Постановление Президиума Красноярского краевого суда от 05 сентября 2017 года №4Г-1717/2017, 44Г-77/2017

 
ПРЕЗИДИУМ КРАСНОЯРСКОГО КРАЕВОГО СУДА
 
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
 
от 05 сентября 2017 года Дело N 44Г-77/2017
 
Президиума Красноярского краевого суда
г. Красноярск 05 сентября 2017 года
Президиум Красноярского краевого суда в составе:
Председательствующего: Ракшова О.Г.,
и членов Президиума: Фуги Н.В., Бугаенко Н.В.,
Малашенкова Е.В., Заройца И.Ф.
с участием заместителя
прокурора Красноярского края Нарковского О.Д.
при секретаре Настенко В.В.,
по докладу судьи
краевого суда Соснина Ю.А.,
рассмотрев гражданское дело по иску Чемис Тамары Михайловны к Бондаренко Александру Зиновьевичу о взыскании компенсации морального вреда
по кассационной жалобе Бондаренко Александра Зиновьевича на решение Канского городского суда Красноярского края от 23 января 2017 года и апелляционное определение Красноярского краевого суда от 24 апреля 2017 года
на основании определения судьи Красноярского краевого суда Щуровой А.Н. от 1 августа 2017 года
УСТАНОВИЛ:
Чемис Т.М. обратилась в суд с иском к Бондаренко А.З. о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, мотивируя требования тем, что по заявлению Бондаренко А.З. в отношении нее было возбуждено уголовное дело частного обвинения по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. Приговором мирового судьи судебного участка № 147 в г. Канске Красноярского края она оправдана по предъявленному обвинению за отсутствием события преступления, ей разъяснено право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в порядке гражданского судопроизводства. Ссылаясь на причинение вреда ее здоровью действиями частного обвинителя Бондаренко А.З., просила взыскать с него компенсацию морального вреда.
Решением Канского городского суда Красноярского края от 23 января 2017 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 24 апреля 2017 года, исковое заявление Чемис Т.М. удовлетворено частично, в ее пользу с Бондаренко А.З. взыскана компенсация морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, в размере 15 000 рублей.
В кассационной жалобе, поступившей в Красноярский краевой суд 31 мая 2017 года, Бондаренко А.З. просит отменить вынесенные по делу постановления, ссылаясь на допущенные нижестоящими судами существенные нарушения норм материального и процессуального права.
Истребованное 29 июня 2017 года дело поступило в Красноярский краевой суд 10 июля 2017 года.
Определением судьи краевого суда от 1 августа 2017 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Президиума Красноярского краевого суда.
Бондаренко А.З., Чемис Т.М., надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание Президиума краевого суда не явились, в связи с чем на основании ст. 385 ГПК РФ Президиум краевого суда считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав заключение заместителя прокурора Красноярского края Нарковского О.Д., Президиум Красноярского краевого суда находит постановленные по делу судебные решения подлежащими отмене по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Такие нарушения допущены нижестоящими судами.
Как установлено нижестоящими судами и усматривается из материалов дела, по заявлению Бондаренко А.З. в отношении Чемис Т.М. мировым судьей судебного участка № 147 в г. Канске было возбуждено уголовное дело частного обвинения по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ - клевета, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица, подрывающих его репутацию.
Приговором мирового судьи судебного участка № 147 в г. Канске Красноярского края Чемис Т.М. оправдана за отсутствием события преступления на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. В этом же приговоре Чемис Т.М. разъяснено ее право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в порядке гражданского судопроизводства (л.д. 8-10). Приговор вступил в законную силу 4 апреля 2017 года (л.д. 11).
Обращаясь в суд с иском о взыскании с Бондаренко А.З. компенсации морального вреда, причиненного ей уголовным преследованием, Чемис Т.М. ссылалась на то, что обращение Бондаренко А.З. с заявлением в порядке частного обвинения не имело под собой никаких оснований и ставило своей целью исключительно причинение ей вреда. Полагала, что в результате возбуждения в отношении нее уголовного дела пострадала ее репутация, ее здоровью был причинен вред. С учетом возраста, социального статуса и состояния здоровья просила взыскать с Бондаренко А.З. компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.
Суд первой инстанции, частично удовлетворяя требования, исходил из того, что поскольку в отношении Чемис Т.М. вынесен оправдательный приговор, то обвинение ее со стороны частного обвинителя Бондаренко А.З. являлось необоснованным, что само по себе влечет необходимость компенсации причиненных Чемис Т.М. моральных страданий. Руководствуясь ст. 151 ГК РФ, с учетом принципов разумности и справедливости, суд оценил причиненный вред в 15 000 рублей, взыскав эту сумму с Бондаренко А.З.
Суд апелляционной инстанции, проверяя законность и обоснованность решения суда первой инстанции, с решением суда согласился, указав, что Бондаренко А.З., являясь частным обвинителем в рамках уголовного дела, понимая надуманность обвинения, злоупотребил своими правами с целью причинить вред истцу, в связи с чем должен нести риск наступления неблагоприятных последствий и обязан компенсировать причиненный вред.
Между тем выводы нижестоящих судов не основаны на нормах материального права, а утверждение судебной коллегии о злоупотреблении Бондаренко А.З. как частного обвинителя своими правами с целью причинения вреда Чемис Т.М., не нашло своего подтверждения в рамках рассмотрения данного дела.
В соответствии с ч. 1 ст. 20 УПК РФ в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.
Согласно ч. 2 ст. 20 УПК РФ уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 и 128.1 частью первой УК РФ, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи.
Частью 1 ст. 133 УПК РФ установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
На основании п. 1 ч. 2 данной статьи право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 г. № 3 и от 2 апреля 2013 г. № 6) право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.
Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 статьи 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.
Вместе с тем, лицо имеет право на реабилитацию в тех случаях, когда обвинительный приговор по делу частного обвинения отменен и уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ в апелляционном, кассационном, надзорном порядке в связи с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами либо судом апелляционной инстанции после отмены обвинительного приговора по делу постановлен оправдательный приговор.
Согласно части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.
Таким образом, требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм Гражданского кодекса РФ с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель и не подлежат удовлетворению в безусловном порядке.
Пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.
Положения об ответственности за причинение морального вреда установлены статьей 151 ГК РФ, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Приведенные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.
Из положений ст.ст. 1064, 1070 и 1100 ГК РФ в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1070 ГК РФ (в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста), и только при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.
Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 г. № 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 УПК РФ в связи с жалобами граждан В.Л. Тихомировой, И.И. Тихомировой и И.Н. Сардыко, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в части 1 статьи 133 УПК РФ государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).
Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК РФ. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).
В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 ст. 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.
Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (ст. 33 Конституции РФ) и конституционного права каждого на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ).
Судом первой инстанции при разрешении спора установлено, что мировым судьей судебного участка № 147 в г. Канске Красноярского края постановлен приговор от 1 февраля 2016 года, которым Чемис Т.М. была оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.
В ходе рассмотрения требований Чемис Т.М. о взыскании компенсации морального вреда с Бондаренко А.З., суд не установил наличие вины частного обвинителя Бондаренко А.З. при обращении с заявлением к мировому судье о возбуждении уголовного дела частного обвинения в отношении Чемис Т.М., не дал оценки его действиям с точки зрения наличия или отсутствия в его действиях цели причинить вред Чемис Т.М., что могло являтся основанием для возложения на него гражданско-правовой ответственности по возмещению вреда.
Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с решением суда первой инстанции, не принял во внимание, что при разрешении спора о взыскании компенсации морального вреда в случае вынесения оправдательного приговора по делу частного обвинителя юридически значимым является вопрос о том, было ли обращение частного обвинителя в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица продиктовано потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы либо намерением причинить вред другому лицу.
Доводы кассационной жалобы Бондаренко А.З. о том, что при обращении к мировому судье с заявлением о привлечении Чемис Т.М. к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ он воспользовался своим конституционным правом на защиту своей чести и доброго имени и не преследовал цели причинить вред Чемис Т.М., не опровергнуты нижестоящими судами.
Материалы дела не содержат каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что целью обращения в суд Бондаренко А.З. было намерение причинить вред Чемис Т.М.
Поскольку все обстоятельства, имеющие значение для дела установлены, судами допущена ошибка в применении норм материального права, Президиум краевого суда полагает необходимым отменить принятые по делу судебные постановления и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новое решение об отказе Чемис Т.М. в иске.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 390 ГПК РФ, Президиум
ПОСТАНОВИЛ:
Решение Канского городского суда Красноярского края от 23 января 2017 года и апелляционное определение Красноярского краевого суда от 24 апреля 2017 года отменить.
Принять по делу новое решение, которым Чемис Тамаре Михайловне в иске к Бондаренко Александру Зиновьевичу о взыскании компенсации морального вреда отказать.
Председательствующий О.Г. Ракшов
Копия верна.
Судья  
 краевого суда Ю.А. Соснин



Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка