Определение Судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СЕДЬМОГО КАССАЦИОННОГО СУДА ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 20 октября 2022 года Дело N 8Г-15031/2022

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Давыдовой Т.И.,

судей Руновой Т.Д., Карповой О.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-3341/2021 по иску Сашина Алексея Анатольевича к Государственному учреждению - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре о возложении обязанности включить периоды службы и работы в страховой стаж, возложении обязанности назначить пенсию, взыскании компенсации морального вреда,

по кассационной жалобе Государственного учреждения - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 12 июля 2022 года.

Заслушав доклад судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции Руновой Т.Д. об обстоятельствах дела, о принятых по делу судебных постановлениях, доводах кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

установила:

Сашин А.А. обратился с иском к Государственному учреждению - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре (далее - ОПФР по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре, Отделение), с учетом уточнений просил суд обязать ответчика включить в страховой стаж периоды: с 05 июля 1983 года по 11 мая 1984 года - работа в колхозе имени Ленина Исетского района, с 12 мая 1984 года по 04 апреля 1986 года - служба в рядах Советской Армии, с 05 апреля 1986 года по 09 апреля 1990 года - служба по контракту один год за полтора года, с 16 мая 1994 года по 01 апреля 1998 года служба в МВД; с 26 декабря 2001 года по 07 декабря 2015 года - работа в ЗАО "Сургутпромавтоматика", в 2017 году, 2020 году - трудовая деятельность в "Союзпрофмонтаж" за полный год; обязать ответчика назначить досрочную страховую пенсию по старости; взыскать компенсацию морального вреда и расходы на оплату юридических услуг.

В обоснование требований указал, что 22 января 2021 года обратился в Пенсионный фонд с заявлением о назначении страховой пенсии по старости досрочно в связи с наличием необходимого стажа работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера. Решением ответчика от 04 февраля 2021 года в назначении пенсии ему было отказано. При изучении данных о страховом стаже, учитываемом ответчиком при принятии решения, он установил, что в страховой стаж не включены спорные периоды работы. Полагает действия ответчика незаконными.

Решением Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 20 октября 2021 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 12 июля 2022 года решение Ханты-Мансийского районного суда от 20 октября 2021 года отменено в части отказа в удовлетворении требований о понуждении включить в страховой стаж периоды работы, принято в указанной части новое решение, которым исковые требования удовлетворены частично.

На ОПФР по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре возложена обязанность включить в страховой стаж Сашина А.А. период работы: с 01 октября 2013 года по 07 декабря 2015 года в ЗАО "Сургутпромавтоматика" в местности, приравненной к районам Крайнего Севера.

С ОПФР по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре в пользу Сашина А.А. взыскана компенсация морального вреда в размере 4 000 руб.

В остальной части решение Ханты-Мансийского районного суда от 20 октября 2021 года оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ОПФР по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре ставит вопрос об отмене апелляционного определения, как незаконного.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке. Информация о рассмотрении дела заблаговременно была размещена на официальном сайте Седьмого кассационного суда общей юрисдикции. Судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 3795 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

На основании части 1 статьи 3796 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных постановлений, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В соответствии с частью 1 статьи 3797 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемых судебных постановлениях, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции считает, что отсутствуют основания для отмены или изменения апелляционного определения.

Судом установлено и следует из материалов дела, что Сашин Алексей Анатольевич, 05 февраля 1966 года рождения, зарегистрирован в системе индивидуального персонифицированного учета 04 июня 2001 года.

22 января 2021 года Сашин А.А. обратился в Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Сургуте Ханты-Мансийского автономного округа - Югры (далее - УПФР в г. Сургуте) с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости.

Решением УПФР в г. Сургуте от 04 февраля 2021 года в назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании пункта 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" отказано, в связи с недостижением возраста, необходимого для назначения пенсии. Оценка страхового стажа пенсионным органом не проводилась.

Отказывая в удовлетворении требований о назначении досрочной страховой пенсии, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 8, 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", приложением N 6 к указанному закону, исходил из того, что в 2021 году Сашину А.А. исполнилось 55 лет, с заявлением о назначении страховой пенсии по старости истец обратился ранее установленного законом срока на три года, в связи с чем пришел к выводу, что ответчиком обоснованно отказано в назначении досрочной страховой пенсии.

Отказывая во включении в страховой стаж спорных периодов работы и службы, суд первой инстанции исходил из того, что оценка страхового стажа истца ответчиком в решении об отказе в назначении пенсии не производилась по причине недостижения истцом возраста, дающего право на назначение пенсии, в связи с чем пришел к выводу, что спор о включении указанных в исковом заявлении периодов отсутствует, оснований для возложения на ответчика преждевременной обязанности по включению заявленных в иске периодов в страховой стаж не имеется.

Установив, что пенсионным органом правомерно вынесено решение об отказе в назначении досрочной страховой пенсии по старости, суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием в части отказа в удовлетворении требований о назначении досрочной страховой пенсии.

Вместе с тем нашел необоснованными выводы суда об отсутствии спора относительно включения указанных в исковом заявлении периодов в стаж работы истца.

Не согласившись с выводом суда первой инстанции в указанной части, суд апелляционной инстанции исходил из того, что судом не выносился на обсуждение сторон вопрос о том, какой именно расчет стажа истец оспаривает, с чем он не согласен, если в тексте решения пенсионного органа расчет стажа отсутствует. Установив из пояснений истца, что он фактически не согласен со сведениями, содержащимися в выписке из индивидуального лицевого счета, согласно выписке период работы истца в ЗАО "Сургутпромавтоматика" отражен в сведениях о страховом стаже с 26 декабря 2001 года по 30 сентября 2013 года с отметкой о территориальных условиях работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера (за исключением дней неоплачиваемых отпусков), тогда как из трудовой книжки истца следует, что период работы у данного работодателя завершается 07 декабря 2015 года, это же обстоятельство подтверждается справкой работодателя, суд апелляционной инстанции возложил на пенсионный орган обязанность включить в страховой стаж истца период работы с 01 октября 2013 года по 07 декабря 2015 года в ЗАО "Сургутпромавтоматика" в местности, приравненной к районам Крайнего Севера.

Проверяя решение суда первой инстанции в части разрешения требований истца о включении в стаж иных периодов, суд апелляционной инстанции установил, что период работы с 05 июля 1983 года по 11 мая 1984 года в колхозе имени Ленина Исетского района, а также период службы с 12 мая 1984 года по 09 апреля 1990 года в рядах Советской Армии, период службы истца в органах МВД с 16 мая 1994 года по 01 апреля 1998 года отражены в выписке из индивидуального лицевого счета и засчитаны в страховой стаж истца, оснований для включения периодов службы в специальный стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, не имеется. Относительно требования истца о включении периода работы в "Союзпрофмонтаж" за полный год, суд апелляционной инстанции указал, что оно не подлежит удовлетворению, поскольку не конкретизировано.

Не соглашаясь с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции исходил из того, что пенсионным органом нарушено право истца на получение надлежащей информации о продолжительности стажа, признаваемого со стороны уполномоченного государством органа (пенсионного фонда), в тексте решения об отказе в назначении пенсии расчет имеющегося у истца стажа пенсионный орган не привел, надлежащую информацию о том, имеется ли у истца требуемая продолжительность страхового стажа и стажа работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, истцу не предоставил, а также не произвел самостоятельно корректировку сведений о стаже, несмотря на представление истцом подтверждающих документов, свою обязанность по осуществлению контроля за правильностью представления страхователями необходимых сведений не исполнил, а равно не разъяснил истцу его права и обязанности в связи с выявленным противоречием.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции исходил из того, что подавляющая часть доводов истца не нашла своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, нарушение права установлено только по одному из периодов, а также в части информационного содержания решения пенсионного органа, в связи с чем пришел к выводу об определении такой компенсации в размере 4 000 руб.

Отказывая в удовлетворении требований о возмещении понесенных расходов на оплату юридических услуг, суд апелляционной инстанции исходил из того, что из текста договора об оказании юридических услуг не следует, что истцом оплачена помощь представителя по настоящему делу, истцом оплачены иные услуги.

Апелляционное определение в части отказа в удовлетворении исковых требований ответчиком не обжалуется, предметом проверки суда кассационной инстанции не является.

В доводах кассационной жалобы заявитель выражает несогласие с выводами суда апелляционной инстанции в части взыскания компенсации морального вреда, указывает на то, что нарушение пенсионных прав затрагивает имущественные права граждан, специального закона, допускающего привлечение органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, к ответственности в виде компенсации морального вреда за нарушение имущественных прав, не имеется, ссылается на разъяснения, изложенные в пункте 31 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года N 30 "О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии".

Согласно пункту 31 указанного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации, поскольку нарушения пенсионных прав затрагивают имущественные права граждан, требования о компенсации морального вреда исходя из положений пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат удовлетворению, так как специального закона, допускающего в указанном случае возможность привлечения органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, к такой ответственности, не имеется.

Вместе с тем указанные разъяснения не исключают право гражданина на компенсацию морального вреда в связи с нарушением его прав пенсионным органом.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Статья 39 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Реализация целей социальной политики Российской Федерации, как они определены Конституцией Российской Федерации, является одной из основных конституционных обязанностей государства, осуществляемых государством через соответствующие органы.

В силу пункта 3 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации, утвержденного постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2122-1 (в редакции Указа Президента Российской Федерации от 24 декабря 1993 года N 288, Федерального закона от 5 мая 1997 года N 77-ФЗ), Пенсионный фонд Российской Федерации обеспечивает разъяснительную работу среди населения по вопросам, относящимся к компетенции Пенсионного фонда Российской Федерации.

Обязанности по реализации социальной политики Российской Федерации в области государственного пенсионного обеспечения возложены на Пенсионный фонд Российской Федерации, в рамках исполнения которых Пенсионный фонд Российской Федерации и его региональные отделения в числе прочего обеспечивают разъяснительную работу среди населения по вопросам, относящимся к компетенции Пенсионного фонда Российской Федерации.

Следовательно, при обращении гражданина в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации по вопросам пенсионного обеспечения гражданин имеет право на получение от пенсионного органа информации о его правах и этому праву корреспондирует обязанность пенсионного органа предоставить гражданину указанную информацию.

Таким образом, пенсионный орган при обращении гражданина с заявлением о назначении пенсии должен разъяснить гражданину его права, связанные с пенсионным обеспечением.

Несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на социальное обеспечение, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат, может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда в связи с тем, что социальное обеспечение граждан неразрывно связано с их нематериальными благами и личными неимущественными правами.

Поскольку судом апелляционной инстанции установлено нарушение неимущественных прав истца при обращении с заявлением о назначении пенсии в связи с непредставлением информации о стаже, учтенном пенсионным органом при разрешении данного заявления, его выводы о возложении обязанности по компенсации морального вреда являются верными, соответствуют вышеприведенному правовому регулированию спорных правоотношений, доводами кассационной жалобы не опровергаются.

Доводы кассационной жалобы о том, что суд апелляционной инстанции в отсутствие начисления страховых взносов обязал учесть период с 01 октября 2013 года по 07 декабря 2015 года в ЗАО "Сургутпромавтоматика" в страховой стаж и стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера; истец предоставил в суд апелляционной инстанции справку работодателя, которая не была представлена при рассмотрении дела в суде первой инстанции, равно как и не представлена в Отделение, не свидетельствуют о нарушении судом норм права, которые повлияли на исход дела.

При подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 этого закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 года N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования", подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (часть 1 статьи 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях").

При подсчете страхового стажа периоды работы, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 года N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования", подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (часть 2 статьи 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях").

По общему правилу периоды работы после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, сформированной на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. В случае отсутствия в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета данных о периодах работы и (или) иной деятельности, с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, либо оспаривания достоверности таких сведений факт выполнения гражданином работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, может быть подтвержден путем представления письменных доказательств, отвечающих требованиям статей 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, дав оценку представленным доказательствам, пришел к выводу о включении в стаж работы истца спорного периода работы.

Переоценка исследованных судом доказательств и обстоятельств, установленных на основании данной оценки в силу положений части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 3797 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, кассационным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 3795, 390, 3901 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 12 июля 2022 года оставить без изменения, кассационную жалобу Государственного учреждения - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка