Определение Судебной коллегии по административным делам Ярославского областного суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ ЯРОСЛАВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 20 апреля 2021 года Дело N 33а-2703/2021

Судебная коллегия по административным делам Ярославского областного суда в составе: председательствующего судьи Малахова В.А.,

судей Моисеевой О.Н., Емельяновой Ю.В.,

при секретаре Марковой О.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Ярославле

20 апреля 2021 года

административное дело по апелляционным жалобам представителя административного истца Жукова Алексея Викторовича по доверенности Петрова Романа Николаевича, административных ответчиков - Федеральной службы исполнения наказаний России, ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области на решение Дзержинского районного суда города Ярославля от 23 декабря 2020 года, которым постановлено:

"Административное исковое заявление Жукова Алексея Викторовича к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России, Государственному учреждению ФСИН России по Нижегородской области, ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области о признании незаконным бездействия ответчиков, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении удовлетворить частично.

Признать незаконным бездействие Федеральной службы исполнения наказаний России ГУ ФСИН России по Нижегородской области, ФКУ ИК-1 ГУ ФСИН России по Нижегородской области, выразившееся в ненадлежащем обеспечении условий содержания в исправительном учреждении Жукова Алексея Викторовича.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу Жукова Алексея Викторовича компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 300 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб., расходы на оплату услуг представителя - 15 000 руб.

Исковые требования в оставшейся части оставить без удовлетворения.

Решение суда в части взыскания компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению".

Заслушав доклад судьи Малахова В.А., судебная коллегия

установила:

Жуков А.В. приговором Дзержинского районного суда г. Ярославля от 6 марта 2008 года, вступившим в законную силу 27 июня 2008 года, осужден <данные изъяты> с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 16 годам лишения свободы с отбыванием наказания в <данные изъяты>. Постановлением Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 16 сентября 2009 года (с учетом постановления Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 30 сентября 2013 года) размер наказания снижен до 14 лет лишения свободы с отбыванием наказания в <данные изъяты>.

21 июля 2008 года Жуков А.В. прибыл в ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области, освобожден на основании апелляционного постановления Нижегородского областного суда от 29 июня 2017 года условно-досрочно 04 июля 2017 года.

Находясь в ИК-11, содержался в отрядах: <данные изъяты>.

Таким образом, Жуков А.В. отбывал наказание в отрядах N ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области 8 лет 11 месяцев 14 дней.

Жуков А.В. обратился в суд с административным иском к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России, ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области, в котором просил признать незаконным бездействие ответчиков по обеспечению надлежащих условий содержания административного истца в исправительном учреждении ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области, повлекшего нарушения прав истца не подвергаться бесчеловечному или унижающему достоинство обращению, присудить истцу компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 850 000 руб., а также взыскать в счет возмещения судебных расходов по оплате госпошлины - 300 руб. и оплате услуг представителя - 15 000 руб.

Административный иск мотивирован тем, что по прибытию в ИК-11 Жуков А.В. был помещен для проживания в отряд N, в дальнейшем переведен в отряд N Условия содержания в этих отрядах не имели существенных различий между собой и были примерно одинаковы.

Численность осужденных в отрядах превышала 100 человек. На одного заключённого приходилось, как правило, не более 1,5 м2 жилой площади.

Комната воспитательной работы из-за острой нехватки жилого пространства во всех отрядах стихийно использовалась в качестве дополнительной спальной секции.

Спальные секции в отрядах были переполнены. В спальных помещениях из-за большого количества двухъярусных кроватей, тумбочек и табуретов было очень тесно, передвигаться по ним было сложно. Из-за дефицита пространства кровати были установлены вплотную друг к другу (попарно) без какого-либо пространства между ними, отчего осужденные мешали друг другу спать (задевали руками и ногами, кашляли и чихали почти в лицо, храпели в ухо соседу и тому подобное), при этом устанавливать какие-либо перегородки или вешать шторки между кроватями было строго запрещено. Сидеть либо лежать на кроватях в дневное время (с подъема и до отбоя) было запрещено. Для тумбочек места не хватало, поэтому они были поставлены одна на другую в узких межкроватных проходах шириной 50 см, что в 2 раза меньше минимальной противопожарной нормы. До 2016 г. в колонии был ранний подъем в 4 час. 50 мин.

Комнаты, предназначенные для приема пищи, в отрядах были небольшого размера - площадью около 18 м2 (что составляло 0,1 м2 на одного заключенного), из-за чего нормально пользоваться ими было невозможно, они были переполнены, питаться приходилось по очереди и обычно стоя, так как столики всегда были заняты. Поскольку осужденным в пользование была предоставлена только одна электрическая розетка и один чайник, за кипятком всегда была длинная очередь. Водопровод в комнатах приема пищи отсутствовал, за водой, а также мыть руки и посуду заключенные ходили в умывальник. Специальных мест (полок, ящиков, ячеек) для хранения осужденными своих кухонных принадлежностей, посуды и продуктов питания остро не хватало, всё хранилось беспорядочно, по этой причине комнаты приёма пищи были сильно захламлены, находились в антисанитарных условиях, в них водились тараканы и мыши.

Площадь умывальников составляла - 12,5 м2. Рукомойников (раковин) не хватало: в отряде N 5 их было 5 единиц, а в отряде N 6 только 7 штук. При этом металлические раковины в отрядах были сильно загрязнены и изъедены ржавчиной. Сантехнического оборудования для мытья ног не имелось. Горячая вода до отряда N 6 из-за недостаточного давления в гидросистеме не доходила. В связи с этим умываться, бриться, чистить зубы, стирать одежду и мыть посуду, как правило, приходилось в холодной воде. При этом специальных сушильных помещений и мест для сушки белья в отрядах неe имелось, постиранное бельё и одежду заключенные сушили на верёвках прямо в умывальнике. В умывальниках всегда было очень сыро и влажно, на стенах и потолке имелся склизкий налёт из плесени и грибка, водились тараканы, мокрицы и грызуны. Санитарно-гигиенические условия были плохими. Туалет в отрядах NN 5, 6 был размером 5 x 2,5 м2. Унитазов не хватало - в отряде N 6 их было 8 единиц, а в отряде N 5 имелось лишь 3 унитаза и 2 напольные чаши. Из-за этого часто образовывались очереди, туалеты были перегружены и загажены, не успевали проветриваться от запаха нечистот. Мусор из отрядов складировался в туалетах, источая неприятный запах, выносился только один раз в сутки. В туалете отрядов на протяжении длительного времени отсутствовали перегородки, обеспечивающие приватность. Справлять нужду приходилось на виду у других заключенных.

Раздевалки в отрядах были маленькими - не более 8-9 м2. Ввиду чрезмерной переполненности раздевалок осужденные с трудом находили в них свою одежду и обувь, часто путали, во избежание путаницы вещи приходилось брать в тесные жилые секции.

Комната хранения личных вещей в отрядах была тоже небольшого размера (около 12 м2) и не вмещала все сумки осужденных. Часть из них заключенные хранили в спальных секциях, в том числе под кроватями. Бытовых комнат для сушки одежды и обуви, а также их глажки и починки, в отрядах не было. Письменные столы в отрядах отсутствовали. Вместо стола приходилось использовать табуретки.

По причине большой численности осужденных в отрядах, нехватки свободного пространства и сантехнического оборудования (раковин, унитазов) административный истец испытывал каждодневные трудности, удовлетворение элементарных человеческих потребностей было сопряжено с большими сложностями. Чтобы сходить в туалет, умыться, почистить зубы, побриться, постирать бельё, покушать, получить личные вещи из комнаты хранения или просто попасть в раздевалку административный истец ежедневно был вынужден простаивать в длинных очередях и постоянно находиться в окружении большого числа людей. Не было никакой возможности уединиться (даже в туалете), побыть одному, в одиночестве и покое. Всё это вызывало большие неудобства, создавало напряжённую и конфликтную обстановку среди заключённых, у которых часто проявлялась озлобленность и агрессия.

Освещение в отрядах было слабым и недостаточным. Дневного света не хватало, так как все окна частично были загорожены высокими двухъярусными кроватями и тумбочками, поставленными друг на друга. Искусственное освещение было тусклым из-за нехватки люминесцентных ламп. Дефицит света в помещениях наиболее остро ощущался в тёмное время суток, а также в зимний период. Читать и писать приходилось с ущербом для здоровья, чрезмерно напрягая зрение. Особенно темно было на уровне нижних ярусов кроватей, свет туда почти не проникал.

С вентиляцией тоже были проблемы, она осуществлялась посредством очень редкого проветривания помещений, поскольку всегда имелась значительная часть осужденных, которые возражали против открывания окон и проветривания. Спать и бодрствовать приходилось в душных помещениях со спёртым воздухом, что негативно отражалось на самочувствии и здоровье заключенных.

Санитарное состояние отрядов было ненадлежащим. Во всех помещениях водились клопы, тараканы и мыши, включая спальные секции, комнату приёма пищи, умывальник, туалет, комнату хранения вещей. Безопасные места для хранения продуктов питания отсутствовали. Периодически проводимые мероприятия по борьбе с грызунами и вредоносными насекомыми не приводили к улучшению ситуации. Из-за недостаточного отопления зимой в отрядах часто было очень холодно, осужденные были вынуждены спать в одежде и дополнительно укрываться зимними куртками.

Условия для прогулки на свежем воздухе были тоже плохими. Выделенная и специально огороженная для этой цели территория была мала. На каждые два отряда (в сумме это - 250-270 человек) предоставлялся лишь один изолированный (локальный) участок размером 10x16 м (160 м2). При этом до июля 2014 г. его площадь была меньше и составляла 128 м2 при ширине 8 м, из них 12 м2 были отгорожены под технические нужды. В связи с чем на одного заключенного отряда приходилась территория для прогулки площадью чуть более 0,5 м2. Сами по себе локальные участки больше были похожи на зверинцы; сверху и спереди они были обрешечены стальными прутьями, боковые стены сварены из железных листов, а сзади примыкали к зданию общежития. Перед началом и по окончании режимных мероприятий в каждом таком локальном участке одновременно скапливалось свыше двухсот человек, большая часть которых курила, из-за чего локальный участок наполнялся едким дымом табака, от которого некурящему заключенному некуда было деться. Кроме того, в них в ожидании вывоза складировались мешки с пищевыми отходами и бытовым мусором, которые источали зловонный запах, кроме того, до 2015 г. очень громко гудел электродвигатель вытяжки из столовой. В локальных участках не разрешалось заниматься физкультурой, выходить за их пределы без разрешения тоже было запрещено. Солнечный свет в локальные участки поступал только в весенне-летний период и лишь в утренние часы, так как они примыкали к зданию общежития с северо-восточной стороны.

Питание в ИК-11 было очень скудным и недостаточным. Пища низкого качества, однообразная (переваренные макароны и каши на воде), плохо приготовленная, часто непригодная к употреблению и с истекшим сроком годности. Минимальные нормы питания, установленные Правительством РФ, не соблюдались. На прием пищи отводилось очень мало времени - не более 5-7 минут на завтрак и ужин, и не более 7-10 минут на обед.

Баня (душ) предоставлялась только 1 раз в неделю, независимо от времени года и погоды. Лишь в 2017 г. в ИК-11 осужденные получили возможность посещать баню 2 раза в неделю, при этом время каждого сеанса было сокращено. В бане было очень грязно, освещение тусклое, половина душевых леек сломана.

Материальное обеспечение (вещевое довольствие) было неудовлетворительным. До 2014 г. административному истцу вообще не выдавали зимнюю обувь и теплое нательное белье. Одежда по сезону и по размеру почти не выдавалась. При этом носить свою личную одежду и обувь было категорически запрещено, их изымали. Выданную пару ботинок приходилось использовать одну на все времена года. В предоставленной одежде и обуви зимой было холодно, летом - жарко. Постельные принадлежности выдавали не новые, а изношенные, практически непригодные к использованию. Средства индивидуальной личной гигиены (мыло, зубная паста, станки для бритья, туалетная бумага) выдавали с большими перебоями, в недостаточном количестве и очень низкого качества.

Медицинская помощь и обслуживание осуществлялись ненадлежащим образом, носили формальный характер. Качество и своевременность предоставления медицинских услуг были неудовлетворительными. Медосмотры проводились крайне редко и нерегулярно, что влекло несвоевременное выявление тяжелых заболеваний и невозможность оказания необходимой помощи, а также нередко заканчивалось летальным исходом. Из-за переполненности колонии и тесноты осужденные неизбежно заражали друг друга. Осужденные, инфицированные ВИЧ-инфекцией, а также гепатитом, содержались вместе со здоровыми заключенными.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе представителя административного истца Жукова А.В. по доверенности Петрова Р.Н. и поданных к жалобе дополнениях ставится вопрос об изменении решения суда, удовлетворении административного иска в полном объеме. Доводы жалобы сводятся к неправильному применению норм материального права, несоответствию выводов суда обстоятельствам дела. Указывается на существенно заниженный размер взысканной компенсации, который лишь частично восстановил нарушенные права административного истца и который значительно ниже тех сумм, которые обычно присуждаются Европейским судом и российскими судами в сопоставимых обстоятельствах.

В апелляционной жалобе административных ответчиков - Федеральной службы исполнения наказаний России, ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области ставиться вопрос об отмене решения с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска в полном объеме. Доводы жалобы сводятся к неправильному применению норм материального права, несоответствию выводов суда обстоятельствам дела. Указывается, что администрацией исправительного учреждения принимаются все необходимые меры для того, чтобы обеспечить благоприятные условия содержания для осужденных и исключить любые возможные нарушения их прав

Проверив законность и обоснованность решения суда в полном объеме, заслушав представителя Жукова А.В. по доверенности Петрова Р.Н., представителя ФСИН России, ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области по доверенностям Заботнова К.А., участвовавших в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи и поддержавших доводы своих жалоб, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 2 статьи 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для административного дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для административного дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам административного дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких нарушений при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции допущено не было.

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно части 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (часть 1). Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (часть 2).

Суд первой инстанции, рассматривая требования административного истца, признал обоснованными его доводы в части бездействия ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области, установив, что в период содержания Жукова А.В. в названном исправительном учреждении имели место нарушения Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, выразившиеся в следующем: нарушения ст. 99 УИК РФ в части обеспечения осужденных отряда N умывальниками, унитазами, ножными ваннами, в части несоблюдения нормы жилой площади на одного осужденного, в части обеспечения вещевым довольствием; нарушения положений ст. 101-104 УИК РФ в части соблюдения требований санитарии при приготовлении пищи для осужденных.

Фактические обстоятельства по делу установлены судом на основании имеющихся в деле многочисленных представлений об устранении нарушений законодательства в деятельности ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области, вынесенных органами прокуратуры в адрес руководства ГУФСИН России по Нижегородской области и руководства ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области в период содержания Жукова А.В. в названном учреждении, подтверждающих обстоятельства, приведенные в объяснениях административного истца.

Указанные доказательства были приняты судом в качестве надлежащих, допустимых и достоверных доказательств существования выявленных нарушений; в решении приведена их оценка. Кроме того, обстоятельства, на которые ссылается Жуков А.В., подтверждаются совокупностью имеющихся в материалах дела копий судебных постановлений по иным аналогичным делам с участием лиц, отбывавших наказание в ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области одновременно с административным истцом.

Судебная коллегия находит вывод суда о нарушении условий содержания осужденного Жукова А.В. в оспариваемый период соответствующим материалам дела.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статьи 93, 99, 100 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, пункт 2 статьи 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних", часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения". Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Суд первой инстанции, признавая незаконными вышеуказанные условия содержания, исходил из закрепленного статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод принципа недопустимости обращения и наказания, унижающего достоинство.

Судебная коллегия, учитывая, что доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания в учреждении нашли свое подтверждение частично, а также принимая во внимание длительность пребывания административного истца в условиях, не отвечающих законодательству, связанных с постоянной нехваткой личного пространства, невозможностью пребывать в безопасных, нормальных, санитарно-гигиенических условиях; принимать пищу, приготовленную с соблюдением санитарных норм и правил; отправлять в нормальных условиях естественные нужды, получать нормальный отдых ночью, иметь достаточное личное пространство, одежду по сезону, соглашается с выводом суда о наличии оснований для взыскания компенсации.

Доводы апелляционной жалобы административных ответчиков о надлежащей организации свободного времени осужденных и их досуга, об организации образовательного процесса не опровергают выводы суда о нарушении условий содержания административного истца в исправительном учреждении. Административными ответчиками не представлено достаточных и неопровержимых доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства. Кроме того, установленное судом отклонение от установленной законом нормы площади помещения в расчете на одного человека нельзя признать незначительным.