Дата принятия: 06 февраля 2019г.
Номер документа: 33-85/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ АЛТАЙ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 февраля 2019 года Дело N 33-85/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай в составе:
председательствующего судьи - Солоповой И.В.
судей - Черткова С.Н., Ялбаковой Э.В.
при секретаре - Володиной Е.С.,
рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе и дополнению к ней Каташевой М.Н. на решение Онгудайского районного суда Республики Алтай от 06 ноября 2018 года, которым
удовлетворены частично исковые требования Кирпичевой В.Д. удовлетворить частично.
Признано самовольной постройкой возведенное Каташевой М.Н. строение по адресу: <адрес>.
Возложена на Каташеву М.Н. обязанность в течение 11 месяцев со дня вступления решения суда в законную силу произвести снос самовольной постройки по адресу: <адрес> или привести указанную самовольную постройку в соответствие с требованиями градостроительного плана земельного участка, разрешения на строительство, а также в соответствие с требованиями действующих строительных правил в тот же срок.
Установлена смежная граница земельных участков по адресам: <адрес> Республики Алтай, <адрес>,
<адрес> Республики Алтай по координатам поворотных точек ф1, ф2, ф3, ф4, ф5, ф6, ф7, ф8, ф9, ф10, ф11, ф12, ф13, ф14, ф15, указанных в таблице 1 заключения экспертов N от <дата>, составленного экспертами ООО "АлтайСтройЭксперт" по гражданскому делу N.
Взысканы с Каташевой М.Н. в пользу Кирпичевой В.Д. расходы на уплату государственной пошлины в сумме 600 рублей, расходы на оплату экспертизы в сумме 35000 рублей.
Отказано в удовлетворении требований Кирпичевой В.Д. об отмене постановления администрации муниципального образования Онгудайское сельское поселение N от <дата> об утверждении градостроительного плана земельного участка, возложении на Каташеву М.Н. обязанности восстановить плодородный слой почвы и газон на земельном участке Кирпичевой В.Д., установить ограждение по границам земельных участков, существовавших до момента незаконной застройки, о взыскании с Каташевой М.Н. в пользу Кирпичевой В.Д. компенсации морального вреда в сумме 50000 рублей.
Заслушав доклад судьи Черткова С.Н., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Кирпичева В.Д. обратилась в суд с исковым заявлением к Каташевой М.Н. о признании строения самовольным и незаконным, произвести снос самовольного строения, о восстановлении границы земельного участка и внесении изменений в кадастровый план согласно землеустроительному делу N от <дата>, об обязании восстановить ограждение по границам участков, существовавших до момента незаконной застройки, о восстановлении плодородного слоя почвы и газона на территории, о возмещении морального вреда, к сельской администрации МО Онгудайское сельское поселение об отмене постановления N. Требования Кирпичевой В.Д. мотивированы тем, что ей на праве собственности принадлежит усадьба с земельным участком, площадью 1568 кв.м, расположенная по адресу: <адрес>, что подтверждается свидетельством от <дата> и землеустроительным делом N по межеванию земельного участка N от <дата>. Собственником смежного участка по адресу: Республика Алтай, <адрес> является Каташева М.Н., которая предложила ей изменить границы участков, переместить забор для того, чтобы часть земельного участка истца со стороны <адрес> была передана ответчику Каташевой М.Н., в свою очередь, Каташева М.Н. обязалась предоставить истцу часть своего земельного участка с противоположной улице <адрес> стороны участков. Истец от данного предложения отказалась, поскольку такое изменение границ смежных участков приведет уменьшению проезда на ее приусадебную территорию, чем нарушаются правила пожарной безопасности. Ответчик Каташева М.Н. летом 2017 года начала строительство магазина. Между смежными участками отсутствовало ограждение, был возведен фундамент частично на территории истца, также вдоль всей территории строительства ответчиком на земельном участке истца был снят слой плодородной почвы, где ранее был засеян газон. Каташевой М.Н. нарушены нормы СП 30-102-99 "Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства", СНиП 2.07.01-89 "Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений", а также права истца, как собственника земельного участка. В мае 2018 года постройка была возведена ответчиком. Границы земельного участка истца не были указаны в публичной карте Росреестра, несмотря на то, что в отношении земельного участка в 2005 году проводилось межевание, были определены границы земельного участка, по периметру которого проходил забор. В связи с отсутствием уточненных границ земельного участка в государственном реестре недвижимости, истцом вновь были проведены кадастровые работы. Однако, границы были установлены по линии нового забора, установленного Каташевой М.Н. после возведения постройки. Ранее, длина стороны земельного участка истца, примыкавшая к <адрес>, составляла 7,04 метра, в настоящее время составляет 6,38 метра. Ответчик самовольно завладела территорией истца. Также истцом указано, что сельской администрацией МО "Онгудайское сельское поселение" <дата> утвержден градостроительный план земельного участка, однако, постановлением утвержден градостроительный план от <дата> земельного участка по адресу: <адрес>, в то время как участок с таким адресом образован лишь <дата>. Строительство магазина начато в мае 2017 года, то есть до получения разрешения на строительство. Ответчик строительство начал в мае 2017 года, разрешительные документы получены в декабре 2017 года. Здание ответчиком построено на месте забора истца, таким образом, не соблюдено расстояние в 1 метр до границы смежного участка, отсутствует возможность обслуживания построенного здания ответчиком. Действиями ответчика причинены нравственные страдания.
Суд вынес вышеуказанное решение, об отмене которого в части удовлетворения требований Кирпичевой В.Д. просит в апелляционной жалобе и дополнению к ней Каташева М.Н., указывая, что выводы эксперта о реестровой ошибке при определении границ земельных участков истца и ответчика не согласуется с утверждением этого же эксперта о невозможности определить смежную границу исследуемых земельных участков. Также экспертом установлено, что в связи с отсутствием в натуре части фактического ограждения исследуемых земельных участков со смежными земельными участками определить площадь исследуемых земельных участков в фактических границах не представляется возможным. В то же время, в экспертном заключении приводятся данные о площади земельных участков по данным 2000 года, 2003 года, 2004 года, которая неоднократно изменялась. Несмотря на наличие противоречий, при разрешении спора суд первой инстанции сослался только на заключение эксперта, не дав ему соответствующей оценки, при этом остальные доказательства во внимание не принял. Между тем, после постановки земельного участка ответчика на ГКН, строительство объекта недвижимости Каташевой М.Н. осуществлялось в соответствии с границами земельного участка ответчика на основании градостроительного плана земельного участка, утвержденного администрацией Онгудайского сельского поселения от <дата>, что подтверждает доводы Каташевой М.Н. о том, что за предоставлением разрешительных документов на строительство объекта недвижимости она обратилась в администрацию сельского поселения в июле 2017 года, но вследствие недобросовестных действий специалистов администрации ее заявление было утеряно, в результате чего разрешение на строительство магазина выдано позднее. Выводы эксперта о несоответствии возводимого ответчиком объекта недвижимости градостроительным и противопожарным нормам построены на предположении эксперта, что в случае установления межевой границы по предложенному (экспертом) варианту исправления реестровой ошибки, левый передний угол объекта капитального строительства будет находиться на межевой границе исследуемых земельных участков по <адрес> и по <адрес>. Каташевой М.Н. осуществляется строительство здания магазина в границах ее земельного участка. Суду первой инстанции представлен межевой план земельного участка Каташевой М.Н. по <адрес> кадастровым номером N, выполненный <дата>, содержащий акт согласования местоположения границы указанного земельного участка, в том числе со смежным землепользователем земельного участка с кадастровым номером N Кирпичевой В.Д. Она была согласна с установленной границей земельных участков, что подтверждается ее подписью. Земельные участки истца и ответчика в существующих границах поставлены на кадастровый учет, в установленном законом порядке не оспорены, исковых требований по данному основанию истцом не заявлялось. Установление новой границы смежных земельных участков истца и ответчика при отсутствии споров и разногласий по местоположению границ по характерным точкам н1 - 6 на момент межевания и постановки на ГКН, судом первой инстанции произведено произвольно, якобы по фактической границе, имевшей место в 2011 году, установленной только лишь по ничем не обоснованному предположению эксперта. Строение возводиться на земельном участке с кадастровым номером N, площадью 101 кв.