подряда отсутствовала информация в отношении ООО «Калипсо» и ООО» СтройПерспектива», как о недобросовестных подрядчиках.
 
    Отсутствие  ООО «Калипсо» и ООО «СтройПерспектива» по месту их регистрации на момент проведения проверки о недобросовестности истца и его контрагентов не свидетельствует, так как нахождение организаций по месту регистрации на момент взаимоотношений с истцом налоговым органом должным образом не исследовалось.
 
    Более того истцом суду было представлены доказательства, что между ЗАО «Газпром химволокно» и ООО «Калипсо» был заключен договор аренды помещений № 279/274 от 25.07.2012, в соответствии с которым ООО «Калипсо» арендовало нежилые площади в здании Главного корпуса ЗАО «Газпром химволокно». Кроме того, ООО «Калипсо» истцу представлена копия договора аренды нежилого помещения в г. Екатеринбурге № 17А от 24.08.2012.
 
    Неисполнение ООО «Калипсо» и ООО «СтройПерспектива» обязанностей по уведомлению налоговых органов о смене места нахождения в момент проведенной проверки не может являться надлежащим доказательством факта отсутствия данных юридических лиц на момент их выбора в качестве подрядчиков при заключении договоров.
 
    Доводы ИФНС об отсутствии   у контрагентов истца расходов на оплату за товары, аренду офисов, складов, выплату заработной платы, суд находит несостоятельными, основанными на предположениях, без учета возможности осуществлять такие расчеты не только с использованием расчетного счета организации.
 
    Налоговым органом суду не представлено доказательств того, что истцу было известно об этих обстоятельствах.
 
    Более того, суд отмечает, что в соответствии со ст. 54 ГК РФ место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации. Государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа - иного органа или лица, имеющих право действовать от имени юридического лица без доверенности.
 
    Согласно постановлению Правительства РФ от 17.05.2002 № 319 ФНС РФ является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим начиная с 1 июля 2002 г. государственную регистрацию юридических лиц.
 
    Таким образом, место нахождения юридического лица, определяется в его учредительных документах, которые при его создании проверяются налоговым органом на предмет их полноты и достоверности.
 
    В соответствии с положениями ст. 25 ФЗ от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», только соответствующее юридическое лицо или индивидуальный предприниматель несут ответственность за предоставление недостоверных сведений об адресе места их нахождения, либо за несвоевременное уведомление регистрирующего органа об изменении таких сведений.
 
    Регистрирующий орган вправе обратиться в суд с требованием о ликвидации юридического лица в случае допущенных при создании такого юридического лица грубых нарушений закона или иных правовых актов, если эти нарушения носят неустранимый характер, а также в случае неоднократных либо грубых нарушений законов или иных нормативных правовых актов о государственной регистрации юридических лиц.
 
    Таким образом, налоговый орган, исключая из налоговых вычетов по НДС спорные суммы по указанному основанию, фактически возложил на истца ответственность за действия его подрядчиков, а также за отсутствие надлежащего контроля за ними со стороны регистрирующего органа.
 
    По мнению суда, незначительность показателей налоговой и бухгалтерской отчетности контрагентов истца, на которую указывает инспекция, равно как и получение контрагентами на расчетный счет денежных средств в значительном размере,  в вину истцу, являющемуся самостоятельным налогоплательщиком, поставлены быть не может.
 
    Истец пояснил суду, что о недобросовестности контрагентов не знал, в момент осуществления сделок проверял правоспособность общества,  сведений о ликвидации юридических лиц либо об их исключении из ЕГРЮЛ, внесении сведений об изменении данных учредительных документов, изменения места нахождения в реестре у истца в спорном периоде не имелось.
 
    С учетом того, что истцом, по мнению суда,  была проявлена достаточная степень осмотрительности при выборе контрагентов, допущенные подрядчиками нарушения действующего законодательства и их недобросовестные действия не могут являться основанием для отказа в праве на применение налоговых вычетов спорных сумм.
 
    Суд отмечает, что на момент осуществления хозяйственных операций со спорными контрагентами последние являлся самостоятельными юридическими лицами,  состояли  на налоговом учете, были зарегистрированы в ЕГРЮЛ, более того, по адресу, указанному в первичных документах,  при этом руководителями и учредителями обществ значились именно те лица, которые были указаны в качестве учредителя и руководителя в первичных документах, представленных истцом к проверке. Подписание счетов-фактур от  имени организации руководителем, значащимся в ЕГРЮЛ, либо представителем на основании имеющейся доверенности, свидетельствует о соответствии таких счетов-фактур ст. 169 НК РФ. Доказательств того, что первичные документы руководителями не подписывались, а также что истец на момент заключения договоров и их исполнении об этом знал,  налоговым органом суду не представлено.
 
    Суд пришел к выводу, что инспекцией не было установлено ни одного из обстоятельств, позволяющих усомниться в добросовестности общества.
 
    С учетом того, что обществом, по мнению суда,  была проявлена достаточная степень осмотрительности при выборе контрагентов, допущенные ими нарушения действующего законодательства и их возможные недобросовестные действия по уплате налогов с полученного дохода не могут являться основанием для отказа истцу в праве на применение налоговых вычетов и включению в расходы спорных сумм.
 
    По поводу возможного представления контрагентами истца  недостоверной налоговой отчетности суд отмечает, что налоговое законодательство не связывает право налогоплательщика на применение налоговых вычетов с результатами проведения встречной проверки поставщика.
 
    Налоговым органом в судебном заседании заявлялось ходатайство о направлении судебного поручения о допросе в качестве свидетеля Дмитриева А.А., руководителя ООО «Калипсо». Суд не находит оснований для его удовлетворения, поскольку налоговый орган фактически возлагает на суд функции налогового контроля для восполнения неполноты проведенной налоговой проверки, что является недопустимым. Суд отмечает, что из представленного инспекцией протокола допроса Дмитриева А.А. усматривается, что организацией хозяйственной деятельности занимался его сын, он пояснений на вопросы относительно организации работы дать затруднялся. В протоколе допроса отсутствует информация о том, что свидетель не выдавал Сайдуллину Е.Н. доверенность от имени ООО «Калипсо».
 
    Таким образом, исследовав материалы дела, проанализировав собранные по делу доказательства и доводы сторон в совокупности, суд приходит к выводу, что налоговым органом в ходе проверки не было собрано достаточно достоверных доказательств в подтверждение заявленных доводов о недобросовестности истца и направленности его умысла на получение необоснованной налоговой выгоды. Напротив, в обоснование своей позиции инспекция положила противоречивые доказательства, ссылалась на  неполно исследованные обстоятельства. Выявленная судом неполнота проведенной налоговой проверки не может  быть восполнена в рамках судебного разбирательства. Доводы общества об отсутствии в его действиях умысла на получение необоснованной налоговой выгоды налоговым органом в нарушение ст. ст. 65, 200 АПК РФ должным образом не опровергнуты.
 
    При таких обстоятельствах суд полагает, что решения ИФНС подлежат признанию недействительными.
 
    Учитывая изложенное и руководствуясь  статьями 167-171, 201,110 АПК РФ, суд
 
РЕШИЛ:
 
    Заявление закрытого акционерного общества «Газпром химволокно» удовлетворить в части.
 
    Признать недействительным, не соответствующим Налоговому кодексу Российской Федерации, решение  межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Волгоградской области от 28.03.2013  № 549 и обязать межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 2 по Волгоградской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов закрытого акционерного общества «Газпром химволокно».
 
    В остальной части производство по делу прекратить.
 
    Взыскать с межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Волгоградской области в пользу закрытого акционерного общества «Газпром химволокно» государственную пошлину в сумме 4000 руб.
 
    Возвратить закрытому акционерному обществу «Газпром химволокно» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 2000 руб.
 
    Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в апелляционном порядке в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в  течение месяца с даты  его принятия.
 
    В соответствии с ч. 2 ст. 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба подается через арбитражный суд Волгоградской области.
 
 
    Судья                                                                                                      А.Е. Акимова