Дата принятия: 01 апреля 2021г.
Номер документа: 33а-1832/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ ЛЕНИНГРАДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 апреля 2021 года Дело N 33а-1832/2021
Судебная коллегия по административным делам Ленинградского областного суда в составе:
председательствующего Григорьевой Н.М.,
судей Морозовой С.Г., Муратовой С.В.,
при секретаре Голушко П.Е.,
рассмотрела административное дело N 2а-2227/2020 (47RS0018-02-2020-001557-06) по апелляционной жалобе Вильчинского В.В. на решение Тосненского городского суда Ленинградской области от 02 ноября 2020 года по административному исковому заявлению Вильчинского В.В. к Федеральному казенному учреждению Исправительная колония N 3 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, о признании незаконным бездействия, присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.
Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Григорьевой Н.М., объяснения представителя административного истца Вильчинского В.В. - Потапова Д.В., действующего на основании доверенности, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, возражения представителя административного ответчика Федерального казенного учреждения Исправительная колония N 3 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее - ФКУ ИК N 3) - Сипягиной М.Н., действующей на основании доверенности, возражения представителя административного ответчика Федеральной службы исполнения наказаний России (далее - ФСИН России) - Павлова И.В., действующего на основании доверенности, судебная коллегия по административным делам Ленинградского областного суда
установила:
Административный истец Вильчинский В.В. обратился в Тосненский городской суд Ленинградской области с административным иском к ФКУ ИК N 3, ФСИН России, с учетом уточнения административных исковых требований, принятого судом, о признании незаконными действий (бездействия), выразившихся в нарушении условий содержания административного истца в ФКУ ИК N 3 с 29.12.2016 г. по 22.06.2019 г., взыскании компенсации в размере 1 200 000 руб. за нарушение установленных законодательством и международными договорами Российской Федерации условий содержания.
В обоснование административного иска указал, что 30.06.2016 г. Московским районным судом Санкт-Петербурга в отношении него был вынесен обвинительный приговор по ч.2 ст.228 УК Российской Федерации, с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев. 29.12.2016 г. он прибыл в ФКУ ИК N 3 и отбывал там наказание до 22.06.2019 г., поскольку на основании постановления Тосненского городского суда Ленинградской области от 10.06.2019 г. его освободили от дальнейшего отбывания наказания условно-досрочно. Истец указывает, что условия его содержания в исправительной колонии были бесчеловечными и унижающими человеческое достоинство по следующим основаниям.
09.01.2017 г. Вильчинский В.В. был переведен из карантина в отряд N 1 бригаду 15а на работу ночным нарядчиком без оплаты труда, в нарушение требований ч.1 ст.106 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ), а также приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 16.12.2016 N 295 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений", которыми установлено, что осужденные к лишению свободы могут привлекаться без оплаты труда только к выполнению работ по благоустройству исправительных учреждений и прилегающих к ним территорий. Отряд N 1 был поделен на секции. Площадь секции данного отряда составляет не более 8 кв.м, одновременно в ней проживало 6 человек, то есть на каждого осужденного приходилось не более 1,3 кв.м, в связи с чем была острая нехватка личного пространства, в нарушение требований ч.1 ст.99 УИК РФ, согласно которым норма жилой площади в расчёте на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.
В конце июля 2017 г. истца перевели в отряд N 3 в нерабочую бригаду. Секция N 9 отряда N 3, в которой проживал истец, была площадью 80 кв.м, и одновременно в ней проживало 40 человек. В секции отсутствовали шкафы для одежды, осужденные раздевались прямо в секции, тут же снимали обувь. Система искусственной вентиляции или кондиционирования отсутствовала, от грязной одежды исходил неприятный запах, было невыносимо душно. Полноценно отдохнуть и выспаться в таких условиях было невозможно. Часто по утрам его мучили головные боли. В отряде было плохое освещение - одна тусклая лампочка на секцию. Из-за нехватки мест в секции продукты питания ему приходилось хранить под кроватью вместе с обувью и одеждой. В отряде присутствовала антисанитария, в секциях отряда имелись насекомые: бельевые вши, тараканы, клопы, а также мыши и крысы. Санитарная дезинфекция в секциях не проводилась. Перечисленным были нарушены требования п.126 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, которым предусмотрено выполнение санитарно-гигиенических и противоэпидемиологических норм и требований со стороны администрации учреждения. Частью 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 г. N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" на администрацию учреждения возложена обязанность выполнять требования, обеспечивающие охрану здоровья осужденных.
В отряде N 3 содержалось от 200 до 230 человек. На это количество осужденных приходилось 11 умывальников с холодной, ржавой водой. Горячая вода в отряде отсутствовала. Туалет в отряде был напольным, в кабинках отсутствовали двери, 8 таких туалетов приходилось на указанное количество осужденных. Так как отсутствовала дверь в кабинке, было крайне унизительно справлять свои естественные потребности на виду у других осужденных. Он расценивает это как унижение своего достоинства. Есть все основания полагать, что были нарушены нормы, предусмотренные статьёй 21 Конституции Российской Федерации.
В нарушение требований приложения N 1 Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 03.12.2013 N 216 "Об утверждении норм вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах" один комплект одежды выдавали на три года.
Душ можно было принять только один раз в неделю. На помывку выводили весь отряд, и за ограниченное время надо было успеть вымыться и постирать вещи. Летом, в жаркую погоду, принять душ также можно было только раз в неделю. Пунктом 21 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений предусмотрено обеспечение помывки осужденных не менее двух раз в семь дней с еженедельной сменой нательного и постельного белья. Из-за отсутствия возможности вымыться у него развился кожный дерматит. Он обратился в медицинскую часть колонии, но ему было отказано в лечении, так как в колонии отсутствовали медицинские препараты. Пунктами 123-125 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений предусмотрено медицинское обследование и наблюдение осужденных в целях профилактики у них заболеваний, диспансерный учет, наблюдение и лечение; в случае невозможности оказания медицинской помощи в ИУ осужденные имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций. В связи с отсутствием необходимых медицинских препаратов для оказания медицинской помощи Вильчинскому В.В., есть все основания полагать, что были нарушены нормы, предусмотренные п.п.3, 11 Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 28.12.2017 N 285 "Об утверждении Порядка организации медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы", а также нормы, предусмотренные ч.4 ст.13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы".
Предоставляемая в учреждении пища была не пригодна к употреблению, приготовлена с нарушением всех санитарных норм и правил. Контроль за приготовлением и качеством пищи не осуществлялся в нарушение требований Приказа ФСИН России от 02.09.2016 N 696 "Об утверждении Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы". Пища была однообразной, низкого качества, в основном, блюда из круп, капусты и сублимированного картофеля. Мясо и молочные продукты практически отсутствовали в рационе питания истца в нарушение требований Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 17.09.2018 N 189 "Об установлении повышенных норм питания, рационов питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время". Раз в три месяца разрешалась продуктовая передача весом 20 кг. Этих продуктов было недостаточно, да и хранить их было негде, холодильник отсутствовал. С октября 2017 г. Вильчинский В.В. был устроен грузчиком в магазин колонии.
Административный истец указывает, что в результате действий (бездействия) административного ответчика, выразившихся в нарушении условий содержания Вильчинского В.В. в ФКУ ИК N 3 с 29.12.2016 г. по 22.06.2019 г., истец претерпевал глубокие страдания. Отсутствие качественного питания и личного пространства унижало человеческое достоинство. Это усугублялось отсутствием возможности содержать себя в чистоте, так как помывка тела осуществлялась только один раз в неделю. Полагает, что степень и характер испытываемых истцом страданий в совокупности с их длительностью составляет бесчеловечное и унижающее человеческое достоинство обращение со стороны административного ответчика.
Истец полагал, что компенсация должна быть присуждена с учётом фундаментального характера нарушенного права, даже если нарушение являлось случайным, а не намеренным следствием поведения государства (Постановление Европейского Суда от 17.12.2009 г. по делу "Шильбергс против России", жалоба N 20075/03, §§71-79. Компенсацию за нарушение условий содержания в ФКУ ИК N 3 на протяжении 2 лет 5 месяцев 24 дней (909 дней) он оценивает в 1,2 млн.руб., из расчёта 6000 евро в год на основании постановления ЕСПЧ от 10.01.2012 г. по делу "Ананьев и другие против России" (жалобы N 42525/07 и N 60800/08). 6000 евро - 365 дней, 1 день - 16,5 евро, 909 дн.*16,5 евро = 14 998,5 евро или 1,2 млн.руб. (л.д.68-74).
В судебном заседании суда первой инстанции административный истец Вильчинский В.В. исковые требования поддержал, дополнил, что он не проживал в секции N 5 отряда N 1. Письменные объяснения осужденных, которые представил административный ответчик ФКУ ИК N 3 не могут быть приняты судом в качестве доказательств, поскольку осужденные давали объяснения в 2019 и 2020 годах, когда Вильчинский В.В. уже не находился в исправительной колонии, и объяснения давались, по его мнению, в недобровольном порядке. В первом отряде Вильчинский В.В. проживал в секции N 2, размерами в длину примерно 5 метров, в ширину - 2,5 метра. В этом помещении стояли четыре двухъярусные кровати на восемь человек. Продукты питания из передач хранились в каптерке в сумках, потому что был один холодильник на 60 человек. Более половины продуктов портилось.
Весь срок Вильчинский В.В. ходил на работу и находился в отряде в одной и той же робе, из-за чего у него был постоянный зуд. Никто не объяснил, что нужно было написать заявление на выдачу второго комплекта одежды. В секции были вши бельевые, прожаривание одежды против вшей не помогало. Тараканы были в отряде, крысы были в туалете, мыши были в секции. Каждую ночь убивали крысу.
В отряде N 3 проживало 180 человек, кроме того, в отряде N 3 ещё проживала целая секция пекарей, их было 40 человек, а числились они в отряде N 1. На такое количество осужденных было 12 умывальников. Утром из кранов текла ржавая вода, даже видно, что раковины все ржавые. Когда открывали все краны, напора вообще не было. Горячей воды не было никогда. В третьем отряде были следующие помещения: комната ПВР, каптерка, где сумки лежали; секции, туалет, умывальник, спортивная комната, комната для разогрева пищи. В комнате для разогрева пищи было три холодильника, пять микроволновок, два стола, две лавочки, раковина. В отряде N 1 и в отряде N 3 были напольные унитазы, без дверей. Не было отдельной комнаты, где можно было снять верхнюю одежду. Одежду снимали и хранили в секции, где проживали, поэтому, после дождя из-за мокрой одежды в помещении становилось сыро. Утром приходилось надевать сырую одежду, потому что одежда не успевала высохнуть, а сменной одежды не было.
В отрядах N 1 и N 3 не было двух помывочных дней в неделю, был только один. В бане было 10 леек на весь отряд. На помывку 200 человек давалось 15-20 минут. Постельное белье стиралось в банно-прачечном комбинате, утром сдавали, вечером забирали.
Медицинское обслуживание было ненадлежащее. Как указывает Вильчинский В.В., он обращался в медицинскую часть с пупочной грыжей, но ему сказали, что в больнице нет мест. Затем обращался с жалобами на чесотку, но ему сказали, что никаких медикаментов нет. Супруга заказывала лекарства в аптеке и присылала ему.
Вильчинский В.В. также ссылается, что находился на диетпитании, ему ежедневно должны были давать половину яйца, масло 20 грамм, 120 граммов рыбы и 70 граммов мяса, молоко пол-литра и 70 граммов сока, однако, данные нормы не соблюдались. Через день могли дать яйцо, вместо масла давали маргарин, молоко могли дать разведенное, сок не давали неделями. Периодически то мяса не было, то молоко заменяли.
По прибытию в колонию Вильчинский В.В. работал ночным нарядчиком без оплаты труда. Строевые записки делались нарядчиками, представленные ответчиком строевые записки являются, по его мнению, поддельными, например, 01.03.2019 года в строевой записке столовой указано, что Вильчинский В.В. на свидании, а в строевой записке колонии сведений о том, что Вильчинский В.В. на свидании в этот день, не указано.
Вильчинский В.В. в период нахождения в ФКУ ИК N 3 не обращался с жалобами на условия содержания, поскольку полагает, что это ничего бы не изменило.
При рассмотрении дела в суде первой инстанции административными ответчиками исковые требования признаны не были. Представитель административного ответчика ФКУ ИК N 3 поддержал письменные возражения, согласно которым осужденный Вильчинский В.В. после карантина распределен в отряд N 1, наполняемость которого в среднем составляла 210 человек. В отряде проживал в спальном помещении N 5 площадью 32,8 кв.м. В этом помещении расположено пять двухъярусных кроватей, то есть 10 спальных мест. Совместно с Вильчинским В.В. проживало 9 человек, то есть на одного осужденного приходилось 3,28 кв.м, что соответствует требованиям ч.1 ст.99 УИК РФ. Согласно плану БТИ в здании общежития, на этаже, где размещается отряд N 1, нет помещений площадью 8 кв.м, поэтому доводы административного истца не соответствуют действительности. Осужденный Вильчинский В.В. был обеспечен отдельным спальным местом и спальными принадлежностями. В помещении имеется два окна одинакового размера, проводится регулярное проветривание, график которого утвержден начальником отряда. Освещение обеспечивается дневным светом, потолочными лампами искусственного дневного света, имеется и ночное освещение. Здание подключено к центральной отопительной системе. Спальное помещение оборудовано двумя батареями. Температурный режим поддерживается, контролируется дежурным помощником начальника колонии ежедневно.
В июле 2017 г. осужденный Вильчинский В.В. был переведен в отряд N 3, в котором находился до освобождения 21.06.2019 г. Наполнение отряда составляло в среднем 185 человек. Вильчинский В.В. проживал в спальном помещении N 9, расположенном на первом этаже. Общая площадь помещения 78,2 (фактическая - 82,4) кв.м. В спальном помещении находились 19 двухъярусных кроватей, то есть 38 спальных мест. Совместно с Вильчинским В.В. проживало 37 человек, то есть на одного осужденного приходилось 2,05 (фактически - 2,16) кв.м, что соответствует требованиям ч.1 ст.99 УИК РФ. В помещении - два окна одинакового размера, проводится регулярное проветривание, график которого утвержден начальником отряда. Освещение обеспечивается дневным светом, потолочными лампами искусственного дневного света, имеется и ночное освещение. Здание подключено к центральной отопительной системе. Спальное помещение оборудовано пятью батареями. Температурный режим поддерживается, контролируется дежурным помощником начальника колонии ежедневно. Отряд N 3 обеспечен изолированным помещением для умывания с 12 раковинами для умывания и 2 раковинами для мытья ног; изолированным помещением туалета с 8 унитазами, снабженными сливом воды. Кабинки туалетов оборудованы дверцами с целью обеспечения приватности. Для хранения продуктов питания в каждом отряде имеется комната для разогрева пищи, в которой имеются холодильники для хранения скоропортящихся продуктов питания. Хранение продуктов питания под кроватью запрещено Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений. В соответствии с предоставленными актами выполненных работ, являющимися приложениями к государственным контрактам на лабораторные исследования по программе государственного контроля, дезинфекция, дератизация, проверка качества воды проводятся в ФКУ ИК N 3 ежегодно.
В соответствии с п.2 Порядка обеспечения вещевым довольствием осужденных к лишению свободы, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, и лиц, содержащихся в следственных изоляторах - Приложение N 3 к Приказу Минюста России от 3 декабря 2013 г. N 216 сроки носки предметов вещевого довольствия исчисляются с момента фактической выдачи. Выдача вещевого довольствия вновь осужденным осуществляется в день их прибытия в исправительное учреждение. Последующая выдача вещевого довольствия производится по письменному заявлению осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах, но не ранее истечения установленных сроков носки находящихся в пользовании предметов. Учет выданного вещевого довольствия ведется по лицевому счету. Все предметы инвентарного пользования подлежат клеймению в установленном порядке. В случае, когда нормами снабжения предусмотрена выдача нескольких (одних и тех же) предметов вещевого довольствия, количество их разового отпуска определяется руководством учреждения уголовно-исполнительной системы в зависимости от оставшегося срока отбывания наказания осужденными и других условий.
Руководствуясь целями максимально возможного обеспечения осужденных вещевым довольствием, рационального и экономного расходования вещевого имущества, обозначенными в письме УФСИН по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 10.08.2015 N 65/ТО/30.2-9457, учитывая срок отбывания наказания каждого осужденного, учреждение может осуществлять выдачу не двух комплектов одновременно один раз в три года, а одного комплекта один раз в полтора года каждому осужденному в день прибытия в ФКУ ИК N 3. Последующая выдача вещевого довольствия, в случае необходимости получения второго сменного комплекта производится на основании п.2 Приложения 3 названного Приказа, по письменному заявлению осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах, но не ранее истечения установленных сроков носки находящихся в пользовании предметов. Если осужденный хочет получить второй комплект, он пишет заявление. Соответствующих заявлений от Вильчинского В.В. не поступало. Поводов для препятствия со стороны администрации ФКУ ИК N 3 к выдаче вещевого довольствия не имеется. Вещевое довольствие имеется на складе ФКУ ИК N 3 в полном объёме. Согласно ч.4 ст.99 УИК РФ осужденные, получающие заработную плату, и осужденные, получающие пенсию, возмещают стоимость питания, одежды, коммунально-бытовых услуг и индивидуальных средств гигиены, кроме стоимости специального питания и специальной одежды. Согласно справке заместителя начальника ЦТАО капитана внутренней службы К.Д., со 02.10.2017 по 25.03.2019 осужденный Вильчинский В.В. был трудоустроен.
Помывка осужденных осуществляется согласно графику банно-прачечного комплекса в соответствии с п.21 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений не менее двух раз в семь дней с еженедельной сменой нательного и постельного белья. Согласно справке ФКУЗ МСЧ N 78 ФСИН России Вильчинский В.В. за период отбывания наказания с жалобами на кожные заболевания не обращался. На диспансерном учёте с диагнозом "дерматит" не состоял.
Кроме того, как указывает административный ответчик, Вильчинский В.В. с 14.01.2017 г. питался по повышенной норме питания 5.2А. Пища готовится по утвержденным раскладкам продуктов, составленным на неделю отдельно по каждой норме. Меню-раскладки составляются в соответствии с требованиями приказа ФСИН России от 02.09.2016 N 696 "Об утверждении Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы" и Инструкцией по организации питания спецконтингента, а также на основании приказа N 189 от 17.09.2018 "Об установлении повышенных норм питания, рационов питания и замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных, а также подозреваемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях ФСИН, на мирное время". Контроль за качеством поступающего продовольствия в столовую и приготовления пищи осуществляется со стороны медицинских работников. Закладка продуктов в котёл контролируется оперативными дежурными. Результаты проверки и распоряжения на выдачу пищи отражаются в книгах "Учёта контроля за качеством приготовления пищи". Жалоб на качество и количество пищи от спецконтингента не поступало (л.д.22-26, том 1).
В подтверждение своей позиции ответчиком ФКУ ИК N 3 были представлены письменные доказательства, а также фото и видео материалы, которые произведены сотрудниками ФКУ ИК N 3: заместителем начальника (курирующим тыловое обеспечение) капитаном внутренней службы К.В. и начальником ОКБИ и ХО старшим лейтенантом внутренней службы Н.Р. 9.09.2020 г. и 10.09.2020 г., в дневное время, по запросу суда (л.д. 191-193, том 1).
Обжалуемым решением от 02.11.2020 года Тосненский городской суд Ленинградской области отказал Вильчинскому В.В. в удовлетворении административных исковых требований в полном объеме (л.д. 203-225 том 1).
В апелляционной жалобе административный истец Вильчинский В.В. просит решение суда первой инстанции отменить, принять новое решение об удовлетворении административного иска в полном объеме, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права. В жалобе истец ссылается на те же обстоятельства, которые были изложены в административном иске, а также обращает внимание судебной коллегии на то, что суд первой инстанции необоснованно принял в качестве доказательств представленные ответчиком ФКУ ИК N 3 письменные объяснения осужденных И.А., К.Р., Э.Г. и Ф.В., которые содержались в ФКУ ИК N 3 после того, как Вильчинский В.В. был освобожден. Данные свидетели не были допрошены судом, и у лиц, участвующих в деле, отсутствовала возможность задать свидетелям вопросы. Суд первой инстанции не принял во внимание обоснованные сомнения представителя административного истца в достоверности графика работы банно-прачечного комплекса ФКУ ИК N 3, поскольку, согласно подсчетам представителя административного истца, в соответствии с представленным графиком, на 1 человека отводилось менее 1 минуты помывочного времени. Также, по мнению подателя жалобы, суд первой инстанции не принял обоснованные сомнения представителя административного истца в достоверности котловых ордеров, строевых записок по колонии и строевых записок на питание осужденных, поскольку в данных документах имелось несоответствие количества указанных в них осужденных общему количеству осужденных по колонии. Представленные ответчиком ФКУ ИК N 3 фото и видео материалы необоснованно приняты судом в качестве доказательства, поскольку были сняты в сентябре 2020 года, что не соответствует периоду содержания в колонии административного истца - с 29.12.2016 г. по 22.06.2019 г. Судом, по мнению истца, не были приняты во внимание нарушения условий содержания, выразившиеся в отсутствии в умывальниках отрядов N 1 и N 3 колонии горячей воды, а также отказ Вильчинскому В.В. в лечении после обращения в медицинскую часть с жалобами на кожное заболевание (л.д. 1-8, том 2).
В суд апелляционной инстанции поступили возражения административного ответчика ФКУ ИК N 3 на апелляционную жалобу, в которых административный ответчик просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, указывает, что суд первой инстанции обоснованно учел, что Вильчинский В.В. в суде первой инстанции не смог пояснить, в какой секции, согласно плану БТИ, он действительно проживал в отряде N 1. Также, судом были обоснованно учтены представленные ФКУ ИК N 3 письменные доказательства, как справка о трудоустройстве Вильчинского В.В. с 02.10.2017 по 25.03.2019, график банно-прачечного комплекса, справка ФКУЗ МСЧ N 78 об отсутствии обращений Вильчинского В.В. по поводу кожных заболеваний, примеры раскладок продуктов и меню выборочно за все время пребывания Вильчинского В.В. в колонии. Кроме того, ответчик обратил внимание суда апелляционной инстанции на то, что не располагает возможностью представить фотографии и видеоматериалы из ФКУ ИК N 3 более раннего периода, чем сентябрь 2020 года, поскольку необходимости их делать не было, Вильчинский В.В. во время отбывания наказания не обращался с жалобами на содержание ни к начальнику ФКУ ИК N 3, ни к руководителю УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ни в иные органы контроля и надзора (л.д. 20-22, том 2).
В суд апелляционной инстанции явился представитель административного истца Вильчинского В.В. - Потапов Д.В., поддержавший доводы апелляционной жалобы. Также в суд явились представители административных ответчиков: ФКУ ИК N 3 - Сипягина М.Н., и ФСИН России - Павлов И.В., которые возражали против удовлетворения апелляционной жалобы административного истца.
Проверив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.В соответствии с ч. 1 ст. 99 УИК РФ, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.
Осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами для мужчин) (ч. 2 ст. 99 УИК РФ).
Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. Нормы вещевого довольствия осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний (ч. 3 ст. 99 УИК РФ).
Осужденные, получающие заработную плату, и осужденные, получающие пенсию, возмещают стоимость питания, одежды, коммунально-бытовых услуг и индивидуальных средств гигиены, кроме стоимости специального питания и специальной одежды. С осужденных, уклоняющихся от работы, указанные расходы удерживаются из средств, имеющихся на их лицевых счетах. Возмещение стоимости питания, одежды, коммунально-бытовых услуг и индивидуальных средств гигиены производится ежемесячно в пределах фактических затрат, произведенных в данном месяце (ч. 4 ст. 99 УИК РФ).
В соответствии с положениями ст. 101 УИК РФ лечебно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации (часть 1). Администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных (часть 3).
Статьёй 12.1 УИК РФ предусмотрено право лица, осужденного к лишению свободы и отбывающего наказание в исправительном учреждении, на компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.
Статья 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года (далее - Конвенции) запрещает пытки и гласит, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
Согласно положениям ч.ч. 1, 5 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ) лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.
Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции, административный истец Вильчинский В.В. с 29.12.2016 г. по 22.06.2019 г. отбывал наказание в исправительной колонии строгого режима - ФКУ ИК N 3. С момента прибытия по 10.01.2017 г. находился в карантинном отделении данного исправительного учреждения, с 11.01.2017 г. по июль 2017 г. - в отряде N 1, с июля 2017 г. до своего освобождения 22.06.2019 г. - в отряде N 3. В период с 02.10.2017 г. по 25.03.2019 г. был трудоустроен в магазин учреждения на должность грузчика, что подтверждается справками ФКУ ИК N 3 (л.д. 27-28, том 1).
За время отбывания наказания в ФКУ ИК N 3 Вильчинский В.В. был подвергнут одному взысканию в виде водворения в штрафной изолятор сроком на 3 суток за нарушение локального участка, девять раз был поощрен за примерное поведение, добросовестное отношение к труду и активное участие в общественной жизни колонии и отряда, итогам 1 и 4 кварталов 2017 г., по итогам 1-4 кварталов 2018 г. и по итогам 1 квартала 2019 г., из мер поощрения ему шесть раз было предоставлено дополнительное длительное свидание (л.д. 30, том 1).
Из карточки учёта свиданий, выдачи передач, посылок и бандеролей следует, что 07.04.2017, 21.07.2017, 02.10.2017, 02.02.2018 Вильчинскому В.В. были предоставлены длительные свидания сроком по 3 суток; 04.04.2018 и 06.06.2018 - длительные свидания сроком по 2 суток; 05.09.2018, 18.10.2018, 04.12.2018, 08.02.2019 и 01.03.2019 - длительные свидания сроком по 3 суток; итого 31 сутки (л.д. 48-51, том 1).
Согласно справке начальника отдела воспитательной работы с осужденными майора внутренней службы Д.Р., осужденный Вильчинский В.В. после карантина был распределен в рабочий отряд N 1 в нерабочую бригаду 15А, затем был переведен в рабочий отряд N 3. В отряде N 1 Вильчинский В.В. проживал в спальном помещении N 5 (пятой секции), расположенном на 2 этаже. Пятая секция представляла собой спальное помещение с двумя окнами одинакового размера, в котором находились 5 двухъярусных кроватей, то есть 10 спальных мест. Проживало в данном помещении не более 10 осужденных, т.е. на каждого осужденного приходилось 3,28 кв.м. Осужденный Вильчинский В.В. был обеспечен отдельным спальным местом и спальными принадлежностями. Помещение обеспечено доступом свежего воздуха и дневного света. Имеются потолочные лампы искусственного дневного света, отдельно оборудовано ночное освещение (л.д. 34, том 1).
Начальником отряда N 1 майором внутренней службы К.Е. составлена схема закрепления спальных мест секции N 5 отряда N 1 на 2017 г., согласно которой одно из 10 спальных мест занято Вильчинским В.В., в данной секции расположено пять двухъярусных кроватей, из которых четыре в одну линию, во второй линии всего одна кровать (л.д. 154, том 1).
Из представленных в материалы дела поэтажных планов следует, что отряд N 1 занимал второй этаж общежития N 3, который был разделен перегородками на секции, коридор и другие помещения, площадь пятой секции составляла 32,8 кв.м (л.д. 32, том 1).
Согласно представленным административным ответчиком фотографиям, в комнате для разогрева пищи отряда N 1 имеются три холодильника, микроволновая печь, кулер для питьевой воды. Видеозапись секции N 5 отряда N 1 подтверждает, что в ней действительно установлены пять двухъярусных кроватей, тумбочки, табуреты, телевизор, кулер для питьевой воды, несколько потолочных светильников, настенный светильник, зеркало (диск на л.д. 193, том 1).
С июля 2017 года Вильчинский В.В. содержался в отряде N 3, который был расположен на первом этаже общежития N 1, был разделен перегородками на секции, коридор и другие помещения. Из пояснений сторон, данных в суде первой инстанции, следует, что перегородки между помещениями площадью 32,2 кв.м, 28,1 кв.м, 4,3 кв.м и 13,6 кв.м, обозначенные в левой части 1 этажа поэтажного плана, составленного Тосненским бюро технической инвентаризации по состоянию на 06.04.2004, были снесены, и в период отбывания наказания Вильчинским В.В. это было одно помещение - секция N 9 фактической площадью примерно 79 кв.м с двумя окнами (л.д. 33, том 1).
Согласно справке начальника отдела воспитательной работы с осужденными майора внутренней службы Д.Р., в данном помещении 19 двухъярусных кроватей, то есть 38 спальных мест. Осужденный Вильчинский В.В. был обеспечен отдельным спальным местом и спальными принадлежностями. Помещение обеспечено доступом свежего воздуха и дневного света. Имеются потолочные лампы искусственного дневного света, отдельно оборудовано ночное освещение. Здание подключено к центральной отопительной системе, указанное спальное помещение оборудовано пятью батареями. Температурный режим поддерживался в соответствии с требованиями нормативных актов. У входа в спальное помещение имеются вешалки для верхней одежды и полки для обуви. Для хранения продуктов питания имеется комната для разогрева пищи с холодильниками для хранения скоропортящихся продуктов питания. Отряд N 3 обеспечен изолированным помещением для умывания, в котором имеется 12 раковин для умывания и 2 раковины для мытья ног; изолированным помещением туалета, где находятся 8 унитазов, снабженных сливом воды. В изолированном локальном участке отряда N 3 оборудован спортивный уголок (л.д.34, том 1).
По представленным суду видеозаписям видно, что в спальном помещении - секции N 9 отряда N 3 на потолке расположено несколько светильников дневного света, которые обеспечивают достаточное освещение; размер окон 210х220 см каждое обеспечивает естественное освещение данного помещения, при входе расположена вешалка для верхней одежды, проходы между кроватями вмещают по две тумбочки в ряд, в помещении есть стол и телевизор. В комнате для разогрева пищи имеются семь холодильников, 3 микроволновые печи, электроплита с духовкой. Напольные унитазы в санузле установлены в кабинках, которые закрываются дверцами (диск на л.д. 193, том 1).
Согласно представленным в материалы дела техническим паспортам зданий, составленных по состоянию на 01.12.2009 г., здание общежития N 3 введено в эксплуатацию в 1984 г., здание общежития N 1 введено в эксплуатацию в 1980 г., имеют физический износ 20 и 26% соответственно, стены кирпичные толщиной 530 мм, оба здания подключены к центральному отоплению, водопроводу, канализации, электрифицированы, имеют естественную вентиляцию (л.д. 160, 169, 179, 186, том1).
Суду представлены схемы вентиляции данных зданий, из которых следует, что вентиляционные каналы имеются в каждом помещении, в том числе и в спальных помещениях - секции N 5 отряда N 1, секции N 9 отряда N 3 (л.д.147-155, 189-190, том 1).
Кроме того, утверждены графики проветривания помещений, согласно которым в отряде N 1 жилые помещения проветриваются четыре раза в сутки, продолжительность каждого проветривания составляет 30 минут; в отряде N 3 помещения проветриваются три раза в сутки, продолжительность проветриваний от 30 до 45 минут (л.д. 41-42, том 1).
Копия представленной ответчиком ФКУ ИК N 3 Арматурной книжки на вещевое довольствие подтверждает выдачу Вильчинскому В.В. матраца, подушки, одеяла, простыни - 2 шт., наволочки - 1 шт., полотенца - 1 шт., костюма - 1 шт., шапки - 1 шт., телогрейки, рукавиц, рубашки нательной, трусов, белья нательного тёплого - 1 шт., ботинок комбинированных (л.д.43-44, том 1).
Из справки начальника ОКБИ и ХО лейтенанта внутренней службы Н.Р. следует, что при поступлении в ФКУ ИК N 3 Вильчинский В.В. был обеспечен вещевым имуществом по сезону согласно приказу N 216 от 03.12.2013 "Об утверждении норм вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах". В дальнейшем осужденные при необходимости пишут повторное заявление на выдачу вещевого имущества согласно приказу УФСИН России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области N 367 от 07.06.2017 "Об утверждении Инструкции по организации учёта вещевого имущества и личных вещей осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях подведомственных УФСИН России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области". Так как от Вильчинского В.В. заявлений на повторную выдачу не поступало, повторная выдача вещевого имущества не производилась (л.д. 35-36, том 1).
Согласно сведениям ответчика, банно-прачечный комплекс ФКУ ИК N 3 работал по графику, утвержденному начальником ОКБИ и ХО лейтенантом внутренней службы Н.Р., который предусматривал посещение помывочного зала для отрядов N 2 и N 3 в четверг и воскресенье с 7 до 9 часов, с 13 до 15 часов, с 18 до 20 часов; для отрядов N 1 и N 7 предусмотрены вторник и суббота в те же часы (л.д. 37, том 1).
На представленных фотографиях помывочного зала видно, что он облицован кафельной плиткой, разделен перегородками, имеются полки для мыла, туалетных принадлежностей, держатели для полотенца, резиновые коврики (л.д. 191-192, диск на л.д. 193, том 1). В банно-прачечном комплексе имеются дезинфекционные камеры для подушек, одеял, постельного белья (диск на л.д. 193, том 1).
Согласно справке начальника ОКБИ и ХО лейтенанта внутренней службы Н.Р., раз в квартал во всех помещениях ФКУ ИК N 3 проводится дератизация и дезинсекция своими силами, и раз в год - по государственному контракту (л.д. 35-36, том 1).
В материалы дела представлены копии Актов от 13.12.2017 г. и 30.11.2018 г., которые подтверждают выполнение ООО <данные изъяты> по договорам возмездного оказания услуг, заключенным с ФКУ ИК N 3, работ по дезинсекции и дератизации прилегающей территории (л.д. 38, 39, том 1).
В соответствии со справкой начальника ОКБИ и ХО лейтенанта внутренней службы Н.Р., контроль за качеством поступающего продовольствия в столовую и приготовления пищи осуществляется со стороны медицинских работников. Закладка продуктов в котёл контролируется оперативными дежурными. Результаты проверки и распоряжения на выдачу пищи отражаются в книгах "Учёта контроля за качеством приготовления пищи". Жалоб на качество и количество пищи от спецконтингента не поступало (л.д. 35, 36, том 1).
Административным ответчиком ФКУ ИК N 3 представлены котловые ордера, меню на первое число каждого месяца за период с 01.04.2017 г. по 01.04.2019 г., из которых следует, что для приготовления пищи для осужденных использовались разнообразные продукты: овощи свежие, овощи сушеные, овощи соленые и маринованные, консервы овощные, крупы, маргарин, масло коровье, масло растительное, мука, мясо птиц, мясо говядина, рыба свежая мороженая, рыба соленая, консервы рыбные, томатная паста, молоко цельное, молоко сгущенное, творог, яйца, сахарный песок, специи; выдавался хлеб пшеничный из муки 2 сорта, хлеб ржано-пшеничный, хлеб ржаной, чай, сок, кисель и т.д. В меню содержались разнообразные блюда: каша манная молочная, борщ, щи, суп рыбный, суп гороховый, голубцы ленивые, котлеты рыбные, салат витаминный, сосиски, каша пшенная с гуляшом, рагу с капустой, каша пшеничная с мясом, салат из томатов, салат из капусты, биточки рыбные, макаронные изделия с гуляшом, каша гречневая с гуляшом, винегрет, и т.д. (л.д.112-136, том 1).
Кроме того, представлены раскладки продуктов повышенной нормы питания 5.2А, по которой Вильчинский В.В. питался с 14.01.2017 г., согласно сведениям начальника ОКБИ и ХО (л.д. 35, том 1), на период с 12.06.2017 г. по 18.06.2017 г., с 25.06.2018 г. по 01.07.2018 г., подписанные заведующей столовой Р.В., заместителем начальника по тылу П.А., начальником ОКБИХО К.В., начальником МСЧ-78 Г.В., утвержденные начальником ФКУ ИК-3 К.С. / Врио начальника ФКУ ИК-3 С.В., из которых следует, что в меню на каждый день было включено масло, творог, молоко, мясо (птица либо говядина), рыба, через день яйцо (л.д. 45-46, том 1).
Согласно представленным видеозаписям, в вестибюле столовой имеются раковины с холодной и горячей водой, вешалки, большое зеркало. На стенде вывешено меню на завтрак, обед и ужин, сведения о замене продуктов. В горячем цехе установлены котлы для первых, вторых и третьих блюд, жарочный шкаф, пароконвектомат для приготовления диетических блюд (диск на л.д. 193, том 1).
В соответствии со справкой временно исполняющего обязанности начальника медицинской части N 3 ФКУЗ МСЧ-78 ФСИН России старшего лейтенанта внутренней службы К., за период отбывания наказания Вильчинский В.В. с жалобами на кожные заболевания не обращался, на диспансерном учёте с диагнозом "дерматит" не состоял. Состоял на диспансерном учёте в медицинской части по другому заболеванию, к лечению относился недобросовестно. 01.08.2017, 03.12.2018 и 28.05.2019 проводились обследования (л.д. 31, том 1).
Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отказе в удовлетворении административных исковых требований Вильчинского В.В., который основан на имеющихся в деле и собранных судом первой инстанции доказательствах.
Утверждение Вильчинского В.В. о том, что после прохождения карантина, с 11.01.2017 г. он содержался в отряде N 1 в спальном помещении - секции площадью 8 кв.м, где проживало 6 человек, то есть на каждого осужденного приходилось не более 1,3 кв.м, не подтверждено представленными в дело доказательствами.
На представленном в материалы дела поэтажном плане общежития N 3, на плане 2 этажа, где содержался отряд N 1, не имеется помещения площадью 8 кв.м (л.д. 32, том 1).
Также в деле не имеется доказательств утверждения Вильчинского В.В., что в бригаде 15а отряда N 1 он работал ночным нарядчиком без оплаты труда, ходатайств об истребовании допустимых доказательств административным истцом заявлено не было. В соответствии с принятыми сведениями ФКУ ИК N 3, бригада 15А отряда N 1 является нерабочей. Вильчинский В.В. работал с 02.10.2017 г. по 25.03.2019 г. в магазине учреждения грузчиком (л.д. 28, том 1). Иных сведений о работе административного истца в ФКУ ИК N 3 в период с 29.12.2016 г. по 22.06.2019 г., материалы дела не содержат.
Судом обоснованно был принят в качестве доказательства надлежащего обеспечения помывки осужденных график банно-прачечного комплекса, представленный административным ответчиком ФКУ ИК N 3, согласно которому посещение помывочного зала для отрядов N 2 и N 3 в четверг и воскресенье с 7 до 9 часов, с 13 до 15 часов, с 18 до 20 часов; для отрядов N 1 и N 7 - вторник и суббота в те же часы.
Представитель административного ответчика ФКУ ИК N 3 в судебном заседании суда апелляционной инстанции пояснила, что внутренними нарядами колонии не фиксируется, сколько осужденных пришло на помывку в банно-прачечный комплекс в установленные для отряда (отрядов) часы. Часть осужденных моется в своих отрядах, если в отряде установлен душ. Не все осужденные ходят на помывку в установленные для отряда часы, фактически полной явки не бывает, администрации колонии приходится заставлять осужденных ходить на помывку для соблюдения санитарных норм, поэтому утверждение представителя истца о том, что при установленном графике на помывку одного осужденного приходится менее 1 минуты, не соответствует фактическим обстоятельствам.
Что касается ссылки Вильчинского В.В. на отсутствие горячей воды в умывальниках отрядов N 1 и N 3, на запрос судебной коллегии был получен ответ ФКУ ИК N 3 о том, что в санитарном помещении отряда N 3 установлены 3 водонагревателя электрических накопительного типа, объемом 260 литров каждый. В период отбывания наказания Вильчинским В.В. в 2017-2019 годах данные водонагреватели также эксплуатировались (л.д. 50, том 2).
Согласно п. 19.2.5 Свода правил СП 308.1325800.2017 "Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования", подводку холодной и горячей воды следует предусматривать к санитарно-техническим приборам, требующим обеспечения холодной и горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).
Данный Свод правил был утвержден приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 20.10.2017 г. N 1454/пр, введен в действие с 21.04.2018 г. и относится к проектированию исправительных учреждений.
Здания же общежитий N 1 и N 3 в ФКУ ИК N 3 согласно представленным техническим паспортам зданий, введены в эксплуатацию в 1980 г. и 1984 г. соответственно, когда вышеприведенные правила проектирования не действовали.
Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции было обоснованно учтено, что административным ответчиком ФКУ ИК N 3 предоставлена возможность осужденным пользоваться дважды в неделю банно-прачечным комплексом с целью помывки, а также один раз в неделю сдавать белье в стирку, согласно графику - отряд N 1 в субботу, отряд N 3 в воскресенье (л.д. 37, том 1), кроме того, следует учесть сведения о наличии в санитарном помещении отряда N 3 трех водонагревателей электрических накопительного типа.
Также, истцом не было представлено каких-либо доказательств непредоставления ему медицинской помощи после обращения в медсанчасть учреждения по поводу кожных заболеваний. Напротив, согласно справке временно исполняющего обязанности начальника медицинской части N 3 ФКУЗ МСЧ-78 ФСИН России старшего лейтенанта внутренней службы К., за период отбывания наказания Вильчинский В.В. с жалобами на кожные заболевания не обращался, на диспансерном учёте с диагнозом "дерматит" не состоял.
В соответствии с ч. 1 ст. 218, ч. 2 ст. 227 КАС РФ необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца. При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдении срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (ч. 9 и 11 ст. 226, ст. 62 КАС РФ).
Рассматривая настоящий спор, и отказывая в удовлетворении требований, суд руководствовался вышеприведенными нормами права, исходил из того, что административным ответчиком доказано отсутствие фактов, подтверждающих, что административный истец подвергался физическим истязаниями или иному негуманному обращению в период содержания в исправительной колонии.
Судом проверялись и не нашли подтверждения доводы Вильчинского В.В. о невыполнении административным ответчиком мер по соблюдению санитарно-гигиенических, противоэпидемических норм и требований, о неоказании Вильчинскому В.В. медицинской помощи.
Кроме того, следует учесть, что за весь период отбывания наказания Вильчинский В.В. не обращался с жалобами на содержание ни к начальнику ФКУ ИК N 3, ни к руководителю УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ни в иные органы контроля и надзора или судебные органы.
Каких-либо доказательств нарушения администрацией ФКУ ИК N 3 условий содержания в суд не представлено, ходатайств о допросе свидетелей административный истец не заявлял.
Все доводы административного истца, указанные в административном иске были судом проверены и не нашли своего подтверждения, и опровергнуты доказательствами, представленными административными ответчиками, в том числе письменными доказательствами и фото и видеоматериалами условий содержания в исправительном учреждении.
Суд первой инстанции обоснованно принял в качестве доказательств фото и видеоматериалы, снятые в ФКУ ИК N 3 в сентябре 2020 года, поскольку ответчик не располагал возможностью представить фотографии и видеоматериалы более раннего периода, т.к. Вильчинский В.В. во время отбывания наказания с жалобами на содержание не обращался.
Однако, судебная коллегия полагает необходимым указать, что письменные объяснения осужденных И.А., К.Р., Э.Г. и Ф.В. (л.д. 156-159, том 1), представленные административным ответчиком ФКУ ИК N 3, нельзя принять в качестве доказательств, поскольку данные лица устных показаний суду не давали, не предупреждались судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и подписку не давали, что не соответствует требованиям ст.ст. 51, 69 КАС РФ.
В остальном, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу повторяют доводы, которыми были обоснованы заявленные требования, и не могут служить основанием к отмене обжалуемого судебного акта, поскольку всем этим доводам уже дана надлежащая оценка судами при исследовании доказательств в ходе судебного разбирательства, ссылок на какие-либо новые факты, которые остались без внимания суда, в апелляционной жалобе не содержится.
Исходя из изложенного, нормы материального права применены судом правильно, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам; нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебного решения, судом не допущено, соответственно основания для удовлетворения требований апелляционной жалобы административного истца, отсутствуют.
Руководствуясь статьями 307 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия по административным делам Ленинградского областного суда
определила:
Решение Тосненского городского суда Ленинградской области от 02 ноября 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Вильчинского В.В. - без удовлетворения.
Кассационная жалоба (представление) может быть подана в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.
Председательствующий:
Судьи:
Судья: <данные изъяты>
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06 апреля 2021 г.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
