Дата принятия: 22 октября 2020г.
Номер документа: 33-8754/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КЕМЕРОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 22 октября 2020 года Дело N 33-8754/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе:
председательствующего: Проценко Е.П.,
судей: Сучковой И.А., Сорокина А.В.,
при секретаре: Некрасовой Н.В.,
с участием прокурора: Большаковой Е.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства по докладу судьи Проценко Е.П., гражданское дело по апелляционным жалобам истца Зориной А.С., представителя ответчика ПАО "Южный Кузбасс" Алемайкиной В.В., на решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 04 августа 2020 года
по иску Зориной Антонины Спиридоновны к Публичному акционерному обществу "Южный Кузбасс" о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛА:
Зорина А.С. обратилась в суд с иском к Публичному акционерному обществу "Южный Кузбасс" о компенсации морального вреда
Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ истец была принята на разрез "Сибиргинский" ПО "Кемеровоуголь" дробильщиком по 3 разряду в транспортный цех. ДД.ММ.ГГГГ уволена переводом в кооператив "Горняк". ДД.ММ.ГГГГ вновь принята переводом на разрез "Сибиргинский" машинистом дробилки по 3 разряду на участок дробления и сортировки угля. ДД.ММ.ГГГГ уволена переводом в СП "Сибалд". ДД.ММ.ГГГГ принята на разрез "Сибиргинский" дробильщиком по 3 разряду на техкомплекс. ДД.ММ.ГГГГ уволена по собственному желанию в связи с выходом на пенсию по возрасту.
В результате длительного воздействия вредных производственных факторов в профессии дробильщика: общей вибрации, тяжесть трудового процесса и воздействие неблагоприятного микроклимата (пункт 17 Акта о случае профессионального заболевания N от ДД.ММ.ГГГГ и пункт 4 СГХ N от ДД.ММ.ГГГГ) у нее было установлено профессиональное заболевание.
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась на стационарном обследовании в ФГБУ "НИИ КПГиПЗ", где впервые было установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты>
Тяжелый труд с вибрацией был противопоказан (выписка из истории болезни с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), была направлена на БМСЭ.
Заключением МСЭ N от ДД.ММ.ГГГГ впервые установлено <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Заключением МСЭ N от ДД.ММ.ГГГГ процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты>% был установлен бессрочно.
Приказом по филиалу N ГУ КРОФСС РФ N-в от ДД.ММ.ГГГГ в связи с установлением процента утраты профессиональной трудоспособности впервые были назначены ежемесячные страховые выплаты.
Приказом по филиалу N ГУ КРОФСС РФ N-в от ДД.ММ.ГГГГ назначена и выплачена единовременная страховая выплата.
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась в стационарном отделении ФГБУ "НИИ КПГиПЗ". По результатам обследования состояние здоровья <данные изъяты>
Было установлено, что течение заболевания <данные изъяты>
Возвращение к тяжелому груду с вибрацией было противопоказано.
Согласно Заключению Клиники НИИ КПГиПЗ по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональным заболеванием N от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что профессиональное <данные изъяты>.
На возникновение заболевания повлияла работа в условиях с общей вибрацией выше ПДУ в профессии машиниста дробилки. Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно проф. маршруту составил 29 лет 2 месяца.
Установлена вина ГТАО "Южный Кузбасс" в развитии у истца профессионального заболевания <данные изъяты> %.
В соответствии с актом о случае профессионального заболевания N от ДД.ММ.ГГГГ лица, допустившие нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не установлены (строка акта 21). Вина истца отсутствует (строка акта 19).
В ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась к ответчику с заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда.
Приказом по филиалу N N от ДД.ММ.ГГГГ сумма в размере 100 637,92 руб. была выплачена.
Считает, что выплаченная сумма в счет компенсации морального вреда в размере 100 637,92 руб. занижена и не соответствует степени моих физических и нравственных страданий.
Общий стаж работы на разрезе "Сибиргинский" с воздействием вредного фактора составил 29 лет 2 месяца.
Резкое ухудшение состояние здоровья видно из медицинского заключения ФГБУ "НИИ КПГиПЗ" за период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. когда в результате обследования был установлен дополнительный диагноз: - <данные изъяты>
В результате полученного профессионального заболевания состояние здоровья резко ухудшилось. <данные изъяты>
Согласно выписки <данные изъяты>
В денежном выражении моральный вред оценивает в 350 000 руб., без учета выплат, произведенных ответчиком.
Просит взыскать сумму в размере 249 362,08 руб. (350 000 руб. - 100 637,92 руб.).
Решением Междуреченского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ постановлено: "Иск Зориной Антонины Спиридоновны к Публичному акционерному обществу "Южный Кузбасс" о компенсации морального вреда за профессиональное заболевание, удовлетворить частично.
Взыскать с Публичного акционерного общества "Южный Кузбасс" в пользу Зориной Антонины Спиридоновны в счет компенсации морального вреда 40 000 рублей, отказав в удовлетворении иска в остальной части.
Взыскать Публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей."
В апелляционной жалобе Зорина А.С. просит решение суда изменить, принять по делу новый судебный акт, взыскать компенсацию в размере 249 362,08 руб.
Указывает, что устанавливая компенсацию морального вреда, суд ограничился лишь ссылкой на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, характер нравственных страданий, обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, однако не применил их к спорным правоотношениям, не выяснил тяжесть причиненных физических и нравственных страданий в связи с полученным профессиональным заболеванием.
Суд не указал, какие именно обстоятельства дела повлияли на размер взысканной суммы компенсации морального вреда в размере 40 000 руб. и какие из этих обстоятельств послужили основанием для уменьшения суммы компенсации морального вреда.
Также в решении не приведены мотивы относительно степени вины работодателя. Неправомерно определять вину ответчика в возникновении к него профессионального заболевания, исходя только лишь из стажа работы на других предприятиях.
Доказательств, достоверно подтверждающих, что в данном случае продолжительность ее трудовой деятельности на предприятии соответствует (идентична) степени вины работодателя в возникновении профессионального заболевания и утрате профессиональной трудоспособности не представлено.
В результате полученного профессионального заболевания <данные изъяты>. Она проходит санаторно-курортное лечение, но эффект незначительный и на непродолжительное время.
В решении суда не отражены показания свидетелей. Суд ограничился общей фразой.
Взысканная судом компенсация морального вреда в размере 40 000 рублей не компенсирует в полной мере физические и нравственные страдания. Считает, что заявленная в исковом заявлении сумма компенсации морального вреда соответствует степени физических и нравственных страданий и отвечает степени разумности и справедливости.
Ссылаясь на обстоятельства аналогичные иску, характер и степень <данные изъяты> полагает, что присужденная судом компенсация морального вреда является недостаточной и заниженной.
В апелляционной жалобе представитель ответчика ПАО "Южный Кузбасс" ФИО6 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение - в удовлетворении иска отказать.
Указывает, что добровольно выплаченная истцу компенсация морального вреда в размере 100 637,92 рубля соразмерна понесенным истцом физическим и нравственным страданиям, отвечает требованиям разумности и справедливости, влечет прекращение данного обязательства.
Взыскание повторно компенсации морального вреда законом не предусмотрено.
ПАО "Южный Кузбасс" добровольно выплачивает моральный вред в связи с профессиональным заболеванием в порядке, установленном в отраслевом тарифном соглашении, коллективном договоре.
Относительно апелляционной жалобы прокурором, участвующим в деле ФИО7, принесены возражения.
Стороны в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в соответствие с ч.3 ст.167 ГПК РФ коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.
Изучив материалы дела, заслушав прокурора ФИО8, просившую решение суда оставить без изменения, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения, исходя из доводов, изложенных в жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем компенсации морального вреда.
Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, на обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 ТК РФ).
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В абзаце третьем пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В абзаце четвертом пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работника, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. Указанная правовая позиция нашла отражение в Постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2016 N 6-ПВ16.
При определении размера компенсации морального вреда, суд руководствуется принципами разумности и справедливости, учитывает представленные истцом доказательства.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Зорина А.С. с ДД.ММ.ГГГГ работала на разрезе "Сибиргинский" ПО "Кемеровоуголь" дробильщиком по 3 разряду в транспортном цехе.
ДД.ММ.ГГГГ уволена по собственному желанию в связи с выходом на пенсию по возрасту, что подтверждается ее трудовой книжкой (л.д.22-25).
В период работы на предприятии ответчика, у истца развилось профессиональное заболевание в виде: <данные изъяты>
Заключением МСЭ N от ДД.ММ.ГГГГ истцу впервые установлено N% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Заключением МСЭ N от ДД.ММ.ГГГГ процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере N% был установлен бессрочно (л.д.16).
Заключением врачебной экспертной комиссии Клиники НИИ КПГиПЗ по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональным заболеванием N от ДД.ММ.ГГГГ установлено профессиональное заболевание в виде <данные изъяты>
Итого вина ответчика ПАО "Южный Кузбасс" <данные изъяты> %, вины работника не установлено.
Тем самым факт причинения вреда здоровью истца и вина ответчика подтверждены в судебном заседании в полной мере, что не оспаривалось представителем ответчика.
Согласно приказа ФСС РФ филиала N ГУ КРОФСС РФ от ДД.ММ.ГГГГ N-В истцу была назначена и выплачена единовременная страховая выплата в размере 31 408,57 рублей (л.д.13). Приказом по филиалу N ГУ КРОФСС РФ N-в от ДД.ММ.ГГГГ произведена оплата дополнительных расходов на приобретение лекарств в размере 5 406,50(л.д. 14).
На основании представленных документов: выписки из карты стационарного больного НИИ КПГПЗ (л.д. 32), программы реабилитации (л.д. 33), выписки из амбулаторной карты (л.д. 36-37), судом установлено, что истец <данные изъяты>
Вместе с этим, учитывая объяснения истца, согласно которым он в связи с повреждением здоровья <данные изъяты> пояснениями свидетелей ФИО9, ФИО10, суд признает состоятельными доводы истца о том, что в результате профессионального заболевания она испытывал и испытывает по настоящее время физические и нравственные страдания, и признает за истцом право на компенсацию морального вреда в соответствии с положениями ст. 150, ст. 151 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ.
В досудебном порядке истец обращалась к ответчику за компенсацией морального вреда.
В досудебном порядке Зориной А.С. на основании приказа N N от ДД.ММ.ГГГГ выплачивалась единовременное компенсация морального вреда в соответствии с п. 10.2.2 Коллективного договора ОАО "Южный Кузбасс" на 2014-2016года, в размере 100 637,92 рублей.
Разрешая спор с учетом обстоятельств дела, наличия и степени понесенных истцом нравственных и физических страданий, требований разумности и справедливости, суд первой инстанции пришел к правильному и обоснованному выводу о частичном удовлетворении заявленных истцом требований о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, в связи с причинением ему по вине ответчика вреда здоровью.
Определяя размер подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, суд пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 40 000 рублей, помимо выплаченной ранее работодателем.
По мнению судебной коллегии, компенсация морального вреда определена судом первой инстанции в разумных пределах и является справедливой, соответствует фактически причиненным истцу нравственным и физическим страданиям, пропорционально степени вины ответчика в причинении морального вреда.
Рассматривая доводы апелляционных жалоб истца и ответчика, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.
Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.
Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.
Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).
Как было указано ранее, согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".
Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.
Вопреки доводам жалобы стороны ответчика, тот факт, что соглашение между истцом и ответчиком о размере компенсации морального вреда соответствует требованиям законодательства, никак не влияет на существо обжалуемого решения, поскольку Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. Указанная правовая позиция нашла отражение в Постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2016 N 6-ПВ16.
Таким образом, с учетом вышеприведенных правовых норм, у истца имелись правовые основания для получения заявленной компенсации.
Довод апелляционной жалобы истца о том, что судом не приняты показания свидетелей, не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, суд первой инстанции, при вынесении решения суд первой инстанции принял во внимание показания свидетелей, о чем указано в тексте решения.
Размер компенсации морального вреда, определенный ответчиком в размере 100 637,92 руб. не соответствует степени физических и нравственных страданий истца, о чем мотивированно и подробно указано в обжалуемом решении.
При определении размера компенсации морального вреда, судом учтена ранее выплаченная истцу сумма, присужденный истцу судом размер компенсации морального вреда в размере 40 000 рублей, по мнению коллегии учитывает степень его физических и нравственных страданий, конкретный размер утраченной ей профессиональной трудоспособности, индивидуальные особенности пострадавшего, и, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, соответствует требованиям ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, не нарушает положения ст. 237 ТК Российской Федерации и принцип разумности и справедливости.
Доводы апелляционной жалобы ответчика основаны на неверном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, не содержат каких-либо обстоятельств, опровергающих выводы судебного решения, и не могут служить основанием к отмене решения суда.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований для снижения либо увеличения взысканной судом суммы по доводам апелляционных жалоб.
Иных доводов, влекущих отмену решения суда в обжалуемой части, апелляционные жалобы не содержат.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены либо изменения решения суда первой инстанции по доводам апелляционных жалоб.
Руководствуясь частью 1 статьи 327.1, статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 04 августа 2020 года оставить без изменения, апелляционные жалобы истца Зориной А.С., представителя ответчика ПАО "Южный Кузбасс" Алемайкиной В.В. - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
