Определение Судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СЕДЬМОГО КАССАЦИОННОГО СУДА ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 июля 2022 года Дело N 8Г-10147/2022

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Козиной Н.М.,

судей Карповой О.Н., Ложкарёвой О.А.,

с участием прокурора Таскаевой А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи гражданское дело N 2-53/2021 по иску Грибановой Анастасии Владимировны, Шулдиковой Елены Анатольевны к бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа - Югры "Окружная клиническая больница" о признании оказанной медицинской помощи некачественной, взыскании компенсации морального вреда,

по кассационной жалобе Грибановой Анастасии Владимировны, Шулдиковой Елены Анатольевны, кассационному представлению Прокуратуры Ханты-Мансийского автономного округа - Югры на решение Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24 мая 2021 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 29 марта 2022 г.

Заслушав доклад судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции Карповой О.Н., объяснения представителя истцов Рудик О.С., поддержавшую доводы жалобы, представителя бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры "Окружная клиническая больница" Мурашову А.С., представителя Департамента здравоохранения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры Тихомирову Е.М., просивших жалобу и представление оставить без удовлетворения, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Таскаевой А.А., поддержавшей доводы кассационной жалобы и кассационного представления, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

УСТАНОВИЛА:

Грибанова А.В., Шулдикова Е.А. обратились в суд с иском к бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа - Югры "Окружная клиническая больница" (далее - Окружная клиническая больница), в котором, уточнив заявленные требования, просили признать врачебной ошибкой качество оказанной <данные изъяты>., умершему <данные изъяты> г., медицинской помощи в период с 15 января 2019 г. до 17 июня 2019 г., взыскать с ответчика в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда в размере по 200 000 руб.

В обоснование заявленных требований истцы ссылались на то, что 25 марта 2020 г. умер <данные изъяты>., причиной смерти <данные изъяты>. До момента смерти <данные изъяты>. ежегодно проходил плановые медицинские осмотры по полису обязательного медицинского страхования. В период с 9 января 2019 г. по 15 января 2019 г. он находился на больничном с диагнозом острое респираторное заболевание. 18 января 2019 г. участковым терапевтом ему был поставлен предварительный диагноз: <данные изъяты>. По результатам обследования 8 февраля 2019 г. <данные изъяты>. поставлен заключительный диагноз: <данные изъяты>. Истцы считают, что 8 февраля 2019 г. после установления заключительного диагноза <данные изъяты>. не была назначена консультация и лечение у врача кардиолога, неверно поставлен диагноз, не определена атеросклеротическая болезнь сердца. В выписке из амбулаторной карты не указано, проводилась ли комплексная диагностика на наличие или отсутствие у него атеросклероза, лабораторные исследования, инструментальная диагностика. Указывают на некачественное оказание медицинской помощи, которая привела к смерти близкого родственника (супруга и отца) истцов.

Решением Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24 мая 2021 г. в удовлетворении исковых требований Грибановой А.В., Шулдиковой Е.А. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24 августа 2021 г. указанное решение отменено, принято по делу новое решение. Взыскана с Окружной клинической больницы в пользу Грибановой А.В., Шулдиковой Е.А. компенсация морального вреда в размере по 50000 руб., а также государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования г. Ханты-Мансийска в размере 300 руб.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 18 января 2022 г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24 августа 2021 г. отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 29 марта 2022 г. решение Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24 мая 2021 г. оставлено без изменения, апелляционные жалобы истцов - без удовлетворения.

В кассационной жалобе истцы Грибанова А.В., Шулдикова Е.А. ставят вопрос об отмене судебных постановлений, как незаконных, принятых с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, принятии по делу нового решения об удовлетворении их требований частично путем взыскания компенсации морального вреда в разумном размере.

В кассационном представлении прокурор Ханты-Мансийского автономного округа - Югры ставит вопрос об отмене апелляционного определения по мотивам незаконности и необоснованности, направлении дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

От представителя Окружной клинической больницы поступили возражения на кассационную жалобу истцов, кассационное представление прокурора, в которых представитель ответчика просит жалобу и представление оставить без удовлетворения, как необоснованные.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о времени и месте судебного разбирательства по настоящему делу заблаговременно была размещена на официальном сайте Седьмого кассационного суда общей юрисдикции. В соответствии со статьями 167, 3795 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия нашла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Обсудив доводы кассационных жалобы, представления, возражений на них, изучив материалы дела, выслушав объяснения относительно кассационной жалобы, кассационного представления, заключение прокурора, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции находит кассационные жалобу и представление подлежащими удовлетворению.

В соответствии со статьей 3797 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции приходит к выводу, что в настоящем деле судами первой и апелляционной инстанций были допущены такого рода существенные нарушения норм права, и они выразились в следующем.

Как установлено судами, <данные изъяты>., умерший <данные изъяты> г., при жизни являлся мужем Шулдиковой Е.А. и отцом Грибановой А.В.

Причиной его смерти явилась атеросклеротическая болезнь сердца, осложнившаяся развитием острой ишемии миокарда и острой сердечно-сосудистой недостаточности.

Данное заболевание протекало на фоне гипертонической болезни и при наличии сопутствующих заболеваний: <данные изъяты>) и <данные изъяты> <данные изъяты>

По ходатайству представителя ответчика определением Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 9 декабря 2020 г. по делу назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно экспертному заключению <данные изъяты>, с января 2019 г. по март 2019 г. <данные изъяты>. наблюдался у ответчика. В январе у пациента имело место острое респираторное заболевание. 15 января 2019 г. на основании данных осмотра, лабораторных данных, а также проведенного ЭКГ, <данные изъяты>. было установлено следующее заболевание: <данные изъяты> В этой связи ему было рекомендовано выполнение ЭХО-кардиографии и консультация кардиолога.

16 января 2019 г. <данные изъяты>. был осмотрен кардиологом, ему установлен предварительный конкурентный диагноз: <данные изъяты> в связи с чем рекомендована повторная консультация кардиолога 11 февраля 2019 г. и прием лекарственных средств.

8 февраля 2019 г. при осмотре участковым терапевтом <данные изъяты>. установлен прежний диагноз: <данные изъяты>. С целью исключения злокачественного новообразования рекомендовано выполнение колоноскопии и эзофагогастродуоденоскопии в связи с выявлением скрытой крови в кале.

6 марта 2019 г. <данные изъяты>. выполнена эхокардиография, согласно результатам которой подтвердилось наличие хронической патологии сердца, а именно: атеросклероза аорты, снижения сократительной и насосной функции левого желудочка, диастолической дисфункции левого желудочка, диастолической дисфункции правого желудочка, гипертрофии миокарда левого желудочка, органического поражения аортальных створок без нарушения гемодинамики.

Согласно выводам экспертов, оказанная <данные изъяты>. медицинская помощь не соответствовала клиническим рекомендациям в части, касающейся правильности выбора методов диагностики, имевшихся у него заболеваний, а именно: не был выполнен расчет скорости клубочковой фильтрации, не было проведено суточное мониторирование АД, не было назначено выполнение анализа на микроальбуминурию. Указанные недостатки относятся к недостаткам диагностики по отношению к гипертонической болезни сердца, а не к недостаткам диагностики атеросклеротической болезни сердца.

Кроме того, сформулированные диагнозы следует считать некорректными, в них не отражена общепринятая детализация диагноза - <данные изъяты>, что комиссией отмечено как недостаток оказания медицинской помощи.

Последняя запись осмотра терапевта датирована 8 февраля 2019 г. с назначением исследований ФГДС, колоноскопии по результатам положительного анализа кала на скрытую кровь. При этом ранее (март 2019 г.) было назначено выполнение ЭХО-кардиографии. В ходе данного осмотра <данные изъяты>. не была дана рекомендация о контрольной явке после исследований. <данные изъяты>. было показано плановое выполнение Тредмил-теста с целью оценки возможных ишемических изменений, которые пациент не выполнил при назначенной повторной явке 11 февраля 2019 г.

Экспертами рассмотрен вопрос влияния допущенных недостатков на тактику лечения имевшейся у <данные изъяты>. атеросклеротической болезни сердца и установлено, что при условии отсутствия (недопущения) выявленных недостатков, относящиеся к диагностике по отношению к гипертонической болезни, назначение лекарственных средств в отношении гипертонической болезни не претерпело бы существенного изменения. Основной стартовой терапией при выявлении у пациента коронаросклероза является назначение статинов и антитромботических препаратов, что и было выполнено в виде рекомендации о приеме Ацетилсалициловой кислоты и Розувастатина. Допущенный недостаток в виде некорректно сформулированного диагноза не мог повлиять на смену назначенных препаратов против атеросклероза, так как при некорректно сформулированном диагнозе была назначена верная стартовая терапия. Допущенный недостаток в виде отсутствия рекомендации о контрольной явке после исследований (с учетом результатов ЭХО-КГ и УЗИ сосудов шеи) не мог кардинальным образом повлиять на смену назначенных препаратов против атеросклероза.

С учетом верно назначенной фармакологической терапии, экспертная комиссия не установила причинно-следственной связи между допущенными недостатками и наступлением смерти <данные изъяты>.

Согласно выводам экспертов, недостатки медицинской помощи, допущенные в отношении <данные изъяты>., как в отдельности, так и в совокупности, не находятся в причинно-следственной связи с развитием у него заболеваний и их осложнений, ставших непосредственной причиной смерти, поскольку последние непосредственно (прямо) обусловлены характером и тяжестью основной патологии сердечно-сосудистой системы (коронаросклероз).

Разрешая возникший спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, сославшись на положения статей 151, 1064, 1068, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", а также разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", исходил из того, что допущенные недостатки не могли причинить вред здоровью <данные изъяты>. и не способствовали развитию неблагоприятного исхода при правильно назначенной терапии, в связи с чем не усмотрел оснований для взыскания компенсации морального вреда.

Проверяя законность и обоснованность решения при новом рассмотрении дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что судом первой инстанции при рассмотрении дела нарушений норм материального и процессуального права не допущено, в связи с чем оставил решение без изменения.

Оценив дополнительные доказательства, представленные истцами, суд апелляционной инстанции отметил, что приобщенные к материалам дела письменные пояснения Грибановой А.В., Шулдиковой Е.А., чек об оплате тонометра, фотографии семьи при жизни умершего <данные изъяты>., детализация разговоров с телефона Шулдиковой Е.А., подтверждают наличие между истцами и <данные изъяты>. теплых семейных отношений, но не подтверждают факт причинения истцам морального вреда в результате действий ответчика при оказании медицинской помощи <данные изъяты>. Факт родственных отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований истцов о компенсации морального вреда, причиненного некачественным лечением.

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции считает, что приведенные выводы судебных инстанций основаны на неправильном толковании и применении норм материального права к спорным отношениям и сделаны с существенным нарушением норм процессуального права.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).