Дата принятия: 24 января 2019г.
Номер документа: 33а-3387/2018, 33а-113/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ СУДА ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 24 января 2019 года Дело N 33а-113/2019
Судебная коллегия по административным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:
председательствующего Домрачева И.Г.,
судей коллегии Семейкиной С.А. и Ощепкова Н.Г.,
при секретаре Самохваловой Н.А.,
рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционной жалобе административных истцов Алексеева Н.А., Климова В.Н., Молякова С.А. на решение Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого АО от 16 ноября 2018 г., которым оставлен без удовлетворения административный иск об оспаривании решения органа местного самоуправления.
Заслушав доклад судьи Домрачева И.Г., судебная коллегия
установила:
Административные истцы Алексеев Н.А., Климов В.Н., Моляков С.А. предъявили иск к Администрации города Новый Уренгой (далее по тексту - Администрация, административный ответчик) о признании незаконным решения N 107-02/1484 от 09.11.2018 по отказу в согласовании заявленных публичных мероприятий в форме шествия и митингов, с возложением обязанности на административного ответчика по согласованию публичных мероприятий. В обоснование указали, что в адрес административного ответчика были направлены уведомления о проведении публичных мероприятий в форме митинга 18.11.2018 с 10.00 до 11.00 часов на территории парка в микрорайоне "Дружба", митинга 18.11.2018 с 18.00 до 19.00 часов на территории, прилегающей к ГДК "Октябрь", шествия 18.11.2018 с 13.00 до 15.00 часов. 09.11.2018 Администрация уведомила административных истцов об отказе в согласовании указанных публичных мероприятий, мотивировав решение законодательством о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних. Административные истцы полагают, что оспариваемые решения являются незаконными и нарушают их конституционные права.
Стороны в судебном заседании участия не принимали.
Рассмотрев и разрешив дело в порядке упрощенного производства, суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности требований административного иска.
В совместной апелляционной жалобе административные истцы, полагая, что судом неправильно применены нормы материального права, в том числе нормы международного права, поставили вопрос об отмене решения. Привели доводы о том, что судом не дана всесторонняя оценка целям заявленных публичных мероприятий с точки зрения их соответствия законодательству Российской Федерации и международно-правовым нормам, обязательность и приоритет которых признается Российской Федерацией в случае коллизии с нормами национального права.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель Администрации Харитонова Д.Ш. привела доводы о законности решения.
Рассмотрев дело по правилам статей 307-308 Кодекса административного судопроизводства РФ, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
В силу пункта 2 статьи 227 КАС РФ суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными полностью или в части, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и возлагает на административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 07.11.2018 главе администрации г. Н. Уренгой Алексеевым Н.А. поданы уведомления о проведении 18.11.2018:
с 10.00 до 11.00 часов на территории парка в микрорайоне "Дружба" района Северный в городе Новый Уренгой митинга "От газовой до геевской столицы России" с призывом к превращению города Новый Уренгой в российскую столицу и центр российского и международного гей-туризма;
с 13.00 до 15.00 часов по улице Сибирская и Ленинградскому проспекту от улицы Крайняя до улицы Геологоразведчиков в г. Н. Уренгой шествия Новоуренгойского гей-парада в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств в России;
с 18.00 до 19.00 часов на Центральной площади в г. Н. Уренгой митинга с призывом к борьбе с проявлениями гомофобии и трансфобии в России во время проведения Всемирной зимней универсиады 2019 г. в Красноярске.
Уведомлением заместителя главы администрации города Мартынова А.В. от 09.11.2018 со ссылкой на положения Федеральных законов от 24.07.1998 "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации", от 29.12.2010 года N 436-ФЗ "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию" до сведения административных истцов доверено, что проведение заявленных публичных мероприятий в открытом для свободного посещения несовершеннолетними месте может оказать негативное воздействие на психику и нравственное здоровье несовершеннолетних, ставших свидетелями их проведения. Таким образом, проведение мероприятий приведет к несоблюдению норм законодательных актов Российской Федерации, что повлечет за собой нарушение положений Федерального закона от 19.06.2004 N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях".
Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований об оспаривании решения органа государственной власти, пришел к выводу, что заявленные публичные мероприятия, касающиеся нетрадиционных сексуальных отношений способны привести к нарушениям прав несовершеннолетних исходя из испрашиваемого времени их проведения (дневное время), нарушают запреты, предусмотренные законодательством, решения приняты в пределах компетенции органа местного самоуправления.
Судебная коллегия соглашается с данным выводом, поскольку он соответствуют статье 3 и части 2 статьи 12 Федерального закона от 19.06.2004 N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях", в которых закреплено, что одним из принципов публичного мероприятия является его законность, орган местного самоуправления вправе довести до сведения организатора, что цели запланированного публичного мероприятия и формы его проведения не соответствуют положениям Конституции Российской Федерации и (или) нарушают запреты, предусмотренные законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях или уголовным законодательством Российской Федерации.
Как следует из материалов дела, запрашиваемые публичные мероприятия, которые планировались в дневное время в г. Н. Уренгой касались, по существу, пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений. Из уведомления и приложенных к ним карт с указанием выбранных мест проведения мероприятий следует, что их проведение планировалось в выходной день (воскресенье) на центральной улице южной части города, центральной площади города, в непосредственной близости от которой расположены Культурно-спортивный центр, дом культуры и кинотеатр, в парке северной части города.
Следовательно, исходя из времени и места их проведения, на публичные мероприятия не был исключен доступ несовершеннолетних детей.
Конституция Российской Федерации закрепляет, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 17, часть 1).
Между тем Российская Федерация является светским государством (статья 14 часть 1 Конституции Российской Федерации), а потому те или иные религиозные установления и правила, допускающие полигамию брачных союзов, иной подход к решению этого вопроса в ряде других государств, не могут оказывать влияния на государственную политику в области семейных отношений, основные начала которой характеризуются, в частности, принципом единобрачия (моногамией), исходящим из отношения к браку как биологическому союзу только одного мужчины и одной женщины, что не допускает одновременного нахождения в нескольких браках.
При таком положении, исходя из требований части 3 статьи 17 и части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации - осуществление административными истцами права на распространение информации, касающейся вопросов сексуального самоопределения личности, нарушало права и свободы других лиц, и не учитывало баланс конституционно значимых ценностей.
При этом, учитывая деликатность таких вопросов, как относящихся к сфере индивидуальной автономии, и не посягая на само ее существо, государство вправе вводить на основе указанных требований Конституции Российской Федерации определенные ограничения на деятельность, связанную с распространением подобной информации, если она приобретает агрессивный, навязчивый характер и способна причинить вред правам и законным интересам других лиц, прежде всего несовершеннолетних (Постановление Конституционного Суда РФ от 23.09.2014 N 24-П "По делу о проверке конституционности части 1 статьи 6.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой граждан Н.А. Алексеева, Я.Н. Евтушенко и Д.А. Исакова").
Согласно Конституции Российской Федерации материнство и детство, семья находятся под защитой государства; вопросы защиты семьи, материнства, отцовства и детства относятся к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (статья 38, часть 1; статья 72, пункт "ж" части 1).
Поскольку одно из предназначений семьи - рождение и воспитание детей, в основе законодательного подхода к решению вопросов демографического и социального характера в области семейных отношений в Российской Федерации лежит понимание брака как союза мужчины и женщины, что в полной мере согласуется с предписаниями статей 7 и 38 Конституции Российской Федерации и не противоречит Международному пакту о гражданских и политических правах (статья 23) и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (статья 12), предусматривающим возможность создания семьи в соответствии с национальным законодательством, регулирующим осуществление этого права.
Исходя из этого и учитывая, что ни из Конституции Российской Федерации, ни из принятых на себя Российской Федерацией международно-правовых обязательств не вытекает обязанность государства по созданию условий для пропаганды, поддержки и признания союзов лиц одного пола (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 496-О и от 19 января 2010 года N 151-О-О), осуществляемое федеральным законодателем на основании статьи 71 (пункт "в") Конституции Российской Федерации регулирование свободы слова и свободы распространения информации не предполагает создание условий, способствующих формированию и утверждению в обществе в качестве равнозначных иных, отличных от общепризнанных, трактовок института семьи и сопряженных с ним социальных и правовых институтов.
Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 124-ФЗ "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации" устанавливает основные гарантии прав и законных интересов ребенка, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, в целях создания правовых, социально-экономических условий для их реализации, в том числе обязывает органы государственной власти Российской Федерации принимать меры по защите ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию (пункт 1 статьи 14).
В нормах Федерального закона от 29 декабря 2010 года N 436-ФЗ "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию", регулируются отношения, связанные с защитой детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию.
Согласно статье 5 указанного Федерального закона к информации, причиняющей вред здоровью и (или) развитию детей, относится информация, касающаяся сексуальных отношений, распространение которой среди детей либо запрещено, как это установлено, в частности, применительно к пропаганде нетрадиционных сексуальных отношений (часть 2), либо ограничено для детей определенных возрастных категорий (часть 3).
Кроме того, согласно части 1 статьи 6.21 Кодекса РФ об АП пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, выразившаяся в распространении информации, направленной на формирование у несовершеннолетних нетрадиционных сексуальных установок, привлекательности нетрадиционных сексуальных отношений, искаженного представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений, либо навязывание информации о нетрадиционных сексуальных отношениях, вызывающей интерес к таким отношениям, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от четырех тысяч до пяти тысяч рублей; на должностных лиц - от сорока тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от восьмисот тысяч до одного миллиона рублей либо административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток.
Изложенные правовые нормы, с учетом фактических обстоятельств административного дела, указывают, что в данном случае цели запланированных публичных мероприятии и формы их проведения (с учетом времени и места) не соответствовали положениям Конституции Российской Федерации и нарушали запреты, предусмотренные законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях.
Таким образом, оспариваемое решение соответствует требованиям законодательства, регулирующим данные отношения, принято в пределах компетенции органа местного самоуправления.
Вопреки доводам апелляционной жалобы основания для самостоятельного изменения времени и места проведения публичных мероприятий у органа местного самоуправления отсутствовали, поскольку таких уведомлений от организаторов публичных мероприятий не поступало, и административный ответчик при принятии оспариваемых решений правомерно исходил из указания конкретных сведений в фактически полученных уведомлениях.
В установленных обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы не подлежат удовлетворению.
Руководствуясь статьями 307-311 КАС РФ, судебная коллегия
определила:
решение Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого АО от 16 ноября 2018 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
