Постановление Президиума Красноярского краевого суда от 20 ноября 2018 года №4Г-2630/2018, 44Г-134/2018

ПРЕЗИДИУМ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 20 ноября 2018 года Дело N 44Г-134/2018
Президиум Красноярского краевого суда в составе:
Председательствующего: Фуги Н.В.,
и членов Президиума: Ракшова О.Г., Заройца И.Ф., Афанасьева А.Б., Войты И.В., Прилуцкой Л.А.
при секретаре Аникеевой Н.А.,
по докладу судьи Деева А.В.,
рассмотрев гражданское дело по иску Байцева Владимира Фёдоровича к Шульженко Любовь Григорьевне, Шульженко Николаю Федоровичу, Тимофеевой Ольге Александровне, Кожановскому сельскому совету об установлении границ земельного участка, по встречному иску Шульженко Любови Григорьевны к Байцеву Владимиру Фёдоровичу об установлении смежной границы земельных участков,
по кассационной жалобе Шульженко Любови Григорьевны на решение Балахтинского районного суда Красноярского края от 10 апреля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 04 июля 2018 года,
на основании определения судьи Красноярского краевого суда Деева А.В. от 25 октября 2018 года,
УСТАНОВИЛ:
Байцев В.Ф. обратился в суд с иском к Шульженко Л.Г., Шульженко Н.Ф., Тимофеевой О.А., Кожановскому сельскому совету об установлении границ земельного участка.
Требования мотивировал тем, что является собственником земельного участка, площадью 1000 кв.м. с кадастровым номером N расположенного по адресу: <адрес>. На основании решения Балахтинского районного суда от 06.10.2017 года сведения о характерных точках границ земельных участков с кадастровыми номерами N и смежного участка N исключены из ГКН. Для уточнения местоположения границ принадлежащего ему земельного участка, 04.12.2017 года составлен межевой план. Вместе с тем, между истцом и Шульженко Л.Г. существует спор о смежной границе между земельными участками с кадастровыми номерами N и N. Основным предметом спора между являются две надворные постройки, площадью 29 кв.м. и 41.2 кв.м., в остальной части граница между смежными землепользователями установлена по забору и по естественной меже, которые существуют на местности 15 и более лет и используются сторонами в согласованных границах с учетом имеющегося ограждения. Решением Балахтинского районного суда от 12.08.2016 г. вышеуказанные постройки признаны самовольными и подлежащими сносу за счет средств Шульженко Л.Г. Стороны с 2005 года признавали факт прохождения прямой границы между их участками, согласно которой постройки ответчика воздвигнуты на земельном участке истца. Кроме того, ответчиком заключён договор о возведении индивидуального дачного домика на праве личной собственности от 11.03.2009 года, согласно схематического плана к которому Шульженко Л.Г. обязана при строительстве дачного домика, разрешенной застройщику администрацией Балахтинского района, разместить на земельном участке строения: дачный домик, летнюю кухню, сарай, баню, надворную уборную, без построек площадью 29 кв.м. и 41,2 кв.м. В связи с чем, истец просил установить границы его земельного участка в соответствии с данными межевого плана от 04.12.2017 г.
Шульженко Л.Г. обратилась в суд со встречным иском к Байцеву В.Ф. об установлении границы между земельными участками N81 и N согласно данных землеустроительной экспертизы и по фактическому землепользованию.
В обоснование заявленных требований указывала, что из проведенной по гражданскому делу N 2-139/2017 землеустроительной экспертизы видно, что смежная граница между земельными участками, собственниками которых впоследствии стали Байцев В.Ф. и Шульженко Л.Г., имеет ступенчатую форму, а в 1997 году земельный участок, ранее собственником которого являлась Винтер Э.Я., продавшая его Землянко В.А., так же имел ступенчатую конфигурацию. Землянко В.А. разделила свой земельный участок на 2 участка, изменив его конфигурацию на прямоугольную. В соответствии с ФЗ от 02.01.2000 года N 28-ФЗ "О государственном кадастре" сведения о данном земельной участке внесены в государственный кадастр недвижимости и ему присвоен кадастровый N. В дальнейшем допущена кадастровая ошибка, связанная с тем, что собственник земельного участка Землянко В.А. получила постановление администрации Кожановского сельсовета как на вновь образованный участок, хотя он стоит на ГКН с 2002 года, а в 2007 г. указанный участок разделен на два участка, одному из которых присваивается кадастровый N, который продает Полежаевой В.С., а затем Полежаева В.С. - Байцеву В.Ф. На момент приобретения Байцевым В.Ф. земельного участка, спорные строения площадью 29 кв.м. и 41.2 кв.м., принадлежащие Шульженко Л.Г. существовали на её участке. Таким образом, земельный участок Шульженко Л.Г. фактически не изменил своих границ с момента акта согласования границ земельных участков в декабре 1997 года. В связи с чем, просит установить границу между земельными участками N и N согласно данных землеустроительной экспертизы по фактическому землепользованию с учетом отнесения строений площадью 29 кв.м. и 41.2 кв.м. к земельному участку Шульженко Л.Г.
