Определение Судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 12 апреля 2018 года №33-912/2018

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ МУРМАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 12 апреля 2018 года Дело N 33-912/2018



г. Мурманск


12 апреля 2018 года




Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:



председательствующего


Малич Р.Б.




судей


Брандиной Н.В.




Киселевой Е.А.




при секретаре


Лиманской Н.В.




рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Абиева З. Гасан оглы к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,
по апелляционной жалобе представителя Абиева З. Гасан оглы - Васильевой Л. А. на решение Октябрьского районного суда города Мурманска от 18 сентября 2017 года, которым постановлено:
"Исковые требования Абиева З. Гасан оглы к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, - оставить без удовлетворения".
Заслушав доклад судьи Брандиной Н.В., объяснения Абиева З.Г.о. и его представителя Васильевой Л.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителей Министерства финансов Российской Федерации - Пелевина Р.Ю., следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Мурманской области - Букреева П.В., возражавших относительно доводов апелляционной жалобы, представителя прокуратуры Мурманской области Егошина А.В., полагавшего апелляционную жалобу подлежащей удовлетворению, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда
установила:
Абиев З.Г.о. обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.
В обоснование заявленных требований истец указал, что 08 июня 2015 года в отношении него следователем следственного отдела по закрытым административно-территориальным образованиям Мурманской области СУ СК России по Мурманской области было возбуждено уголовное дело N 63-1478 по признакам состава преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, частью 2 статьи 291.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.
08 июня 2015 года он был задержан в соответствии со статьями 91-92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по подозрению в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, части 2 статьи 291.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, и в этот же день был допрошен в качестве подозреваемого.
09 июня 2015 года ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, части 2 статьи 291.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, в этот же день он допрошен в качестве обвиняемого.
Постановлением Полярного районного суда Мурманской области от 09 июня 2015 года продлен срок задержания, 10 июня 2015 года ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.
07 августа 2015 года постановлением Полярного районного суда Мурманской области срок содержания под стражей продлен, указанный вопрос рассмотрен в его отсутствие по причине невозможности участия в судебном заседании по состоянию здоровья.
15 апреля 2016 года апелляционным постановлением Мурманского областного суда избранная в отношении него мера пресечения изменена на домашний арест.
09 мая 2016 года в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
Постановлением от 26 мая 2016 года о частичном прекращении уголовного дела уголовное преследование по данному эпизоду было прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, уголовное преследование продолжено по части 3 статьи 30, части 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Постановлением от 08 сентября 2016 года уголовное преследование в отношении него за совершение преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, части 2 статьи 159 УК РФ прекращено в связи с отсутствием в деянии состава преступления по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
03 октября 2016 года за истцом признано право на реабилитацию, разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
Сославшись на длительное уголовное преследование и неоправданное применение меры пресечения в виде лишения свободы в течение 11 месяцев, привел доводы о том, что незаконным привлечением к уголовной ответственности ему причинен моральный вред, выразившийся в нравственных переживаниях по поводу унижения его чести и достоинства, беспокойстве и опасении по поводу своего будущего, чувстве тревоги. 07 июня 2015 года проводился личный досмотр, обыск по месту его жительства, что также причинило ему нравственные страдания. Все это негативно отразилось на его физическом здоровье, он не мог участвовать в судебном заседании при продлении меры пресечения 07 августа 2015 года, неоднократно проходил лечение и этапировался в больницу, расположенную в ФКУ ИК-18, испытывал постоянную физическую боль.
Полагал, что справедливой компенсацией за перенесенные страдания является сумма в размере 3000000 рублей, которую просил взыскать с ответчика Управления Федерального казначейства Министерства финансов Российской Федерации по Мурманской области в свою пользу в качестве денежной компенсации причиненного морального вреда.
В судебное заседание истец Абиев З.Г.о. не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие с участием представителя.
Представитель истца - Васильева Л.А. в судебном заседании исковые требования поддержала.
Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации Пелевин Р.Ю. иск не признал.
Представители привлеченных судом к участию в деле в качестве третьих лиц следственного управления Следственного комитета России по Мурманской области - Васильева М.А. и прокуратуры Мурманской области - Анисимова Н.С. полагали исковые требования не подлежащими удовлетворению.
Судом постановлено приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе представитель истца Абиева З.Г.о. - Васильева Л.А. просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении иска.
В обоснование жалобы приводит доводы о том, что уголовное преследование Абиева З.Г.о. по части предъявленного ему самостоятельного обвинения - по эпизоду с участием Мосияченко Д.О., по которому ему была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, прекращено за отсутствием в деянии состава преступления, в связи с чем у суда имелись основания для удовлетворения заявленного требования о компенсации морального вреда, сам факт причинения которого признается законом и не требует доказывания.
Также приводит довод о том, что если бы Абиев З.Г.о. не был незаконно привлечен к уголовной ответственности по эпизоду с участием Мосияченко Д.О., он бы не находился под стражей с 08 июня 2015 года по 15 апреля 2016 года и впоследствии под домашним арестом до избрания ему 09 мая 2016 года меры пресечения в виде подписки о невыезде.
Указывает на причиненные истцу незаконным уголовным преследованием физическую боль и страдания.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель Министерства финансов Российской Федерации Пелевин Р.Ю. и прокурор прокуратуры Мурманской области Анисимова Н.С. просят оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 08 июня 2015 года в отношении Абиева З.Г.о. следственным отделом по закрытым административно-территориальным образованиям Мурманской области следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Мурманской области возбуждено уголовное дело N 63-1478 по признакам состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 30, части 2 статьи 291.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Основанием для возбуждения уголовного дела явилось заявление Мосияченко Д.О., который с целью избежать привлечения к административной ответственности обратился к ранее незнакомому Джафарову Ш.А.о., который, в свою очередь, обратился к своему знакомому Абиеву Г.Г.о., выступившему посредником между последним и ранее ему знакомым старшим инспектором административной практики ОГИБДД ОМВД России по ЗАТО Александровск Мурманской области Амироковым Э.А., передав в качестве взятки полученные от Джафарова Ш.А.о. денежные средства, который не направил административный материал в суд, в связи с чем, Мосияченко Д.О. удалось избежать административной ответственности.
08 июня 2015 года в связи с подозрением в совершении указанного преступления Абиев З.Г.о. задержан в порядке статьи 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
09 июня 2015 года Абиеву З.Г.о. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 30, части 2 статьи 291.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.
10 июня 2015 года в отношении обвиняемого избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.
27 октября 2015 года с данным уголовным делом соединены в одно производство уголовные дела NN 62-1766, 62-1767, 62-1768 и 62-1769, возбужденные по признакам преступлений, предусмотренных пунктом "б" части 3 статьи 291.1 Уголовного кодекса Российской Федерации по эпизодам посредничества во взяточничестве за заведомо незаконное бездействие, совершенное в крупном размере по заявлениям Стеценко А.Е., Чукова А.А., Синякина Д.А., Попкова Г.А.
Срок содержания Абиева З.Г.о. под стражей неоднократно продлевался судом, в общей сложности он находился под стражей с 10 июня 2015 по 15 апреля 2016 года.
15 апреля 2016 года Мурманским областным судом мера пресечения в виде заключения под стражей в отношении обвиняемого изменена на домашний арест на срок по 08 мая 2016 года.
08 мая 2016 года в отношении Абиева З.Г.о. избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
17 мая 2016 года в отношении Абиева З.Г.о. возбуждено уголовное дело N 62-2100 по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по эпизоду с Кутузовым Р.И., которое также было соединено в одно производство с уголовным делом N 63-1478.
26 мая 2016 года уголовное преследование за совершение преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 291.1, пункта "б" части 3 ст.291.1, пункта "б" части 3 статьи 291.1, пункта "б" части 3 статьи 291.1, пункта "б" части 3 статьи 291.1 Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за отсутствием состава преступления, уголовное преследование в отношении Абиева З.Г.о. продолжено за совершение преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 159, части 2 статьи 159, части 3 статьи 159, части 3 статьи 159, части 2 статьи 159, части 3 статьи 30, части 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.
В этот же день Абиеву З.Г.о. предъявлено обвинение в совершении указанных преступлений.
Постановлением следователя по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Мурманской области от 08 сентября 2016 года уголовное преследование в отношении Абиева З.Г.о. за совершение преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 159 (по эпизоду с Стеценко А.Е.), части 2 статьи 159 (по эпизоду с Чуковым А.А.), части 3 статьи 159 (по эпизоду с Синякиным Д.А..), части 3 статьи 159 (по эпизоду с Попковым Г.А.), части 2 статьи 159 (по эпизоду с Кутузовым Р.И.) Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за отсутствием состава преступления.
Уголовное преследование Абиева З.Г.о. продолжено за совершение преступления, предусмотренного частью 4 статьи 33, части 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации и четырех преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 33, части 1 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации.
В этот же день Абиеву З.Г.о. предъявлено обвинение в совершении указанных преступлений.
Уголовное преследование в отношении Абиева З.Г.о. за совершение преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, части 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду с Мосияченко Д.О.) прекращено по пункту 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в деянии состава преступления.
Приговором Полярного районного суда Мурманской области от 16 мая 2017 года, оставленным без изменения постановлением судебной коллегии по уголовным делам Мурманского областного суда от 06 июля 2017 года, Абиев З.Г.о. признан виновным и осужден за преступление, предусмотренное частью 4 статьи 33, части 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации, - подстрекательство путем уговора к совершению должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества или государства, а также за четыре преступления, предусмотренных частью 4 статьи 33, части 1 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации, - подстрекательство путем уговора в использовании должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества или государства.
Разрешая спор, и отказывая Абиеву З.Г.о. в удовлетворении иска, суд первой инстанции, ссылаясь на положения статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 5, 133, 136, 138 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что постановлениями следователя от 26 мая 2016 года и от 08 сентября 2016 года действия Абиева З.Г.о. переквалифицированы на иной состав менее тяжких уголовных деяний, постановлением от 08 сентября 2016 года продолжено уголовное преследование Абиева З.Г.о за совершение преступления, предусмотренного частью 4 статьи 33, части 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации и четырех преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 33, части 1 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации, за которые он впоследствии был осужден приговором суда, прекращено уголовное преследование по эпизоду (с Мосияченко Д.О.) по части 3 статьи 30, части 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации и пришел к выводу о том, что переквалификация действий истца, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на менее тяжкое обвинение и исключение из обвинения эпизода, при наличии обвинительного приговора, сами по себе не являются реабилитирующими обстоятельствами, следовательно, оснований для удовлетворения иска о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием по настоящему делу не имеется.
Судебная коллегия находит данный вывод суда ошибочным, основанным на неправильном применении норм материального и процессуального права.
Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и пункта 4 части 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (например, при прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного статьей 105 УК РФ, при обвинении в убийстве и краже).
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 4 указанного Постановления к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 УК РФ на часть 4 статьи 111 УК РФ), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.
В соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.
Как следует из материалов дела, в данном случае имело место прекращение уголовного преследования в отношении Абиева З.Г.о. за совершение преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, частью 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду с Мосияченко Д.О.) по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в деянии состава преступления.
При этом обвинение Абиева З.Г.о. в совершении указанного преступления являлось самостоятельным, за которое в силу статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации могло быть назначено наказание.
Кроме того, ни в статье 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ни в других статьях Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях судом, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела, может быть принято решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.
Таким образом, установление самого факта незаконного уголовного преследования и применения в отношении истца меры пресечения, является правовым основанием для возмещения лицу морального вреда, в отношении которого такая мера была применена, что является очевидным и доказывания не требует.
При разрешении спора суд не учел, что в отношении Абиева З.Г.о. было прекращено уголовное преследование в части предъявленного к нему обвинения, что не является основанием для освобождения ответчика от ответственности.
При изложенных обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что указанные выше требования закона судом первой инстанции не были учтены при рассмотрении возникшего спора и привели к неправильному разрешению дела.
В силу пункта 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.
Поскольку решение принято с нарушением норм материального права и норм процессуального права, оно является незаконным и подлежит отмене (п.п. 3 и 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ) с принятием нового решения о частичном удовлетворении иска Абиева З.Г.о. к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, исходя из следующего.
Согласно статье 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
По общему правилу, установленному статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с законом причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно правилу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу Абиева З.Г.о, с учетом указанных положений законов и актов их разъяснения, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, степень и глубину нравственных переживаний истца, объем негативных последствий для него в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, длительности уголовного преследования, избрания в отношении истца меры пресечения в виде заключения под стражу, а также с учетом соблюдения предусмотренных законом требований разумности и справедливости, обеспечения баланса частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда не только максимально возмещала причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допускала неосновательного обогащения потерпевшего, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу Абиева З.Г.о. денежной компенсации морального вреда в размере 150000 рублей, не усмотрев оснований для определения такой компенсации в заявленном истцом размере 3000000 рублей.
Руководствуясь статьями 327, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда
определила:
решение Октябрьского районного суда города Мурманска от 18 сентября 2017 года отменить.
Принять по делу новое решение, которым иск Абиева З. Гасан оглы к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, удовлетворить частично.
Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Абиева З. Гасан оглы денежную компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.



Председательствующий:




Судьи:




Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка