Дата принятия: 18 июня 2020г.
Номер документа: 33-8778/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 18 июня 2020 года Дело N 33-8778/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
Председательствующего
Барминой Е.А.
судей
Кордюковой Г.Л.
Ягубкиной О.В.
при секретаре
Чернышове М.М.
рассмотрела в открытом судебном заседании 18 июня 2020 г. гражданское дело N 2-5673/2019 по апелляционной жалобе Екамасова А. П. на решение Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 11 ноября 2019 г. по иску Екамасова А. П. к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Московском районе Санкт-Петербурга об обязании произвести перерасчет пенсии.
Заслушав доклад судьи Барминой Е.А., выслушав истца Екамасова А.П., представителя истца - Герасимову М.И., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Истец Екамасов А.П. обратился в суд с иском к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Московском районе Санкт-Петербурга (далее - УПФР в Московском районе Санкт-Петербурга) о перерасчете с 1 мая 2019 г. размера государственной пенсии по инвалидности с учетом нетрудоспособной супруги, находящейся на его иждивении.
В обоснование заявленных требований истец указал, что он является получателем пенсии по инвалидности, обратился в УПФР в Московском районе Санкт-Петербурга с заявлением о перерасчете размера пенсии с учетом имеющихся нетрудоспособных членов семьи, находящихся на его иждивении, однако, получил отказ в связи с тем, что его доходы не являются постоянным и основным источником дохода для его супруги - Е. Данный отказ пенсионного органа истец полагает неправомерным, так как пенсия его супруги составляет 9 028 руб. 19 коп. в месяц, что ниже прожиточного минимума в Санкт-Петербурге, тогда как ежемесячные доходы истца составляют 35 000 руб.
Решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 11 ноября 2019 г. в удовлетворении исковых требований отказано.
В апелляционной жалобе истец Екамасов А.П. просит решение суда от 11 ноября 2019 г. отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на то, что судом неправильно были определены обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела.
Со стороны ответчика представлен письменный отзыв на апелляционную жалобу, по доводам которой ответчик просит решение суда оставить без изменения.
На рассмотрение дела в суд апелляционной инстанции представитель ответчика не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представил в суд заявление с просьбой рассмотреть дело в его отсутствие, в связи с чем, судебная коллегия на основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика.
Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 23 от 19.12.2003 "О судебном решении", решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
В соответствии с положениями ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Такие нарушения были допущены судом первой инстанции.
Как следует из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции, Екамасов А.П. является получателем пенсии по инвалидности в соответствии с ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" с 17 апреля 2003 г. бессрочно.
Размер ежемесячной пенсии истца составляет 13 209 руб. Кроме того, истец получает ежемесячную выплату ветеранам, инвалидам и гражданам, подвергшимся воздействию радиации, в соответствии со ст. 4 Федерального закона от 2 января 1995 г. N 5-ФЗ "О ветеранах" в размере 5 403 руб. 22 коп., компенсацию оплаты предоставления набора социальных услуг, предусмотренного ст. 6.2 Федерального закона от 17 июля 1999 г. N 178-ФЗ "О государственной социальной помощи" в размере 5 145 руб. 55 коп., дополнительное ежемесячное материальное обеспечение в соответствии со ст. 1 Указа Президента Российской Федерации от 1 августа 2005 г. N 887 "О мерах по улучшению материального положения инвалидов вследствие военной травмы" в размере 1 000 руб.
Всего ежемесячные доходы истца составляют 24 757 руб. 77 коп.
Е. является супругой Екамасова А.П., проживает совместно с истцом, является получателем страховой пенсии по инвалидности на основании ст. 9 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" в размере 9 028 руб. 19 коп., а также ежемесячной денежной выплаты на основании ч.1 ст.28.1. Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" в размере 2 577 руб. 57 коп.
Всего ежемесячные доходы супруги истца составляют 11 605 руб. 76 коп.
15 апреля 2019 г. Екамасов А.П. обратился в УПФР в Московском районе Санкт-Петербурга с заявлением о перерасчете размера пенсии с учетом надбавки на иждивенца - супруги Е.
Решением пенсионного органа от 17 апреля 2019 г. N 410005/19 истцу в перерасчете было отказано в связи с отсутствием подтвержденного факта нахождения его супруги у него на иждивении.
Установив указанные обстоятельства, с учетом получаемого ежемесячного дохода Е., размера подтвержденного ежемесячного дохода истца, наличия у него инвалидности, объективно требующей дополнительных расходов на уход и приобретение лекарственных средств для самого истца, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.
Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции ввиду следующего.
В соответствии с п. 3 ст. 15 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", инвалидам, на иждивении которых находятся нетрудоспособные члены семьи, указанные в подпунктах 1, 3 - 5 пункта 3 статьи 8 указанного Федерального закона, размер пенсии по инвалидности определяется исходя из размера социальной пенсии, указанного в подпункте 1 пункта 1 статьи 18 указанного Федерального закона, увеличенного на 1 208 рублей 90 копеек в месяц на каждого нетрудоспособного члена семьи, но не более чем на трех нетрудоспособных членов семьи.
В подпункте 3 пункта 3 ст. 8 указанного Федерального закона, в качестве нетрудоспособных членов семьи указаны - отец, мать и супруг погибшего (умершего) кормильца (за исключением лиц, указанных в подпунктах 4 и 6 данного пункта), если они достигли возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являются инвалидами.
Из приведенных нормативных положений закона следует, что основанием к перерасчету государственной пенсии по инвалидности является нахождение на иждивении получателя пенсии лиц, находящихся на полном содержании пенсионера либо получающих от него помощь, являющуюся основным источником средств их существования.
Федеральный закон от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" не содержит определения понятий "иждивение" и "нетрудоспособный член семьи". Они раскрываются в других федеральных законах, использование которых для уяснения смысла этих понятий является общим правилом (Определения Конституционного Суда Российской федерации от 19 июня 2002 г. N 11-П, от 27 сентября 2018 г. N 2265-О).
Так, согласно ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке).
В части 2 ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к указанному Федеральному закону) либо являются инвалидами.
Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (п. 3 ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях").
Аналогичное содержание понятий "иждивение" и "нетрудоспособный член семьи" закреплено в п.п. 3, 4 ст. 7 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".По смыслу названных норм Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", понятие "иждивение" предполагает как полное содержание лица умершим гражданином, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у лица (члена семьи умершего) какого-либо собственного дохода (получение пенсии). Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего гражданина членом его семьи может быть установлен в том числе в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой умершим гражданином, и его собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником средств к существованию члена семьи умершего гражданина.
Такое толкование понятия "иждивение" согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30 сентября 2010 г. N 1260-О-О.
Однако, приведенные нормативные положения о понятии "иждивение" судом первой инстанции применены неправильно.
Делая вывод о том, что Екамасов А.П. не представил надлежащих доказательств, подтверждающих факт нахождения у него на иждивении супруги Е. суд первой инстанции сослался на то, что получение Екамасовым А.П. дохода, превышающего размер дохода Е. не подтверждает оказание им последней помощи, являвшейся для нее постоянным и основным источником средств к существованию, поскольку получаемые Екамасовым А.П. денежные средства были необходимы ему самому, в связи с наличием у него инвалидности для дополнительных расходов на уход и приобретение лекарственных средств.
При этом суд первой инстанции не учел положения семейного законодательства, которыми урегулированы, в том числе, имущественные отношения между супругами.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Согласно п. 1 ст. 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.
Пунктом 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.
Право на общее имущество супругов принадлежит также супругу, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного дохода (п. 3 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации).
Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (п.1 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации).
Из приведенных норм семейного законодательства, в частности, следует, что доходы каждого из супругов, в том числе от трудовой деятельности, и полученные ими пенсии, пособия и другие денежные выплаты, кроме выплат, имеющих специальное целевое назначение, являются общим имуществом супругов. Распоряжение общим имуществом супругов осуществляется по их обоюдному согласию.
Аналогичная позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2020 г. N 36-КГ19-11.
Исходя из вышеуказанных правовых норм и представленных в материалы дела доказательств, судебная коллегия находит ошибочными выводы суда первой инстанции о том, что получаемые Екамасовым А.П. выплаты были необходимы ему самому для поддержания здоровья и жизнедеятельности и направлены на получение им дополнительного ухода и приобретение лекарственных средств, а помощь супруге Е. не является постоянным и основным источником средств существования последней.
Этот вывод суда первой инстанций прямо противоречит основным началам семейного законодательства и установленному законом режиму совместной собственности супругов.
Из материалов дела усматривается и не оспаривается лицами, участвующими в деле, Екамасов А.П. и Е. состоят в браке, проживают одной семьей, имеют общие доходы, соответственно, расходы каждого из супругов не ограничиваются только личными нуждами каждого из них, в связи с этим суждение суда первой инстанции о том, что разница в доходах супругов не подтверждает наличие у Екамасова А.П. с учетом его собственных нужд возможности оказывать супруге Е. помощь, которая является для нее постоянным и основным источником средств существования, нельзя признать правомерным.
Судебная коллегия отмечает, что сам по себе факт превышения размера пенсии Е. составляющей 11 605 руб. 76 коп., над величиной прожиточного минимума для пенсионера в Санкт-Петербурге (на III квартал 2019 г. - 9 303 руб. 80 коп.), не означает, что помощь со стороны супруга Екамасова А.П. не является для Е. основным источником средств к существованию. Кроме того, судебная коллегия учитывает крайне незначительное превышение ежемесячных доходов Е.. над установленной в субъекте Российской Федерации величиной прожиточного минимума для пенсионеров.
В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции, истцом были представлены чеки, подтверждающие совместные расходы супругов на приобретение продуктов питания, лекарственных средств (л.д. 204-205, 207, 214), на приобретение Е. одежды и обуви (л.д. 210-213), а также на оплату санаторно-курортного лечения супругов (л.д. 215, 218-219).
В судебном заседании апелляционной инстанции истец пояснил, что в собственности имеет автомобиль, расходы на который также оплачиваются супругами (л.д. 206-209).
Кроме того, судебная коллегия учитывает необходимость оплаты супругами Екамасовыми жилищно-коммунальных услуг.
Оценивая указанные доказательства, исходя из соотношения доходов и расходов истца и его супруги, судебная коллегия приходит к выводу, что доходы Екамасова А.П. являются постоянным и основным источником средств к существованию его супруги Е. поскольку без доходов супруга она не смогла бы поддерживать тот уровень жизни, который имеет при совместном распоряжении общими доходами супругов.
Вопреки доводам пенсионного органа, с которыми согласился суд первой инстанции, для повышения размера пенсии по инвалидности на основании ст. 15 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ, не требуется установление иждивения в течение не менее года с момента обращения за соответствующим перерасчетом, в связи с чем, ссылки на то, что до сентября 2018 г. Е. осуществляла трудовую деятельность правого значения для рассмотрения дела не имеют.
Положения ст. 15 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" предусматривают необходимость установления нахождения на иждивении получателя пенсии нетрудоспособных членов семьи на момент обращения за соответствующим перерасчетом, в связи с чем, обстоятельства того, когда именно возникло иждивение нетрудоспособного члена семьи правового значения не имеют, при условии, что такое иждивение установлено на момент обращения за перерасчетом.
Ссылки суда первой инстанции на разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", не применимы к возникшим правоотношениям, поскольку основаны на применении наследственного права, в то время, как правоотношения сторон сложились из норм пенсионного законодательства. При этом, указанные положения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации были направлены на разъяснения положений ч. 2 ст. 1148 Гражданского кодекса Российской Федерации, специально предусматривающих необходимость установления периода нахождения на иждивении до момента смерти наследодателя. В то время, как положения Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" таких временных ограничений не содержат.
При указанных обстоятельствах, решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований не может быть признано судебной коллегией законным и обоснованным, и подлежит отмене с вынесением по делу нового решения об удовлетворении заявленных требований.
В соответствии с п. 2 ст. 23 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" перерасчет размера пенсии, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2.1 данной статьи, производится:
1) с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором наступили обстоятельства, влекущие за собой перерасчет размера пенсии в сторону уменьшения;
2) с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором принято заявление пенсионера о перерасчете размера пенсии в сторону увеличения.
Истец Екамасов А.П. обратился в пенсионный орган с заявлением о перерасчете размера пенсии 15 апреля 2019 г. (л.д. 154), следовательно, перерасчет размера пенсии должен быть осуществлен пенсионным органом с 1 мая 2019 г.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от 11 ноября 2019 г., - отменить.
Принять по делу новое решение.
Обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Московском районе Санкт-Петербурга произвести перерасчет пенсии по инвалидности Екамасова А. П. в соответствии со ст. 15 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", в связи с нахождением у него на иждивении нетрудоспособной супруги, с 1 мая 2019 г.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
