Определение Судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВТОРОГО КАССАЦИОННОГО СУДА ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 23 августа 2022 года Дело N 8Г-17992/2022

Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего судьи Шамрай М.С.

судей: Анненковой К.К., Лепехиной Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Авдеевой Светланы Викторовны, Авдеева Кирилла Юрьевича, Авдеевой Дарьи Юрьевны, Авдеева Платона Юрьевича к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

по кассационной жалобе Министерства финансов Российской Федерации на решение Тверского районного суда г. Москвы от 26 октября 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 20 апреля 2022 года,

Заслушав доклад судьи судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции Шамрай М.С., выслушав объяснения представителя Министерства финансов Российской Федерации, поддержавшего доводы кассационной жалобы, судебная коллегия

установила:

Авдеева С.В., Авдеев К.Ю., Авдеева Д.Ю., Авдеев П.Ю. обратились в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, указав в обоснование заявленных требований, что в результате незаконного уголовного преследования супруга и отца Авдеева Ю.Г. истцам причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в переживаниях за его здоровье и судьбу, нарушено право истцов на семейную жизнь, поскольку они были лишены возможности общения с мужем и отцом, испытывали негативные эмоции, лишились оказываемой им материальной помощи.

С учетом изложенного, истцы просили суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 200 000 000 руб. в равных долях, каждому по 50 000 000 руб.

Решением Тверского районного суда г. Москвы от 26 октября 2021 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 20 апреля 2022 года, исковые требования Авдеевой С.В., Авдеева К.Ю., Авдеевой Д.Ю., Авдеева П.Ю. к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично. Суд взыскал с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда в размере по 100 000 руб.

В удовлетворении исковых требований в большем размере отказано.

В кассационной жалобе представитель Министерства финансов Российской Федерации просит судебные постановления отменить, ссылаясь на их незаконность и необоснованность, нарушение судами норм материального и процессуального права. Кассатор указывает на то, что право на компенсацию морального вреда в денежном выражении неразрывно связано с личностью реабилитированного. С учетом положений статьи 133 УПК РФ, статьи 1070 ГК РФ, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" факт вынесения в отношении Авдеева Ю.Г. постановления о прекращении уголовного преследования не является основанием для взыскания компенсации морального вреда в пользу истцов, поскольку действующим законодательством не предусмотрена в порядке реабилитации компенсация морального вреда родственникам лица, в отношении которого уголовное преследование признано незаконным. За счет казны возмещается моральный вред тому лицу, которое непосредственно было незаконно привлечено к уголовной ответственности и в отношении которого была незаконно применена мера пресечения. В отношении истцов меры уголовного принуждения не применялись, в связи с чем, правовые основания для удовлетворения исковых требований Авдеевой С.В., Авдеева К.Ю., Авдеевой Д.Ю., Авдеева П.Ю. о взыскании компенсации морального вреда с Министерства финансов Российской Федерации за счет сред казны Российской Федерации отсутствуют. Истицами не представлено доказательств тому, что незаконное привлечение их супруга и отца к уголовной ответственности повлекло причинение им нравственных страданий, нарушение их конституционных прав на уважение семейной и частной жизни, личных неимущественных прав - чести, достоинства. Кассатор обращает внимание на отсутствие всей совокупности условий для наступления деликтной ответственности без установления вины должностных лиц органов предварительного следствия и прокуратуры. Ссылается на то, что ранее, самим Авдеевым Ю.Г. уже было реализовано право на получение компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование в рамках статьи 1070 ГК РФ, что подтверждается решением Славского районного суда Калининградской области от 10 сентября 2019 года по гражданскому делу N 2-100/2019, которым в пользу Авдеева Ю.Г. с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 руб.

Согласно части 5 статьи 379.5 ГПК РФ неявка в судебное заседание кассационного суда общей юрисдикции лица, подавшего кассационные жалобу, представление, и других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке. В судебное заседание суда кассационной инстанции не явились истцы.

С учетом положений статьи 167 ГПК РФ судебная коллегия полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц, в том числе, принимая во внимание, что информация о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы заблаговременно размещена на официальном сайте Второго кассационного суда общей юрисдикции.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив по правилам статьи 379.6 ГПК РФ в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, кассационный суд приходит к следующему.

В соответствии со статьи 379.7 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции является несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанции, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такого характера нарушения судами первой и апелляционной инстанций при разрешении настоящего дела допущены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, 24 апреля 2009 года в отношении Авдеева Ю.Г., который приходится истцам супругом и отцом, было возбуждено уголовное дело по части 4 статьи 159 УК РФ.

28 июля 2009 года в отношении Авдеева Ю.Г. было возбуждено ещё одно уголовное дело по части 3 статьи 159 УК РФ.

20 января 2010 года уголовные дела были объединены в одно производство.

31 марта 2010 года в рамках указанного уголовного дела Авдееву Ю.Г. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159 и частью 2 статьи 159 УК РФ.

06 мая 2009 года Авдеев Ю.Г. был задержан в порядке статей 91-92 УПК РФ и 08 мая 2009 года в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

12 мая 2009 года Авдееву Ю.Г. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ, а 31 августа 2010 года ему было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159 и частью 3 статьи 159 УК РФ.

Срок предварительного следствия неоднократно продлевался, Авдеев Ю.Г. находился под стражей в период с 06 мая 2009 года по 06 мая 2010 года, а с 06 мая 2010 года ему была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

11 января 2018 года Авдеев Ю.Г. направил начальнику ОП г. Советска ходатайство о том, чтобы ему сообщили о судьбе уголовного дела и его статусе в этом уголовном деле.

20 февраля 2018 года Авдеев Ю.Г. получил ответ, в котором было сообщено, что уголовное дело в отношении него прекращено ещё 13 апреля 2012 года по основанию, предусмотренному пунктом 2 частью 1 статьи 24 УПК РФ. Так же было выдано постановление о прекращении уголовного преследования, датированное 13 апреля 2012 года, которым прекращено уголовное дело и отменена мера пресечения.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истцы указывали на то, что им лично ответчиком были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в переживаниях за здоровье и судьбу незаконно подвергнутого уголовному преследованию супруга и отца, было нарушено их право на семейную жизнь, поскольку они были лишены возможности общения с супругом и отцом, испытывали негативные эмоции, лишились оказываемой им материальной помощи.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями статьями 21, 53 Конституции Российской Федерации, статьями 150, 151, 1101 ГК РФ, учел разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 от 20 декабря 1994 года "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", а также принял во внимание положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с которой подлежат охране государством семейные связи, и пришел к выводу о том, что незаконное привлечение Авдеева Ю.Г. к уголовной ответственности повлекло причинение истцам нравственных страданий, нарушило их право на уважение семейной жизни, в связи с чем, взыскал компенсацию морального вреда с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывал индивидуальные особенности истцов Авдеева К.Ю., Авдеевой Д.Ю., Авдеева П.Ю., которые на тот период времени являлись малолетними детьми, нуждающимися в помощи и заботе не только со стороны матери, учитывая период уголовного преследования супруга и отца Авдеева Ю.Г., степень нравственных страданий, причиненных истцам незаконным уголовным преследованием Авдеева Ю.Г., конкретные обстоятельства настоящего дела, и пришёл к выводу о наличии оснований для взыскания с Министерства финансов Российской Федерации в счет компенсации морального вреда, причиненного истцам, денежных средств в размере по 100 000 руб. каждому на основании статьи 1101 ГК РФ.

С приведенными выводами суда первой инстанции и их нормативно-правовым обоснованием согласился суд апелляционной инстанции, который отклонил доводы ответчика об отсутствии у истцов права требовать взыскания компенсации морального вреда, со ссылкой на вышеприведенные нормы права.

Судебная коллегия находит выводы судов основанными на неверном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

В соответствии с частью 1 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В части 2 указанной нормы определен круг лиц, имеющий право на реабилитацию и соответственно на возмещение вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием. Истцы законом не отнесены к таким лицам.

Так, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего кодекса; 4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего кодекса; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры (часть 2 статьи 133 УПК РФ).

Право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 УПК РФ, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть 3 статьи 133 УПК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" физические лица, не указанные в части 2 статьи 133 УПК РФ, незаконно подвергнутые в ходе производства по уголовному делу мерам процессуального принуждения, а также юридические лица, которым незаконными действиями (бездействием) и решениями суда, прокурора, следователя, дознавателя, органа дознания в ходе производства по уголовному делу причинен вред (например, вследствие незаконного наложения ареста на имущество юридического лица), не отнесены уголовно-процессуальным законом к кругу лиц, имеющих право на реабилитацию. Однако в случае причинения вреда указанным лицам они имеют право на его возмещение в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ (часть 3 статьи 133 УПК РФ, статья 139 УПК РФ).

Из положения статей 135 и 138 УПК РФ следует, что возмещение имущественного вреда и восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав реабилитированного производится в уголовно-процессуальном порядке.

В соответствии с частью 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно пункту 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу пункта 2 статьи 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Пунктом 2 статьи 1070 указанной нормы права определено, что причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.

Ответственность за действия должностных лиц правоохранительных органов в соответствии со статьей 1069 и пункта 2 статьи 1070 ГК РФ, исходя из анализа приведенных норм права, может наступить только при наличии факта причинения вреда, причинной связи между действиями этих должностных лиц и наступившим вредом, наличии их вины в причинении вреда. При этом истец обязан доказать факт причинения ему вреда, а также то, что вред причинен в результате действий (бездействия) этих должностных лиц.

Ответственность субъектов, перечисленных в статье 1069 ГПК РФ, наступает на общих основаниях, но при наличии указанных в ней специальных условий выражающихся в причинении вреда противоправными действиями при осуществлении властно-административных полномочий.

Исходя из приведенных положений, компенсация морального вреда по указанным выше основаниям предусмотрена непосредственно реабилитированному, компенсации подлежит моральный вред, находящийся в причинно-следственной связи между незаконным уголовным преследованием и страданиями лица, которому оно подвергалось.

Доказательств причинения истцам вреда по приведенным основаниям в материалы дела не представлено, противоправность совершенных в отношении истцов действий следственных органов не установлена, уголовное преследование в отношении истцов не осуществлялось, статус подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления им не присваивался. При этом, незаконность уголовного преследования супруга и отца, которое негативно повлияло на истцов, само по себе не является основанием для взыскания компенсации морального вреда при приведенных основаниях, поскольку реабилитация лица не предусматривает компенсации морального вреда родственникам реабилитированного.

В то же время, вопреки доводам ответчика, законом не исключена возможность компенсации морального вреда по иным основаниям.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Статьей 12 Всеобщей декларации прав человека провозглашено, что никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, тайну его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств.

Согласно статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

В соответствии со статьей 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Цель приведенных норм Конвенции - защита индивида от произвольного вмешательства органов государственной власти в его личную и семейную жизнь. В связи с этим на публичные власти возлагается обязанность воздерживаться от действий, направленных на вмешательство в осуществление каждым человеком права на уважение частной и семейной жизни, то есть препятствующих свободному (от вмешательства государства) существованию семьи и построению взаимоотношений ее членов по их добровольному волеизъявлению.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, между другими родственниками.

Законодатель, закрепив в статье 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации.

При этом согласно пункту 2 статьи 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Согласно части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.