Решение от 07 октября 2013 года №А12-14052/2013

 
    АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛГОГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ
 
ул. им. 7-ой Гвардейской Дивизии, д. 2, Волгоград, 400005
 
    http://volgograd.arbitr.rue-mail: info@volgograd.arbitr.ruтелефон: 23-00-78    Факс: 24-04-60
 
 
 
 
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
 
РЕШЕНИЕ
 
    г.Волгоград                                                                                                                
 
    07 октября 2013 года
 
Дело №  А12-14052/2013
 
Резолютивная часть решения объявлена 03.10.2013
    Решение суда в полном объеме изготовлено 07.10.2013
 
Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Л.В. Костровой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Зарубиной М.К., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Центавр» (ИНН 3443028730, ОГРН 1023402971437) к инспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Волгограда (ИНН 3443077223, ОГРН 1043400306223) о признании недействительным ненормативного правового акта, при участии в судебном заседании представителей: от истца: Арясова В.В., доверенность от 18.03.2013; от ответчика: Юрков Е.В., доверенность от 09.01.2013.
    В Арбитражный суд Волгоградской области обратилось ООО «Центавр» к инспекции Федеральной налоговой службы России по Дзержинскому району г. Волгограда с заявлением о признании недействительным решения от 29.03.2013 № 31.
 
    Уточнив исковые требования в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, общество отказалось от требований о признании недействительным решения инспекции Федеральной налоговой службы России по Дзержинскому району г. Волгограда от 29.03.2013 № 31 в части привлечения к налоговой ответственности по ст.123 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в размере 26800 руб., в части начисления пени по налогу на доходы физических лиц в сумме 494 руб.
 
    Общество просит признать недействительным решение инспекции Федеральной налоговой службы России по Дзержинскому району г. Волгограда от 29.03.2013 № 31 в части начисления налога на добавленную стоимость в сумме 727963 руб., пени по налогу на добавленную стоимость в размере 242210 руб.
 
    Ответчик заявленные требования не признает, представил письменный отзыв.
 
    Рассмотрев материалы дела, арбитражный  суд установил:
 
    08.08.2012 – 01.02.2013 ИФНС России по Дзержинскому району г. Волгограда проведена выездная налоговая проверка в отношении общества по вопросам правильности исчисления и полноты уплаты налогов за период с 01.01.2009 по 31.12.2011. По результатам проверки составлен акт от 21.02.2013 №17.
 
    Решением ИФНС России по Дзержинскому району г. Волгограда от 29.03.2013 № 31 общество привлечено к налоговой ответственности по ст. 123 НК РФ в виде штрафа в размере  26800 руб., ему доначислены налог на добавленную стоимость  за 2009 год в размере 727963 руб., пени по налогу на добавленную стоимость в размере 242210 руб., по налогу на доходы физических лиц в сумме 494 руб.
 
    Не согласившись с решением инспекции, общество обжаловало его в вышестоящий налоговый орган.
 
    Решением управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области от 20.05.2013 № 295 решение инспекции оставлено без изменения, апелляционная жалоба общества – без удовлетворения.
 
    Основанием для доначисления обществу НДС и соответствующих пени послужили выводы налогового органа о неправомерном, по мнению ИФНС, применении истцом в 2009 году налоговых вычетов в  части сумм, уплаченных ОО «Гравилат» за поставленные металлоизделия, которые в последующем были использованы истцом для изготовления собственной продукции. Реальность затрат налоговым органом под сомнение не ставилась, в связи с чем налог на прибыль по указанному основанию обществу не доначислялся.
 
    Оспаривая решение ИФНС в указанной части, общество  поясняет, что предпринимало все зависящие от него меры к проверке добросовестности своего контрагента, обязательства по договору с ООО «Гравилат» исполнило должным образом, полученные металлоизделия использовало в собственной производственной деятельности. Налоговые вычеты по НДС и расходы при исчислении налога на прибыль применены на основании выставленных контрагентом счетов-фактур, которые были фактически оплачены, а товары приняты и учтены.
 
    Налоговый орган заявленные требования не признает, свои возражения основывает на неправомерном применении налогоплательщиком налоговых вычетов при исчислении НДС, поскольку совокупность установленных налоговым органом обстоятельств свидетельствует о наличии признаков недобросовестности в действиях налогоплательщика и его контрагента – ООО «Гравилат» (ИНН 3445095122).
 
    По мнению налогового органа, истец не проявил достаточной степени осмотрительности и осторожности при выборе данной организации в качестве контрагента. Установленные в ходе налоговой проверки обстоятельства подтверждают, что лицо, указанное в документах в качестве руководителя ООО «Гравилат» (Шейкина Анна Николаевна), является номинальным (формальным) руководителем и не имеет никакого отношения к деятельности данной организации.
 
    Кроме того, налоговый орган в  обоснование своей позиции ссылается на приговор Ахтубинского районного суда Астраханской области от 25.01.2012 по обвинению Воробьева Виталия Сергеевича в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 УК РФ и п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ, в котором, по его мнению, установлены обстоятельства создания  ООО «Гравилат» с целью незаконного освобождения от уплаты налогов без намерения осуществлять предпринимательскую деятельность в установленном законом порядке.   
 
    Рассмотрев материалы дела, выслушав мнение сторон, суд полагает, что требования общества подлежат частичному удовлетворению исходя из следующего.
 
    В силу статьи 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиками товаров (работ, услуг), и документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога. Вычетам подлежат только суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров, после принятия этих товаров на учет при наличии соответствующих первичных документов.
 
    Следовательно, при соблюдении указанных требований Кодекса налогоплательщик вправе претендовать на получение налогового вычета при исчислении налога на добавленную стоимость.
 
    Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, – достоверны.
 
    Предоставление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных Кодексом, в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.
 
    Обязанность по составлению счетов-фактур, служащих основанием для применения налогового вычета налогоплательщиком – покупателем товаров (работ, услуг), и отражению в них сведений, установленных статьей 169 Кодекса, возлагается на продавца. Соответственно, при соблюдении контрагентом указанных требований по оформлению необходимых документов, оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в указанных счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать об указании продавцом недостоверных либо противоречивых сведений.
 
    При отсутствии доказательств не совершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, указанных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».
 
    О необоснованности налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.
 
    В соответствии с п.2 постановления Пленума ВАС РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган.
 
    В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.
 
    Суд полагает, что формальное отношение к разрешению настоящего спора противоречило бы правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определениях от 16.11.2006 №  467-0, от 20.03.2007 №  209-О-О, от 24.01.2008 №  33-0-0, 17.06.2008 №  499-0-0, от 16.07.2009 №  923-О-О относительно разрешения споров о праве на налоговые вычеты по НДС, порядок применения которых определен статьей 172 НК РФ.
 
    Конституционный Суд Российской Федерации указывает, что при разрешении споров, касающихся выполнения обязанности по уплате налогов, арбитражные суды не должны ограничиваться установлением только формальных условий применения норм законодательства о налогах и сборах и в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства, в том числе правомерности применения налоговых вычетов, обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств - факт оплаты покупателем товаров (работ, услуг), действительные отношения продавца и покупателя, наличие иных, помимо счетов-фактур, документов, подтверждающих уплату налога в составе цены товара (работ, услуг), и т.п.
 
    Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09 определена правовая позиция, согласно которой, в случае реальности хозяйственных операций, вывод о недостоверности (противоречивости) счетов - фактур, подписанных не лицами, значащимися в учредительных документах поставщиков в качестве руководителей этих обществ, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.
 
    Кроме того, согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 08.06.2010 № 17684/09 в случае, когда отсутствуют доказательства того, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и, исходя из условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующих договоров, знал или должен был знать об указании контрагентами недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду их подписания лицами, не являющимися руководителями контрагентов, или о том, что в качестве контрагентов по договорам были указаны лица, не осуществляющие реальной предпринимательской деятельности и не декларирующие свои налоговые обязанности по сделкам, оформляемым от их имени, у судов отсутствуют основания делать вывод о наличии у налогоплательщика цели получения необоснованной налоговой выгоды.
 
    В ходе проверки налоговым органом установлено, что истец в проверяемом периоде  осуществлял изготовление и реализацию продукции – запасных частей и специального спортивного оборудования, металлоконструкций по специальным заказам, для чего приобретал у необходимые металлоизделия у поставщиков, в том числе, у ООО «Гравилат».
 
    В подтверждение понесенных расходов по взаимоотношениям с поставщиками, в частности, ООО «Гравилат», и в обоснование применения налоговых вычетов обществом налоговому органу  и суду представлены договор поставки, накладные, счета-фактуры. Во всех случаях оплата товаров производилась истцом с использованием безналичной формы расчетов.
 
    Факт реализации обществом произведенной из металлоизделий продукции и, следовательно, реальность их приобретения обществом для последующего использования в хозяйственной деятельности налоговым органом не оспаривается. Кроме того, обществом суду представлены сертификаты качества на приобретенные металлоизделия.
 
    По мнению ИФНС, при проведении мероприятий налогового контроля установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующая о недобросовестности истца, неправомерности его действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды в виде завышения налоговых вычетов по НДС:
 
    -   по юридическому адресу ООО «Гравилат»  в 2010 году не располагалось и фактическое место нахождения организации не известно;
 
    -   представление контрагентом налоговых деклараций по НДС с незначительными суммами налогов к уплате в бюджет;
 
    -   отсутствие у ООО «Гравилат» признаков ведения реальной финансово-хозяйственной деятельности;
 
    -   отсутствие у контрагента необходимых условий, свидетельствующих о ведении им реальной хозяйственной деятельности, а именно: персонала, складских и/или торговых площадей, транспорта, основных средств в собственности и (или) в аренде;
 
    - выявление налоговым органом случаев обналичивания денежных средств, поступивших на расчетный счет ООО «Гравилат».
 
    В отношении ООО «Гравилат» установлено, что учредителем и главным бухгалтером была заявлена Шейкина Анна Николаевна, которая, будучи ранее неоднократно допрошена, поясняла, что осуществляла посредническую деятельность по заданию ООО «Жилстрой+».
 
    Согласно данным информационного ресурса общество за 2009 год представило сведения о выплатах доходов в отношении 15 работников, сведения о наличии имущества и транспорта в собственности отсутствовали.
 
    С 26.03.2010 ООО «Гравилат» переименовано в ООО «Криптон» и поставлено на учет в ИФНС России по Центральному району г. Волгограда. Учредителем и руководителем ОО «Криптон» заявлен Виноградов Д.В., который отношение к хозяйственной деятельности общества отрицал.
 
    28.01.2011 ООО «Криптон» снято с налогового учета  в связи с реорганизацией в виде присоединения к ООО «Мицелия», поставленному на учет в межрайонной ИФНС России № 9 по Волгоградской области. Согласно учетным данным инспекции имущество и транспорт за  организацией не зарегистрированы, с момента постановки на учет ООО «Криптон» налоговую отчетность не сдавало.
 
    Суд полагает, что доводы налогового органа о фиктивности хозяйственных операций истца со спорным контрагентом, получении истцом необоснованной налоговой выгоды основаны на результатах неполно проведенной проверки, без надлежащей проверки доводов налогоплательщика, а также на предположениях.
 
    Так, в ходе выездной проверки в качестве свидетеля во вопросам взаимоотношения с истцом 19.10.2012  была допрошена Шейкина А.Н. (л.д. 90-98, т.2), которая пояснила, что по собственной инициативе зарегистрировала ООО «Гравилат»,  нанимала работников, в 2009 году численность работников составляла 15 человек. Шейкина А.Н. пояснила, что организацию ООО «Центравр» помнит, заключала договор поставки с истцом, подписывала необходимые первичные документы, товар отгружался со склада поставщика товара, взаимоотношения осуществлялись через курьера, с директором истца не встречалась.
 
    Все первичные документы ООО «Гравилат», представленные истцом, подписаны Шейкиной А.Н., то есть, лицом, являвшимся в проверяемый период руководителем контрагента.
 
    Истец пояснил суду, что перед заключением договора с ООО «Гравилат» истребовал и исследовал его правоустанавливающие документы, в подтверждение представил суду соответствующие копии.
 
    Из расчетного счета ООО «Гравилат» усматривается, что организация оплачивала третьим лицам транспортные услуги, приобретение товаров. Налоговым органом в ходе проверки мер к проведению встречных проверок таких организаций в нарушение ст. 100 НК РФ не принималось. Ссылку налогового органа на протоколы допросов Шейкиной А.Н., полученные в ходе иных мероприятий налогового контроля, суд признает необоснованной, поскольку ранее Шейкина А.Н. о взаимоотношениях с истцом не допрашивалась, сам факт создания ООО «Гравилат» и ведения хозяйственной деятельности в 2009 году по юридическому адресу не отрицала. Обратного налоговым органом не доказано, поскольку осмотр юридического адреса производился в 2010 году, а установление местонахождения общества в 2009 году налоговым органом не производилось.  Показания Шейкиной А.Н. о цели создания ООО «Гравилат» исключительно для осуществления строительных работ или агентской деятельности не исключает фактического осуществления данной организацией деятельности по поставке товара.
 
    При подтверждении должностными лицами истца и контрагента взаимоотношений, факта подписания и исполнения договоров поставки, отсутствие  поставщика по юридическому адресу в 2010 году, то есть, по окончанию взаимоотношений с истцом,  о недобросовестности истца не свидетельствует.
 
    Показания Виноградова В.В. об обстоятельствах, имеющих отношение к 2010, 2011 годам, не могут свидетельствовать об отсутствии хозяйственной деятельности ООО "Гравилат" в 2009 году.
 
    Суд отмечает, что налоговый орган в нарушение ст. 100 НК РФ мер к допросу всех работников ООО «Гравилат», принятых и работавших в 2009 году, не предпринял. Единичные показания достаточным доказательством отсутствия у ООО «Гравилат» хозяйственной деятельности не являются.
 
    Доводы ИФНС об отсутствии   у контрагента истца расходов на оплату за товары, аренду офисов, складов, выплату заработной платы, суд находит несостоятельными, основанными на предположениях, без учета возможности осуществлять такие расчеты не только с использованием расчетного счета организации.
 
    Доводы истца о том, что при наличии приобретенных товарно-материальных ценностей и денежных средств спорный контрагент имел все необходимые экономические условия для поставки товаров, налоговым органом в нарушение ст. 65 АПК РФ должными доказательствами не опровергнуты.
 
    Отсутствие контрагента по новому адресу государственной регистрации после завершения отношений с истцом о фиктивности  хозяйственных отношений с заявителем не свидетельствует. В ходе проверки налоговым органом вопрос о том, располагался ли контрагент истца по юридическому адресу в проверяемый период, не исследовался.
 
    Налоговым органом суду не представлено доказательств того, что истцу было известно об этих обстоятельствах.
 
    Более того, суд отмечает, что в соответствии со ст. 54 ГК РФ место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации. Государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа - иного органа или лица, имеющих право действовать от имени юридического лица без доверенности.
 
    Согласно постановлению Правительства РФ от 17.05.2002 № 319 ФНС РФ является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим начиная с 1 июля 2002 г. государственную регистрацию юридических лиц.
 
    Таким образом, место нахождения юридического лица, определяется в его учредительных документах, которые при его создании проверяются налоговым органом на предмет их полноты и достоверности.
 
    В соответствии с положениями ст. 25 ФЗ от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», только соответствующее юридическое лицо или индивидуальный предприниматель несут ответственность за предоставление недостоверных сведений об адресе места их нахождения, либо за несвоевременное уведомление регистрирующего органа об изменении таких сведений.
 
    Регистрирующий орган вправе обратиться в суд с требованием о ликвидации юридического лица в случае допущенных при создании такого юридического лица грубых нарушений закона или иных правовых актов, если эти нарушения носят неустранимый характер, а также в случае неоднократных либо грубых нарушений законов или иных нормативных правовых актов о государственной регистрации юридических лиц.
 
    Таким образом, налоговый орган, исключая из налоговых вычетов по НДС спорные суммы по указанному основанию, фактически возложил на истца ответственность за действия его поставщика и его правопреемников, а также за отсутствие надлежащего контроля за ними со стороны регистрирующего органа. Доказательств, свидетельствующих о том, что истец прямо или косвенно причастен к миграции своих поставщиков или знал об этом, налоговый орган суду не представил.
 
    По мнению суда, незначительность показателей налоговой и бухгалтерской отчетности контрагента истца, на которую указывает инспекция, равно как и получение контрагентом на расчетный счет денежных средств в значительном размере,  в вину истцу, являющемуся самостоятельным налогоплательщиком, поставлены быть не может.
 
    Довод налогового органа о том, что по имеющимся у него сведениям контрагент истца не имел в собственности транспортных средств, складских помещений, необходимой штатной численности, не может быть принят судом как доказательство отсутствия возможности осуществления хозяйственной деятельности, поскольку гражданское законодательство  предполагает возможность привлечения поставщиком товаров, работ, услуг третьих лиц для исполнения обязательств по договору. Налоговым органом в рамках проверки указанное обстоятельство должным образом не исследовалось. Более того, суд отмечает, что в рамках заключенного договора на поставку контрагент не обязывался осуществлять поставку собственными силами.
 
    Суд отмечает, что на момент осуществления хозяйственных операций со спорным контрагентом последний являлся самостоятельным юридическим лицом,  состоял  на налоговом учете, был зарегистрирован в ЕГРЮЛ, более того, по адресу, указанному в первичных документах,  при этом руководителем и учредителем общества значились именно те лица, которые были указаны в качестве руководителей в первичных документах, представленных истцом к проверке.
 
    Истец пояснил суду, что о недобросовестности поставщика не знал, в момент осуществления сделок с поставщиком проверял правоспособность общества на основании представлявшихся ему учредительных документов. Сведений о ликвидации юридического лица либо о его исключении из ЕГРЮЛ, внесении сведений об изменении данных учредительных документов, изменения места нахождения в реестре у истца в спорном периоде не имелось.
 
    Истец пояснил, что перед заключением договора с поставщиками убедился в наличии у него правоспособности, истребовал копии  свидетельств о госрегистрации и постановке на налоговый учет, исследовал сведения о регистрации в сети Интернет.
 
    С учетом того, что истцом, по мнению суда,  была проявлена достаточная степень осмотрительности при выборе контрагента допущенные поставщиками нарушения действующего законодательства и его недобросовестные действия не могут являться основанием для отказа в праве на применение налоговых вычетов и включению в расходы спорных сумм.
 
    Заявляя о создании поставщиками истца  видимости хозяйственной деятельности, налоговый орган в нарушение ст. 100, 101 НК РФ мер к проверке  контрагентов поставщика истца, получавших или перечислявших им денежные средства, не принял. Отсутствие в выписках из расчетных счетов контрагентов сведений о понесении расходов по аренде имущества и оплате коммунальных услуг судом также не может  свидетельствовать об отсутствии у контрагента истца таких расходов, понесенных с использованием иных способов оплаты (наличный расчет, зачет взаимных требований).
 
    Доводы налогового органа о том, что поставщиком впоследствии после получения денежных средств от истца производилось их обналичивание, о недобросовестности истца не свидетельствуют.
 
    Ответчиком в ходе проверки в нарушение ст. 100, 101 НК РФ не добыто  и не представлено суду доказательств того, что истец участвовал в получении выгоды в результате обналичивания денежных средств, либо знал о неправомерных действиях контрагента.
 
    Суд отмечает также, что налоговое законодательство не связывает право налогоплательщика на применение налогового вычета с действиями его контрагентов по сделкам по исполнению своих налоговых обязанностей, в том числе и по уплате этого налога поставщиком товара и по постановке на налоговый учет, а равно и с наличием у налогоплательщика информации о статусе поставщиков и их взаимоотношении с бюджетом.
 
    Налоговый орган, в отличие от налогоплательщика, является единственным участником налоговых правоотношений, который имеет законодательное право контролировать соблюдение гражданами и юридическими лицами требований законодательства о налогах и сборах.
 
    Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2002 № 118-О истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяют сделать вывод о том, что налогоплательщик должен нести ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.
 
    Совершение сделок с использованием дистанционного метода, то есть, без личного участия руководителей, соответствует правилам делового оборота и о проявлении неосмотрительности не свидетельствует, в связи с чем ссылку ответчика на указанное обстоятельство в обоснование своей позиции суд находит несостоятельной.
 
    Суд отмечает, что в ходе проверки налоговый орган к выводу об отсутствии у истца деловой цели при заключении договора не пришел. 
 
    Суд отмечает, что на момент осуществления хозяйственных операций со спорным поставщиком последний являлся самостоятельным юридическим лицом,  состоял  на налоговом учете, был зарегистрирован в ЕГРЮЛ, более того, по адресу, указанному в первичных документах,  при этом руководителем и учредителем общества значилось именно то лицо, которое было указано в качестве учредителя и руководителя в первичных документах, представленных истцом к проверке. Подписание счетов-фактур от  имени организации руководителем, значащимся в ЕГРЮЛ, либо представителем на основании имеющейся доверенности, свидетельствует о соответствии таких счетов-фактур ст. 169 НК РФ. Доказательств того, что первичные документы руководителем не подписывались, а также что истец на момент заключения договора и его исполнения об этом знал,  налоговым органом суду не представлено.
 
    Суд пришел к выводу, что инспекцией не было установлено ни одного из обстоятельств, позволяющих усомниться в добросовестности общества.
 
    Истец пояснил суду, что о возможной недобросовестности поставщика не знал, в момент осуществления сделок с поставщиком проверял правоспособность общества, наличие легитимного органа исполнительной власти, качество поставляемой продукции.
 