Решением Балахтинского районного суда Красноярского края от 10 апреля 2018 года, оставленными без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 04 июля 2018 года, удовлетворены исковые требования Байцева В.Ф.
Установлена граница земельного участка с кадастровым номером N по адресу: <адрес>, площадью 1013 кв.м. по межевому плану от 04 декабря 2017 года в следующих границах: N. С Шульженко Л.Г. в пользу Байцева В.Ф. взысканы судебные расходы на услуги представителя в сумме 5 000 рублей, возврат государственной пошлины 300 рублей, всего 5 300 рублей. В иске Шульженко Л.Г. отказано.
В кассационной жалобе, поступившей в Красноярский краевой суд 13 августа 2018 года, Шульженко Л.Г. просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, неверную оценку юридически значимых обстоятельств.
Истребованное 24 августа 2018 года дело поступило в Красноярский краевой суд 19 сентября 2018 года.
Определением судьи Красноярского краевого суда от 25 октября 2018 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Красноярского краевого суда.
Тимофеева О.А., представители Администрации Кожановского сельсовета Балахтинского района Красноярского края, ООО "Бюро инвентаризации недвижимости Красноярского края", Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю, надлежащим образом извещенные заказной корреспонденцией о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание Президиума краевого суда не явились, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем, на основании части 2 статьи 385 ГПК РФ Президиум краевого суда считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.
Проверив материалы дела, выслушав объяснения Шульженко Л.Г. и её представителя Пахомовой Е.Е., объяснения Шульженко Н.Ф., Байцева В.Ф. и его представителя - Терентьевой А.С., обсудив доводы кассационной жалобы, Президиум Красноярского краевого суда находит подлежащими отмене судебные постановления нижестоящих судов по следующим основаниям.
В соответствии со статьей 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Такого рода нарушения допущены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении настоящего дела.
Как следует из материалов дела, на основании решения Кожановской сельской администрацией от 07.10.1992 г. для ведения личного подсобного хозяйства Винтер Э.Я. предоставлен земельный участок с кадастровым номером N площадью 1800 кв.м. (Т. 1, л.д. 98), выдано свидетельство, приложением к которому является план, на котором обозначена конфигурация и смежные земельные участки (т. 1 л.д. 99).
На основании договора купли-продажи от 23.12.1997 г. Винтер Э.Я. продала указанный земельный участок Землянко В.А. (т. 1. Л.д. 100-101);
03.04.2002 г. сведения о данном земельном участке внесены в ГКН и ему присвоен кадастровый N.
Постановлением администрации Балахтинского района от 31.05.2007 г. N 741, разделен земельный участок с кадастровым номером N, находящийся в собственности Землянко В.А., расположенный по адресу: <адрес>, южнее 200 м. <адрес> кадастровый N на два участка: N (площадью 1000 кв.м.) и N (площадью 800 кв.м. (т.1, л.д. 124).
Земельный участок с кадастровым номером N реализован Землянко В.А. в пользу Полежаевой В.С.
На основании договора купли-продажи дома с земельным участком от 23.12.2015 г. Полежаева В.С. продала Байцеву В.Ф. земельный участок с кадастровым номером 24:03:3501004:81, площадью 1 000 кв.м., находящегося по адресу: Красноярский край, Балахтинский район, с. Кожаны, переулок Дачный 3 (т.1, л.д. 6).
Также из материалов дела усматривается, что Евдокименко Т.И. на основании решения Кожановской сельской администрации от 16.06.1994 г. N 220 являлась собственником земельного участка площадью 1 100 кв.м. с кадастровым номером N, который изменен на N (т. 1, л.д. 185).
На основании договора от 17.12.2008 г. Евдокименко Т.И. подарила Шульженко Л.Г. земельный участок с кадастровым номером N, площадью 1190 кв.м., находящийся примерно в 190 м от ориентира по направлению на юг по адресу: <адрес>.
