Постановление Президиума Московского областного суда от 16 мая 2018 года №44г-114/18

 
ПРЕЗИДИУМ МОСКОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
 
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
 
от 16 мая 2018 года Дело N 44г-114/18
ПРЕЗИДИУМ МОСКОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
от 16 мая 2018 г. N 197
Судья: Гоморева Е.А. Дело N 44г-114/18Суд апелляционной инстанции:
Меншутина Е.Л., Гордиенко Е.С., Сергеева Н.В.,
Докладчик судья Гордиенко Е.С.
Президиум Московского областного суда в составе:
председательствующего Волошина В.М.,
членов президиума Бокова К.И., Гаценко О.Н., Самородова А.А., Соловьева С.В.,
при секретаре А.,
рассмотрел гражданское дело по иску администрации Ленинского муниципального района Московской области к Б. о сносе самовольно возведенного строения,
по кассационной жалобе представителя администрации Ленинского муниципального района Московской области по доверенности Г. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 27 сентября 2017 года.
Заслушав доклад судьи Московского областного суда Фетисовой Е.С., объяснения представителя администрации Ленинского муниципального района Московской области по доверенности Г., поддержавшего доводы кассационной жалобы,
установил:
администрация Ленинского муниципального района Московской области обратилась в суд с иском к Б. о сносе самовольно возведенного строения.
В обоснование требований указано, что ответчик является собственником земельного участка площадью 600 кв.м с видом разрешенного использования - для ведения личного подсобного хозяйства, категория земель - земли населенных пунктов.

В июне 2016 года в рамках муниципального земельного контроля по использованию земельных ресурсов в отношении ответчика проведена выездная проверка, в ходе которой установлено, что на земельном участке без получения разрешения на строительство, с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил возведен не завершенный строительством трехэтажный капитальный объект недвижимости, нарушается целевое использование земельного участка.
Представитель ответчика иск не признал.
Решением Видновского городского суда Московской области от 13 июля 2017 года исковые требования удовлетворены.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 27 сентября 2017 года решение суда первой инстанции отменено.

По делу принято новое решение об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.
В кассационной жалобе представитель администрации Ленинского муниципального района Московской области просит апелляционное определение отменить.
По запросу судьи от 9 февраля 2018 года дело истребовано для изучения в кассационную инстанцию и определением судьи Московского областного суда Вальгановой Т.В. от 24 апреля 2018 года вместе с кассационной жалобой передано для рассмотрения по существу в президиум Московского областного суда.
Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе, президиум находит, что имеются основания, предусмотренные законом для удовлетворения кассационной жалобы и отмены апелляционного определения.
В соответствии со ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Президиум находит, что такие нарушения норм права были допущены судом апелляционной инстанции и выразились в следующем.
Судом установлено и из материалов дела следует, что Б. является собственником земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенного по адресу: <данные изъяты>, вид разрешенного использования - для ведения личного подсобного хозяйства, категория земель - земли населенных пунктов, право собственности зарегистрировано 4 марта 2013 года (л.д. 10).
На основании жалоб жителей деревни Новая Слобода (л.д. 199 - 202) администрация Ленинского муниципального района в июне 2016 года провела выездную проверку и выявила несоответствие возведенного ответчиком здания целевому назначению земельного участка.
Для разрешения спора по делу определениями суда назначены и проведены строительно-техническая и дополнительная экспертизы, проведение которых поручалось ООО "БИОН".
Согласно представленным заключениям трехэтажный жилой дом общей площадью 937 кв. м возведен в границах земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> площадью 600 кв. м, площадь застройки составляет 437 кв. м.
Расстояние от дома до границ земельного участка не соответствует санитарно-бытовым требованиям, т.к. составляет менее 3 метров (0,25 м, 0,11 м, 2,28 м и 0,67 м) до границ участка.

Нарушений иных норм не выявлено, указано, что здание не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

При этом функциональное назначение строения эксперт не определил, ссылаясь на то, что здание находится в стадии строительства.

Экспертом указано, что в зависимости от воли застройщика исследуемый объект возможно закончить строительством с созданием в результате, как одноквартирного дома, так и дома блокированной застройки либо многоквартирного жилого дома и общественного здания (л.д. 153 - 193).
Также экспертом установлено, что под перекрытием первого этажа имеется пространство высотой 1,60 - 1,62 м от деревянных конструкций напольного покрытия, которое не может быть классифицировано как этаж (т.к. высота менее 1,80 м), однако под названными деревянными конструкциями напольного покрытия имеется подпольное пространство высотой от уровня земли 40 - 50 см (л.д. 240).
Разрешая спор и удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиком возведено здание на земельном участке, не отведенном для этих целей, в отсутствие разрешения на строительство и надлежащего контроля за соблюдением проектных решений, технологии строительства и качества применяемых материалов.

Суд также пришел к выводу о том, что подвальное помещение может быть использовано как самостоятельный этаж при снятии некапитальных деревянных конструкций напольного покрытия и использования находящегося под ними дополнительного пространства.
Отменяя решение суда и отказывая в удовлетворении иска, судебная коллегия сослалась на решение Видновского городского суда Московской области от 22 мая 2013 года, которым удовлетворен иск Б. к администрации Ленинского муниципального района о признании права собственности на самовольно возведенное строение - жилой дом лит.

А общей площадью 948,6 кв.м, в том числе жилой 593 кв.м, расположенный на вышеуказанном земельном участке.

Суд апелляционной инстанции указал, что данное решение имеет преюдициальное значение при рассмотрении настоящего гражданского дела.

Кроме того, возведенное строение угрозы жизни и здоровью граждан не создает.

По мнению судебной коллегии, истцом пропущен срок исковой давности для предъявления иска о сносе самовольно возведенного строения, поскольку о нарушении своего права ему должно было быть известно с мая 2013 года в связи с разрешением дела о признании права собственности, в то время как настоящий иск подан в суд 19 августа 2016 года, то есть по истечении трех лет.
С выводами суда апелляционной инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям.
Согласно частям 2, 4 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации (здесь и далее - в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) строительство, реконструкция объектов капитального строительства осуществляются на основании разрешения на строительство, за исключением случаев, предусмотренных данной статьей.

Разрешение на строительство выдается органом местного самоуправления по месту нахождения земельного участка, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 - 6 названной статьи и другими федеральными законами.
В соответствии со статьей 263 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам.

Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 40 Земельного кодекса Российской Федерации собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.
Согласно пункту 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.
Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет, кроме случаев, предусмотренных пунктом 3 названной статьи.
Право собственности на самовольную постройку не может быть признано за указанным лицом, если сохранение постройки нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц либо создает угрозу жизни и здоровью граждан.
По смыслу приведенных выше правовых норм собственник земельного участка вправе возводить на нем постройки в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием, а также при условии соблюдения строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов, без нарушения прав и законных интересов третьих лиц.
Как разъяснено в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в случае, когда недвижимое имущество, право на которое зарегистрировано, имеет признаки самовольной постройки, наличие такой регистрации не исключает возможности предъявления требования о его сносе.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 26 названного Постановления, при рассмотрении исков о признании права собственности на самовольную постройку, суд устанавливает, допущены ли при ее возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан.

С этой целью суд при отсутствии необходимых заключений компетентных органов или при наличии сомнения в их достоверности вправе назначить экспертизу по правилам процессуального законодательства.
Экспертным заключением по делу подтверждено, что возведенное здание не соответствует нормативно-техническим требованиям по санитарно-бытовому расстоянию до границ с проездами, дорогой и до границы соседнего участка.
Так, согласно п. 7.1 СП 42.13330.2011 "СНиП 2.07.01-89 "Градостроительство.

Планировка и застройка городских и сельских поселений" в районах усадебной и садово-дачной застройки расстояние от границы участка до стены дома должно быть не менее 3 метров.
Между тем, расстояния от исследуемого дома до границ участка по сведениям ЕГРН составляют: до границы с проездом с запада - 0,25 м;

до границы с дорогой с юга - 0,11 м;

до границы с участком с востока (соседнее домовладение) - 2,28 м;

до границы с проездом с севера - 0,67 м (л.д. 175).
Постановлением правительства Московской области от 17.08.2015 N 713/30 "Об утверждении нормативов градостроительного проектирования Московской области" установлено, что максимальный коэффициент застройки земельного участка индивидуальными жилыми домами ограничивается рамочно 40 процентами.
Судом установлено, что площадь застройки земельного участка Б. составляет 437 кв.м при его величине - 600 кв.м.

Однако, обстоятельства соответствия площади застройки, занятой возведенным строением, нормативным требованиям, остался без исследования и правовой оценки.
Судом апелляционной инстанции оставлен без внимания довод истца о невозможности использования земельного участка для ведения личного подсобного хозяйства в соответствии с его целевым назначением с учетом нахождения на нем спорного строения.
Пунктом 2 статьи 4 Федерального закона от 07.07.2003 N 112-ФЗ "О личном подсобном хозяйстве" установлено, что приусадебный земельный участок используется для производства сельскохозяйственной продукции, а также для возведения жилого дома, производственных, бытовых и иных зданий, строений, сооружений с соблюдением градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил и нормативов.
В обоснование доводов о том, что возведенное ответчиком здание не соответствует целевому назначению земельного участка, стороной истца в материалы дела были представлены размещенные в сети Интернет данные по состоянию на май 2017 года о продаже спорного здания как арендного бизнеса (гостиницы) с указанием на то, что по проекту в доме расположены 24 однокомнатные квартиры, 14 двухкомнатных, 4 трехкомнатных, в каждой квартире - мини-кухня и санузел, дом состоит из четырех этажей (л.д. 203, 204).
В материалы дела также представлен технический паспорт жилого дома, согласно которому в здании находятся 12 жилых комнат, 9 из которых удлиненной формы с количеством окон от 4 до 8 (л.д. 77 - 81).
По правилам пункта 1 части 2 статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации государственная экспертиза не проводится в отношении проектной документации отдельно стоящих жилых домов с количеством этажей не более чем три, предназначенных для проживания одной семьи (объекты индивидуального жилищного строительства).
На основании части 3 статьи 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации осуществление подготовки проектной документации не требуется при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов индивидуального жилищного строительства (отдельно стоящих жилых домов с количеством этажей не более чем три, предназначенных для проживания одной семьи).
Согласно части 2 статьи 16 Жилищного кодекса Российской Федерации жилым домом признается индивидуально определенное здание, которое состоит из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.
Таким образом, одним из главных критериев для отнесения объекта капитального строительства к государственному строительному надзору является количество этажей объекта строительства без указания их назначения и расположения относительно планировочной отметки земли.

В связи с этим в количество этажей, подсчитываемое согласно части 2 статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации, следует включать все этажи здания: подземные, наземные, подвальные, цокольные, мансардные и так далее.
В соответствии с положениями пункта В.1.6 Приложения "В" СП 54.13330.2011 "Здания жилые многоквартирные.

Актуализированная редакция СНиП 31-01-2003", при определении этажности здания учитываются все надземные этажи, в том числе технический этаж, мансардный, а также цокольный этаж, если верх его перекрытия находится выше средней планировочной отметки земли не менее чем на 2 м.

При определении количества этажей учитываются все этажи, включая подземный, подвальный, цокольный, надземный, технический, мансардный и другие.

Подполье под зданием независимо от его высоты, а также междуэтажное пространство и технический чердак с высотой менее 1,8 м в число надземных этажей не включаются.
Проведенной по делу дополнительной экспертизой установлено, что высота помещения, обозначенного экспертом как техподполье, расположенного под перекрытием первого этажа, составляет 1,60 - 1,62 м от дощатого напольного покрытия, поверх которого уложены листы профнастила, под ними имеется дополнительное подпольное пространство высотой от уровня земли 40 - 50 см.

Согласно представленным экспертом фотографиям названного техподполья и его плану оно разделено перегородками на помещения и обустроено окнами по периметру здания (л.д. 243, 244).
Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства в их совокупности, исходил из того, что при снятии в техподполье некапитальных деревянных конструкций напольного покрытия и использовании находящегося под ними дополнительного пространства данное помещение может быть использовано как дополнительный этаж.

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу о наличии признаков самовольного строения, возведенного ответчиком на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами.

Суд указал также, что вид разрешенного использования земельного участка ответчика не предусматривает возможность размещения на нем многоквартирного жилого дома либо общежития гостиничного типа.
Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в иске, не опроверг выводы суда первой инстанции о несоответствии возведенного строения целевому назначению земельного участка и установленные судом первой инстанции обстоятельства, допустив тем самым нарушение статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктов 5, 6 части 2 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
В силу положений статей 67, 71, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.
Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.
Суд апелляционной инстанции без исследования фактических обстоятельств, установленных судом первой инстанции, сделал противоположный вывод о возможности сохранения спорной постройки в нарушение приведенных выше норм материального и процессуального права.
Отказывая в иске по тому основанию, что решением Видновского городского суда Московской области от 22 мая 2013 года за Б. признано право собственности на самовольно возведенное строение - жилой дом, и исчисляя срок исковой давности с мая 2013 года, суд апелляционной инстанции не учел, что обстоятельства, касающиеся несоответствия возведенного ответчиком строения целевому назначению земельного участка (для ведения личного подсобного хозяйства), не были предметом рассмотрения суда по ранее рассмотренному спору.

Как следует из названного решения, возведенное строение исследовалось с точки зрения пригодности к эксплуатации, наличия или отсутствия угрозы для жизни и здоровья граждан.

Представитель администрации в судебном заседании не присутствовал, сведений о том, что администрацией в 2013 году проводилась проверка целевого использования земельного участка с выездом на место не имеется.
Поскольку настоящий иск заявлен администрацией Ленинского муниципального района по основаниям несоответствия возведенного ответчиком строения целевому назначению принадлежащего ему земельного участка, данные обстоятельства по ранее рассмотренному делу не устанавливались, решение Видновского городского суда Московской области от 22 мая 2013 года, вопреки мнению суда апелляционной инстанции, не имеет преюдициального значения для разрешения настоящего дела в силу положений части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающих, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Применяя срок исковой давности к заявленным администрацией требованиям, суд второй инстанции не учел, что о нарушении своего права администрации Ленинского муниципального района стало известно в июне 2016 года в связи с поступившей жалобой жителей деревни Новая Слобода, на основании которой была проведена выездная проверка, после чего, в августе 2016 года администрация, выявив нарушения действующего законодательства, обратилась в суд с настоящим иском.
Таким образом, у судебной коллегии отсутствовали основания для отказа в иске по основанию пропуска срока исковой давности.
С учетом изложенного президиум находит, что допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм процессуального и материального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 27 сентября 2017 года подлежит отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Руководствуясь ст. 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум
постановил:
апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 27 сентября 2017 года отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрение.


Председательствующий
В.М.ВОЛОШИН

Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка