Дата принятия: 14 июня 2018г.
Номер документа: 33а-1516/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ СУДА ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 июня 2018 года Дело N 33а-1516/2018
Судебная коллегия по административным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:
председательствующего судьи Домрачева И.Г.
судей коллегии Мочаловой Н.В., Ощепкова Н.Г.,
при секретаре Рутковской Ю.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по апелляционной жалобе Попова Вадима Юрьевича на решение Лабытнангского городского суда от 09 февраля 2018 года, которым постановлено:
Административный иск Попова Вадима Юрьевича о признании незаконными решения ФСИН России от 10 октября 2017 года об отказе в переводе в исправительное учреждение Вологодской области оставить без удовлетворения.
Заслушав доклад судьи суда ЯНАО Мочаловой Н.В., административного истца Попова В.Ю. посредством видеоконференцсвязи, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Попов В.Ю. обратился в суд с административным иском в ФСИН России о признании незаконным решения от 10.10.2017 года об отказе его перевода в исправительное учреждение Вологодской области в связи с тем, что место его содержания расположено далеко от места проживания его родственников, что препятствует осуществлению права на свидания, при том, что исправительная колония соответствующего вида находится на территории Вологодской области.
Административный истец Попов В.Ю., участие которого обеспечено посредством видеоконференцсвязи, в судебном заседании настаивал на удовлетворении заявленных требований.
Представитель административного ответчика ФСИН России Давлетбаев Р.Х. в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражал.
Судом вынесено решение, резолютивная часть которого изложена выше.
В апелляционной жалобе Попов В.Ю. просил решение суда отменить, в обоснование жалобы настаивал на наличии оснований для перевода его в другое исправительное учреждение со ссылкой на решения ЕСПЧ и Конвенцию по правам человека, на нарушение его прав и прав его матери на семейные связи. Указал на ненадлежащее осуществление работы системы видеоконференцсвязи в суде первой инстанции, в связи с чем он плохо слышал происходящее, также он был лишен возможности ознакомиться с возражениями административного ответчика. Срок на обжалование отказа в переводе в другую ИК им не пропущен. Судом не было принято во внимание постановление ЕСПЧ "Ходорковский и Лебедев против России".
Административный истец Попов В.Ю. в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи на доводах апелляционной жалобы настаивал.
Административный ответчик надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела.
Исследовав материалы дела, заслушав административного истца, обсудив доводы апелляционной жалобы в порядке статьи 308 Кодекса административного судопроизводства РФ, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с ч.1 ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
В соответствии с ч. 4 ст. 73 УИК РФ осужденные за преступления, предусмотренные статьей 126, частями второй и третьей статьи 127.1, статьями 205 - 206, 208 - 211, 275, 277 - 279, 281, 282.1, 282.2, 317, частью третьей статьи 321, частью второй статьи 360 и статьей 361 Уголовного кодекса РФ, осужденные при особо опасном рецидиве преступлений, осужденные к пожизненному лишению свободы, осужденные к отбыванию лишения свободы в тюрьме, осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы, направляются для отбывания наказания в соответствующие исправительные учреждения, расположенные в местах, определяемых федеральным органом уголовно-исполнительной системы.
Статья 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Такие ограничения, в частности, могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, уголовного наказания в качестве меры государственного принуждения, особенность которого в силу статьи 43 УК Российской Федерации состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его определенных прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.
Относя принятие уголовного и уголовно-исполнительного законодательства к ведению Российской Федерации, Конституция Российской Федерации тем самым наделяет федерального законодателя полномочием вводить подобного рода ограничительные меры.
Устанавливая в качестве одного из видов наказания лишение свободы, государство действует как в своих интересах, так и в интересах общества и его членов. Исполнение этого наказания изменяет привычный ритм жизни человека, его отношения с окружающими людьми и имеет определенные морально-психологические последствия, ограничивая тем самым не только его права и свободы как гражданина, но и его права как личности, что связано с противоправным поведением виновного и обусловливается необходимостью ограничения его естественного права на свободу в целях защиты нравственности, прав и законных интересов других лиц (определение Конституционного Суда РФ от 29.01.2015 N 155-О).
Из материалов дела следует, что Попов В.Ю. 18.09.2006 года осужден Вологодским областным судом по ст. 119, ч.1 ст. 105, п. "а" ч.2 ст. 105, п. "в" ч.2 ст. 105, п. "д" ч.2 ст. 105, п. "к" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч.2 ст. 158, ч.1 ст. 318, ч.3 ст. 69 УК РФ к пожизненному лишению свободы в исправительной колонии особого режима (л.д. 29).
Административный истец Попов В.Ю. является уроженцем <адрес>, до ареста проживал на <адрес>.
19.03.2007 года Попов В.Ю. прибыл для отбытия наказания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по ЯНАО.
7.11.2017 года Попов В.Ю. на его заявление о переводе для дальнейшего отбывания наказания в исправительное учреждение Вологодской области получил ответ УФСИН России от 10.10.2017 года N ОГ-12-37515 об отказе в переводе в исправительное учреждение ближе к месту жительства. Причиной тому явилось отсутствие оснований, препятствующих Попову В.Ю. дальнейшему нахождению в исправительном учреждении ЯНАО (л.д. 8).
Принимая решение об отказе в удовлетворении требований административного иска, суд указал, что оспариваемое решение об отказе в переводе является законным и обоснованным, поскольку обстоятельств для перевода в другое исправительное учреждение, указанных в ст. 81 УИК РФ, не установлено.
Выводы суда судебная коллегия полагает законным по следующим основаниям.
В соответствии с ч. 2 ст. 81 УИК РФ перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. Перевод осужденных за преступления, указанные в части четвертой статьи 73 настоящего Кодекса, для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается также по решению федерального органа уголовно-исполнительной системы. Порядок перевода осужденных определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.
По общему правилу, установленному Уголовно-исполнительным кодексом РФ, осужденные к лишению свободы отбывают весь срок наказания в одном исправительном учреждении либо следственном изоляторе в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены, в том числе в случае назначения им в период отбывания лишения свободы нового наказания, если при этом судом не изменен вид исправительного учреждения (часть первая статьи 73 и часть первая статьи 81).
При этом часть 2 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса РФ в системной связи с частью 1 той же статьи допускают возможность направления осужденных для отбывания наказания за пределы субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены, лишь в случае отсутствия в данном субъекте Российской Федерации исправительного учреждения соответствующего вида или невозможности размещения осужденных в имеющихся исправительных учреждениях.
Соответственно, действующее правовое регулирование не предполагает произвольного определения места отбывания осужденным наказания и корреспондирует положениям международных правовых актов, регламентирующих права осужденных, в частности Европейским пенитенциарным правилам (2006), согласно которым заключенные должны по возможности направляться для отбытия наказания в расположенные вблизи от дома или мест социальной реабилитации пенитенциарные учреждения и которые имеют рекомендательный характер и подлежат реализации при наличии необходимых экономических и социальных возможностей (часть 4 статьи 3 Уголовно-исполнительного кодекса РФ) (определения Конституционного Суда РФ от 16.12.2010 N 1700-О-О и от 28.03.2017 N 562-О).
Данные положения предусмотрены законодателем в рамках его полномочий, не выходят за пределы конституционно допустимых ограничений прав и свобод граждан и соотносятся с принципами дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, рационального применения мер принуждения и средств исправления осужденных (статья 8 УИК Российской Федерации) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 года N 1611-О, от 29 сентября 2015 года N 2251-О и от 26 апреля 2016 года N 757-О).
Оспариваемое решение УФСИН России не создало незаконных препятствий к осуществлению прав и свобод административного истца, не возложило на него незаконно какую-либо обязанность, не изменило вида исправительной колонии. Принятие данного решения не изменило правовое положение осужденного и не повлекло умаление гарантированных им уголовно-исполнительным законодательством прав.
Таким образом, законных оснований для удовлетворения административного искового заявления с учетом фактических обстоятельств данного дела не имеется. Согласно части 1 статьи 89 УИК РФ осужденным к лишению свободы предоставляются краткосрочные свидания продолжительностью четыре часа и длительные свидания продолжительностью трое суток на территории исправительного учреждения. В предусмотренных настоящим Кодексом случаях осужденным могут предоставляться длительные свидания с проживанием вне исправительного учреждения продолжительностью пять суток. В этом случае начальником исправительного учреждения определяются порядок и место проведения свидания.
Их указанного следует, что у административного истца имеется возможность реализации своих прав на свидания с родственниками.
При указанных обстоятельствах оснований для вывода о нарушении прав административного истца и его родственников, декларированных Конвенцией о защите прав и основных свобод человека, не установлено.
Исходя из пункта 5 части 1 статьи 45, статей 204 и 207 КАС РФ лица, участвующие в деле, их представители в течение трех дней со дня подписания протокола вправе подать в суд замечания в письменной форме на протокол, а также в отношении результатов аудио- и (или) видеопротоколирования с указанием на допущенные в них неточности, их неполноту и (или) иные существенные недостатки (п. 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2016 N 36 "О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства РФ").
Как следует из протокола судебного заседания и аудиопротокола судебного заседания качество видеоконференцсвязи административного истца устраивало.
Замечаний в установленной законом форме от Попова В.Ю. не поступило, в материалах дела такая информация отсутствует, следовательно, доводы апелляционной жалобы о нестабильной и некачественной работе систем видеоконференцсвязи не подтверждаются.
Довод жалобы о невозможности административного истца знакомиться с возражениями административного ответчика отклоняется, поскольку в судебном заседании исследовались письменные материалы дела, в том числе и возражения административного ответчика, что следует из протокола судебного заседания. Кроме того, судом апелляционной инстанции указанные возражения направлены осужденному Попову В.Ю. для сведения, о чем имеется соответствующая расписка.
Довод жалобы, что судом не было принято во внимание конкретное постановление ЕСПЧ, также является несостоятельным, поскольку решения ЕСПЧ не могут подменять положения российского законодательства, подлежащие применению в конкретных обстоятельствах.
Довод жалобы о пропуске срока на обращение в суд не имеет правового значения для дела, поскольку судом требования административного иска рассмотрены по существу, основанием для отказа в их удовлетворении послужили иные мотивы, но не пропуск указанного срока.
Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не могут быть приняты во внимание, поскольку основаны на неверном толковании норм права, данным доводам дана оценка при вынесении решения судом.
Руководствуясь ст. 308-311 Кодекса административного судопроизводства РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Лабытнангского городского суда ЯНАО от 09 февраля 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Судья (подпись) Н.В.Мочалова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
