Постановление Президиума Красноярского краевого суда от 21 июня 2016 года №4Г-515/2016, 44Г-31/2016

 
ПРЕЗИДИУМ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА
 
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
 
от 21 июня 2016 года Дело N 44Г-31/2016
 
Президиума Красноярского краевого суда
г. Красноярск 21 июня 2016 года
Президиум Красноярского краевого суда в составе:
председательствующего - Фуги Н.В.,
членов Президиума - Кулябова А.А., Астапова А.М., Войты И.В.,
Заройца И.Ф., Бугаенко Н.В.
при секретаре - Настенко В.В.
по докладу судьи - Астапова А.М.
рассмотрев гражданское дело по иску Полежаевой С.В., действующей в интересах несовершеннолетнего Старкина А.М., к Трифонову А.А., Шатура Е.А., Михайловой Е.О., Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю о признании действий не имеющими юридической силы, признании недействительными договоров купли-продажи, признании недействительными (аннулировании) записей о регистрации права собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, включении комнаты в наследственную массу, признании права собственности на комнату в порядке наследования,
по кассационной жалобе представителя Полежаевой С.В., действующей в интересах несовершеннолетнего Старкина А.М., - Килименева Д.В. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 16 ноября 2015 года,
на основании определения судьи Красноярского краевого суда Плаксиной Е.Е. от 23 мая 2016 года,
УСТАНОВИЛ:
Полежаева С.В., действующая в интересах несовершеннолетнего сына Старкина A.M., предъявила в суде иск к Трифонову А.А., Шатура Е.А., Михайловой Е.О., Управлению Росреестра по Красноярскому краю о признании сделок недействительными, аннулировании записей о государственной регистрации права, включении имущества в наследственную массу, признании права собственности в порядке наследования.
Требования мотивировала тем, что на основании заочного решения Ленинского районного суда г. Красноярска от 27 сентября 2013 года Старкин М.А. являлся собственником жилого помещения, расположенного в < адрес>, общей площадью < данные изъяты> 18 марта 2014 г. Трифонов А.А., действуя на основании доверенности, выданной Старкиным М.А. 30 апреля 2013 г., продал указанную комнату Шатура А.А. за < данные изъяты>. В расписке о получении этой денежной суммы подпись Старкину М.А. не принадлежит. Старкин М.А. умер 20 марта 2014 года, а 22 марта 2014 г. Трифонов А.А., воспользовавшись доверенностью действие которой прекращено, вместе с Шатура Е.А. обратился в Управление Росреестра по Красноярскому краю с заявлением о регистрации перехода права собственности и 28 марта 2014 г. право собственности на комнату № < адрес> зарегистрировано за Шатура Е.А. 30 мая 2014 г. Шатура Е.А. по договору купли-продажи продала указанную комнату Михайловой Е.О., которая зарегистрировала за собой право собственности на это жилое помещение. Единственным наследником Старкина М.А. является его сын - Старкин А.М.. Поскольку действие доверенности прекращается вследствие смерти гражданина и право собственности на имущество, полученное покупателем до государственной регистрации, сохраняется за продавцом, Полежаева С.В. просит признать действия ответчика Трифонова А.А., совершенные после 20 марта 2014 г., не имеющими юридической силы; признать недействительными договоры купли-продажи комнаты № < адрес> заключенные 18 марта 2014 г. между Старкиным М.А., в лице представителя Трифонова А.А, и Шатура Е.А., и 30 мая 2014 года между Шатура Е.А. и Михайловой Е.О.; аннулировать записи о регистрации права собственности Шатура Е.А. и Михайловой Е.О. на указанное жилое помещение; истребовать из незаконного владения Михайловой Е.О. и включить в состав наследства, оставшегося после смерти Старкина М.А., комнату, расположенную по адресу: г. < адрес>; признать за несовершеннолетним Старкиным A.M. право собственности на это недвижимое имущество в порядке наследования.
