Дата принятия: 15 октября 2019г.
Номер документа: 33-9488/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ АЛТАЙСКОГО КРАЕВОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 15 октября 2019 года Дело N 33-9488/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:
председательствующего Вегель А.А.,
судей Сачкова А.Н., Медведева А.А.,
при секретаре Сафронове Д.В.,
с участием прокурора Беспаловой М.И.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика краевого государственного бюджетного учреждения "<адрес> больница <адрес>" на решение Змеиногорского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ по делу
по иску Рубцовой М. В. к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения "<адрес> больница <адрес>" о взыскании компенсации морального вреда,
Заслушав доклад судьи Сачкова А.Н.,
УСТАНОВИЛА:
Рубцова М.В. обратилась в суд с иском к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения "<адрес> больница <адрес>" (далее - КГБУЗ "ЦРБ <адрес>") о взыскании компенсации морального вреда 500 000 руб.
В обосновании требований указала, что ДД.ММ.ГГ её укусил клещ, в связи с этим ДД.ММ.ГГ она с высокой температурой обратилась в приемный покой ответчика, откуда её направили к терапевту, ей назначены таблетки, выдано направление на анализ крови (на онкологию), ФГС желудка и она отправлена домой. ДД.ММ.ГГ с высокой температурой, она поехала сдавать анализы в <адрес>, затем приехав домой начались судороги, она вновь поехала в Змеиногорск за оказанием медицинской помощи. Ей не была оказана медицинская помощь, были проведены малопонятные процедуры, взята пункция, первоначально она обратилась в приемный покой для того, что бы ей, по ее страховому полису от укуса энцефалитным клеща ввели соответствующее лекарство. Результат анализа о подтверждении у неё энцефалита ей никто не объявил.
Из-за ненадлежащего оказания ей медицинских услуг она испытала отрицательные чувства и эмоции. В настоящее время ей неизвестно, что будет с ней в будущем, то, что ей сразу не ввели иммуноглобулин при наличии страховки, вместо этого провели непонятные обследования, что привело к тому, что она до настоящего времени чувствует себя очень плохо, у нее постоянно, то понижается, то повышается температура, мучают головные боли, головокружения, так же она испытала нравственные страдания и в приемном покое, и в инфекционном отделении обращались с неподобающим образом, когда брали пункцию, медсестра выворачивала ей руки, якобы ее держала. Из-за непрофессионализма врачей и неоказания специализированной медицинской помощи в экстренном порядке, у нее ухудшилось состояние здоровья, тем самым ей был нанесен моральный вред.
В ходе рассмотрения дела Рубцова М.В. увеличила требования, ссылалась на абз. 9 п. 5 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья" просила также взыскать материальный ущерб в сумме 10 049 руб., который вызван необходимостью приобретения медицинских препаратов и дополнительных обследований, проезда в медицинские учреждения.
Решением Змеиногорского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ исковые требования Рубцовой М.В. к КГБУЗ "ЦРБ <адрес>" удовлетворены частично.
Взыскана с КГБУЗ "ЦРБ <адрес>" в пользу Рубцовой М.В. компенсация морального вреда в размере 5000 руб., материальный ущерб 4140 руб., штраф за нарушение прав потребителя в размере 4570 руб.
В удовлетворении оставшейся части требований отказано.
Взысканы с КГБУЗ "ЦРБ <адрес>" в пользу Рубцовой М.В. судебные расходы по производству экспертизы в размере 17 104,35 руб..
Взысканы с КГБУЗ "ЦРБ <адрес>" в пользу областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>" судебные расходы по производству повторной судебно-медицинской экспертизы в размере 38 375 руб.
Взыскана с КГБУЗ "ЦРБ <адрес>" в доход местного бюджета - муниципального образования "<адрес>" государственная пошлина 465,60 руб.
В апелляционной жалобе ответчик просит решение отменить, принять новое решение которым в удовлетворении иска отказать, указывая на проведенные истцу обследования. Указание в карте "Укус клеща?" не является диагнозом, при осмотре терапевтом ДД.ММ.ГГ у врача возникли подозрения на патологию желудочно-кишечного тракта и назначено лечение. Поскольку диагноз связанный с клещевым энцефалитом поставлен не был то и лабораторные исследования и лечение не назначалось.
Суд ошибочно по их мнению посчитал, что истица не была дообследована по вине ответчика.
Манипуляции, указанные в Клинических рекомендациях "Клещевой вирусный энцефалит у взрослых", утв. Решением Пленума правления Национального научного общества инфекционистов ДД.ММ.ГГ медицинскими работниками были проведены в полном объеме, и ДД.ММ.ГГ было принято решение о лечении пациентки в условиях стационара.
Полагают, что выводы экспертов ОГБУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области" являются неверными. Выводы о том, что дефференциальная диагностика проведена не в полном объеме также неверны.
Как на стадии первичной доврачебной медико-санитарной помощи, а также ДД.ММ.ГГ в день госпитализации и в период нахождения в стационаре медицинскими работниками был выполнен весь комплекс мероприятий, предусмотренных вышеуказанными Клиническими рекомендациями. Оснований для введения истице иммуноглабулина не имелось, что подтвердили обе проведенные экспертизы. Обе экспертизы не могли определить достоверно наличие заболевания клещевой энцефалит, лихорадочная форма, по причине того, что истица не дообследована, но в этом она виновата сама так как с момента выписки до сентября она не обратилась в за медицинской помощью.
Указывают на то, что истцом не доказан факт укуса клеща, факт наличия заболевания, приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между обнаруженными дефектами оказания медицинской помощи, хотя дефектов не было, и ухудшением здоровья, но вместе с тем удовлетворяет требования истца.
В возражениях прокурор просит решение оставить без изменения, жалобу - без удовлетворения, полагая, что решение является законным и обоснованным.
В суде апелляционной инстанции представитель ответчика Любавина М.М. поддержала доводы жалобы, представители истца Бешенева Е.С. и Брыкин В.Б. возражали против её удовлетворения, прокурор Беспалова М.И. в заключении полагала, что оснований для отмены решения суда не имеется.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в связи с чем судебная коллегия рассмотрела дело в их отсутствие по правилам ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ).
Проверив материалы дела, законность и обоснованность принятого решения в соответствии с ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для её удовлетворения.
В соответствии с положениями ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ).
Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ).
В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N323-ФЗ медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.
В соответствии с п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
В силу ст. 73 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями.
Частями 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ установлено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
В соответствии с "Методическими рекомендациями по возмещению вреда (ущерба) застрахованным в случае оказания некачественной медицинской помощи в рамках программ обязательного медицинского страхования" (утв. Федеральным Фондом обязательного медицинского страхования 27 апреля 1998г. - письмо от 5 мая 1998г.N1993/36.1-и), под некачественным оказанием медицинской помощи следует понимать, оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения (раздел "2"), в том числе, невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (раздел "4").
В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N17 от 28 июня 2012 года "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.
В соответствии с положениями ст. 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.
Как установлено судом и следует из материалов дела, Рубцова М.В, ДД.ММ.ГГ была застрахована в СПАО "РЕСО-ГАРАНТИЯ" от клещевого энцефалита, что следует из полиса добровольного медицинского страхования.
ДД.ММ.ГГ истец обратилась в КГБУЗ "ЦРБ <адрес>" с высокой температурой, головными болями, указав, что имелось "наползание" клеща.В период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ Рубцова М.В. проходила лечение в данном медицинском учреждении по предварительному диагнозу "клещевой энцефалит". По результатам исследования крови ДД.ММ.ГГ у неё заболевание "клещевой энцефалит" не подтверждено.
Удовлетворяя частично исковые требования Рубцовой М.В. и определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда в размере 5 000 руб., а также взыскивая материальный ущерб в размере 4140 руб., суд первой инстанции исходил из того, что медицинская услуга при обращении истца в КГБУЗ "ЦРБ <адрес>" была оказана некачественно, в связи с чем были нарушены ее права на охрану здоровья.
Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, так как они основаны на установленных по делу обстоятельствах, подтверждены представленными доказательствами, которым судом дана надлежащая правовая оценка в их совокупности в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Проведенной по делу повторной судебно-медицинской экспертизой *** от ДД.ММ.ГГ проведенной ОГБУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы <адрес>" установлено, что присасывание клеща в экспертном случае имело место около 2-х недель назад до обращения за медицинской помощью. Наличия причинной связи между "наползанием" клеща ДД.ММ.ГГ и появлением клинической симптоматики свойственной КЭ начиная уже с ДД.ММ.ГГ не усматривается. Таким образом, показаний к введению иммуноглобулина Рубцовой М.В. в целях экстренной профилактики КЭ на момент её обращения за медицинской помощью 24-ДД.ММ.ГГ не имелось.
Введение противоклещевого иммуноглобулина показано при контакте с клещом (присасывание или "наползание") в случае выявления в клеще антигена вируса клещевого энцефалита при лабораторном исследовании живого клеща. Снятого с человека или антигена вируса клещевого энцефалита в крови человека не позднее чем через 4 дня после контакта с клещом. (клинические рекомендации "Клещевой вирусный энцефалит у взрослых", утвержден решением Пленума правления Национального научного общества инфекционистов ДД.ММ.ГГ). Нормативно и детально порядок экстренной иммунопрофилактики, как правило, регламентируется региональными актами органов управления здравоохранением (приказом, распоряжением и т.д.), которые экспертной комиссии представлены не были.
Ни подтвердить, ни опровергнуть у Рубцовой М.В. наличие клещевого энцефалита или иного, связанного с клещом заболевания не представляется возможным, так как в данном случае имеет место недообследование пациентки в условиях КГБУЗ "ЦРБ <адрес>".
Так, при обращении пациентки ДД.ММ.ГГ в приемный покой и упоминании о снятии с себя клеща ДД.ММ.ГГ, после чего отмечалось повышение температуры, она не была направлена после осмотра терапевтом на лабораторную экспресс-диагностику вируса клещевого энцефалита (выявление антигена вируса в крови), несмотря на предварительный диагноз "укус клеща?" и наличие страховки от клещевого энцефалита.
Госпитализация Рубцовой М.В. при повторном поступлении в сопровождении фельдшера в КГБУЗ "ЦРБ <адрес>" Рубцова М.В. была обоснована, в соответствии с клиническими рекомендациями "Клещевой вирусный энцефалит у взрослых", утвержденного решением пленума правления Национального научного общества инфекционистов ДД.ММ.ГГ, однако в нарушении указанного протокола, при установлении диагноза "клещевой энцефалит, лихорадочная форма" объём лабораторной диагностики заболевания был неполным: не исследованы антигены, РНК вируса КЭ в крови и ликворе; метод парных сывороток проведен без исследования антител к вирусу клещевого энцефалита класса Ig G. Кроме того, не проведена дифференциальная диагностика с другими заболеваниями (например, с системным клещевым боррелиозом (болезнь Лайма)).
В последующем при консультации врачом-неврологом от ДД.ММ.ГГ пациентке выставлен диагноз: Восстановительный период клещевого энцефалита, менингеальная форма. Рассеянная очаговая симптоматика, цефалгический, вестибулопатический, церебрастенический синдром, однако повторный анализ на клещевой энцефалит проведён не был (в представленной документации отсутствует). Исследование крови Рубцовой М.В. на anti-Borrelia burgdorferri Ig M. G (антитела к возбудителю клещевого боррелиоза) показало отрицательный результат.
Объем медикаментозного лечения Рубцовой М.В. в условиях стационара КГБУЗ "ЦРБ <адрес>" при установленном ей диагнозе "Клещевой энцефалит, лихорадочная форма" был недостаточным. Согласно Клинических рекомендаций "Клещевой вирусный энцефалит у взрослых", лечение данного заболевания включает три основных направления: этимотропная терапия (противоклещевой иммуноглобулин), симптоматическая терапия (дезинтоксикационная и дегидрационная терапия, применение жаропонижающих препаратов или НПВС, витаминотерапия, антибактериальные препараты, нейропротекторы, ноотропы и т.п.) и иммунотерапия (интерферон альфа-2b человеческий в сочетании с рибавирином). Этиотропная терапия Рубцовой М.В. в условиях стационара не проводилась; симптоматическая терапия и иммунотерапия ограничивались назначением антибактериального препарата при поддержке омепразола (протонный ингибитор), литической смеси и кеторола (НПВС), инфузионной терапии и витамина С, а также циклоферона (низкомолекулярного индуктора интерферона).
Оценив в совокупности исследованные доказательства, в том, числе и медицинские документы, а также выводы судебно-медицинской экспертизы проведенной КГУЗ "<адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы", суд первой инстанции принял в качестве надлежащего и допустимого доказательств заключение повторной судебно-медицинской экспертизы *** отДД.ММ.ГГ.
Оснований сомневаться в выводах данной экспертизы у суда оснований не имелось, заключение выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ.
Доводы апелляционная жалоба ответчика о несогласии с выводами повторной судебно-медицинской экспертизы, судебная коллегия полагает несостоятельными. По существу они сводятся с оспариванием указанных выводов экспертов. Вместе с тем выводы экспертизы основаны не только исследованных судом доказательствах, но на представленных медицинских документах Рубцовой М.В., и с учетом клинических рекомендаций "Клещевой вирусный энцефалит у взрослых", утвержденных Пленумом правления Национального научного общества инфекционистов ДД.ММ.ГГ.
Проанализировав доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что при оказании медицинской помощи Рубцовой М.В. медицинским учреждением не надлежаще, не в полной объеме было проведено обследование истца, в тем чтобы полностью исключить наличие у неё заболевания "Клещевой энцефалит".
В медицинской карте истца при её первичном обращении в медицинское учреждение врачом указан диагноз связанный с получением пациентом укуса клеща, в связи с чем истцу необходимо было назначить обследование которое бы полностью подтвердило либо опровергло указанное. Однако как следует из заключения повторной судебно-медицинской экспертизы, надлежащих и полных исследований Рубцовой М.В. не проводилось.
Утверждения ответчика о том, что при госпитализации истца, медицинскими работниками был выполнен весь комплекс мероприятия предусмотренных клиническими рекомендациями "Клещевой вирусный энцефалит у взрослых", является бездоказательными и опровергаются материалами дела.
То, что истцом не было доказан факт её укуса клеща, факт наличия у неё заболевания, не может являться основание для отказа в удовлетворении исковых требований.
В силу положений ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
В данном случае Рубцовой М.В. были причинены нравственные страдания и переживания, вызванные некачественно оказанной медицинской услугой.
Доводов о несогласии с размером компенсации морального вреда и размера материального ущерба апелляционная жалоба не содержат.
Иные доводы апелляционной жалобы судебной коллегией проверены, во внимание не принимаются, поскольку выводов суда не опровергают, а направлены на переоценку представленных по делу доказательств и установленных судом первой инстанции обстоятельств, оснований для которой не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
апелляционную жалобу ответчика краевого государственного бюджетного учреждения "<адрес> больница <адрес>" на решение Змеиногорского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ оставить без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Судья Сафронов А.Ю. Дело ***
***
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
(резолютивная часть)
ДД.ММ.ГГ <адрес>
Судебная коллегия по гражданским делам <адрес>вого суда в составе:
председательствующего Вегель А.А.,
судей Сачкова А.Н., Медведева А.А.,
при секретаре Сафронове Д.В.,
с участием прокурора Беспаловой М.И.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика краевого государственного бюджетного учреждения "<адрес> больница <адрес>" на решение Змеиногорского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ по делу
по иску Рубцовой М. В. к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения "<адрес> больница <адрес>" о взыскании компенсации морального вреда,
Заслушав доклад судьи Сачкова А.Н., руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
апелляционную жалобу ответчика краевого государственного бюджетного учреждения "<адрес> больница <адрес>" на решение Змеиногорского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ оставить без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
