Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 марта 2022 года Дело N 33-941/2022

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
Председательствующего Барминой Е.А.судей Орловой Т.А.Селезневой Е.Н.при секретаре Комаровой К.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании 17 марта 2022 г. гражданское дело N 2-1539/2021 по апелляционной жалобе Скарбовского С.Ю. на решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 9 июня 2021 г. по иску Скарбовского С.Ю. к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском районе Санкт-Петербурга об обязании совершить действия, произвести перерасчет размера пенсии, взыскании судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Барминой Е.А., выслушав объяснения истца Скарбовского С.Ю., представителя истца - Жилинской В.В., представителя ответчика - Пономаренко А.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Скарбовский С.Ю. обратился в суд с иском к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском районе Санкт-Петербурга (далее - УПФР в Кировском районе Санкт-Петербурга), в котором с учетом уточненных в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исковых требований просил обязать ответчика установить истцу расчетный пенсионный капитал (далее - РПК) в размере 1 416 429 руб. 79 коп., стажевый коэффициент в размере 0,55 без применения пропорции неполного стажа и осуществить перерасчет размера пенсии с 14 февраля 2020 г., взыскать с ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что обратился в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии. При назначении пенсии были допущены нарушения действующего законодательства, а именно не произведена индексация расчетного пенсионного капитала в определенные периоды и РПК не рассчитан нарастающим итогом, также в расчете расчетной части пенсии трудовой стаж не заменен стажем на соответствующих видах работ, что привело к снижению размера пенсии истца. По мнению истца, отсутствие индексации пенсионного капитала в определенные периоды и отсутствие его подсчета нарастающим итогом, привело к снижению пенсионного капитала, который должен составлять 1 416 429 руб. 79 коп. Разница в расчетах связана с отсутствием индексации на коэффициент 1,307 и отсутствием нарастающего итога. Кроме того, у истца имелся специальный стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии, в размере 13 лет 3 месяца до 1 января 2002 г., следовательно, стажевый коэффициент должен составлять 0,55, так как для лиц, имеющих страховой стаж и (или) стаж на соответствующих видах работ, которые требуются для досрочного назначения трудовой пенсии по старости стажевый коэффициент составляет 0,55. Данные обстоятельства привели к существенному снижению размера пенсии истца, которая подлежит перерасчету с 14 февраля 2020 г., а потому, полагая свои пенсионные права нарушенными, Скарбовский С.Ю. обратился в суд с настоящим иском.

Решением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 9 июня 2021 г. в удовлетворении заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе истец Скарбовский С.Ю. ставит вопрос об отмене решения суда ввиду его незаконности и необоснованности, принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

Со стороны ответчика представлены возражения на апелляционную жалобу, по доводам которых ответчик просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Протокольным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 27 января 2022 г. по настоящему делу в порядке процессуального правопреемства произведена замена ответчика на Государственное учреждение - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее - ОПФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области).

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 23 от 19 декабря 2003 г. "О судебном решении", решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с положениями ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке по доводам апелляционной жалобы, изученным материалам дела, не имеется.

Как следует из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции, 14 января 2020 г. Скарбовским С.Ю. обратился в пенсионный орган подано заявление о назначении страховой пенсии по старости.

Решением УПФР в Кировском районе Санкт-Петербурга от 30 января 2020 г. N 200000006271 истцу с 14 февраля 2020 г. была назначена страховая пенсия по старости в соответствии с п.9 ч.1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ в размере 15 411 руб. 40 коп., суммарный размер страховой пенсии и фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии с 14 февраля 2020 г. составил 22 993 руб. 07 коп.

Оценив представленные в материалах дела доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, соответствуют представленным сторонами доказательствам, оценка которым дана судом в соответствии с положениями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Конституция Российской Федерации в соответствии с целями социального государства (ст. 7, ч. 1) гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ст. 39, ч. 1). Важнейшим элементом социального обеспечения, основное содержание которого - предоставление человеку средств к существованию, является пенсионное обеспечение. Государственные пенсии в соответствии со ст. 39 (ч. 2) Конституции Российской Федерации устанавливаются законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлен Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Со дня вступления в силу указанного Федерального закона Федеральный закон от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с указанным Федеральным законом в части, не противоречащей указанному Федеральному закону.

В пункте 3 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" предусмотрен расчетный размер трудовой пенсии, который определяется по приведенной в норме формуле.

При этом, в приведенной формуле одним из показателей, влияющим на размер пенсии, является стажевый коэффициент, который согласно указанной правовой норме, для застрахованных лиц: из числа мужчин, имеющих общий трудовой стаж не менее 25 лет, и из числа женщин, имеющих общий трудовой стаж не менее 20 лет, составляет 0,55 и повышается на 0,01 за каждый полный год общего трудового стажа сверх указанной продолжительности, но не более чем на 0,20; из числа лиц, имеющих страховой стаж и (или) стаж на соответствующих видах работ, которые требуются для досрочного назначения трудовой пенсии по старости (статьи 27 - 28 указанного Федерального закона), составляет 0,55 при продолжительности общего трудового стажа, равного продолжительности страхового стажа, указанной в статьях 27 - 28 указанного Федерального закона, требуемого для досрочного назначения трудовой пенсии по старости, и повышается на 0,01 за каждый полный год общего трудового стажа сверх продолжительности такого стажа, но не более чем на 0,20.

Согласно п. 9 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", конвертация (преобразование) пенсионных прав в расчетный пенсионный капитал застрахованных лиц, указанных в пункте 1 статьи 27 указанного Федерального закона, в том числе лицам, в отношении которых при назначении досрочной трудовой пенсии по старости применяются положения статьи 28.1 указанного Федерального закона, и застрахованных лиц, указанных в статье 27.1 указанного Федерального закона, может осуществляться по их выбору в порядке, установленном пунктом 3 данной статьи, с применением вместо общего трудового стажа (имеющегося и полного) стажа на соответствующих видах работ (имеющегося и полного).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. N 30 "О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии", исчисляя трудовую пенсию, органы, осуществляющие пенсионное обеспечение, в целях сохранения ранее приобретенных прав на пенсию производят оценку пенсионных прав застрахованных лиц по состоянию на 1 января 2002 г. путем их конвертации (преобразования) в расчетный пенсионный капитал. При рассмотрении требований, связанных с оценкой органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, пенсионных прав граждан по состоянию на 1 января 2002 г. путем их конвертации (преобразования) в расчетный пенсионный капитал, судам необходимо руководствоваться правилами, изложенными в статье 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", имея в виду, что право на конвертацию (преобразование) пенсионных прав в расчетный пенсионный капитал с применением по выбору гражданина вместо общего трудового стажа на соответствующих видах работ имеют граждане, которым трудовая пенсия по старости назначается ранее общеустановленного пенсионного возраста, названные в пункте 1 статьи 27 и статье 27.1, при условии наличия по состоянию на 1 января 2002 г. у этих лиц страхового стажа и (или) стажа на соответствующих видах работ, требуемых для назначения досрочной трудовой пенсии.

Из вышеуказанных правовых норм и разъяснений относительно их применения следует, что согласно п. 9 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", право на конвертацию пенсионных прав в расчетный пенсионный капитал с применением вместо общего трудового стажа (имеющегося и полного) стажа на соответствующих видах работ (имеющегося и полного) имеют, в частности, лица, указанные в пункте 1 статьи 27 указанного федерального закона, в том числе и те, которым пенсия назначена с применением статьи 28.1 указанного федерального закона. Поскольку оценка пенсионных прав осуществляется по состоянию на 1 января 2002 г., то стаж указанного вида и указанной продолжительности должен быть выработан на эту дату.

В соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 указанного Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, в том числе, мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали соответственно не менее 12 лет 6 месяцев и 10 лет в плавсоставе на судах морского, речного флота и флота рыбной промышленности (за исключением портовых судов, постоянно работающих в акватории порта, служебно-вспомогательных и разъездных судов, судов пригородного и внутригородского сообщения) и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 лет и 20 лет.

Таким образом, для назначения страховой пенсии по старости на основании п. 9 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ, истцу кроме специального стажа определенной продолжительности необходимо было иметь общий стаж работы не менее 25 лет.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает, что оснований для перерасчета размера назначенной пенсии Скарбовскому С.Ю. с применением п. 9 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" не имеется.

Поскольку оценка пенсионных прав осуществляется на 1 января 2002 г., то стаж указанного вида и указанной продолжительности должен быть выработан на указанную дату. Общий трудовой стаж истца, согласно выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица составлял 18 лет 0 месяцев 27 дней (л.д. 54, том 1) по состоянию до 2002 г., а следовательно, оснований для расчета пенсии истца с применением п. 9 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ у пенсионного органа не имелось.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия отмечает, что разделительный союз "или" в приведенном выше разъяснении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. N 30 (п. 28 Постановления) относится к лицам, имеющим право на досрочное назначение страховой пенсии при наличии только стажа на соответствующих видах работ (например, по п. 19 ч. 1 ст. 30, п. 20 ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 31 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях").

Пенсионный орган в данном случае правомерно не применил при расчете размера пенсии истца п. 9 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", поскольку с учетом вышеизложенных норм и разъяснений, для исчисления продолжительности периодов трудовой и иной общественно полезной деятельности застрахованных лиц следует учитывать пенсионный капитал застрахованных лиц именно по состоянию на дату введения в действия Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", то есть на 1 января 2002 г., а в данном случае у истца отсутствует одно из необходимых условий - наличие по состоянию на 1 января 2002 г. общего страхового стажа 25 лет.

При этом, истцом в апелляционной жалобе не оспаривается, что общая продолжительность его общего страхового стажа по состоянию на 1 января 2002 г. не составляла 25 лет.

Доводы апелляционной жалобы о том, что приведенное толкование положений п. 9 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ противоречит абз. 6 п. 3 ст. 30 указанного Федерального закона, признаются судебной коллегией несостоятельными, основанными на неправильном толковании норм материального права, поскольку в приведенных абзацах п. 3 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ определен порядок числового подсчета стажевого коэффициента, в то время, как п. 9 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ устанавливает категории лиц, имеющих право на конвертацию (преобразование) пенсионных прав в расчетный пенсионный капитал с применением вместо общего трудового стажа - стажа на соответствующих видах работ.

Кроме того, как правильно установлено судом первой инстанции, из представленной в материалах выписки из индивидуального лицевого счета застрахованного лица по состоянию на 1 января 2020 г. следует, что размер расчетного пенсионного капитала, сформированного из страховых взносов за 2002-2014 г.г. с учетом индексаций расчетного пенсионного капитала составляет 1 241 216 руб. 53 коп. (л.д. 55, том 1).

Отклоняя доводы истца о необходимости произвести перерасчет и установить ему РПК в размере 1 416 429 руб. 79 руб., суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что порядок обращения за пенсией, назначения пенсии и перерасчета ее размера урегулирован Правилами учета страховых взносов, включаемых в расчетный пенсионный капитал, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 июня 2002 г. N 407, согласно п. 2 которых расчетный пенсионный капитал является базой для определения размера страховой части трудовой пенсии и формируется из общей суммы страховых взносов и иных поступлений на финансирование страховой части трудовой пенсии, поступивших за застрахованное лицо в Пенсионный фонд Российской Федерации, а также пенсионных прав в денежном выражении, приобретенных до 1 января 2002 г.

В силу положений ст. 14, п. 1 ст. 29.1 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", сумма расчетного пенсионного капитала застрахованного лица, учтенного по состоянию на день, с которого указанному лицу назначается страховая часть трудовой пенсии по старости определяется с учетом сумм страховых взносов и иных поступлений в Пенсионный фонд Российской Федерации, поступивших за застрахованное лицо, начиная с 1 января 2002 г.

Согласно подп. 4 п. 6 ст. 17 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ коэффициенты индексации трудовых пенсий и их периодичность определяются Правительством Российской Федерации.

При этом, как усматривается из материалов дела, при назначении Скарбовскому С.Ю. пенсии были учтены суммы страховых взносов на финансирование страховой части трудовой пенсии за период с 1 января 2002 г. по 31 декабря 2014 г., индексация которых по состоянию на 22 июля 2013 г. произведена в соответствии с Постановлениями Правительства Российской Федерации, в частности, с 1 апреля 2014 г. на основании постановления Правительства Российской Федерации от 28 марта 2014 г. N 240 на коэффициент индексации 1,083 (индексация страховых взносов за 2002 -2012 годы).

Как следует из выписки из индивидуального лицевого счета Скарбовского С.Ю., суммы страховых взносов на финансирование страховой части трудовой пенсии составили: за 2002 год - 19 142 руб. 83 коп., 2003 - 18 017 руб. 31 коп.., 2004 - 22 266 руб. 43 коп., 2005 - 57 041 руб. 85 коп., 2006 - 53 406 руб. 16 коп., 2007 -50 642 руб. 26 коп., 2008 - 57 647 руб. 32 коп., 2009 - 38 176 руб. 66 коп., 2010 - 74 306 руб. 32 коп., 2011 - 74 079 руб. 99 коп., за 2012 год -81 920 руб., 2013 - 90 880 руб., 2014 - 99 840 руб.

РПК с применением коэффициента индексации правомерно составил 1 241 216 руб. 53 коп.

С учетом указанных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что при назначении пенсии истца были учтены суммы страховых взносов, индексация которых была произведена в соответствии с Постановлениями Правительства Российской Федерации.

Действительно, Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 марта 2003 г. N 152, утвержден коэффициент индексации расчетного пенсионного капитала застрахованных лиц, определенного по состоянию на 1 января 2002 г. в размере 1,307.

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, индексация сумм страховых взносов пенсионным органом на основании указанного Постановления истцу произведена не была. Данное обстоятельство не нарушает пенсионных прав истца, так как является для него наиболее выгодным. В случае его применения коэффициент умножался бы на ноль, в связи с отсутствием сумм на индивидуальном лицевом счете истца по состоянию на 1 января 2002 г.

Расчет пенсионного капитала, представленный истцом, является ошибочным, поскольку истцом неверно применены коэффициенты индексации страховой части пенсии к страховым взносам на дату вступления в силу каждого Постановления Правительства Российской Федерации об установлении коэффициента индексации страховых взносов, ошибочно применен коэффициент индексации страховых взносов 1,307 на 1 января 2002 г.

Индексация расчетного пенсионного капитала осуществляется в порядке, установленном для индексации трудовой пенсии (страховой части трудовой пенсии по старости), расчетный пенсионный капитал до дня назначения страховой части трудовой пенсии по старости увеличивается на те же индексы, что и страховая часть указанной трудовой пенсии.

Таким образом, индексация расчетного пенсионного капитала осуществляется последовательно на коэффициенты индексации страховой части трудовой пенсии по старости и коэффициент дополнительного увеличения страховой части трудовой пенсии по старости (в случае принятия данного коэффициента), из которых в дальнейшем образуется индекс расчетного пенсионного капитала.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, страховые взносы были правомерно учтены пенсионным органом именно нарастающим итогом, то есть с учетом последовательного увеличения коэффициентов индексации, в то время, как ошибочный расчет истца приведет к необоснованному повторному индексированию одних и тех же сумм, что является недопустимым.