Определение Судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 22 октября 2020 года №33-8803/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КЕМЕРОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 22 октября 2020 года Дело N 33-8803/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе: председательствующего Ветровой Н.П.
судей Слепцовой Е.В., Галлингера А.А.
с участием прокурора Жумаевой Е.Ю.
при секретаре Бурдуковой О.В.
заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Слепцовой Е.В. гражданское дело по апелляционной жалобе Гвоздева Николая Алексеевича, по апелляционной жалобе представителя Публичного акционерного общества "Южный Кузбасс" Лукиной О.М.
на решение Мысковского городского суда Кемеровской области от 06.08.2020 по исковому заявлению Гвоздева Николая Алексеевича к Публичному акционерному обществу "Южный Кузбасс" о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,
УСТАНОВИЛА:
Гвоздев Н.А. обратился с иском к ПАО "Южный Кузбасс" о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием.
Требования обосновывает тем, что с 03.08.1988 работал в ПАО "Южный Кузбасс" в должностях <данные изъяты>, <данные изъяты>. 14.04.2017 уволен в <данные изъяты> (п<данные изъяты> ТК РФ).
На протяжении трудовой деятельности подвергался воздействию <данные изъяты> нагрузок <данные изъяты>, при несовершенстве технологического процесса и отсутствии безопасных режимов труда и отдыха, что подтверждается Актом о случае профессионального заболевания от 18.02.2016 N и санитарно-гигиенической характеристикой от 01.04.2015 N.
С 14.01.2016 по 26.01.2016 находился на <данные изъяты> обследовании в ФГБУ "<адрес>", где ему впервые было установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты> уровня.
С 16.01.2017 по 19.01.2017 Гвоздев Н.А. находился на стационарном обследовании в ФГБУ "<адрес>", где первоначально установленное профессиональное заболевание: <данные изъяты> <данные изъяты> было подтверждено и установлено <данные изъяты>, в связи с чем было установлено еще <данные изъяты> диагноза профессионального заболевания: <данные изъяты> <данные изъяты>. <данные изъяты>.
Заключением МСЭ от 22.02.2017 N .27.42/2017 впервые установлено <данные изъяты>утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с 22.02.2017 по 01.03.2018.
Приказом по филиалу N ГУ КРОФСС РФ от 10.04.2017 N-в в связи с установлением процента утраты профессиональной трудоспособности впервые были назначены ежемесячные страховые выплаты.
С 12.01.2018 по 23.01.2018 находился в стационарном отделении ФГБУ "<адрес>". По результатам обследования установлено, что состояние здоровья Гвоздева Н.А. <данные изъяты>: дополнительно был установлен еще один <данные изъяты>.
<данные изъяты> (Гвоздев Н.А. был уволен с работы 14.04.2017), состояние <данные изъяты>.
Заключением МСЭ от 06.02.2020 N 5N процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты> с 29.01.2020 установлен бессрочно.
Согласно заключению <адрес> по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональным заболеванием от 06.03.2017 N профессиональное заболевание у истца установлено в 2016 году.
На возникновение заболевания повлияла работа в условиях с <данные изъяты>, <данные изъяты>.
В 2017 году в связи с прогрессией заболевания истец признан нетрудоспособным. Установлена вина ПАО "Южный Кузбасс" в развитии у Гвоздева Н.А. профессионального заболевания - <данные изъяты>
В соответствии с актом о случае профессионального заболевания от 18.02.2016 N лица, допустившие нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не установлены. Вина Гвоздева Н.А. отсутствует.
В апреле 2017 года обратился к ответчику с заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности в связи с профессиональным заболеванием, полученным в период его работы на разрезе "<данные изъяты>".
Приказом по филиалу от 18.04.2017 N N истцу выплачена денежная сумма в размере 140 897,40 руб.
Считает, что выплаченная сумма в счет компенсации морального вреда в размере 140 897,40 руб. занижена и не соответствует степени его физических и нравственных страданий.
Исходя из установленных профессиональных заболеваний и симптоматики их проявлений, у истца <данные изъяты>. При этом, как было установлено при очередном обследовании в январе 2020 года, несмотря на то, что контакт с вредным производственным фактором исключен, состояние здоровья <данные изъяты>.
Постоянно испытывает <данные изъяты>
У него полностью <данные изъяты> часто <данные изъяты> от <данные изъяты> и <данные изъяты> не помогают.
Постоянные <данные изъяты> не наступает.
За период с 09.03.2017 по 11.03.2020 обращался <данные изъяты> раз за медицинской помощью в лечебные учреждения и <данные изъяты> в связи с <данные изъяты> Чаще всего в больницу не обращается, так <данные изъяты>. Эффект от санаторно-курортного лечения незначительный и на небольшой промежуток времени.
В денежном выражении оценивает моральный вред в 250 000 руб., без учета выплат, произведенных ответчиком. К взысканию подлежит сумма в размере 109 102,60 руб. (250 000 руб. - 140 897,40 руб.).
16.06.2020 истец обратился к ответчику с заявлением о компенсации морального вреда в размере 109 102,60 руб. Заявление оставлено без ответа и удовлетворения.
Просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 109 102, 60 руб.
В судебном заседании истец, его представитель исковые требования поддержали в полном объеме по изложенным выше основаниям.
Ответчик не признал исковые требования, просил отказать Гвоздеву Н.А. в удовлетворении исковых требований в полном объёме.
Решением Мысковского городского суда Кемеровской области от 06.08.2020 постановлено:
Иск Гвоздева Николая Алексеевича удовлетворить частично.
Взыскать с Публичного акционерного общества "Южный Кузбасс" в пользу Гвоздева Николая Алексеевича компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 39 102,60 руб., в удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.
Взыскать с Публичного акционерного общества "Южный Кузбасс" в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере 300 руб.
В апелляционной жалобе Гвоздев Н.А. просит отменить решение суда, указывая, что устанавливая компенсацию морального вреда в размере 39 102,60 руб. суд ограничился лишь ссылкой на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, закрепленные в положениях статей 151, 1101 ГК РФ, не привел мотивы и не обосновал, почему пришел к выводу о том, что сумма в 39 102,60 руб. является достаточной компенсацией причиненных ему ответчиком физических и нравственных страданий, не указал, какие конкретно обстоятельства дела повлияли на размер взысканной суммы компенсации морального вреда и какие из этих обстоятельств послужили основанием для уменьшения суммы компенсации морального вреда, заявленной им в иске.
Данная позиция четко указана в определении Верховного суда РФ от 26.1 1.2019 N-N N.
Как видно из установленных профессиональных заболеваний и симптоматики их проявлений у него нарушены все функции организма, и как отмечено врачебной комиссией ФГБУ "НИИ КПГиПЗ" в 2020 году состояние здоровья продолжает ухудшаться, несмотря на разобщение с вредным производственным фактором.
Судом установлено, что работодатель, в нарушение требований ст. 212 ТК РФ не исполнил обязанность по обеспечению работнику безопасных условий и охраны труда.
Считает, что взысканная судом компенсация морального вреда в размере 39 102,60 руб. не компенсирует в полной мере его физические и нравственные страдания. Кроме того, в обоснование жалобы приводит выдержки из постановления Европейского Суда по правам человека от 18.03.2010 по делу "<данные изъяты>" и Руководства по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификацию условий труда".
В апелляционной жалобе представитель Публичного акционерного общества "Южный Кузбасс" Лукина О.М. просит отменить решение суда, отказать Гвоздеву Н.А. в удовлетворении иска в полном объеме.
Ссылаясь на статьи 22, 45, 48 ТК PФ, п. 5.4 ФОС, п. 10.2.7 Коллективного договора ПАО "Южный Кузбасс" на 2017-2019, указывает, что на основании личного заявления истца 18.04.2017 ответчик приказом выплатил единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда в сумме 140 897,40 руб. Указанная сумма компенсации морального вреда, исчисленная в соответствии с нормами ФОС, по мнению апеллянта соразмерна понесенным истцом физическим и нравственным страданиям и отвечает требованиям разумности и справедливости.
Аналогичная позиция поддерживается Верховным судом Российской Федерации в определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 01.04.2019 N-N.
Также указывает, что исходя из процента утрата профессиональной трудоспособности, который составляет <данные изъяты> истец мог выполнять работу по своей квалификации, но со снижением объема производственной деятельности, что подтверждается ПРП. Истец знал, что его трудовая деятельность будет непосредственно проходить во вредных условиях труда, однако, принял решение работать в данных условиях.
На доводы апелляционной жалобы Гвоздева Н.А. представителем ПАО "Южный Кузбасс" Лукиной О.М. и прокурором, участвующим в деле Вострилковой Е.В. принесены возражения.
На доводы апелляционной жалобы представителя ПАО "Южный Кузбасс" Лукиной О.М. Гвоздевым Н.А. и прокурором, участвующим в деле Вострилковой Е.В. принесены возражения.
Стороны участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о дне и времени рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали, об уважительности причин неявки не сообщили.
Кроме того, информация о дате и времени судебного заседания размещена на официальном сайте Кемеровского областного суда в сети Интернет.
Руководствуясь ст. ст. 167, 327 ГПК РФ, учитывая, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лиц, участвующих в деле, отсутствие неявившихся лиц не препятствует рассмотрению дела, судебная коллегия определилао рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц.
Проверив материалы дела в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, выслушав заключение прокурора, полагавшего решение суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения, судебная коллегия приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, что Гвоздев Н.А. состоял в трудовых отношениях с ПАО "Южный Кузбасс" с 03.08.1988, работал в должностях <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>
14.04.2017 уволен в связи с <данные изъяты>, <данные изъяты> заключением (п<данные изъяты> 77 ТК РФ л.д. 20 - 22).
Согласно п. 17 акта о случае профессионального заболевания от 18.02.2016 N (л.д. 18 - 19) и пунктам 4, 24 санитарно-гигиенической характеристики от 01.04.2015 N (л.д. 15-17) на протяжении трудовой деятельности в профессиях <данные изъяты> истец подвергался воздействию <данные изъяты> при <данные изъяты> и <данные изъяты>.
Согласно медицинскому заключению от 26.01.2016 (л.д. 24) с 14.01.2016 по26.01.2016истец находился на стационарном обследовании в ФГБУ "<адрес>", где ему впервые было установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты>.
В соответствии с выпиской из медицинской карты стационарного больного (л.д. 25) с 16.01.2017 по 19.01.2017 Гвоздев Н.А. находился на стационарном обследовании в ФГБУ "<адрес>", где первоначально установленное профессиональное заболевание: <данные изъяты> было установлено еще <данные изъяты> диагноза профессионального заболевания: <данные изъяты> на БМСЭ.
Заключением МСЭ от 22.02.2017 N.N истцу впервые <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с 22.02.2017 по 01.03.2018.
Приказом по филиалу N ГУ КРОФСС РФ от 10.04.2017 г. N-в в связи с установлением процента утраты профессиональной трудоспособности истцу впервые были назначены ежемесячные страховые выплаты (л.д. 12).
С 12.01.2018 по 23.01.2018 истец находился в стационарном отделении ФГБУ "<адрес>". По результатам обследования установлено, что состояние здоровья Гвоздева Н.А. <данные изъяты>: <данные изъяты> еще <данные изъяты> из медицинской карты стационарного больного на л.д. 26.
Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного на с 14.01.2020 по 21.01.2020 истец находился в стационарном отделении ФГБУ "<адрес>". По результатам обследования врачебной комиссией было установлено, что, несмотря на разобщение с вредным производственным фактором (Гвоздев Н.А. был уволен с работы 14.04.2017), состояние <данные изъяты>.
Заключением МСЭ от 06.02.2020 N процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты> с 29.01.2020 был установлен бессрочно (л.д.13).
Согласно заключению врачебной экспертной комиссии от 06.03.2017 N профессиональное заболевание у истца установлено в 2016 года. (л.д.14). На возникновение заболевания повлияла работа в условиях с <данные изъяты>.
В 2017 году в связи с прогрессией заболевания истец признан нетрудоспособным.
Установлена вина ПАО "Южный Кузбасс" в развитии у Гвоздева Н.А. профессионального заболевания - <данные изъяты>
В соответствии с актом о случае профессионального заболевания от 18.02.2016 N лица, допустившие нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не установлены. Вина Гвоздева Н.А. отсутствует (л.д.18-19).
Приказом по филиалу от 18.04.2017 N N истцу выплачена денежная сумма в размере 140 897,40 руб. (л,<адрес>).
Истец обращался к ответчику с заявлением о выплате компенсации морального вреда в размере 109 102, 60 руб. (л.д. 36), на которое ответа ПАО "Южный Кузбасс" не последовало.
Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, несмотря на компенсационную выплату по ФОС и коллективному договору в счет возмещения морального вреда в размере 140 897,40 руб., учитывая, что истец не утратил право на взыскание с ответчика в судебном порядке компенсации морального вреда, определяемой в случае возникновения спора судом, пришел к выводу о взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности в размере 39 102,60 руб.
Судебная коллегия соглашается с указанными выводами, так как они соответствуют материалам дела и основаны на правильном применении норм материального права.
В силу абз.2 п.3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаях на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Согласно разъяснению, содержащемуся в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".
Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.
При обращении в суд с иском истец сослался на положения статей 151, 1100, 1101 ГК РФ, указав, что размер компенсации морального вреда, выплаченный ПАО "Распадская", а также подлежащий определению в соответствии с положениями пункта 5.4 ФОС по угольной промышленности Российской Федерации 2019-2021, в полной мере не компенсирует ему нравственные и физические страдания в результате полученного им профессионального заболевания.
В соответствии с п.1 ст.150 ГК РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч.1 ст. 151 ГК РФ).
В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) ГК РФ и ст.151 ГК РФ.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ч.2 ст.151 ГК РФ).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).
В абз. 2 п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абз. 2 п.8абз. 2 п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2001 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст.1100 ГК РФ). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Частично удовлетворяя исковые требования Гвоздева Н.А., суд первой инстанции исходил из того, что совокупностью представленных в материалы дела доказательств, в том числе пояснениями истца, свидетелей, подтверждается факт причинения морального вреда истцу в связи с полученным профессиональным заболеванием, в связи с которым у истца возникли ограничения обычной жизнедеятельности, обусловленные указанным заболеванием и истец вынужден постоянно обращаться к врачам по причине профессионального заболевания.
Таким образом, учитывая степень утраты трудоспособности истца - 20%, что позволяло ему продолжить работу с уменьшением объёма профессиональной деятельности на 1/5 прежней нагрузки (л.д. 29), степени вины причинителя вреда - 100%, отсутствии вины пострадавшего в возникновении у него профессионального заболевания, степени физических и нравственных страданий истца, требований разумности и справедливости судом определена компенсация морального вреда в размере 180 000 руб. а с учетом того, что компенсация морального вреда в размере 140 897,40 руб., выплачена истцу во внесудебном порядке, суд пришел к обоснованному выводу о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда в размере 39 102,60 руб.
Мотивы, по которым суд определилк взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в указанном размере, приведены в решении суда, суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда.
Ссылки в апелляционной жалобе ответчика на тот факт, что ответчик в полной мере выполнил перед истцом обязательства по выплате компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью являются несостоятельными, поскольку не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, основаны на неправильном толковании материального закона, направлены на иную оценку доказательств по делу и правильных выводов суда.
Судебной коллегией отмечается, что в соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч.2 ст.7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч.3 ст.37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч.2 ст.41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч.1 ст.46).
Согласно вышеуказанным положениям Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи, каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
В соответствии с ч.3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст. 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.
Изложенная в апелляционной жалобе ответчика правовая позиция о том, что работник не вправе требовать, а суд не вправе взыскивать компенсацию морального вреда в размере, большем, чем это установлено отраслевым соглашением или коллективным договором, судебной коллегией отклоняется, как противоречащая приведенным нормам материального права.
Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.
Таким образом, доводы апелляционной жалобы о невозможности взыскания в судебном порядке компенсации морального вреда сверх сумм, выплаченных работодателем по ФОС и Коллективному договору не основаны на законе.
Доводы апелляционной жалобы Гвоздева Н.А., что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, а также не в полной мере выяснил обстоятельства спора, имеющие значение для рассмотрения дела и, как следствие, вынес решение, противоречащее закону, судебной коллегией отклоняются, как противоречивые и необоснованные. Учитывая, что размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, которая включает в себя оценку судом совокупности всех обстоятельств, ссылки в апелляционной жалобе на то, что взысканный судом размер является заниженным, в силу субъективности такой оценки не могут быть приняты в качестве основания для изменения решения.
Ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, апелляционные жалобы не содержит.
Оснований для переоценки выводов суда и взыскания компенсации морального вреда в ином размере судебная коллегия не находит.
Руководствуясь ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ ст.328-330 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Мысковского городского суда Кемеровской области от 06.08.2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы- без удовлетворения.
Председательствующий: Н.П. Ветрова
Судьи: Е.В. Слепцова
А.А. Галлингер


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка