Дата принятия: 24 марта 2020г.
Номер документа: 33-868/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ПЕНЗЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 24 марта 2020 года Дело N 33-868/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:
Председательствующего Бурдюговского О.В.,
Судей Жуковой Е.Г., Мананниковой В.Н.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тюриной А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Мананниковой В.Н. дело по апелляционной жалобе Калякина Ю.И., поданной его представителем Бакановым М.Е., на решение Железнодорожного районного суда г. Пензы от 26 декабря 2019 года по делу по иску Калякина Ю.И. к Афанасьевой Л.А., Ивахину В.Г., Соломадину А.И. о признании договора купли-продажи части жилого дома и доли земельного участка недействительным, которым постановлено:
В удовлетворении исковых требований Калякина Ю.И. к Афанасьевой Л.А., Ивахину В.Г., Соломадину А.И. о признании недействительным договора купли-продажи части жилого дома, общей площадью 76,6 кв. м., этаж 1, 2, кадастровый номер <данные изъяты>:1191, расположенного по адресу: <данные изъяты>, и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>:322, расположенный по вышеуказанному адресу, заключенного между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г. 18 декабря 2012 года; договора купли-продажи части жилого дома, общей площадью 76,6 кв. м., этаж 1, 2, кадастровый номер <данные изъяты>:1191, расположенного по адресу: <данные изъяты>, и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>:322, расположенный по вышеуказанному адресу, заключенного между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И. 12 декабря 2017 года; прекращении права собственности Соломадина А.И. на часть жилого дома, общей площадью 76,6 кв. м., этаж 1, 2, кадастровый номер <данные изъяты>:1191, расположенного по адресу: <данные изъяты>, и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>:322, расположенный по вышеуказанному адресу; признании права собственности на часть жилого дома, общей площадью 76,6 кв. м., этаж 1, 2, кадастровый номер <данные изъяты>:1191, расположенного по адресу: <данные изъяты>, и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>:322, расположенный по вышеуказанному адресу, отказать,
Установила:
Калякин Ю.И. обратился в суд с иском к Афанасьевой Л.А., Ивахину В.Г., Соломадину А.И. о признании договора купли-продажи части жилого дома и доли земельного участка недействительным, указав, что 21 января 2013 года между ним, Калякиным Ю.И., и Афанасьевой Л.А., от имени которой на основании нотариально удостоверенной доверенности действовал Барашкин А.С., в обеспечение намерения заключить договор купли-продажи части жилого дома, состоящего из двух этажей общей площадью 76,6 кв. м. и 1/6 доли земельного участка общей площадью 774 кв. м., находящихся по адресу: <данные изъяты>, был заключен предварительный договор купли-продажи части жилого дома и доли земельного участка. В соответствии с условиями заключенного предварительного договора (пункт 5) стоимость вышеуказанной части жилого дома и доли земельного участка, по согласованию сторон, составила 1 850 000 рублей. При подписании предварительного договора, в обеспечение и в доказательство своих намерений по дальнейшему заключению основного договора купли-продажи, он оплатил ответчику в качестве задатка в счет платежей по предстоящему договору купли-продажи, денежную сумму в размере 150 000 рублей. 15 апреля 2013 года он дополнительно передал Афанасьевой Л.А. в качестве задатка в счет платежей по предстоящему договору купли-продажи, денежную сумму в размере 400 000 рублей. 18 мая 2013 года между сторонами предварительного договора купли-продажи было заключено дополнительное соглашение N 1, в соответствии с п. 1 которого стороны договорились изложить п. 2 предварительного договора в следующей редакции: "договор купли-продажи части жилого дома и доли земельного участка, указанных в пункте 1 настоящего договора, стороны обязуются заключить в срок, не позднее 15 сентября 2018 года".
10 июня 2013 года он дополнительно передал Афанасьевой Л.А. в качестве задатка в счет платежей по предстоящему договору купли-продажи денежную сумму в размере 1 300 000 рублей.
Вместе с тем, поскольку условия предварительного договора купли-продажи в редакции, изложенной в дополнительном соглашении N 1, в части заключения основного договора купли-продажи части жилого дома и 1/6 доли земельного участка сторонами не были исполнены, а денежная сумма в размере 1 850 000 рублей, переданная в качестве задатка в счет платежей по предстоящему договору купли-продажи, не возвращена, он обратился в Октябрьский районный суд г. Пензы с иском к Афанасьевой Л.А. о взыскании денежных средств.
В процессе рассмотрения вышеуказанного гражданского дела ему стало известно, что 18 декабря 2012 года между продавцами Афанасьевой Л.А. в лице представителя Барашкина А.С., действующего по нотариальной доверенности, и Ивахиным В.Г. состоялась сделка по купле-продаже вышеуказанной спорной недвижимости (части жилого дома, общей площадью 76,6 кв. м. этаж 1, 2, кадастровый номер <данные изъяты>:1191, расположенного по адресу: <данные изъяты>, и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>:322, расположенного по этому же адресу. На основании данного договора 24 декабря 2012 года покупатель Ивахин В.Г. зарегистрировал свое право собственности на вышеуказанную недвижимость.
12 декабря 2017 года между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И. был заключен договор купли-продажи, по условиям которого Соломадин А.И. приобрел в собственность часть жилого дома общей площадью 76,6 кв. м., этаж 1, 2, кадастровый номер <данные изъяты>:1191, расположенного по адресу: <данные изъяты>, и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>:322, расположенный по адресу: <данные изъяты>. Вышеуказанный договор купли-продажи от 12 декабря 2017 года зарегистрирован в Управлении Росреестра по Пензенской области 02 февраля 2018 года.
Истец считал вышеуказанные сделки по отчуждению спорного имущества, совершенные между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г., а также между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И., мнимыми, совершенными без каких-либо правовых последствий, так как все участники сделки на момент их совершения являлись родственниками (Афанасьева Л.А. является тещей Соломадина А.И., а Соломадин А.И. является тестем Ивахина В.Г.); ответчики, совершая сделку 18 декабря 2012 года, преследовали цель избежать негативных последствий, связанных с возможными судебными претензиями администрации г. Пензы относительно спорной недвижимости, а впоследствии, заключенного с Афанасьевой Л.А. предварительного договора купли-продажи части жилого дома и земельного участка, при этом фактически при совершении вышеуказанных сделок стороны денежных средств друг другу не передавали, условия договора купли-продажи не исполняли. На основании вышеизложенного, с учетом заявления в порядке ст. 39 ГПК РФ, просил признать недействительным договор купли-продажи части жилого дома, общей площадью 76,6 кв. м., этаж 1, 2, кадастровый номер <данные изъяты>:1191, расположенного по адресу: <данные изъяты>, и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>:322, расположенного по этому же адресу, заключенный между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г. 18 декабря 2012 года; признать недействительным договор купли-продажи части жилого дома, общей площадью 76,6 кв. м., этаж 1, 2, кадастровый номер <данные изъяты>:1191, расположенного по адресу: <данные изъяты>, и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>:322, расположенного по этому же адресу, заключенный между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И. 12 декабря 2017 года; прекратить право собственности Соломадина А.И. на указанные объекты недвижимости; признать право собственности на них за истцом.
Истец Калякин Ю.И. в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен своевременно и надлежащим образом, в своем заявлении просил о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием представителя Баканова М.Е.
Представитель Калякина Ю.И. - Баканов М.Е., действующий на основании доверенности, уточнённые требования своего доверителя поддержал и просил удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Кроме того, просил учесть, что на требование о признании права собственности (иного вещного права), предъявленное таким лицом, исковая давность не распространяется в силу статьи 208 ГК РФ, поскольку имущество находится в фактическом владении истца.
Ответчики Афанасьева Л.А., Ивахин В.Г., Соломадин А.И. в судебное заседание не явились, о слушании дела извещены своевременно и надлежащим образом. В письменных возражениях просили отказать в удовлетворении иска.
Представитель ответчика Ивахина В.Г. - адвокат Тарасова В.В., представитель ответчика Соломадина А.И. - Заливнова О.Д. иск Калякина Ю.И. не признали, поддержав письменные возражения своих доверителей, в том числе, и просьбу о применении срока исковой давности к требованиям истца.
Третье лицо Барашкин А.С. в судебном заседании с иском Калякина Ю.И. согласился, поддержав позицию представителя истца.
Представитель третьего лица - Управления Росреестра по Пензенской области в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом, представил письменный отзыв с просьбой о рассмотрении дела в его отсутствие.
В апелляционной жалобе представитель Калякина Ю.И. Баканов М.Е. ставит вопрос об отмене решения в связи с нарушением норм материального и процессуального права, вынесении нового решения об удовлетворении заявленных требований. Так, не согласен с выводом суда о том, что Калякин Ю.И. не представил доказательства отсутствия у ответчика Ивахина В.Г. намерений приобрести в собственность часть жилого дома и долю в праве собственности на земельный участок, расположенные по адресу <данные изъяты>, сославшись на то, что договор купли-продажи указанных объектов недвижимого имущества, заключенный между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г. не содержит признаков мнимой сделки, воля сторон при этом направлена на переход права собственности на спорное имущество, сделка по форме и содержанию соответствует требованиям закона. Указывает, что юридически значимым обстоятельством и подлежащим доказыванию является вопрос, был ли заключён указанный договор с намерением создания соответствующих правовых последствий. Однако, суд в нарушение требований ст. ст. 67, 195 ГПК РФ, ст. 170 ГК РФ не создал условия для установления указанного обстоятельства. В частности, в подтверждение своих доводов о том, что заключенный между сторонами договор купли-продажи объектов недвижимости от 18 декабря 2012 года носил мнимый характер и деньги за проданное имущество Ивахиным В.Г. переданы не были, истцом в судебное заседание были представлены доказательства, которым суд не дал должной оценки. Напротив, ответчики Ивахин В.Г. и Афанасьева Л.А. не представили убедительных доказательств факта передачи денежных средств от Ивахина В.Г. Афанасьевой Л.А.; Ивахин В.Г. утверждал, что объекты проданы за 1 850 000 рублей, тогда как в договоре цена указанных объектов значится 300 000 рублей, но и передача данной суммы ответчиками не подтверждена; не доказан и не подтверждён факт передачи Афанасьевой Л.А. ключей Ивахину В.Г., а последним - не представлены доказательства несения расходов по содержанию спорного имущества. Считает также, что, разрешая заявленные требования, суд не дал оценки и доводам истца о том, что фактически передача имущества Афанасьевой Л.А. Ивахину В.Г. не состоялась. По мнению истца, поскольку ни одно из указанных в ст. 454 ГК РФ последствий не наступило, договор купли-продажи от 18 декабря 2012 года является мнимым. Данные доводы Калякина Ю.И. подтверждают показания свидетелей ФИО1, ФИО2, дело правоустанавливающих документов на указанный объект недвижимости. Суд также, по мнению автора жалобы, не дал оценку тому обстоятельству, что оспариваемый договор был заключен на крайне невыгодных для продавца условиях.
Является несостоятельным, противоречащим закону, вывод суда об отсутствии оснований для возникновения права собственности у Калякина Ю.И. на спорный объект недвижимости, о пропуске срока исковой давности.
В возражениях на апелляционную жалобу Калякина Ю.И. представитель Соломадина А.И. Заливнова О.Д. просит оставить её без удовлетворения, как не содержащую оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции стороны, третьи лица не явились, о слушании дела извещены надлежаще, в связи с чем и в соответствии со ст. ст. 167, 327 ГПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.
Проверив материалы дела, решение суда в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), заслушав представителя истца Баканова М.Е., поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителей ответчиков Ивахина В.Г. - адвоката Тарасову В.В., Соломадина А.И. - Заливнову О.Д., просивших об оставлении решения районного суда без изменения, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.
Судом установлено и следует из материалов дела, что на основании договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 11 июля 2012 года, дата регистрации 06 августа 2012 года, N 58-58-36/019/2012-643, кадастрового паспорта здания, сооружения, объекта незавершенного строительства от 30 августа 2012 года, выданного Филиалом федерального государственного бюджетного учреждения "Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии" по Пензенской области, Афанасьевой Л.А. принадлежала на праве собственности часть жилого дома, назначение: жилое, общая площадь 76,6 кв. м., этаж 1, 2 номера на поэтажном плане 1 этаж: 3; 2 этаж: 9, по адресу: <данные изъяты>, и земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>:322, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: блокированные жилые дома, общей площадью 774 кв. м., расположенный по адресу: <данные изъяты>.
22 августа 2012 года Афанасьевой Л.А. была выдана доверенность 58 АА 0445014 на имя Барашкина А.С. с правом быть ее представителем во всех компетентных органах, в том числе, с правом зарегистрировать ее права на строения и земельный участок, находящиеся по адресу: <данные изъяты>, а также с правом продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащие ей строения и земельный участок, находящиеся по данному адресу, для чего Барашкину А.С. было предоставлено право, в том числе, заключения предварительного договора, договора задатка, заключать договор купли-продажи, подписать акт приемки - передачи, получить следуемые деньги, зарегистрировать переход право собственности и др. Данная доверенность нотариально удостоверена нотариусом г. Пензы ФИО3 и зарегистрирована в реестре за N 4Д - 1854.
18 декабря 2012 года Барашкин А.С., действующий от имени Афанасьевой Л.А. по вышеуказанной доверенности от 22 августа 2012 года, заключил с Ивахиным В.Г. договор купли-продажи спорных части жилого дома и земельного участка.
Стоимость вышеуказанных объектов согласно п. 3 Договора была определена по соглашению сторон в сумме 300 000 рублей: часть жилого дома - 150 000 рублей, 1/6 доля в праве общей долевой собственности на земельный участок - 150 000 рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора (п.4). При этом, указанная часть жилого дома и 1/6 доля в праве общей долевой собственности на земельный участок передается без подписания передаточного акта и считается переданной покупателю с момента подписания настоящего договора в соответствии со ст. 556 ГК РФ.
Из материалов настоящего дела, а также дела правоустанавливающих документов на объекты, расположенные по адресу: <данные изъяты>, следует, что 12 декабря 2017 года между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И. был заключен договор купли-продажи этих объектов недвижимого имущества, в соответствии с п. 3 которого часть жилого дома свободна от проживания и регистрации продавца и третьих лица. Согласно п. 4 Договора указанная в п. 1 настоящего договора часть жилого дома продается за 2 199 000 рублей, 1/6 доля в праве общей собственности на земельный участок, указанный в п. 1 настоящего договора продается за 51 000 рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора. Указанные объекты считаются переданными с момента подписания настоящего договора, настоящий пункт (п. 5) имеет силу передаточного акта.
Несмотря на совершение указанных сделок, 21 января 2013 года между Калякиным Ю.И. и Афанасьевой Л.А., от имени которой на основании нотариально удостоверенной 22 августа 2012 года доверенности действовал Барашкин А.С., был заключен предварительный договор купли-продажи части жилого дома и доли земельного участка.
В соответствии с условиями заключенного предварительного договора стоимость части жилого дома и 1/6 доли земельного участка, расположенных по адресу: г. Пенза, проезд Первый Марата, 1, по согласованию сторон, составила 1 850 000 рублей. При подписании предварительного договора, в обеспечение и доказательство своих намерений по дальнейшему заключению основного договора купли-продажи, покупатель уплачивает продавцу за счет собственных средств в качестве задатка в счет платежей по предстоящему договору купли-продажи, денежную сумму в размере 150 000 рублей. Оставшаяся сумма в размере 1 700 000 рублей оплачивается наличными средствами до подписания основного договора купли-продажи (п. 5 Предварительного договора).
Барашкин А.С., действующий от имени Афанасьевой Л.А., денежные средства в размере 150 000 рублей и 400 000 рублей от Калякина Ю.И. по предварительному договору купли-продажи жилого дома и доли земельного участка, расположенных по адресу: <данные изъяты>, получил 21 января 2013 года и 15 апреля 2013 года соответственно, что подтверждается расписками.
18 мая 2013 года между сторонами предварительного договора купли-продажи было заключено дополнительное соглашение N 1, в соответствии с п. 1 которого стороны договорились изложить п. 2 предварительного договора в следующей редакции: "договор купли-продажи части жилого дома и доли земельного участка, указанных в пункте 1 настоящего договора, стороны обязуются заключить в срок, не позднее 15 сентября 2018 года".
10 июня 2013 года Калякин Ю.И. дополнительно передал Афанасьевой Л.А., от имени которой действовал Барашкин А.С., по предварительному договору купли-продажи жилого дома и доли земельного участка, расположенных по адресу: <данные изъяты>, от 21 января 2013 года, денежную сумму в размере 1 300 000 рублей.
Условия предварительного договора купли-продажи в редакции, изложенной в дополнительном соглашении N 1, в части заключения основного договора купли-продажи части жилого дома и 1/6 доли земельного участка в срок, указанный в дополнительном соглашении, сторонами не были исполнены, денежная сумма в размере 1 850 000 рублей, переданная в счет платежей по предстоящему договору купли-продажи, Калякину Ю.И. не возвращена.
Разрешая спор, проверив заявленные истцом основания недействительности оспариваемых договоров купли-продажи, руководствуясь ст. 166, 168, 170, 429 ГК РФ, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что указанные истцом обстоятельства совершения сделок не могут быть признаны достаточными для признания их недействительными по мотиву мнимости, поскольку как заключенный между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г. договор, так и договор, заключенный между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И., не содержат признаков мнимой сделки, стороны предусмотрели реальные последствия сделки и осуществили их, воля сторон была направлена на переход права собственности на спорное имущество, сделки по форме и содержанию соответствуют закону, доказательств, свидетельствующих о недействительности договоров, стороной истца не представлено.
Доводы апелляционной жалобы аналогичны доводам иска, проверялись судом и получили надлежащую правовую оценку, с которой соглашается судебная коллегия.
Так, согласно ст. 166 ГК РФ (в редакции на день заключения договора купли-продажи от 18 декабря 2012 года) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.
Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.
Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (ст. 168 ГК РФ).
В соответствии со статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.
Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 17 ГК РФ.
Суд правильно указал, что, исходя из смысла приведенной нормы материального права, мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Поэтому, обращаясь в суд с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. Сделки, которые являются мнимыми, совершаются лишь для того, чтобы создать ложное представление об их заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении. При доказывании в суде мнимости спорной сделки истцу необходимо доказать, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. При этом из определения мнимой сделки, данного в ст. 170 ГК РФ, следует, что в результате ее заключения не происходит никакой фактической передачи имущества, прав или обязанностей, а сделка совершается лишь для вида.
Таким образом, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
По рассматриваемому делу бремя доказывания наличия оснований для признания сделки мнимой отнесено в данном случае на истца.
На основании анализа вышеназванных норм права, регулирующих возникшие правоотношения, исследовав представленные сторонами доказательства, судебная коллегия считает, что суд правильно установил отсутствие оснований полагать, что оспариваемый договор купли-продажи стороны заключили без намерения создать правовые последствия.
Поскольку правовые последствия совершенной сделки в полной мере соответствуют волеизъявлению сторон при ее совершении (государственная регистрация объектов недвижимости, вложение денежных средств в её приобретение Ивахиным В.Г. в качестве инвестиций, передача ключей от продавца покупателю, раздел имущества при разводе между Ивахиным В.Г. и Ивахиной А.А.), суд первой инстанции оценив представленные сторонами доказательства с позиций ст. ст. 55, 67, 71 ГПК РФ, правильно не установил признаков мнимости оспариваемой сделки. При этом суд исходил из свободы заключенных договоров, а также из того, что сторонами были совершены необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, связанных с переходом права, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о порочности воли сторон.
Является верным, по мнению судебной коллегии, и вывод суда о том, что предварительный договор купли-продажи не является основанием для возникновения права собственности на спорное имущество.
Так, согласно ст. 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором (п. 1). Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также условия основного договора, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение при заключении предварительного договора (п. 3). В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор. Если такой срок в предварительном договоре не определен, основной договор подлежит заключению в течение года с момента заключения предварительного договора (п. 4). В случаях, если сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 настоящего Кодекса. Требование о понуждении к заключению основного договора может быть заявлено в течение шести месяцев с момента неисполнения обязательства по заключению договора. В случае возникновения разногласий сторон относительно условий основного договора такие условия определяются в соответствии с решением суда. Основной договор в этом случае считается заключенным с момента вступления в законную силу решения суда или с момента, указанного в решении суда (п. 5). Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор (п. 6).
Согласно ч. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателю земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.
Калякин Ю.И. не обращался к Афанасьевой Л.А. с требованием заключить основной договор купли-продажи, не заявлял подобного иска в суде, более того, не считал себя собственником спорного имущества, так как заявил в суд первоначально иск о взыскании денежных средств, уплаченных по предварительному договору купли-продажи.
Согласно п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2015 года "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", несовершение ни одной из сторон действий, направленных на заключение декабря основного договора, в течение срока, установленного для его заключения, свидетельствует об утрате интереса сторон в заключении основного договора, в силу чего по истечении указанного срока обязательство по заключению основного договора прекращается.
Конституционный Суд РФ в определении от 29 января 2015 года N 214-О указал, что положение ст. 429 ГК РФ, связывающее прекращение обязательств, предусмотренных предварительным договором, с истечением срока, в течение которого стороны должны заключить основной договор, отвечает существу отношений, возникающих из предварительного договора, корреспондирует абзацу 1 пункта 3 статьи 425 того же кодекса, согласно которому законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечёт прекращение обязательств по договору, и направлено на обеспечение стабильности гражданского оборота.
Анализ приведенных выше фактических обстоятельств дела свидетельствует, что при заключении предварительного договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от 21 января 2013 года сторонами был согласован срок, в который должен был быть заключен основной договор купли-продажи - до 15 сентября 2018 года. В указанный срок основной договор купли-продажи заключен не был. Более того, в указанный срок ни одна из сторон действий, направленных на заключение основного договора, не совершила, в силу чего после 15 сентября 2018 года обязательство по предварительному договору от 21 января 2013 года прекращено.
Судебная коллегия также отмечает, что на момент заключения предварительного договора право собственности на спорные объекты у Афанасьевой Л.А. отсутствовало, поскольку данные объекты были отчуждены на основании договора купли-продажи с Ивахиным В.Г. от 18 декабря 2012 года.
Не состоятелен и довод представителя истца о необоснованности применения судом первой инстанции срока исковой давности, как основанный на неверном толковании норм материального права.
В силу п. п. 1, 2 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.
Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Таким образом, согласно указанным положениям начало течения срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, равно как и по требованию о признании сделки недействительной в силу ничтожности, обусловлено началом исполнения такой сделки.
Согласно п. 101 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).
Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
Пунктом 57 Постановления Пленума Верховного суда РФ, Пленума ВАС РФ от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" предусмотрено, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП.
Поскольку законом не установлено иное, к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный ст. 196 ГК РФ.
В соответствии со ст. 181 ГК РФ в редакции, действовавшей на дату заключения договора купли-продажи недвижимого имущества между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г. от 18 декабря 2012 года, срок исковой давности по требованию о признании недействительной ничтожной сделки составляет три года.
Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. Принимая во внимание, что исполнение сделки началось с 18 декабря 2012 года, то есть после передачи имущества продавцом покупателю по договору от 18 декабря 2012 года, а исковое заявление подано в Железнодорожный районный суд г. Пензы 29 мая 2019 года, суд верно посчитал, что трехгодичный срок исковой давности истцом пропущен.
Суд верно отметил, что на момент заключения предварительного договора купли-продажи 21 января 2013 года, Калякин Ю.И. мог и должен был узнать о соответствующей записи в ЕГРН о том, что Афанасьева Л.А. собственником спорного имущества не является. Действуя разумно, добросовестно, при должной осмотрительности, он имел возможность дополнительно проверить юридическую судьбу имущества, информация о которой, как было указано выше, является общедоступной. При наличии обстоятельств, вызывающих сомнение в праве собственности продавца (предложение заключить предварительный, а не основной договор купли-продажи; заключение договора и совершение всех юридически значимых действий через представителя, а не собственника недвижимого имущества; необоснованно увеличенный срок для заключения основного договора - с 01 мая 2013 года до 18 сентября 2018 года), не могли не вызвать и должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца отчуждать данное имущество.
Ссылку представителя истца на положения абз. 5 ст. 208 ГК РФ, согласно которому исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, которые не связаны с лишением владельца, суд обоснованно не принял во внимание и отклонил.
Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" исковая давность не распространяется на требования, прямо предусмотренные статьей 208 ГК РФ.
В данном случае, заявленные истцом требования о признании права собственности на спорное имущество, являются производными от требований о признании ничтожных сделок недействительными. Поскольку требования истца о признании ничтожных сделок недействительными удовлетворению не подлежат, нет оснований и для удовлетворения требований истца о признании права собственности на спорное имущество, в том числе и с учетом положений абз. 5 ст. 208 ГК РФ.
Таким образом, суд правильно пришёл к выводу об истечении срока исковой давности, что явилось самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что, разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, согласно ст. ст. 12, 55, 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, распределил между сторонами бремя доказывания, всесторонне и полно исследовал представленные доказательства, дал им надлежащую правовую оценку. Нормы материального права судом применены верно и приведены в решении. Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием к отмене судебного акта, судебная коллегия не усматривает. Доводы апелляционной жалобы в целом направлены на переоценку установленных судом по делу обстоятельств, оснований для которой не имеется.
Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
Определила:
решение Железнодорожного районного суда г. Пензы от 26 декабря 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Калякина Ю.И., поданную его представителем Бакановым М.Е., - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
