Определение Судебной коллегии по административным делам Санкт-Петербургского городского суда

 
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 апреля 2021 года Дело N 33а-9575/2021

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. N 33а-9575/2021 Судья: Чистякова Т.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 28 апреля 2021 года

Судебная коллегия по административным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего Ивановой Ю.В.

судей Есениной Т.В., Поповой Е.И.

при секретаре В.А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании 28 апреля 2021 года административное дело N 2а-4824/2020 по апелляционной жалобе Главного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 12 ноября 2020 года по административному исковому заявлению Т.Д.Х. к Главному Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области о признании незаконным и отмене решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

Заслушав доклад судьи Ивановой Ю.В., выслушав объяснения административного истца Т.Д.Х., представителя административного истца Т.Д.Х. - А.Ч.Ж., действующего на основании доверенности от 09 июля 2020 года сроком на три года, представителя административного ответчика Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области Н.О.В., действующей на основании доверенности от 06 января 2021 года сроком по 31 декабря 2023 года, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Т.Д.Х. обратился в Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга с административным исковым заявлением, в котором просил признать незаконным и отменить решение Главного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее - ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области) о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

В обоснование заявленных требований Т.Д.Х. указал, что 02 мая 2019 года узнал, что в отношении него ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области было принято решение о неразрешении въезда на территорию Российской Федерации на основании административного штрафа от 16 ноября 2016 года, оформленного протоколом N.... По мнению административного истца, данное правонарушение не имеет общественной опасности, поскольку продлить документы для дальнейшего пребывания на территории Российской Федерации он не мог из-за запрета и покинуть территорию Российской Федерации не мог из-за финансовых проблем в связи с отсутствием возможности легально работать и потому им допущено административное нарушение, предусмотренное частью 3 статьи 18.8 Кодекса Российской Федерации об административном правонарушении, которое признано им в полном объеме. Кроме того, он состоит в брачных отношениях с гражданкой Российской Федерации Давыденковой Н.В., которая на момент вынесения постановления об административном правонарушении была беременна. Учитывая эти обстоятельства, постановлением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 14 декабря 2019 года по делу N... назначено административное наказание в виде штрафа в размере <...> рублей без административного выдворения за пределы Российской Федерации. Им было предпринято досудебное обращение об отмене принятого решения, в удовлетворении которого было отказано. 21 июня 2020 года у административного истца родился сын Т.А.Д., гражданин Российской Федерации, поэтому его семья нуждается в его финансовой и моральной поддержке. При принятии оспариваемого решения был учтен только факт совершения административного правонарушения, но не учтены обстоятельства, связанные с его нарушением. Оспариваемое решение нарушает не только его права и интересы, но и его близких родственников; решение о неразрешении въезда на территорию Российской Федерации не позволяет ему оформить документы для ведения трудовой деятельности с целью финансовой поддержки семьи (л.д. 5-8).

Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 12 ноября 2020 года административное исковое заявление Т.Д.Х. удовлетворено, признано незаконным решение ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 22 августа 2018 года о неразрешении въезда в Российскую Федерацию гражданину Узбекистана Т.Д.Х. (л.д. 108-116).

В апелляционной жалобе ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении административного иска. В обоснование доводов апелляционной жалобы указало, что административным истцом совершены неоднократные нарушения в сфере дорожного движения, а также миграционного законодательства, которые носят существенный характер, создают угрозу причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с негативными последствиями, в том числе для других участников дорожного движения; действия административного истца указывают на его пренебрежительное отношение к обязательствам по его соблюдению с учетом управления транспортным средством, как источником повышенной опасности; не представлено допустимых доказательств нарушения прав административного истца, повлекших принятие судом решения об отмене решения о неразрешении въезда на территорию Российской Федерации (л.д. 124-128).

Выслушав объяснения представителя административного ответчика, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, административного истца и его представителя, возражавших против доводов апелляционной жалобы, проверив материалы дела, исследовав новые доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

Согласно пункту 2 части 2 статьи 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суды в порядке, предусмотренном данным Кодексом, рассматривают и разрешают подведомственные им административные дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, в том числе административные дела об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, иных государственных органов, должностных лиц, порядок производства по которым предусмотрен главой 22 названного кодекса.

Судом первой инстанции установлены и подтверждаются материалами дела следующие обстоятельства.

Т.Д.Х., <дата> года рождения, является гражданином Республики Узбекистан, с 2010 года неоднократно въезжал в Российскую Федерацию, в том числе с целью осуществления трудовой деятельности (л.д. 30-31, 57-63).

Решением ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу от 22 августа 2018 года Т.Д.Х. закрыт въезд в Российскую Федерацию сроком на три года до 08 августа 2021 года на основании подпункта 4 статьи 26 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", поскольку он в период своего пребывания на территории Российской Федерации в течение трех лет был неоднократно привлечен к административной ответственности за совершение административных правонарушений: в соответствии с частью 2 статьи 12.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (постановление от 27 июля 2018 года); в соответствии с частью 1 статьи 12.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (постановление от 05 сентября 2017 года), частью 4 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (постановление от 26 ноября 2015 года), частью 2 статьи 12.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (постановление от 27 июня 2015 года), частью 1 статьи 12.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (постановление от 24 мая 2015 года), частью 1 статьи 12.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (постановление от 18 апреля 2015 года) (л.д. 50).

Удовлетворяя требования административного иска и признавая оспариваемое решение незаконным, суд первой инстанции указал, что у Т.Д.Х. имеются тесные связи с Российской Федерацией, на территории Российской Федерации проживает его супруга и несовершеннолетний сын, являющиеся гражданами Российской Федерации, оспариваемое решение свидетельствует о чрезмерном ограничении права на уважение семейной и частной жизни и несоразмерно тяжести совершенных административных проступков, характер которых не свидетельствует о проявлении крайнего неуважения к национальному законодательству Российской Федерации.

Судебная коллегия полагает, что указанные выводы суда основаны на правильном применении к рассматриваемым правоотношениям норм международного права, Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", что подтверждается представленными при рассмотрении спора доказательствами, которым судом первой инстанции дана полная и всесторонняя оценка в соответствии со статьями 59, 62, 63 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому, кто законно находится на территории Российской Федерации, право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства (статья 27, часть 1).

Согласно части 3 статьи 62 Конституции Российской Федерации иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации.

Правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации, а также отношения с их участием определяет и регулирует Федеральный закон от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации".

Согласно статье 4 указанного Федерального закона иностранные граждане пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

В соответствии с подпунктом 4 статьи 26 Федерального закона "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину может быть не разрешен в случае, если он два и более раза в течение трёх лет привлекался к административной ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации за совершение административного правонарушения на территории Российской Федерации, за исключением случаев, когда федеральным законом предусмотрен запрет на въезд в Российскую Федерацию иностранного гражданина после однократного совершения им административного правонарушения на территории Российской Федерации.

Таким образом, из указанной нормы права следует, что установление запрета на въезд в Российскую Федерацию может быть произведено при установлении фактов неоднократного привлечения к административной ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации за совершение административного правонарушения на территории Российской Федерации, независимо от состава административного правонарушения.

Привлечение Т.Д.Х. к административной ответственности подтверждается постановлениями по делам об административных правонарушениях, карточкой правонарушений и решением о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

Совершение административных правонарушений административным истцом не оспаривается, постановления о привлечении к административной ответственности в установленном порядке не обжалованы и не признаны незаконными.

Исходя из общих принципов права, установление ответственности за нарушение порядка пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации и, соответственно, конкретной санкции, ограничивающей конституционные права граждан, должно отвечать требованиям справедливости, соразмерности конституционно закрепленным целям, а также отвечать характеру совершенного деяния. Данный вывод корреспондирует международно-правовым предписаниям, согласно которым каждый человек при осуществлении своих прав и свобод должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом, необходимы для обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других лиц, для охраны государственной (национальной) безопасности, территориальной целостности, публичного (общественного) порядка, предотвращения преступления, защиты здоровья или нравственности населения (добрых нравов), удовлетворения справедливых требований морали и общего благосостояния в демократическом обществе и совместимы с другими правами, признанными нормами международного права (пункт 2 статьи 29 Всеобщей декларации прав человека, пункт 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункт 2 статьи 10 и пункт 2 статьи 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также пункт 3 статьи 2 Протокола N 4 к ней).

Оценивая нарушение тех или иных правил пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации как противоправное деяние, и, следовательно, требующее применения мер государственного принуждения, в том числе в виде высылки за пределы Российской Федерации или неразрешении въезда в Российскую Федерацию, уполномоченные органы исполнительной власти и суды обязаны соблюдать вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости и соразмерности, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагают дифференциацию публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

В постановлении от 17 февраля 2016 года N 5-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что суды, рассматривая дела, связанные с нарушением иностранными гражданами режима пребывания (проживания) в Российской Федерации, должны учитывать обстоятельства, касающиеся длительности проживания иностранного гражданина в Российской Федерации, его семейное положение, отношение к уплате российских налогов, наличие дохода и обеспеченность жильем на территории Российской Федерации, род деятельности и профессию, законопослушное поведение, обращение о приеме в российское гражданство. Уполномоченные органы обязаны избегать формального подхода при рассмотрении вопросов, касающихся в том числе и неразрешения въезда в Российскую Федерацию.

В пунктах 5,8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней" разъяснено, что, как следует из положений Конвенции и Протоколов к ней в толковании Европейского Суда, под ограничением прав и свобод человека (вмешательством в права и свободы человека) понимаются любые решения, действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, а также иных лиц, вследствие принятия или осуществления (неосуществления) которых в отношении лица, заявляющего о предполагаемом нарушении его прав и свобод, созданы препятствия для реализации его прав и свобод. При этом в силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, положений Конвенции и Протоколов к ней любое ограничение прав и свобод человека должно быть основано на федеральном законе; преследовать социально значимую, законную цель (например, обеспечение общественной безопасности, защиту морали, нравственности, прав и законных интересов других лиц); являться необходимым в демократическом обществе (пропорциональным преследуемой социально значимой, законной цели). Несоблюдение одного из этих критериев ограничении я представляет собой нарушение прав и свобод человека, которые подлежат судебной защите в установленном законом порядке. Судам при рассмотрении дел всегда следует обосновывать необходимость ограничения прав и свобод человека исходя из установленных фактических обстоятельств. Обратить внимание судов на то, что ограничение прав и свобод человека допускается лишь в том случае, если имеются относимые и достаточные основания для такого ограничения, а также если соблюдается баланс между законными интересами лица, права и свободы которого ограничиваются, и законными интересами иных лиц, государства, общества.

В силу положений статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02 марта 2006 года N 55-О "По жалобе гражданина Грузии Тодуа Кахабера на нарушение его конституционных прав пунктом 7 статьи 7 Федерального закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая нарушение тех или иных правил пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации как противоправное деяние, а именно как административный проступок, и, следовательно, требующее применения мер государственного принуждения, в том числе в виде высылки за пределы Российской Федерации, отказа в выдаче разрешения на временное пребывание или аннулирования ранее выданного разрешения, уполномоченные органы исполнительной власти и суды обязаны соблюдать вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости и соразмерности, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагают дифференциацию публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Из разъяснения Европейского Суда по правам человека следует, что, хотя право иностранца на въезд или проживание в какой-либо стране как таковое Конвенцией о защите прав человека и основных свобод не гарантируется, высылка лица из страны, в которой проживают близкие члены его семьи, может нарушать право на уважение семейной жизни, гарантированное пунктом 1 статьи 8 Конвенции. При этом нарушенными в большей степени могут оказаться права и интересы не только самого выдворенного, но также и членов его семьи, включая несовершеннолетних детей, которые, в силу применения подобных мер реагирования со стороны государства, фактически несут "бремя ответственности" за несовершенное правонарушение.

С учетом вышеприведенных норм права и разъяснений о порядке их применения указанное неразрешение на въезд может быть преодолено истцом в избранном им порядке в связи с наличием каких-либо исключительных, объективных причин личного характера, которые бы подтверждали чрезмерное и неоправданное вмешательство Российской Федерации в его личную и семейную жизнь. При этом несоразмерность этого вмешательства должна быть очевидна, несмотря на сознательное совершение заявителем нарушения действующего законодательства, в период своего пребывания в Российской Федерации.

Судебная коллегия полагает, что в рассматриваемом случае можно прийти к выводу о наличии у административного истца таких объективных причин личного характера.

Принимая решение о запрете Т.Д.Х. въезда в Российскую Федерацию, УВМ ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области не были приняты во внимание такие факты как длительность его проживания на территории Российской Федерации, наличие устойчивых семейных связей на территории Российской Федерации.

Так, из материалов дела следует, что с 2010 года Т.Д.Х. неоднократно въезжал в Российскую Федерацию, в том числе, с целью работы (л.д. 54-56, 57-63).

19 июня 2018 года Т.Д.Х. оформлен патент серия N... N... для осуществления трудовой деятельности по специальности водитель автомобиля (л.д. 39).

19 декабря 2019 года Т.Д.Х. заключен брак с гражданкой Российской Федерации Д.Н.В., с которой имеют сына Т.А.Д., <дата> года рождения (л.д. 33, 34).

Опрошенная в качестве свидетеля в суде первой инстанции Д.Н.В. пояснила, что с 2018 года проживает совместно с административным истцом в съемной квартире по адресу: <адрес>, от брака имеют совместного несовершеннолетнего сына, в настоящее время находится в декретном отпуске по уходу за ребенком и административный истец является единственным кормильцем в семье (л.д. 83-87).

Принимая во внимание обстоятельства дела и приведенные выше положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод, позицию Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам проверки конституционности отдельных положений Федеральных законов "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" и "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию", разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации и учитывая установленные по делу обстоятельства, исходя из гуманных соображений, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, оспариваемое административным истцом решение от 18 июня 2019 года не отвечает принципу справедливости и соразмерности установленного ограничения выявленному нарушению, противоречит нормам действующего законодательства, создает препятствия для реализации прав и свобод Т.А.А.у.

Кроме того, подпункт 4 статьи 26 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" не предусматривает безусловный отказ в выдаче разрешения на въезд в Российскую Федерацию гражданину или лицу без гражданства в случае неоднократного (два и более раза) привлечения этих лиц к административной ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации за совершение административного правонарушения на территории Российской Федерации, а лишь предусматривает возможность такого отказа.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию административного ответчика с решением суда, не содержат фактов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного решения по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального права и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Несогласие с выводами суда не может рассматриваться в качестве основания отмены судебного постановления в апелляционном порядке.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судом не допущено.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 12 ноября 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области - без удовлетворения.

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба в Третий кассационный суд общей юрисдикции через Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Председательствующий:

Судьи:


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка