Дата принятия: 18 марта 2020г.
Номер документа: 33-883/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЛАДИМИРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 18 марта 2020 года Дело N 33-883/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Владимирского областного суда в составе:
председательствующего Никулина П.Н.,
судей Огудиной Л.В. и Глебовой С.В.,
при секретаре Волковой Ю.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Владимире 18.03.2020 гражданское дело по апелляционной жалобе Зотова А. Н. на решение Ленинского районного суда г. Владимира от 06.11.2019, которым ему отказано в удовлетворении исковых требований к Ефремову И. В., Ефремовой К. С. о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок.
Заслушав доклад судьи Огудиной Л.В., объяснения истца Зотова А.Н. и его представителя адвоката Попова А.Е., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения на жалобу ответчика Ефремова И.В. и его представителя адвоката Плышевской М.Е., ответчика Ефремовой К.С., судебная коллегия
установила:
Зотов А.Н. обратился в суд с иском к Ефремову И.В., Ефремовой К.С., с учетом уточнения требований, о признании недействительным заключенного между З. Н.К. и Ефремовым И.В. договора дарения от 17.02.2014 доли жилого дома и доли земельного участка, расположенных по адресу: г****, и применении последствий недействительности сделки; признании недействительным договора дарения от 23.06.2018, заключенного между Ефремовым И.В. и Ефремовой К.С., доли жилого дома и доли земельного участка, расположенных по указанному адресу, и применении последствий недействительности сделки; обязании Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Владимирской области аннулировать в ЕГРП записи о праве собственности Ефремова И.В. на доли жилого дома и доли земельного участка, расположенных по указанному адресу, взыскании судебных издержек.
В обоснование требований указано, что истец с родной сестрой Ефремовой О.Н. являются наследниками по закону после смерти матери в августе 2009 года по ? доли каждый. В собственность истца зарегистрировано **** долей в праве собственности на земельный участок площадью 509 кв.м с кадастровым номером ****, по адресу ****, а так же **** долей в праве собственности на жилой дом на данном участке по указанному адресу. Собственником оставшихся долей: **** в доме и **** в земельном участке до марта 2015 года являлся отец истца и третьего лица Ефремовой О.Н. - З. Н.К., умерший **** После смерти отца Зотов А.Н. стал собирать документы по вопросу оформления наследства и узнал, что **** его отец подарил свои доли в недвижимом имуществе племяннику истца - Ефремову И.В. Истец полагал, что на момент заключения договора дарения в феврале 2014 года его отец З. Н.К. в силу преклонного возраста и состояния здоровья находился в состоянии, в котором не мог в полном объёме осознавать характер и значение своих действий, и руководить ими, у него часто менялось настроение, появилась повышенная раздражительность, был склонен к конфликтам по надуманным поводам, не разрешал выбрасывать свои старые вещи. Истцом указано, что он практически постоянно оказывал отцу помощь в уборке помещений, приготовлении питания, проводил работы по косметическому ремонту в помещениях, занимаемых отцом, но о своем желании передать свое имущество в дар отец ему не сообщал. Ответчик Ефремов И.В. так же проживал с ними, но постоянной помощи в уходе за дедом (З. Н.К.) не оказывал.
В судебном заседании суда первой инстанции истец Зотов А.Н., его представитель - адвокат Попов А.Е. уточненные исковые требования поддержали в полном объеме.
Ответчик Ефремов И.В., его представитель - адвокат Плышевская М.Е. в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, полагая, что оснований к тому не имеется. Указали, что в 2014 году, а также на момент смерти З. Н.К. находился в адекватном состоянии, занимался работами в огороде, свободно общался с людьми, вел активную жизнь. Сообщили, что Ефремов И.В. проживал в доме совместно с З. Н.К., оказывал ему помощь; сделка дарения была зарегистрирована в 2015 году. Также указали на пропуск истцом срока исковой давности.
Ответчик Ефремова К.С. в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований Зотова А.Н., указав, что ни она, ни ее муж Ефремов И.В. не обязаны сообщать Зотову А.Н. о совершенных сделках.
Третье лицо Ефремова О.Н. в судебном заседании считала исковые требования Зотова А.Н. необоснованными. Указала, что ее отец З. Н.К. имел ряд заболеваний, но имел нормальную память и здравый ум, был социально адаптирован, умел пользоваться стиральной машиной, осуществлял посадки в огороде, сам посещал парикмахерскую, магазин, топил баню; никакими психическими заболеваниями не страдал. Указала, что последние полгода отец жил с ней и ее мужем по месту их жительства, так как после операции нуждался в уходе. Указала, что на решение передать свою долю ответчику никто ни на кого влияния не оказывал.
Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Владимирской области в судебное заседание не явился. О времени и месте судебного разбирательства извещался судом надлежащим образом, о причинах неявки не сообщил.
Судом постановлено указанное выше решение.
В апелляционной жалобе Зотов А.Н. просит отменить решение суда, полагая его необоснованным. В качестве доводов указано о несогласии с оценкой судом доказательств, а также о наличии между дарителем и одаряемым тесных отношений; указано, что суд не принял во внимание показания свидетелей со стороны истца, которые поясняли, что истец никого не выделял из внуков и одинаково относился ко всем; указано, что З. Н.К. не понимал значение своих действий и значение документов, которые он подписывал. Также указано о несогласии с отказом суда в удовлетворении ходатайства о вызове и допросе экспертов, проводивших экспертизу, врачей, лечивших З. Н.К., а также в назначении судебной психолого-психиатрической экспертизы.
В возражениях на апелляционную жалобу Зотова А.Н. - Ефремова О.Н. полагает решение суда законным и обоснованным. Указано, что З. Н.К. на момент совершения сделки находился в здравом уме, не состоял на учете в психоневрологическом диспансере, вел социальный образ жизни. Ефремов И.В. периодически жил в доме с З. Н.К., помогал по хозяйству. Для Ефремова И.В. дом является основным и единственным местом жительства, поскольку по месту регистрации проживать не может, в связи с тем, что там проживает его отец с семьей, квартира является однокомнатной.
В возражениях на апелляционную жалобу Зотова А.Н. - Ефремов И.В. полагает решение суда законным и обоснованным. Указано, что З. Н.К. не страдал психическими заболеваниями, на учете у психиатра не состоял; в 2014 году З. Н.К. сам предложил подарить Ефремову И.В. свою долю в доме, объясняя заботой о нем. В момент подписания договора З. Н.К. понимал значение своих действий.
В заседание суда апелляционной инстанции третьи лица - Ефремова О.Н., Управление Росреестра по Владимирской области не явились, о явке извещены по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), сведений об уважительности причин своей неявки суду апелляционной инстанции не представили, просьб об отложении слушания дела не заявляли, в связи с чем судебной коллегией определено о возможности рассмотрения апелляционной жалобы в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ в их отсутствие. В судебном заседании апелляционной инстанции 26.02.2020 Ефремова О.Н. полагала решение суда законным и обоснованным.
В соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ судебная коллегия рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда согласно требованиям ст. 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобах, судебная коллегия приходит к следующему.
На основании ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В силу п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Согласно п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку или должным образом уполномоченными ими лицами.
На основании п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Как установлено судом и следует из материалов дела, земельный участок площадью 509 кв.м с кадастровым номером **** расположенный по адресу: ****, принадлежит на праве собственности Ефремовой О.Н. (доля в праве ****), Зотову А.Н. (доля праве ****), Ефремову И.В. (доля в праве ****), Ефремовой К.С. (доля в праве ****).
Жилой дом по указанному адресу также находится в общей долевой собственности указанных лиц: Ефремовой О.Н. на праве собственности принадлежит доля в размере ****, Зотову А.Н. - доля в размере ****, Ефремову И.В. - доля в размере **** Ефремовой К.С. - доля в размере ****.
Право собственности на доли в праве общей собственности на указанные объекты недвижимости возникло у Ефремовой О.Н. и Зотова А.Н. в порядке наследования после их матери З. Т.Д., умершей ****.
Право собственности на доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок у Ефремова И.В. возникло на основании договора дарения от 17.02.2014, заключенного между прежним собственником долей З. Н.К. и Ефремовым И.В. Переход права собственности на основании договора дарения зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации и картографии по Владимирской области 02.03.2015 на основании заявлений сторон договора от 18.02.2015.
Право собственности Ефремовой К.С. на оспариваемые доли в недвижимом имуществе возникло на основании договора дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом от 23.06.2018, заключенного между ней и её супругом Ефремовым И.В.
Истец Зотов А.Н. и третье лицо по делу Ефремова О.Н. являются детьми З. Н.К., умершего ****
Как следует из п. 8 договора дарения от 17.02.2014, заключенного между З. Н.К. (даритель) и Ефремовым И.В. (одаряемый), стороны действуют добровольно, являются полностью дееспособными, под опекой, попечительством и патронажем не состоят, не страдают заболеваниями, в том числе психическими, не находятся в ином состоянии, лишающем их возможности понимать значение своих действий и руководить ими. Договор подписан сторонами.Рассматривая иск Зотова А.Н., суд истребовал медицинскую документацию, допросил свидетелей, заявленных стороной истца и стороной ответчика, которым были известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.
Из заключения экспертизы комиссией судебно-психиатрических экспертов Государственного казенного учреждения здравоохранения Владимирской области "Областная психиатрическая больница N 1 от 20.09.-10.10.2019 N 1085а, которым было поручено проведение посмертной судебно-психиатрической экспертизы, с учетом допроса эксперта Д. Е.Д. в суде апелляционной инстанции и медицинских документов, следует, что у З. Н.К. на исследуемый момент имелись хронические заболевания, в том числе **** в декабре 2012 года он находился на стационарном лечении с диагнозом: **** от 17.12.2012 отмечались ****; в марте и июне 2013 года указано о нахождении З. Н.К. в инфарктном отделении - основное заболевание: ****. Также комиссией исследована медицинская документация на З. Н.К. за период 2016-2018 г.г. В представленной медицинской документации указаний на психические расстройства у З. Н.К., консультации или направление его психиатру нет. Сведений об обращениях за медицинской помощью, медицинской документации за период с 2014г. по 2016 г. нет.
Экспертами в экспертизе сделан вывод о том, что в связи с противоречивостью в описании и оценке состояния подэкспертного сторонами истца и ответчика, недостаточностью имеющихся в материалах дела объективных сведений о состоянии здоровья З. Н.К., ответить на поставленные судом вопросы не представляется возможным.
Разрешая спор, суд первой инстанции дал оценку показаниям свидетелей в совокупности с иными материалами дела, исходил из того, что договор дарения заключен З. Н.К. с родственником (внуком), проживавшим с 2008 года совместно с дарителем, З. Н.К. расписывался в договоре дарения и в заявлении на регистрацию перехода права собственности на объекты недвижимости, совершенной спустя год с момента заключения договора, при жизни договор дарения не оспаривал, а также учитывал отсутствие в материалах дела бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что в момент заключения оспариваемой сделки 17.02.2014 З. Н.К. находился в таком состоянии, которое лишало его способности понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для признания недействительным договора дарения от 17.02.2014 по основаниям, предусмотренным ст. 177 ГК РФ, и, соответственно, об отсутствии правовых оснований для признания недействительным последующего договора дарения.
В удовлетворении исковых требований в части применении последствий недействительности сделки также обоснованно отказано судом, поскольку указанные требования являются производными от основного требования, в удовлетворении которого отказано.
Судебная коллегия находит, что выводы суда первой инстанции являются правильными, поскольку они основаны на материалах дела, соответствуют установленным обстоятельствам и нормам действующего законодательства.
Заключением комиссии судебно-психиатрических экспертов установлена невозможность оценить характер и степень выраженности психических нарушений, имевшихся у З. Н.К. в юридически значимый период времени и решить вопрос о его способности понимать значение своих действий и руководить ими при составлении договора дарения.
Данное заключение оценено судом в совокупности с иными представленными доказательствами и обоснованно принято как надлежащее и достоверное доказательство, соответствующее требованиям ст. 86 ГПК РФ о его форме и содержании, не содержащее неясностей и неполноты выводов, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, имеют необходимую квалификацию и стаж экспертной работы. Несогласие истца с результатом экспертизы, изложенное в апелляционной жалобе, само по себе не свидетельствует о недостоверности или недействительности экспертного заключения.
Истцом не приведено каких-либо доводов и доказательств относительно нарушений требований закона, методов исследования либо других нарушений, допущенных экспертами при проведении судебно-психиатрической экспертизы.
При этом судом дана оценка в совокупности показаниям допрошенных свидетелей, в том числе приняты во внимание показания свидетелей, подтвердивших факт доверительных и родственных отношений между З. Н.К. и Ефремовым И.В., оказания последним в определенной степени бытовой помощи З. Н.К., а также факт их длительного проживания в одном доме.
Кроме того, эксперт Д. Е.Д., участвовавшая в проведении названной выше судебной экспертизы, будучи допрошена судом апелляционной инстанции подтвердила сделанные выводы, дав дополнительные разъяснения относительно экспертного исследования и подобных выводов. Из пояснений эксперта следует, что объяснения свидетелей о характере, поведении З. Н.К. противоречивы, а исходя из материалов дела, у З. Н.К. имелись психические расстройства, обусловленные имеющимися у него заболеваниями, но это были расстройства, которые оценивает врач психиатр, а не психолог. В медицинской документации на З. Н.К. не отражены какие-либо нарушения в его поведении или сведения о том, наблюдались ли когнитивные расстройства, полностью отсутствует указание на какие-либо расстройства, о наличии отклонений в поведении З. Н.К., свидетельствующих о его психических нарушениях, не прослеживается их динамика, в связи с чем допрос врачей не даст дополнительных сведений.
Вопреки доводам жалобы судом первой инстанции обоснованно отказано истцу в вызове и допросе врачей, к которым обращался З. Н.К., поскольку в медицинской документации ими не отражены указанные выше сведения, а также истцом не перечислены конкретные свидетели, их место жительства или работы, по которым суд мог бы осуществить их вызов. При этом дело находилось в производстве суда более 7 месяцев, в связи с чем у истца имелось достаточное время для сбора дополнительных доказательств.
Каких-либо новых медицинских документов, касающихся состояния здоровья З. Н.К. в юридически значимый период, динамики течения у него тех или иных расстройств, которые не были предметом экспертного исследования, в материалы дела не представлено и об их наличии не заявлено.
Учитывая изложенное, а также, что ответ на вопрос о том, мог ли З. А.Н. понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения сделки дарения, не входит в компетенцию психолога и относится к компетенции экспертов в сфере психиатрии, которыми были исследованы материалы дела и медицинские документы З. Н.К., приведены обоснования и выводы, оснований для назначения комплексной психолого-психиатрической (посмертной) экспертизы судебной коллегией не установлено, в связи с чем определением судебной коллегии от 18.03.2020 истцу Зотову А.Н. отказано в назначении по делу комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы.
Наличие у З. Н.К. на момент заключения оспариваемой сделки дарения психических отклонений в связи с имеющимися заболеваниями не означает невозможность понимать им значения своих действий и руководить ими в момент совершения сделки, и не является достаточным основанием для признания договора дарения от 17.02.2014 недействительным в соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ.
При этом по делу достоверно установлено совершение З. Н.К. разумных действий в спорный период времени, в том числе совершение сделки по отчуждению недвижимого имущества, обращение за регистрацией перехода права собственности, ведение хозяйства и огородничества, общение с родственниками. То есть, З. Н.К., заключая договор дарения 17.02.2014 в пользу своего внука - Ефремова И.В., то есть не постороннего лица, таким образом выразил свою добровольную волю на безвозмездное отчуждение доли в жилом доме и земельном участке, подписав необходимые документы - договор дарения и заявление о регистрации перехода права собственности на объекты недвижимости, относительно природы сделки не сомневался, не оспорив её при жизни.
Доводы апеллянта о том, что З. Н.К. не сообщил ему о совершении сделки дарения в пользу своего внука Ефремова И.В., на дарение одному внуку при наличии других внуков и родных детей, что даритель продолжал вести себя как хозяин своего имущества, не свидетельствуют о наличии обстоятельств, предусмотренных ст. 177 ГК РФ, для признания сделки дарения от 17.02.2014 недействительной и не может являться основанием для вывода о неспособности дарителя понимать суть совершенной сделки. Кроме того, условиями договора дарения за З. Н.К. было предусмотрено сохранение пожизненного права проживания и пользования в отчуждаемом жилом доме после подписания договора и государственной регистрации перехода права собственности (п. 4 договора).
Таким образом, правомерным является вывод суда о том, что оспариваемый договор дарения от 17.02.2014 в полной мере отвечает требованиям действующего законодательства, не содержит совокупности признаков, необходимых для признания сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, а также судом не установлено предусмотренных ст. 177 ГК РФ оснований для признания указанной сделки недействительной.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, в нарушение ст. 56 ГПК РФ стороной истца не представлено доказательств, подтверждающих, что З. Н.К. заблуждался относительно природы и последствий совершенной сделки.
Проанализировав доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что правовых оснований к отмене решения они не содержат, основаны на ошибочном толковании норм материального и процессуального права, и в целом сводятся к переоценке обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, что само по себе не может служить основанием для отмены решения суда.
Несогласие в жалобе с выводами суда первой инстанции в отношении представленных доказательств и установленных по делу обстоятельств, несостоятельно, поскольку согласно положениям ст. ст. 56, 59, 67 ГПК РФ суд самостоятельно определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Необходимая совокупность доказательств по делу судом первой инстанции исследована, всем доказательствам дана оценка по правилам ст.ст.60,67 ГПК РФ, юридически значимые обстоятельства судом установлены правильно. Правовых доводов, которые могли бы повлиять на существо состоявшегося судебного решения и, соответственно, явиться основаниями к его отмене, апелляционная жалоба не содержит.
При рассмотрении дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, а поэтому оснований к отмене решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Руководствуясь ст.ст. 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Ленинского районного суда г. Владимира от 06.11.2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу Зотова А. Н. - без удовлетворения.
Председательствующий: П.Н. Никулин
Судьи: Л.В. Огудина
С.В. Глебова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