м по адресу: <адрес>, разрешенное использование - для размещения объектов торговли (под магазин). Собственником земельного участка является Каташева М.Н. Фактически она обратилась в Онгудайскую сельскую администрацию в июне месяце 2017 года, данный факт отражен в Постановлении Онгудайской сельской администрации от <дата> N, которым утвержден градостроительный план земельного участка, ею заказана проектная документация "Строительство магазина по адресу: <адрес>". Сельская администрация Онгудайского сельского поселения как орган местного самоуправления, в чьей компетенции относится выдача разрешения на строительство, выдал его <дата>. Проектная документация в связи с замечаниями архитектора Онгудайской сельской администрации оформлялась исходя из Правил землепользования и застройки муниципального образования Онгудайское сельское поселение, за эти ошибки Каташева М.Н. не несет ответственность, так как не является специалистом в этой области. Землеустроительное дело N от <дата> не передавалось в кадастровую палату из-за несогласования границ земельных участков их собственниками. Требования Кирпичевой В.Д. удовлетворены частично, судебные расходы должны присуждаться истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.
Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в жалобе, заслушав Каташеву М.Н. и ее представителя Анатпаеву Н.Б., поддержавшую доводы жалобы, Кирпичеву В.Д., возражавшую против доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.
В силу ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. Нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению, в том числе в случае самовольного занятия земельного участка (пп.2 п.1 ст.60 ЗК РФ). Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (пп.4 п.2 ст.60 ЗК РФ).
Юридическое определение понятия "земельный участок" установлено п.3 ст.6 ЗК РФ, в соответствии с которым земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных настоящим Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи.
Границы являются главным индивидуализирующим признаком земельного участка и определяются при выполнении кадастровых работ по межеванию (ч. 4.2 ст. 1 Федерального закона от 24.07.2007 года N 221-ФЗ "О кадастровой деятельности"), ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 13.07.2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости").
В соответствии с ч. 8 ст. 22 Закона N 218-ФЗ местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части.
В соответствии с положениями Федерального закона от 24.07.2007 года N 221-ФЗ "О кадастровой деятельности" (до 01.01.2017 года - "О государственном кадастре недвижимости") местоположение границ земельных участков подлежит в установленном этим законом порядке обязательному согласованию с заинтересованными лицами (статьи 39, 40). Аналогичное требование воспроизведено и в ст. 22 Федерального закона от 13.07.2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости".
Приведенные положения законов направлены на обеспечение учета законных интересов лиц, права которых могут быть затронуты уточнением местоположения границ земельного участка.
Частью 9 ст. 38 Федерального закона от 24 июля 2007 года N 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" (согласно Федеральному закону от 03 июля 2016 года N 361-ФЗ данная статья утратила силу с 01.01.2017 года), предусмотрено, что при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании; при отсутствии же указанных документов границами земельного участка являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка. Аналогичное законоположение воспроизведено в ч. 10 ст. 22 Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости".
Исковое требование об установлении (определении) границ земельного участка является самостоятельным способом защиты, направленным на устранение неопределенности в прохождении границы земельного участка. Итогом рассмотрения указанного требования должен быть судебный акт, которым будет установлена смежная граница между земельными участками по координатам поворотных точек. На основании межевого плана и приложенного к нему судебного акта сведения о вновь установленной границе вносятся в реестр объектов недвижимости. Требование о признании или исправлении реестровой (кадастровой) ошибки в качестве самостоятельного способа защиты законом не предусмотрено, удовлетворение судом данного требования само по себе не приведет к восстановлению прав лица, обратившегося в суд за судебной защитой.
Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования Кирпичевой В.Д., суд исходил из того, что, по заключению экспертизы, имеется смещение координат характерных точек земельного участка ответчицы относительно их фактического местоположения, на значения, значительно превышающие пределы допустимой погрешности, что может быть вызвано ошибками, при межевании земельных участков. Исходя из этого эксперт сделал вывод о наличии реестровой ошибки в сведениях государственного кадастра недвижимости о спорных земельных участках для устранения которой необходимо координаты характерных точек границ земельного участка привести в соответствие с фактически существующими на местности границами, что требует исключения из ЕГРН сведений о координатах характерных точек границ земельных участков с кадастровыми номерами N и N.
Как следует из материалов дела, Кирпичева В.Д. является собственником земельного участка площадью 1532 кв.м с кадастровым номером N по адресу: <адрес> и расположенного на нем жилого дома, принадлежащей ей на основании договора купли-продажи от <дата>. Ранее собственником указанного недвижимого имущества являлся ФИО7 В 2017 году по заявлению Кирпичевой В.Д. кадастровым инженером ФИО8 проведены кадастровые работы и <дата> составлен межевой план. Проведение кадастровых работ по уточнению местоположения границ земельного участка с кадастровым номером N связано с отсутствием в ГКН сведений о координатах характерных точек земельного участка. В данное время границы данного земельного участка установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства.
Земельный участок с кадастровым номером N, по адресу: Республика Алтай, <адрес> расположенная на нем часть жилого дома, являющейся обособленным жилым помещением - квартирой, принадлежат на праве собственности Каташевой М.Н. на основании договора купли-продажи от <дата>. До приобретения в 2016 году Каташевой М.Н. данного земельного участка он принадлежал ФИО9 с августа 2015 года, а до этого с 2003 года ФИО10 На момент приобретения Каташевой М.Н. земельный участок на кадастровый учет участок поставлен как ранее учтенный. В 2017 году по заявлению Каташевой М.Н. кадастровым инженером ФИО8 проведены кадастровые работы и <дата> составлен межевой план. Проведение кадастровых работ по уточнению местоположения границ земельного участка с кадастровым номером N связано с отсутствием в ГКН сведений о координатах характерных точек земельного участка.
Кроме того в 2017 году по заявлению Каташевой М.Н. кадастровым инженером ФИО8 проведены кадастровые работы и составлены межевые планы, которые подготовлены в результате выполнения кадастровых работ в связи с образованием двух земельных участков путем раздела земельного участка с кадастровым номером N, расположенного по адресу: Республика Алтай, <адрес>, в результате чего образованы земельные участки N:ЗУ1, площадью 1819 кв.м, которому присвоен кадастровый N и адрес: Республика Алтай, <адрес> N:ЗУ2, площадью 101 кв.м., которому присвоен кадастровый N и адрес: <адрес>. Для земельного участка с кадастровым номером N установлен вид разрешенного использования - под магазины. ООО "Архитектурно-конструкторской фирмой "Аурум-проект" по заказу Каташевой М.Н. подготовлена проектная документация на строительство магазина по адресу: Республика Алтай, <адрес>. Уполномоченным органом <дата> утвержден градостроительный план земельного участка от <дата>, выдано разрешение на строительство N здания магазина. Орган кадастрового учета не нашел оснований для принятия решения о приостановлении или об отказе в осуществлении кадастрового учета земельных участков, было принято решение об осуществлении государственного кадастрового учета указанных участков с присвоением кадастровых номеров N и N, границы земельных участков были установлены в ГКН.
В соответствии с ч. 2 ст. 11.4 ЗК РФ Каташева М.Н. является собственником вновь образованных земельных участков в результате раздела земельного участка с кадастровым номером N.
Исследованными доказательствами подтверждается, что земельный участок с кадастровым номером N, принадлежащий Кирпичевой В.Д. и земельные участки, принадлежащие ответчику с кадастровыми номерами N и N являются смежными.
Согласно заключению проведенной ООО "АлтайСтройЭксперт" по делу землеустроительной экспертизы N от <дата>, границы спорных земельных участков, учтенные в ЕГРН, имеют расхождения с фактическими границами по результатам геодезических измерений проведенных в ходе экспертизы, которые превышают предельную ошибку (0,20 м) и максимально допустимую ошибку (0,30 м). Фактические границы земельных участков сформированы в соответствии со сложившимся использованием и существующими ограждениями. Эксперт пришел к выводу, что сведения о фактическом нахождении границы между участками истца и ответчика расходятся со сведениями, учтенными в ЕГРН, что является реестровой ошибкой.
Вместе с тем, из межевого плана, составленного в связи с уточнением местоположения границ земельного участка N, следует, что при проведении кадастровых работ в отношении данного земельного участка Каташевой М.Н. <дата> согласована смежная с ее участком граница в точках 12 - н17 <данные изъяты>, границы уточнены по существующим заборам.
При проведении кадастровых работ в отношении земельного участка с кадастровым номером N, Кирпичевой В.Д. <дата> также согласована смежная с ее участком граница в точках н1 - 6 <данные изъяты>, границы уточнены по существующим заборам.
С учетом изложенного, а также исходя из принципа стабильности гражданского оборота, акт согласования местоположения границ земельного участка является выражением взаимной воли землепользователей смежных участков в части соприкосновения их границ, носит длящийся характер и является обязательным для последующих собственников или иных лиц, владеющих им на ином основании, независимо от того, совершали ли в последующем указанные лица иные землеустроительные работы в отношении принадлежащих им земельных участков.
В результате раздела земельного участка с кадастровым номером N образовались земельные участки с кадастровыми номерами N и N.
Образование земельных участков путем раздела земельного участка производится внутри границ исходного земельного участка, определенных в результате межевания исходного земельного участка.
Из материалов дела следует, что истец межевание земельного участка с кадастровым номером N не оспаривает. Межевание данного земельного участка недействительным не признавалось, никем не оспаривалось, следовательно, оно соответствует закону.
Так как исходным земельным участком, по отношении к земельным участкам с кадастровыми номерами N и N, является земельный участок с кадастровым номером N, межевание которого недействительным не признано, следовательно, доводы истца о несогласии с результатами межевания при отсутствии надлежаще заявленных требований о признании их недействительными во внимание быть приняты не могут.
Обращаясь в суд с настоящим иском Кирпичевой В.Д. не представлено допустимых доказательств, с достоверностью подтверждающих факт захвата части ее участка ответчиком.
Подготовленный по инициативе предыдущего собственника ФИО7 в 2005 года межевой план в отношении принадлежащего истцу земельного участка судебной коллегией признается недопустимым доказательством, так как он не содержит сведения о согласовании границы уточняемого земельного участка со смежным землепользователем ФИО10, являющимся его собственником на тот момент. Напротив, из указанного межевого плана прямо следует несогласие смежного землепользователя ФИО10 с устанавливаемой указанным межевым планом границей.
Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства наличия реестровой ошибки в межевом плане земельного участка ответчика. Истцом таких доказательств не представлено.
Выводы в заключении эксперта о наличии реестровой ошибки, допущенной в межевых планах от <дата> и от <дата> не могут быть учтены, поскольку в качестве доказательства существования согласованной между сторонами границы экспертом приняты сведения землеустроительного дела от 2005 года N, которым смежная граница земельных участков истца и ответчика не установлена.
Напротив, из межевых планов земельных участков сторон от <дата> следует, что границы земельного участка ответчика определены после согласования им местоположения границ и оформления акта согласования границ земельного участка, принадлежащего истцу.
При этом судебная коллегия исходит из того, что согласно положениям ст. 11 ГК РФ, ст. 3 ГПК РФ, судебной защите подлежит только нарушенное право.
Кроме того признав находящиеся на участке с кадастровым номером N строение самовольной постройкой, суд первой инстанции не учел, что самовольная постройка подлежит сносу только в том случае, если ее сохранение нарушает права и охраняемые интересы других лиц, либо создает непосредственную угрозу жизни и здоровью граждан. Такая угроза должна быть реальной, а не абстрактной, то есть основанной не только на нарушениях при строительстве каких-либо норм и правил, но и фактических обстоятельствах расположения строений в их взаимосвязи.
При этом к существенным нарушениям строительных норм и правил относятся неустранимые нарушения, которые могут повлечь уничтожение постройки, причинение вреда жизни, здоровью человека, повреждение или уничтожение имущества других лиц.
Бремя доказывания обстоятельств нарушения права и обоснованность избранного способа защиты права лежит на лице, заявившем иск, в том числе обстоятельств, свидетельствующих о существующей реальной угрозе жизни и здоровью.
В данном случае бесспорных доказательств наличия таких обстоятельств в материалах дела не содержится.
Строительство здания магазина по адресу: <адрес> осуществляется Каташевой М.Н. на основании разрешения N, которое является действующим и не отменено.
Каташева М.Н, являясь собственником земельного участка, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - под магазины, площадью 101 кв.м, по адресу: <адрес> ведет строительство здания магазина.
В настоящее время объект, возводимый ответчиком, является объектом незавершенного капитального строительства, а именно здание прямоугольной формы по наружному обмеру 6 х 8,8 м с подвалом, конструктивная схема здания стеновая, пространственная жесткость и устойчивость здания обеспечивается перевязкой несущих и самонесущих стен с дисками междуэтажных перекрытий. Фундамент здания бетонный ленточный монолитный шириной 0,5 м, глубиной заложения до 2,5 м. Размер подвального помещения 5 х 8,6 м, высота стен 2,5 м, в поперечных стенах подвала выполнено устройство дверных проемов по одному на каждую стену. Цоколь монолитный бетонный высотой до 0,5 м. Стены первого этажа выполнены из кладки пустотных шлакобетонных камней на цементно-песчаном растворе в два ряда с перевязкой рядов в полкамня по каждому ряду в вертикальной плоскости, но без перевязки наружного и внутреннего ряда кладки на всю высоту стен в горизонтальной плоскости. Толщина стен 0,4 м, размеры помещения первого этажа 5,2 м, высота стен первого этажа 2,55, простенки и проемы не имеют обрамления.
В настоящее время реальной угрозы нарушения чьих-либо прав не имеется по причине характеристики объекта незавершенного строительства. Ссылки истца на нарушение противопожарных правил является указанием на гипотетическую, а не реальную угрозу, а ссылка истца на нарушение ответчиком строительных норм и правил носит общий характер.
Судом не учтено, что ссылки истца на нарушение градостроительных и строительных норм и правил не могут быть приняты во внимание, поскольку указанные обстоятельства могут служить основанием для сноса здания, строения, сооружения только при условии нарушения права собственности или законного владения истца или реальной угрозы такого нарушения, а потому способ, избранный истцом в виде сноса строения, по мнению судебной коллегии является преждевременным и несоразмерным.
Тот факт, что при строительстве здания допущено несоответствие проектной документации по строительству не может быть принято во внимание, по тем основаниям, что п. 2 ч. 1 ст. 40 ЗК РФ, п. 1 ст. 263 ГК РФ установлено, что собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка, однако возводимый ответчиком объект, является объектом незавершенного капитального строительства, доказательств тому, что спорный объект каким либо образом нарушает законные права и интересы стороны истца, создает угрозу его жизни и здоровью, суду представлено не было.
Согласно заключению эксперта существующее расстояние от строящегося объекта до жилого дома <адрес> составляет 8 метров и не соответствует минимальному нормативному противопожарному расстоянию 10 м согласно п. 4.3 СП 4.13130.2013.
На основании указанного заключения судом сделан выводы о том, что объект незавершенного строительства ответчика в случае пожара создает угрозу жизни и здоровья граждан.
Иных доказательств, подтверждающих необходимость сноса строения, в материалах дела не имеется.
В соответствии со ст. 80 Федерального закона "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" конструктивные, объемно-планировочные и инженерно-технические решения зданий, сооружений и строений должны обеспечивать в случае пожара, в том числе, нераспространение пожара на соседние здания, сооружения и строения.
Исходя из положений ст. 2, п. 1 ст. 69 указанного Федерального закона нераспространение пожара на соседние здания, сооружения обеспечивается противопожарными расстояниями между зданиями, сооружениями. Противопожарный разрыв (противопожарное расстояние) - это нормированное расстояние между зданиями, строениями, устанавливаемое для предотвращения распространения пожара. Согласно действующей редакции ст. 69 Федерального закона "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" Таблица 11, устанавливающая противопожарные расстояния, утратила силу.
С 29 июля 2013 года введен в действие свод правил СП 4.13130 "Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям" взамен СП 4.13130.2009.
Указанный Свод правил в силу ст. 4 Федерального закона "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" относится к нормативным документам по пожарной безопасности наряду с иными документами, содержащими требования пожарной безопасности, применение которых на добровольной основе обеспечивает соблюдение требований указанного Закона.
Согласно ст. 6 Федерального закона "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" пожарная безопасность объекта защиты считается обеспеченной при выполнении одного из следующих условий: 1) в полном объеме выполнены требования пожарной безопасности, установленные техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом "О техническом регулировании", и пожарный риск не превышает допустимых значений, установленных настоящим Федеральным законом; 2) в полном объеме выполнены требования пожарной безопасности, установленные техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом "О техническом регулировании", и нормативными документами по пожарной безопасности.
При оценке пожарной безопасности объекта защиты следует руководствоваться нормативными документами по пожарной безопасности, в том числе СП 4.13130.2013, согласно п. 4.3 и Таблице 1 которого минимально возможное противопожарное расстояние между жилыми, общественными зданиями и вспомогательными зданиями и сооружениями производственного, складского и технического назначения составляет 6 м, которое в данном случае соблюдено ответчиком.
При этом из заключения не следует выводов о том, каких образом экспертом определялись степень огнестойкости здания и класс его конструктивной опасности. В настоящее время объект незавершенного строительства представляет собой здание с глухой стеной со стороны земельного участка истца, не подключено к инженерным системам и не эксплуатируется.
При таких данных является преждевременным вывод суда о самовольности постройки, возведенной на земельном участке ответчика.
Угроза жизни и здоровью истца в настоящем виде постройка ответчика не создает, а при введении в эксплуатацию и возникновении пожара такая угроза действительно может иметь место, но при этом не исключается возможность нивелирования такой угрозы за счет комплекса компенсационных мероприятий.
В данном рассматриваемом случае, нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, стороной истца не представлены доказательства, подтверждающие нарушения прав истца, как собственника смежного земельного участка.
Вывод о нарушении строением прав граждан, сделан судом за пределами заявленных требований, поскольку истец по делу обращался в суд за защитой своих прав и интересов, полномочий на предъявление требований в защиту интересов неопределенного круга лиц не имеет.
При таких обстоятельствах выводы суда о том, что восстановление нарушенного права истца возможно путем сноса спорного строения нельзя признать обоснованными, а требования Кирпичевой В.Д. являются преждевременными.
При этом истец не лишен права в дальнейшем, при доказанности нарушения противопожарных норм при продолжении строительства данного объекта, обратиться в суд с соответствующим иском с использованием надлежащего способа защиты права.
Относительно требования истца о признании строения по адресу: <адрес> самовольной постройкой, то судебная коллегия исходит из того, что данное требование не является по своей сути материально-правовым требованием, поэтому не могут быть рассмотрены судом в качестве отдельного требования искового характера.
Действующее законодательство не предусматривает возможности признания постройки самовольной, в том числе и в результате судебного спора. Данные требования фактически является основанием исковых требований лица о сносе постройки по основаниям ее самовольного возведения, подлежат проверке и исследованию при рассмотрении такого иска.
Суд, проверяя законность возведения спорной постройки, с учетом того какие нарушения были допущены в результате ее возведения, должен сделать правовые выводы относительно правомерности (или нет) возведения ответчиком такой постройки и наличия (отсутствия) достаточных оснований для ее сноса.
Указанные требования не являются материально-правовыми требованиями истца к ответчику, которые должны быть разрешены судом при вынесении решения по делу.
Решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело, его резолютивная часть должна содержать исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных в мотивировочной части фактических обстоятельств. В связи с этим в ней должно быть четко сформулировано, что именно постановилсуд как по первоначально заявленному иску, так и по встречному требованию, если оно было заявлено (ст. 138 ГПК РФ), кто, какие конкретно действия и в чью пользу должен произвести, за какой из сторон признано оспариваемое право (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года N 23 "О судебном решении").
Суд, приняв решение о сносе постройки возведенной ответчиком в альтернативу указал о возможности приведения указанной постройки в соответствие с требованиями градостроительного плана земельного участка, разрешения на строительство, а также в соответствие с требованиями действующих строительных правил, фактически возникший спор по существу не разрешил.
В ч.3 ст.196 ГПК РФ отражен один из важнейших принципов гражданского процесса - принцип диспозитивности, согласно которому суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами (абз.2 п.5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года N 23 "О судебном решении").
Вопрос о приведении возведенной ответчиком постройки в соответствие с установленными требованиям истцом не ставился, способы устранения выявленных нарушений не являлись предметом рассмотрения по данному делу, в нарушение требований ч.3 ст.196 ГПК РФ, районный суд вышел за пределы иска.
Разрешая вопрос о распределении судебных расходов, понесенных Кирпичевой В.Д., судебная коллегия исходит из того, что в соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ понесенные истицей судебные расходы не подлежат взысканию с ответчика.
При рассмотрении настоящего спора суд первой инстанции изложенное не учел и неправильно определилобстоятельства, имеющих значение для дела, допустил существенное нарушение норм материального и процессуального права, в силу чего в соответствии с ч. 2 ст. 328 ГПК РФ, п. п. 1, 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ решение суда подлежит отмене в данной части с принятием по делу нового решения.
В остальной части решение суда лицами, участвующими в деле, не обжалуется и в силу ст. 327.1 ГПК РФ не является предметом оценки судебной коллегии.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 327-330, 98 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Отменить решение Онгудайского районного суда Республики Алтай от 06 ноября 2018 года в части исковых требований Кирпичевой В.Д. к Каташевой М.Н. о признании строения самовольной постройкой, возложении обязанности произвести снос самовольной постройки установлении смежной границы между земельными участками, а также в части распределения судебных расходов по уплате государственной пошлины в сумме 600 рублей и экспертизы в сумме 35000 рублей, принять по делу в данной части новое решение.
Отказать в удовлетворении исковых требований Кирпичевой В.Д. к Каташевой М.Н. о возложении обязанности по сносу строения, расположенного по адресу: <адрес>, установлении смежной границы между земельным участком по адресу: <адрес> и земельным участком по адресу: <адрес>, а также взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины в сумме 600 рублей и экспертизы в сумме 35000 рублей.
Председательствующий судья И.В. Солопова
Судьи С.Н. Чертков
Э.В. Ялбакова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