    С учетом того, что обществом, по мнению суда,  была проявлена достаточная степень осмотрительности при выборе контрагента, допущенные поставщиком нарушения действующего законодательства и его возможные недобросовестные действия по уплате налогов с полученного дохода не могут являться основанием для отказа истцу в праве на применение налоговых вычетов и включению в расходы спорных сумм.
 
    По поводу возможного представления контрагентом истца  недостоверной налоговой отчетности суд отмечает, что налоговое законодательство не связывает право налогоплательщика на применение налоговых вычетов с результатами проведения встречной проверки поставщика.
 
    Ссылку налогового органа в решении на приговор Ахтубинского районного суда Астраханской области от 25.01.2012 по обвинению Воробьева Виталия Сергеевича в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 УК РФ и п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ, как на доказательство недобросовестности контрагента истца, суд признает несостоятельной, так как в настоящее время приговор отменен вышестоящей судебной инстанцией, доказательств повторного вынесения судом обвинительного приговора налоговым органом суду в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено.
 
    Доводы ИФНС о применении ООО «Гравилат» схем по обналичиванию поступавших на его расчетный счет денежных средств суд находит необоснованными, так как доказательств участия истца в таких схемах налоговый орган в ходе проверки не добыл и суду не представил.
 
    Суд отмечает, что налоговый орган, заявляя о фиктивности создания ООО «Жилстрой+», которого в качестве контрагента ООО «Гравилат» называла Шейкина А.Н., доказательств, подтверждающих доводы, в нарушение ст. 65 АПК РФ не представил. Представленный суду протокол допроса Кудинова Д.С. от 22.05.2009 таким доказательством признан быть не может, поскольку свидетель об обстоятельствах учреждения и деятельности ООО «Жилстрой+» не допрашивался.
 
    Таким образом, исследовав материалы дела, проанализировав собранные по делу доказательства и доводы сторон в совокупности, суд приходит к выводу, что налоговым органом в ходе проверки не было собрано достаточно достоверных доказательств в подтверждение заявленных доводов о недобросовестности истца и направленности его умысла на получение необоснованной налоговой выгоды. Напротив, в обоснование своей позиции инспекций положила противоречивые доказательства, ссылалась на  неполно исследованные обстоятельства. Выявленная судом неполнота проведенной налоговой проверки не может  быть восполнена в рамках судебного разбирательства. Доводы общества об отсутствии в его действиях умысла на получение необоснованной налоговой выгоды налоговым органом в нарушение ст. ст. 65, 200 АПК РФ должным образом не опровергнуты.
 
    Суд отмечает, что налоговый орган, указывая на формальное создание ООО «Гравилат» и на составление им фиктивных документов в подтверждение ведения финансово-хозяйственной деятельности, в отсутствие такой деятельности, вместе с тем, соглашается с заявленными истцом в налоговых декларациях суммами реализации.
 
    При таких обстоятельствах суд полагает, что решение налогового органа в части доначисления в части доначисления налога на добавленную стоимость соответствующих пени подлежит признанию недействительным.
 
    Кроме того, суд принимает частичный отказ общества от иска, поскольку он не противоречит закону и не нарушает прав других лиц. Производство по делу в указанной части подлежит прекращению.
 
    При подаче заявления  и ходатайства о принятии обеспечительных мер обществом была уплачена в федеральный бюджет государственная пошлина в размере 4000 руб. В связи с удовлетворением требований истца  в силу ст. 110 АПК РФ с инспекции в пользу общества подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4000 руб.
 
    Учитывая изложенное и руководствуясь  статьями 167-171, 201,110 АПК РФ, суд
 
РЕШИЛ:
 
    Заявление общества с ограниченной ответственностью «Центавр»  удовлетворить в части.
 
    Признать недействительными, не соответствующими Налоговому кодексу Российской Федерации, решение  инспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Волгограда от 29.03.2013 № 31 в части доначисления налога на добавленную стоимость в размере 727963 руб., пени по налогу на добавленную стоимость в размере 242210 руб.
 
    Взыскать с инспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Волгограда в пользу общества с ограниченной ответственностью «Центавр»  государственную пошлину в сумме 4000 руб.
 
    Обязать инспекцию Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Волгограда устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «Центавр».
 
    В остальной части производство по делу прекратить.
 
    Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в апелляционном порядке в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в  течение месяца с даты  его принятия.
 
    В соответствии с ч. 2 ст. 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба подается через арбитражный суд Волгоградской области.
 
 
    Судья                                                                                                           Кострова Л.В.