Решением Балахтинского районного суда Красноярского края от 12.08.2016 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 16.11.2016 г., хозяйственные строения, принадлежащие Шульженко Л.Г. и расположенные на земельном участке с кадастровым номером N, принадлежащем Байцеву В.Ф., признаны самовольными постройками. На Шульженко Л.Г. возложена обязанность произвести снос хозяйственных строений за счет средств Шульженко Л.Г. (т. 2, л.д. 177-186.)
Решением Балахтинского районного суда от 06.10.2017 года, вступившим в законную силу 14.11.2017 г., признано наличие реестровой (кадастровой) ошибки в местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами N и N. Исключены из государственного кадастра недвижимости сведения о характерных точках границ земельного участка с кадастровым номером N, площадью 1190 кв.м. местоположение по адресу: <адрес> категория земель земли населенных пунктов, разрешённое использование для ведения личного подсобного хозяйства и земельного участка с кадастровым номером N, площадью 1000 кв.м., местоположение по адресу: <адрес>, переулок Дачный 3 категория земель земли населенных пунктов, разрешённое использование для ведения личного подсобного хозяйства. В установлении границ земельного участка с кадастровым номером N, площадью 1190 кв.м. местоположение по адресу <адрес> категория земель земли населенных пунктов, разрешённое использование для ведения личного подсобного хозяйства в фактических точках координат: N по фактическому землепользованию отказано (т.1 л.д.23-31).
Удовлетворяя при указанных обстоятельства требования Байцева В.Ф., суд первой инстанции исходил из того, что при межевании и постановке на кадастровый учет земельных участков с кадастровыми номерами N и N указанные земельные участки имели форму прямоугольников, при обследовании для утверждения акта выбора и обследования земельного участка Шульженко Л.Г. по схематическому плану земельный участок был прямоугольной формы со сторонами 35 х 30, по ситуационному плану объекта индивидуального жилищного строительства земельный участок Шульженко Л.Г. имеет форму прямоугольника. Доказательств того, что Шульженко Л.Г. также выделялся граничащий с ним земельный участок, где возведены хозяйственные постройки, не представлено.
Кроме того, суд первой инстанции исходил из решения Балахтинского районного суда от 16 ноября 2016 года, имеющего преюдициальное значение, которым установлено, что хозяйственные строения, принадлежащие Шульженко Л.Г., расположены на земельном участке с кадастровым номером N, принадлежащем Байцеву В.Ф.
В связи с чем, суд признал установленным, что часть земельного участка, на котором располагаются хозяйственные постройки Шульженко Л.Г., принадлежит Байцеву В.Ф., местоположение принадлежащего Байцеву В.Ф. земельного участка суд определилс учётом решения Балахтинского районного суда от 16.11.2016 года, межевого плана от 04.12.2017 года, предоставленного ООО "БИНК", в соответствии с которыми смежная с Шульжекно Л.Г. граница земельного участка проходит по забору и хозяйственным постройкам смежного земельного участка. На основании установленных по делу обстоятельств, суд удовлетворил требования Байцева В.Ф., установил границы земельного участка с кадастровым номером N по межевому плану от 04.12.2017 года, отказав в удовлетворении встречных требований Шульженко Л.Г.
Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, оставил принятое им решение без изменения.
В доводах кассационной жалобы Шульженко Л.Г. указывает, что суды нижестоящих инстанций, ссылаясь на преюдициальное значение решения Балахтинского районного суда от 16.11.2016 года, не учли, что при вынесении данного решения о сносе хозяйственных строений, принадлежащих Шульженко Л.Г., расположенных на земельном участке Байцева В.Ф., суд исходил из границ земельных участков, содержащихся в ГКН. Между тем, вступившим в законную силу решением Балахтинского районного суда от 06.10.2017 г. признано наличие реестровой (кадастровой) ошибки в местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами N и N, исключены из ГКН сведения о характерных точках границ земельного участка с кадастровым номером N и земельного участка с кадастровым номером N. При этом, требование об установлении границ земельного участка с кадастровым номером N по фактическому землепользованию данным решением не разрешалось, поскольку в деле участвовали не все смежные землепользователи.
Кроме того, заявитель жалобы указывает, что её семья владеет земельным участком с кадастровым номером 24:03:3501004:75 с 1983 года, в 1994 г. указанный участок предоставлен её матери в собственность по фактическому землепользованию, граница между земельными участками сторон спора, имеющая ступенчатую форму, не изменялась.
Указанные доводы кассационной жалобы заслуживают внимания на основании следующего.
В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Согласно ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.
Согласно ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" к основным сведениям об объекте недвижимости относятся характеристики объекта недвижимости, позволяющие определить такой объект недвижимости в качестве индивидуально-определенной вещи, а также характеристики, которые определяются и изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков, строительства и реконструкции зданий, сооружений, помещений и машино-мест, перепланировки помещений.
Подпунктом 7 части 2 статьи 14 ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" установлено, что одним из документов, необходимым для осуществления кадастрового учета земельного участка, является межевой план.
В соответствии с ч.1 с т. 22 ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", межевой план представляет собой документ, который составлен на основе кадастрового плана соответствующей территории или выписки из Единого государственного реестра недвижимости о соответствующем земельном участке и в котором воспроизведены определенные сведения, внесенные в Единый государственный реестр недвижимости, и указаны сведения об образуемых земельном участке или земельных участках, либо о части или частях земельного участка, либо новые необходимые для внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведения о земельном участке или земельных участках. В случае, если в соответствии с федеральным законом местоположение границ земельных участков подлежит обязательному согласованию, межевой план должен содержать сведения о проведении такого согласования (часть 3 статьи 22 Закона N 218-ФЗ).
В силу ч.8 ст. 22 ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части.
Согласно п. 10 ст. 22 ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка их местоположение определяется в соответствии с утвержденным в установленном законодательством о градостроительной деятельности порядке проектом межевания территории. При отсутствии в утвержденном проекте межевания территории сведений о таком земельном участке его границами являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.
Аналогичные положения содержались в п. 9 ст. 38 ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" (действовавшем до 01.01.2017 г.), согласно которым при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае, если указанные в настоящей части документы отсутствуют, границами земельного участка являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.
Удовлетворяя исковые требования Байцева В.Ф. и устанавливая границы земельного участка с кадастровым номером N по межевому плану от 04.12.2017 года, суд первой инстанции, со ссылкой на ч. 2 ст. 61 ГПК РФ ссылался на преюдициальное значение решения Балахтинского районного суда от 12.08.2016 года, вступившее в законную силу 16.11.2016 года, которым установлено, что хозяйственные строения, принадлежащие Шульженко Л.Г., расположены на земельном участке с кадастровым номером N, принадлежащем Байцеву В.Ф. Указанное решение суда апелляционным определением от 16.11.2016г. оставлено без изменения, при этом судебной коллегией указано на правильность выводов суда первой инстанции относительно возведения строений Шульженко Л.Г. на земельном участке Байцева В.Ф., нарушения прав Байцева В.Ф., как собственника земельного участка. Также судом апелляционной инстанции учитывалось, что в рамках настоящего гражданского дела межевание земельных участков, принадлежащих Байцеву В.Ф. и Шульженко Л.Г., не оспорено, что не лишает Байцева В.Ф. и Шульженко Л.Г. возможности оспаривать установленные границы земельных участков в ином судебном порядке.
Из представленного в материалы дела решения Балахтинского районного суда от 06.10.2017 года по делу N N, вступившего в законную силу 14.11.2017 года, следует, что предметом спора являлось оспаривание границ земельных участков N и N, судом признано наличие реестровой (кадастровой) ошибки в местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами N и N, исключены из ГКН сведения о характерных точках границ земельного участка с кадастровым номером N и земельного участка с кадастровым номером N
При вынесении вышеуказанного решения по делу N N, суд руководствовался заключением землеустроительной экспертизы ООО "Геосеть", проведенной экспертом Сычевой О.Е., которой установлено, что при сравнении фактических границ земельных участков и границ по данным ЕГРН, выявлено их несоответствие, при сравнении выявлено наложение границ земельного участка N по данным ЕГРН на фактические границы земельного участка N, наложение границ земельного участка N, по данным ЕГРН на фактические границы земельного участка N При внесении сведений о местоположении границ земельных участков в ЕГРН произошла реестровая ошибка. При выявлении реестровой ошибки в местоположении границ земельных участков, необходимо привести границы в соответствие с фактическим местоположением, устранение причин пересечения и наложения без изменения конфигурации земельных участков невозможно. Границы земельного участка с кадастровым номером N были "подтянуты" к уже существующим границам земельного участка с кадастровым номером N в результате чего в ГКН сведения о местоположении и площади земельного участка с кадастровым номером N внесены ошибочно. При анализе схемы наложения земельных участков видно, что из-за неправильного определения местоположения границ земельных участков, строения, принадлежащие Байцеву В.Ф., расположены на земельном участке с кадастровым номером N
В своем заключении в отношении земельного участка с кадастровым номером N от 03.04.2018 г., кадастровый инженер ООО "Геосеть" указывал на неправомерность действий по рассмотрению границ земельных участков, возникших в результате кадастровых работ в отношении земельных участков с кадастровыми номерами N и N, а также исходного земельного участка с кадастровым номером N, в результате которого образовался участок N, а именно землеустроительные дела, акты согласования, поскольку сведения о местоположении границ данных земельных участков исключены из ГКН, данные земельные участки должны проходить процедуру уточнения местоположения границ и площади заново (т.2, л.д. 195-197)
При указанных обстоятельствах, решение Балахтинского районного суда от 12.08.2016 г. в части нахождения спорных строений на участке Байцева В.Ф., не является преюдициальным для настоящего спора, поскольку в соответствии с решением Балахтинского районного суда от 06.10.2017 года из ГКН сведения о характерных точках границ земельных участков с кадастровыми номерами N и N исключены.
В связи с чем, к числу юридически значимых обстоятельств по делу относится установление фактической границы между спорными участками, существующей на местности.
Суд первой инстанции не учел, что согласно п. 10 ст. 22 Федерального закона от 13.07.2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", местоположение границ земельного участка определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка их местоположение определяется в соответствии с утвержденными в установленном законодательством о градостроительной деятельности порядке проектом межевания территории. При отсутствии в утвержденном проекте межевания территории сведений о таком земельном участке его границами являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.
В силу части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
По настоящему делу, исходя из заявленных исковых требований, возражений против иска, их правового и фактического обоснования, а также с учетом подлежащих применению норм материального права, в число имеющих значение для правильного разрешения спора и подлежащих доказыванию обстоятельств входит установление границ, существующих на местности пятнадцать и более лет и закрепленных с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.
Однако, суд первой инстанции эти обстоятельства при разрешении дела в нарушение требований части 2 статьи 56, части 4 статьи 198 ГПК РФ не устанавливал, не определилих в качестве юридически значимых, они не вошли в предмет доказывания по делу и, соответственно, не получили правовой оценки в решении, вследствие чего решение по делу принято с нарушением норм материального права.
При этом, отклоняя доводы Шульженко Л.Г. о том, что конфигурация земельного участка Шульженко Л.Г. (N) имеет ступенчатую форму, с учетом размещения на её участке спорным нежилых строений, по землеустроительному делу от 1998 года, суд первой инстанции в своем решении указал, что в 1998 г. проводилось межевание земельного участка с кадастровым номером N, а не участка Шульженко Л.Г.
Вместе с тем, в соответствии с материалами межевания земельного участка с кадастровым номером N (Т. 1 л.д. 96, 97), из которого при разделе образовался земельный участок Байева В.Ф. (N), усматривается, что смежным земельным участком являлся участок, принадлежащий Евдокименко Т.И. с кадастровым номером N, который изменен на N, право собственности на который перешло к Шульженко Л.Г. Из акта согласования границ и приложенной к нему схемы землепользования, подписанного владельцами участков, усматривается, что смежная граница между названными участками имеет ступенчатую форму (выступ) в сторону участка N.
Кроме того, Шульженко Л.Г., обращаясь в суд со встречным исковым заявлением, указывала, что из проведенной по гражданскому делу N N землеустроительной экспертизы видно, что смежная граница между земельными участками, собственниками которых впоследствии стали Байцев В.Ф. и Шульженко Л.Г., имеет ступенчатую форму, в 1997 году земельный участок, ранее собственником которого являлась Винтер Э.Я., впоследствии продавшая земельный участок Землянко В.А., также имел ступенчатую конфигурацию. Земельный участок Шульженко Л.Г. фактически не изменил своих границ с момента акта согласования границ земельных участков в декабре 1997 года.
Указанным обстоятельствам судами нижестоящих инстанции не дана надлежащая оценка, доказательств их опровергающих не приведено.
Допущенные судом первой инстанции нарушения не исправил суд апелляционной инстанции.
В связи с изложенным, Президиум находит, что допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права являются существенными и повлиявшими на исход дела, в связи с чем, решение Балахтинского районного суда Красноярского края от 10 апреля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 04 июля 2018 года, подлежат отмене, а дело направлению для рассмотрения в суд первой инстанции.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 390 ГПК РФ, Президиум
ПОСТАНОВИЛ:
Решение Балахтинского районного суда Красноярского края от 10 апреля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 04 июля 2018 года отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Председательствующий Н.В. Фуга


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка