Определение Судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВТОРОГО КАССАЦИОННОГО СУДА ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 16 августа 2022 года Дело N 8Г-16298/2022

Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе

председательствующего Аксеновой О.В.,

судей Ионовой А.Н. и Игнатьева Д.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-1854/2020 по иску Межрайонного природоохранного прокурора города Москвы, действующего в защиту прав и законных интересов неопределенного круга лиц и Российской Федерации в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом по городу Москве к ФИО2 и ФИО1 о возложении обязанности освободить самовольно занятую акваторию пруда и его береговую полосу

по кассационному представлению прокурора города Москвы на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 марта 2022 года.

Заслушав доклад судьи Аксеновой О.В., объяснения прокуроров Хатовой В.В. и Филатовой Е.Г., поддержавших доводы кассационного представления, а также объяснения ФИО2 и его представителя Дронова Н.П. по доверенности от 17 июня 2020 года, представителя ФИО7 - Титова А.А. по доверенности от 03 февраля 2021 года, представителя ДГИ города Москвы - Вахрушина Д.Г. по доверенности от 27 декабря 2021 года, представителя Администрации поселения Роговское Троицкого и Новомосковского административного округа города Москвы - Чернышовой О.В. по доверенности от 15 марта 2022 года, возражавших против его удовлетворения, судебная коллегия

установила:

28 августа 2018 года Межрайонный природоохранный прокурор города Москвы, действуя в защиту прав и законных интересов неопределенного круга лиц, в защиту прав и законных интересов Российской Федерации в лице ТУ Росимущества в городе Москве, обратился в суд с иском, с учетом уточненных требований, к ФИО2, ФИО1 о возложении обязанности освободить самовольно занятую акваторию пруда и его береговую полосу.

В обоснование заявленных требований указано, что вступившими в законную силу решениями Троицкого районного суда города Москвы от 29 марта 2017 года по гражданским делам N 2-151/2017 и N 2-152/2017 были удовлетворены исковые требования межрайонного природоохранного прокурора города Москвы к ФИО2 и ФИО1 о признании недействительным образования земельных участков с кадастровыми номерами N, а также о признании отсутствующим права собственности указанных лиц на данные участки.

Этими решениями установлено, что земельные участки с кадастровыми номерами N, общей площадью 13531 кв.м, в нарушение требований природоохранного, водного и земельного законодательства сформированы в границах акватории Ильинского руслового пруда и его береговой полосы и не подлежали приватизации.

Указанные решения суда исполнены в полном объеме, земельные участки с кадастровыми номерами N сняты с государственного кадастрового учета, право собственности ФИО1 и ФИО2 на эти участки прекращено с 05 марта 2018 года и 14 марта 2018 года соответственно.

Вместе с тем, до настоящего времени ответчиками каких-либо мер, направленных на освобождение самовольно занимаемой территории береговой полосы Ильинского руслового пруда и его акватории, не предпринято. Рассматриваемые участки до снятия их с государственного кадастрового учета огорожены ответчиками единым забором совместно с другими принадлежащими данным лицам на праве собственности земельными участками, в том числе с кадастровыми номерами N и N.

В ходе проведения проверки соблюдения требований природоохранного, водного и земельного законодательства при использовании акватории Ильинского руслового пруда и его береговой полосы по адресному ориентиру: <адрес>, вблизи земельных участков с кадастровыми номерами N, было установлено, что ФИО2, ФИО1 в отсутствие правовых оснований установлено ограждение части территории береговой полосы по указанному выше адресному ориентиру.

Самовольное занятие ответчиками акватории водоема, находящегося в федеральной собственности, и его береговой полосы нарушают законные интересы Российской Федерации как собственника указанного имущества.

Решением Троицкого районного суда города Москвы от 05 марта 2019 года, оставленным без изменения апелляционным определением Московского городского суда от 10 сентября 2019 года, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 30 июня 2020 года решение Троицкого районного суда города Москвы от 05 марта 2019 года и апелляционное определение Московского городского суда от 10 сентября 2019 года отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решением Троицкого районного суда города Москвы от 24 декабря 2020 года исковые требования Межрайонного природоохранного прокурора города Москвы, действующего в защиту прав и законных интересов неопределенного круга лиц, в защиту прав и законных интересов Российской Федерации в лице ТУ Росимущества в городе Москве, к ФИО2 и ФИО11 удовлетворены.

На ответчиков возложена обязанность освободить самовольно занятую акваторию Ильинского руслового пруда и его береговую полосу, общей площадью 13531 кв.м, по адресному ориентиру: <адрес>, вблизи земельных участков с кадастровыми номерами N, от огораживающего забора в течение 30 дней с даты вступления решения суда в законную силу.

В случае неисполнения решения суда в установленный настоящим решением срок право освобождения от забора самовольно занятой территории береговой полосы Ильинского руслового пруда по указанному выше адресному ориентиру предоставлено Государственной инспекции по контролю за использованием объектов недвижимости города Москвы с последующим отнесением соответствующих затрат на ФИО2 и ФИО1

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 марта 2022 года указанное решение отменено.

Принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Межрайонного природоохранного прокурора города Москвы, действующего в защиту прав и законных интересов неопределенного круга лиц, а также в защиту прав и законных интересов Российской Федерации в лице ТУ Росимущества в городе Москве, к ФИО2 и ФИО1 отказано.

В кассационном представлении, своевременно поданном через суд первой инстанции и поступившем во Второй кассационный суд общей юрисдикции 16 июня 2022 года, прокурор города Москвы просит отменить апелляционное определение от 10 марта 2022 года с оставлением в силе решения Троицкого районного суда города Москвы от 24 декабря 2020 года.

В представлении указано, что ранее правовой статус Ильинского руслового пруда уже был установлен вступившими в законную силу судебными актами.

Так, определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 5-КГ18-121 оставлены без изменения решение Троицкого районного суда города Москвы и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда по делу N 2-151/2017.

Соглашаясь с выводами нижестоящих судов, Верховный Суд Российской Федерации, сославшись на содержание Водного кодекса Российской Федерации от 16 ноября 1995 года и Водного кодекса Российской Федерации от 03 июня 2006 года, в числе прочего, указал, что на момент образования спорных земельных участков в 2002 году и в настоящее время в их границах расположена часть акватории залива поверхностного водного объекта - руслового пруда Ильинский и его береговой полосы.

Данная часть руслового пруда не являлась замкнутым водным объектом, имела гидравлическую связь с другими поверхностными водными объектами, является федеральной собственностью и водным объектом общего пользования.

В связи с этим, как указал суд, образование земельных участков и передача их в собственность ФИО2 произведена с нарушением требований закона.

Признавая несостоятельной позицию ответчика относительно отсутствия залива пруда на момент образования земельных участков и осуществления им работ по углублению участка, который впоследствии заполнился водой, Верховный Суд Российской Федерации сослался на то, что существование залива руслового пруда по состоянию на дату образования спорных участков в 2002 году достоверно подтверждено имеющимися в деле письменными доказательствами.

Таким образом, по мнению прокурора, суд апелляционной инстанции, согласившись с утверждением ответчиков и третьего лица о существовании двух водных объектов, а не одного (как уже было установлено судом), в нарушение положения части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вошел в противоречие со сделанными по ранее рассмотренному делу с участием тех же лиц выводами суда, имеющими преюдициальное значение для вновь рассматриваемого дела.

Кроме того, в представлении критикуется вывод судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда об отсутствии вины ответчиков в нарушении прав неопределенного круга лиц и самовольном занятии земельного участка с указанием на то, что вина ответчиков в ограничении свободного доступа неопределенного круга лиц подтверждена материалами дела и является очевидной.

Указано также, что избранный прокурором способ защиты права (восстановление положения, существовавшего до нарушения права) прямо предусмотрен статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении иска прокурора, суд второй инстанции в числе прочего сослался на заключение эксперта от 17 января 2022 года, согласно которому техническая возможность демонтажа спорного забора отсутствует, поскольку это повлечет прямое нарушение запретов и ограничений, предусмотренных статьей 65 Водного кодекса Российской Федерации, статьями 21, 111, 113, 114, 115, 116, 119, 120, 122 Лесного кодекса Российской Федерации.

Этот вывод суда прокурор также критикует в представлении, утверждая, что эксперт по существу уклонился от ответа на вопрос о наличии технической возможности демонтажа забора, сославшись лишь на правовые ограничения, при том, что разрешение вопросов права отнесено законом к компетенции не эксперта, а суда.

При этом, по мнению прокурора, положения статьи 65 Водного кодекса не препятствуют сносу забора, а лишь предполагают обязанность нарушителя закона (в данном случае, ответчиков) возместить вред окружающей среде, который будет при этом причинен.

Такое возможное нанесение вреда окружающей среде, влекущее обязанность нарушителя по его последующему возмещению, не может, вопреки выводам суда второй инстанции, служить препятствием к сносу незаконно возведенного объекта, что подтверждено сформированной судебной практикой.

Изучив материалы дела, проверив законность апелляционного определения по правилам статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в кассационном представлении, судебная коллегия не находит предусмотренных законом оснований для ее удовлетворения.

В соответствии со статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права.

Таких нарушений при проверке доводов кассационного представления не установлено.

Отменяя апелляционным определением от 10 марта 2022 года решение Троицкого районного суда города Москвы от 24 декабря 2020 года и отказывая в удовлетворении исковых требований Межрайонного природоохранного прокурора города Москвы, суд второй инстанции действовал в рамках полномочий, предоставленных ему статьями 327.1 и 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также не вышел за пределы оснований к пересмотру судебных актов в апелляционном порядке, перечисленных в статье 330 того же Кодекса.

Удовлетворяя уточненные исковые требования прокурора, районный суд, сославшись на содержание статей 6, 65 Водного Кодекса Российской Федерации, статьи 98 Земельного Кодекса Российской Федерации, исходил из того, что 29 марта 2017 года Троицким районным судом города Москвы постановлены, а 14 сентября 2017 года вступили в законную силу решения по гражданским делам N 2-151/2017, N 2-152/2017 по иску Межрайонного природоохранного прокурора города Москвы, действовавшего в защиту прав и законных интересов Российской Федерации и неопределенного круга лиц к ФИО2 и ФИО1 о признании недействительным образования земельных участков, исключении записи государственного кадастрового учета, признании права собственности отсутствующим, в соответствии с которыми (решениями) исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Перечисленными выше судебными постановлениями признаны недействительными образование земельных участков с кадастровыми номерами N, площадью 1386 кв.м., N, площадью 10000 кв.м., N, площадью 2145 кв.м., расположенных по адресу: <адрес>; земельные участки исключены из государственного реестра недвижимости записи государственного кадастрового учета о вышеуказанных земельных участках и признано отсутствующим право собственности ФИО2 и ФИО1 на данные объекты недвижимости.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года решение Троицкого районного суда города Москвы от 29 марта 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 14 сентября 2017 года по гражданскому делу N 2-151/2017 оставлены без изменения.

Этими судебными постановлениями установлено, что земельные участки с кадастровыми номерами N, общей площадью 13531 кв.м, в нарушение требований природоохранного, водного и земельного законодательства сформированы в границах акватории Ильинского руслового пруда и его береговой полосы, а потому не подлежали передаче ФИО2 и ФИО1

Во исполнение решений Троицкого районного суда города Москвы от 29 марта 2017 года спорные земельные участки сняты с государственного кадастрового учета, а право собственности на них ФИО1 и ФИО2 прекращено с 05 марта 2018 года и с 14 марта 2018 года соответственно.

Суд также признал установленным, что спорная территория огорожена ответчиками единым забором совместно с другими принадлежащими данным лицам на праве собственности.

Доводы ответчиков и третьих лиц о том, что указанные участки, на которых расположен спорный забор, относятся к территории города Москвы, а не к федеральной собственности, а пруд-копань является самостоятельным объектом, не относящимся к Ильинскому пруду, суд признал несостоятельными, указав, что эти доводы ранее неоднократно оценивались вышестоящими судебными инстанциями и направлены на оспаривание вступивших в законную силу судебных постановлений.

Районный суд, кроме того, сослался на вступившее в законную силу 20 ноября 2019 года решение Троицкого районного суда города Москвы от 10 апреля 2019 года, которым образование земельных участков с кадастровыми номерами N, расположенных по адресу: <адрес>, признано недействительным, а также признано отсутствующим право собственности ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером N и право собственности ФИО2 на земельные участки с кадастровыми номерами N. Этим решением установлено, что указанные земельные участки сформированы в границах акватории Ильинского руслового пруда и его береговой полосы в нарушение прямого запрета, установленного законом.

Суд исходил из того, что действия ответчиков, выразившиеся в возведении в пределах береговой полосы и акватории водного объекта забора, нарушают права и охраняемые законом интересы неопределенного круга лиц - граждан Российской Федерации, постоянно или временно пребывающих на территории водного объекта, на благоприятную окружающую среду, на свободный и беспрепятственный доступ к водным объектам общего пользования и использования их для личных и бытовых нужд.

Указав, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда и поскольку до настоящего времени ФИО2 и ФИО1 каких-либо мер, направленных на освобождение самовольно занимаемой территории береговой полосы Ильинского руслового пруда и его акватории, не предпринято, а наличие огораживающего забора нарушает права и охраняемые законом интересы неопределенного круга лиц - граждан Российской Федерации, постоянно или временно пребывающих на территории водного объекта, на благоприятную окружающую среду, на свободный и беспрепятственный доступ к водным объектам общего пользования и использования их для личных и бытовых нужд, суд пришел к выводу о том, что заявленные Межрайонным природоохранным прокурором города Москвы исковые требования о возложении обязанности освободить самовольно занятую акваторию пруда и его береговую полосу от забора подлежат удовлетворению.

Признавая выводы Троицкого районного суда города Москвы по существу спора ошибочными, судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в апелляционном определении верно указала, что в силу подпунктов 1 и 2 пункта 1, подпункта 4 пункта 2 статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации, нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случае признания судом недействительным акта исполнительного органа государственной власти или акта органа местного самоуправления, повлекших за собой нарушение права на земельный участок; самовольного занятия земельного участка. Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Из содержания пункта 2 статьи 62 Земельного кодекса Российской Федерации следует, что на основании решения суда лицо, виновное в нарушении прав собственников земельных участков, может быть принуждено к исполнению обязанности в натуре, а именно сносу незаконно возведенных сооружений, и освобождению земельного участка.

В соответствии с пунктом 2 статьи 76 Земельного кодекса Российской Федерации, самовольно занятые земельные участки возвращаются их собственникам, землепользователям, землевладельцам, арендаторам земельных участков без возмещения затрат, произведенных лицами, виновными в нарушении земельного законодательства, за время незаконного пользования этими земельными участками.

Таким образом, Земельным кодексом Российской Федерации установлена возможность восстановления нарушенного права на земельный участок в случае его самовольного занятия. Действия, нарушающие права на землю, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права.

Из анализа приведенных положений закона следует, что демонтаж (снос) строений, сооружений при самовольном занятии земельного участка осуществляется лицами, виновными в таких правонарушениях.

Таким образом, возлагая на ФИО2 и ФИО1 обязанность по освобождению спорной территории, суд первой инстанции фактически установил вину данных лиц, самовольно занявших земельные участки.

Вместе с тем, как верно указано в апелляционном определении от 10 марта 2022 года, из материалов дела следует, что спорная территория предоставлялась ФИО2 и ФИО1 органом местного самоуправления.

Так, земельный участок площадью 10000 кв.м предоставлен в собственность ФИО2 Постановлением Главы Роговского сельского округа Московской области от 17 октября 2002 года N 261 для сельскохозяйственного использования.

Земельный участок площадью 1386 кв.м предоставлен ФИО2 в собственность за плату для ведения личного подсобного хозяйства без цели строительства Постановлением Главы Роговского сельского округа Московской области от 17 октября 2002 года N 258.

Земельный участок площадью 2145 кв.м предоставлен ФИО1 в собственность для культурно-оздоровительных и спортивно-туристических целей Постановлением Главы Роговского сельского округа Московской области от 13 апреля 2000 года N 59

В настоящее время соответствующая территория относится к городу Москве.

Таким образом, указанные выше земельные участки были заняты ФИО2 и ФИО1 на основании соответствующих правовых актов органов местного самоуправления, при этом сведения о том, что эти акты в установленном порядке признавались незаконными, в деле отсутствуют.

Удовлетворяя исковые требования прокурора, районный суд исходил из того, что обстоятельства самовольного занятия ФИО2 и ФИО1 земельных участков и акваторией водного объекта установлены судебными актами, имеющими преюдициальное значение и не подлежащими доказыванию в рамках других дел с участием тех же лиц.