Решением Ленинского районного суда г. Красноярска от 16 июля 2015 года исковые требования Полежаевой С.В., действующей в интересах несовершеннолетнего сына Старкина A.M. удовлетворены частично, признан недействительным договор купли-продажи комнаты по адресу: г< адрес> заключенный 18 марта 2014 г. между Старкиным М.А. и Шатура Е.А.; комната, общей площадью < данные изъяты>.. по адресу: г. < адрес> включена в состав наследства, оставшегося после смерти Старкина М.А.; указанное имущество истребовано у Михайловой Е.О. в пользу Старкина A.M.; за Старкиным A.M. признано право собственности на это недвижимое имущество в порядке наследования; указано, что данное решение является основанием для прекращения права собственности Михайловой Е.О. на комнату № < адрес> с Трифонова А.А., Шатура Е.А. и Михайловой Е.О. в пользу Полежаевой СВ. взысканы судебные расходы по < данные изъяты>. с каждого. В остальной части Полежаевой СВ. в иске отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 16 ноября 2015 года решение Ленинского районного суда г.Красноярска от 16 июля 2015 года в части признания недействительным договора купли-продажи от 18 марта 2014 г., включения в наследственную массу комнаты < адрес>, признании за Старкиным A.M. права собственности на это недвижимое имущество в порядке наследования, истребовании имущества у Михайловой Е.О. и взыскания с Трифонова А.А., Шатура Е.А., Михайловой Е.О. судебных расходов отменено, принято новое решение об отказе Полежаевой СВ. в иске в этой части. Из мотивировочной и резолютивной частей решения исключен вывод о том, что решение является основанием для прекращения права собственности Михайловой Е.О. на комнату по адресу: г.< адрес>, а также о том, что денежные средства по договору купли-продажи от 18 марта 2014 г. Шатура Е.А. Старкину М.А. не передавались. В остальной части решение оставлено без изменения.
В кассационной жалобе, поступившей в Красноярский краевой суд 15 февраля 2016 года, представитель Полежаевой С.В. - Килименев Д.В. (доверенность от 21 ноября 2014 г.) просит апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 16 ноября 2015 года отменить, ссылаясь на допущенные судом нарушения норм материального и процессуального права.
Для проверки доводов кассационной жалобы 2 марта 2016 года дело истребовано в Красноярский краевой суд. Определением судьи Красноярского краевого суда от 23 мая 2016 года жалоба передана вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании Президиума Красноярского краевого суда.
Проверив материалы дела с учетом доводов кассационной жалобы, заслушав объяснения Килименева Д.В. в интересах Полежаевой С.В. (по доверенности от 21 ноября 2014 года, срок действия 3 года), адвоката Бровкина А.В в интересах Шатура Е.А. и Трифонова А.А. (по ордерам соответственно от 21 июня 2016 года №2109, от 21 июня 2016 года №2110), Михайлову Е.О. и ее представителя Алексаняна Т.С., Президиум Красноярского краевого суда приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст.387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Такого рода нарушения допущены судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего гражданского дела.
Как следует из материалов дела, Полежаева (Старкина) С.В. и Старкин М.А. состояли в браке с < дата> г. по 9 < дата> г. (т.1, л.д.10, 12), от брака имеют сына Старкина А.М.. < дата> года рождения (л.д.11. т.1).
Старкин М.А. с 17 апреля 2001 г. проживал и состоял на регистрационном учете в ком< адрес> (т.1, л.д.113).
Заочным решением Ленинского районного суда г. Красноярска от 27 сентября 2013 года за Старкиным М.А. признано право собственности в порядке приватизации на комнату, общей площадью < данные изъяты> кв.м., расположенную по указанному выше адресу (т.1, л.д.16-19).
Согласно нотариально удостоверенной доверенности, выданной 13 апреля 2013 г., Старкин М.А. уполномочил Трифонова А.А. быть его представителем по всем вопросам, связанным-с приватизацией жилой площади по адресу: г< адрес>, продать эту комнату за цену и на условиях по своему усмотрению, без права получения причитающихся с покупателя денег за проданную квартиру (т.1, л.д. 108-109).
18 марта 2014 г. Трифонов А.А., действуя на основании указанной выше доверенности от имени Старкина М.А., продал комнату < адрес> Шатура Е.А. за < данные изъяты> (л.д.112, т.1).
В материалах дела имеется расписка от 18 марта 2014 г., из которой следует, что Старкин М.А. получил по договору купли-продажи < данные изъяты>. (т.1, л.д.171).
22 марта 2014 г. Трифонов А.А, действуя на основании доверенности от имени Старкина М.А., обратился в Управление Росреестра по Красноярскому краю с заявлениями о регистрации права собственности за Старкиным М.А. и перехода права собственности на основании договора купли-продажи от 18 марта 2014 г. на указанную выше комнату (т. 1, л.д. 100-101, 102-103).
Право собственности Шатура Е.А. на жилое помещение по < адрес> зарегистрировано 28 марта 2014 г. (л.д.66, т.1).
30 мая 2014 года Шатура Е.А. продала это жилое помещение Михайловой Е.А. за < данные изъяты>. (т.1, л.д. 128), которая в свою очередь продала эту комнату 23 июля 2014 г. Сулеймановой Н.А. за < данные изъяты> (л.д. 143, т.1). Как следует из уведомлений от 7 августа 2014 г. государственная регистрация перехода права собственности по этому договору купли-продажи приостановлена (т.1, л.д. 128-130).
Старкин Михаил Александрович умер < дата> (т. 1, л.д.9).
Согласно заключению комплексной почерковедческой и судебно-технической экспертизы, рукописный текст и подпись в расписке от 18 марта 2014 года выполнены разными лицами. Рукописный текст в расписке от 18 марта 2014 года выполнен Старкиным М.А. в состоянии алкогольного опьянения, подпись от имени Старкина М.А. выполнена не Старкиным М.А., а другим лицом с подражанием подписи Старкина М.А. Рукописный текст и подпись от имени Старкина М.А. в расписке от 18 марта 2014 г. выполнены первоначально на чистом листе бумаги, после нанесен печатный текст (л.д. 192-198, т.2).
Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что право собственности, признанное за Старкиным М.А. на комнату № < адрес> заочным решением Ленинского районного суда г.Красноярска, могло возникнуть у него при жизни только с момента государственной регистрации права собственности на это жилое помещение. Установив, что на момент заключения 18 марта 2014 года договора купли-продажи указанного жилого помещения, право собственности на него за Старкиным М.А. не было зарегистрировано, Трифонов А.А., действуя от его имени на основании доверенности, заключил договор купли-продажи со своей сестрой Шатура Е.А., при жизни Старкина М.А. денежные средства по договору купли-продажи ему не передавались, суд указал, что фактически договор купли-продажи от 18 марта 2014 года подписан Трифоновым А.А. со своей сестрой Шатура Е.А. после смерти Старкина М.А., т.е. после 20 марта 2014 года, и прекращения действия выданной доверенности, поэтому признал недействительным этот договор купли-продажи и включил комнату < адрес> в состав наследства, оставшегося после смерти Старкина М.А.
Поскольку единственным наследником Старкина М.А. является его сын - Старкин А.М., который в установленный законом срок принял наследство, обратившись в лице своего законного представителя - матери Полежаевой СВ. к нотариусу с соответствующим заявлением, суд на основании ст.ст.1112, 1152, 1153 ГК РФ признал за ним право собственности на указанное жилое помещение.
Исходя из этих выводов, учитывая, что у Шатура Е.А. право собственности на спорное жилое помещение не возникло и, соответственно у неё отсутствовало право на отчуждение этого имущества Михайловой Е.О., суд истребовал из незаконного владения Михайловой Е.О. в пользу Старкина A.M. комнату < адрес>, указав также, что решение является основанием для прекращения права собственности Михайловой Е.О. на этот объект недвижимого имущества.
Суд апелляционной инстанции с приведенными выводами районного суда не согласился.
Установив, что заключая 18 марта 2014 года договор купли-продажи, Трифонов А.А. действовал на основании доверенности, выданной ему Старкиным М.А., в соответствии с его волеизъявлением, в силу действующего законодательства для признания этого договора заключенным его государственная регистрация не требуется, а сам по себе факт сдачи документов на регистрацию после смерти Старкина М.А. не свидетельствует о не заключении договора купли-продажи, суд второй инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи спорного жилого помещения, заключенного 18 марта 2014 г., недействительным.
Суд также указал, что оспаривание стороной истца факта передачи денежных средств Шатура Е.А. по этому договору и продажа Трифоновым А.А., действовавшим в соответствии с волеизъявлением Старкина М.А., комнаты своей сестре Шатура Е.А., не свидетельствуют о недействительности договора купли-продажи и, соответственно истребование комнаты < адрес> у добросовестного приобретателя Михайловой Е.О. является недопустимым.
Исходя из этих выводов, суд апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменил и принял новое решение об отказе Полежаевой СВ. в иске.
Указанные выводы суда апелляционной инстанции основаны на неправильном применении норм материального права.
Так, в соответствии с п.1 ст.8.1 ГК РФ в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации.
Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (п.2 приведенной статьи).
Исходя из положений п.8 ст.2 ФЗ от 30 декабря 2012 г. N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся в статьях 558, 560, 574, 584 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат применению к договорам, заключаемым после дня вступления в силу настоящего Федерального закона (с 1 марта 2013 г.).
Таким образом, с 1 марта 2013 года государственной регистрации договоров купли-продажи жилого помещения не требуется, вместе с тем согласно п.2 ст.223 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.
Как указано выше, право собственности на жилое помещение комнату < адрес> признано за Старкиным М.А. заочным решением Ленинского районного суда г.Красноярска от 27 сентября 2013 г.
Договор купли-продажи указанного жилого помещения заключен между Старкиным М.А., в лице его представителя Трифонова А.А., и Шатура Е.А. 18 марта 2014 года.
С заявлениями о регистрации права собственности на это жилое помещение за Старкиным М.А. на основании судебного решения, а также перехода права собственности по договору купли-продажи от 18 марта 2014 г., Трифонов А.А., действуя от имени Старкина М.А. на основании доверенности от 13 апреля 2013 г., обратился 22 марта 2014 года (л.д.100-101, 201-103, т.1).
Старкин М.А. умер < дата> года (л.д.9 т.1).
Согласно п.п.6 п.1 ст. 187 ГК РФ действие доверенности прекращается вследствие смерти гражданина, выдавшего доверенность, признания его недееспособным, ограниченно дееспособным или безвестно отсутствующим.
Таким образом, на момент обращения 22 марта 2014 г. Трифонова А.А. с заявлениями о регистрации права собственности на спорное жилое помещение за Старкиным М.А. и о переходе права собственности, действие выданной ему Старкиным М.А. доверенности прекратилось < дата> года в связи со смертью последнего.
Соответственно регистрационные действия, совершенные в отношении комнаты № < адрес>, после смерти Старкина М.А., не могут быть признаны законными и на момент заключения 18 марта 2014 года договора купли-продажи право собственности у Старкина М.А. на это жилое помещение не возникло.
Кроме того, согласно п.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п.1 ст.167ГК РФ).
Исходя из положений ст.ст.454, 549 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену); по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
В соответствии с условиями договора купли-продажи, заключенного 18 марта 2014 года между Старкиным М.А., в лице представителя Трифонова А.А., и Шатура Е.А., комната, расположенная по адресу: г. < адрес> продается за < данные изъяты>. (п.З), по заявлению сторон Старкин М.А. получил эту сумму полностью наличными деньгами до подписания настоящего договора (п.4).
В материалах дела имеется расписка от 18 марта 2014 г. о получении Старкиным М.А, денежных средств по договору купли-продажи (л.д. 171, т. 1).
Как было указано выше, согласно заключению комплексной почерковедческой судебно-технической экспертизы, подпись от имени Старкина М.А. выполнена другим лицом, рукописный текст выполнен Старкиным М.А. в состоянии алкогольного опьянения; печатный текст нанесен после рукописного и подписи (л.д. 192-198, т.2).
К материалам дела приобщены документы, из которых видно, что Трифонов А.А. и Шатура Е.А. являются родными братом и сестрой (л.д.34, 35 т.З), из показаний свидетелей А. и А.А. следует, что Старкин М.А, злоупотреблял спиртными напитками, за две недели до смерти плохо себя чувствовал, из дома не выходил, не мог самостоятельно передвигаться. Старкин М.А. представил А.А. Трифонова А.А. как риэлтора.
Суд апелляционной инстанции при рассмотрении дела приведенные выше обстоятельства и нормы Гражданского кодекса РФ во внимание не принял, законность действий Трифонова А.А. по регистрации права собственности на спорное жилое помещение и заключению договора купли-продажи этого жилого помещения не проверил, по существу сославшись лишь на то, что договор купли-продажи жилого помещения от 18 марта 2014 года государственной регистрации не подлежит и является заключенным.
Таким образом, допущенные судом второй инстанции нарушения норм гражданского законодательства являются существенными, что повлияло на исход дела.
При изложенных обстоятельствах Президиум Красноярского краевого суда находит кассационную жалобу обоснованной, в связи с чем апелляционное определение Красноярского краевого суда от 16 ноября 2015 года подлежит отмене с передачей дела на новое апелляционное рассмотрение.
Руководствуясь ст.390 ГПК РФ, Президиум Красноярского краевого суда
ПОСТАНОВИЛ:
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 16 ноября 2015 отменить, дело передать на новое апелляционное рассмотрение.
Председательствующий Фуга Н.В.
Копия верна.
Судья  
 краевого суда А.М.Астапов



Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка