Определение Судебной коллегии по гражданским делам Пензенского областного суда от 24 марта 2020 года №33-834/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ПЕНЗЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 марта 2020 года Дело N 33-834/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:
председательствующего Бурдюговского О.В.
судей Жуковой Е.Г., Мананниковой В.Н.
с участием прокурора Калмыковой А.А.
при ведении протокола помощником Потаповой М.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Айвазова М.М. к Жилищно-эксплуатационному муниципальному унитарному предприятию N 7 о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,
по апелляционной жалобе Жилищно-эксплуатационному муниципальному унитарному предприятию N 7 на решение Ленинского районного суда г.Пензы от 27 ноября 2019 г., которым с учетом определения того же суда от 24 января 2020 г. об исправлении арифметической ошибки постановлено:
Иск Айвазова М.М. удовлетворить частично.
Признать приказ N от 12.08.2019 года Жилищно-эксплуатационного муниципального унитарного предприятия N 7 об увольнении Айвазова М.М. незаконным.
Восстановить Айвазова Михаила Михайловича в должности электрогазосварщика 5 разряда службы по техническому обслуживанию и ремонту домов ЖЭМУП N 7 с 19.08.2019 года.
Взыскать с Жилищно-эксплуатационного муниципального унитарного предприятия N 7 в пользу Айвазова М.М. зарплату за время вынужденного прогула в сумме 75049 руб. 63 коп., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.
В остальной части в удовлетворении иска отказать.
Взыскать с Жилищно-эксплуатационного муниципального унитарного предприятия N 7 государственную пошлину в бюджет муниципального образования "город Пенза" в сумме 2751 руб.
Решение в части восстановления Айвазова М.М. на работе подлежит немедленному исполнению.
Заслушав доклад судьи Жуковой Е.Г., судебная коллегия
установила:
Айвазов М.М. обратился в суд с иском к Жилищно-эксплуатационному муниципальному унитарному предприятию N 7 (далее по тексту - ЖЭМУП N 7) о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Свои требования мотивировал тем, что 1 марта 2019 г. он был принят на работу в ЖЭМУП N 7 на должность электрогазосварщика 5 разряда дежурно-технической службы. 4 апреля 2019 г. переведен в службу по техническому обслуживанию и ремонту домов электрогазосварщиком 5 разряда. В июне 2019 г. ему было вручено уведомление об изменении условий трудового договора в соответствии со ст.74 Трудового кодекса РФ, а именно переводе с должности электрогазосварщика на должность дворника службы по техническому обслуживанию и ремонту домов. 19 августа 2019 г. на основании приказа N от 12 августа 2019 г. трудовой договор с ним расторгнут по п.7 части 1 ст.77 Трудового кодекса РФ (ввиду отказа работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий договора). Считает увольнение незаконным, поскольку ст.74 Трудового кодекса РФ не дает права работодателю по его собственной инициативе изменять трудовую функцию работника, что имело место в данном случае.
Просил суд признать приказ N от 12 августа 2019 г. об увольнении его с работы незаконным, восстановить на работе, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула с 20 августа 2019 г. по день восстановления на работе и компенсацию морального вреда в размере 50000 руб.
При рассмотрении дела в суде первой инстанции Айвазов М.М. и его представитель Носко И.Г. исковые требования поддержали. Просили восстановить срок на обращение в суд с настоящим иском, ссылаясь на то, что истец был введен ответчиком в заблуждение относительно законности своих действий. Пользуясь его юридической неграмотностью ответчик в уведомлении сослался на ст.74 ТК РФ, тем самым предоставив недостоверную информацию относительно возможности изменения трудовой функции и ввел его в заблуждение относительно законности увольнения, что свидетельствует о злоупотреблении работодателем правом. Имея уведомление, содержащее ссылку на нормы права, он полагал, что ответчик действовал законно и о незаконности действий узнал только 15 октября 2019 г. после общения с юристом, после чего незамедлительно обратился в суд. Кроме того, он имеет троих детей, один из которых 2018 года рождения. Поскольку за младшим ребенком уход осуществляет супруга, в августе-сентябре 2019 г. он был вынужден постоянно тратить время на неотложные вопросы, связанные с подготовкой детей к новому учебному году, посещением медицинского учреждения в связи с болезнью детей и покупкой лекарственных препаратов.
Представитель ЖЭМУП N 7 по доверенности Ткачев С.В. исковые требования в суде первой инстанции не признал, пояснив, что в целях совершенствования организационной структуры предприятия приказом директора ЖЭМУП N 7 от 13 июня 2019 г. N была произведена реорганизация рабочего процесса предприятия с учетом изменений условий труда работников и внесением изменений в штатное расписание. Уведомлением работодателя от 19 июня 2019 г. Айвазову М.М. было предложено продолжить работу в ЖЭМУП N 7 на новых условиях в качестве дворника службы по техническому обслуживанию и ремонту домов, от чего он отказался и был уволен по п.7 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ. Поскольку истцом был пропущен срок на обращение в суд с иском, и никаких уважительных причин пропуска срока не имеется, а обстоятельства, на которые ссылается истец не являются уважительными причинами, просил применить пропущенный срок и в удовлетворении иска отказать.
Ленинской районный суд г.Пензы с учетом определения того же суда от 24 января 2020 г. об исправлении арифметической ошибки постановилвышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе представитель ЖЭМУП N 7 по доверенности Ткачев С.В. просит решение отменить как незаконное и необоснованное, ссылаясь на неверное применение судом положений ст. 392 Трудового кодекса РФ. Полагает, что судом дана ненадлежащая оценка документам, послужившим основанием для восстановления срока исковой давности. В представленных в материалы дела документах отсутствует информация о том, что именно Айвазов М.М. осуществлял уход за своими детьми, ездил в поликлиники, магазины и т.д., что не было учтено судом при разрешении вопроса о применении срока обращения в суд к заявленному иску. Кроме того, в указанный период между посещениями поликлиник, магазинов имеются значительные периоды времени, в которые Айвазов М.М. мог своевременно обратиться в суд для разрешения индивидуального трудового спора. При указанных обстоятельствах у суда отсутствовали основания для восстановления истцу пропущенного процессуального срока.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу истец Айвазов М.М. просил её отклонить, как не содержащую доводов, свидетельствующих о незаконности решения суда.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец Айвазов М.М. и его представитель Носко И.Г., допущенный к участию в дело в порядке п.6 ст. 53 ГПК РФ, просили решение суда оставить без изменения.
Представитель ЖЭМУП N 7, извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явился. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия определилао рассмотрении дела в его отсутствие.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего решение законным, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда, постановленного в соответствии с требованиями закона и фактическими обстоятельствами дела.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 1 марта 2019 г. между ЖЭМУП N 7 и Айвазовым М.М. был заключен трудовой договор N, по которому истец принят на работу в должности электрогазосварщика 5 разряда дежурно-технической службы.
Приказом N от 4 апреля 2019 г. Айвазов М.М. переведен в службу по техническому обслуживанию и ремонту домов на должность электрогазосварщика 5 разряда, в связи с чем к трудовому договору было заключено дополнительное соглашение.
13 июня 2019 г. директором ЖЭМУП N 7 издан приказ N "О реорганизации, изменений условий трудового договора (изменении режима работы, о внесении изменений в штатное расписание, в Правила внутреннего трудового распорядка)", в соответствии с которым с 20 августа 2019 г. установлен новый режим работы для работников дежурно-технической службы, утвержден состав комиссии по определению преимущественного права оставления на работе, которой предложено в срок до 18 июня 2019 г. предоставить на согласование руководителю список штатных единиц, в отношении которых будет проводится реорганизация. Данным приказом с 20 августа 2019 г. внесены изменения в штатное расписание ЖЭМУП N 7 и в Правила внутреннего распорядка. Приложением к данному приказу утвержден Список штатных единиц, в отношении которых будет производится реорганизация.
В соответствии с данным приказом Айвазову М.М. уведомлением об изменении условий трудового договора предложен перевод с занимаемой должности на должность дворника службы по техническому обслуживанию и ремонту домов со сдельной системой оплаты труда и разъяснено, что в случае отказа от предложенной работы в срок до 19 августа 2019 г. трудовой договор будет расторгнут по п.7 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Приказом N от 12 августа 2019 г. Айвазов М.М. уволен с работы с 19 августа 2019 г., трудовой договор с ним расторгнут в соответствии с п.7 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 74, 77 Трудового кодекса РФ, разъяснениями п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", обоснованно исходил из того, что ответчиком не представлено доказательств изменения организационных или технологических условий труда в связи с чем, оснований для применения положений ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации к возникшим правоотношениям и увольнения истца по п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ у работодателя не имелось.
Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются доказательствами, имеющимися в деле, которые оценены судом с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности.
Как следует из материалов дела, в связи с изданием приказа N от 13 июня 2019 г., были внесены изменения в штатное расписание предприятия, согласно которым уменьшено количество штатных единиц ряда должностей дежурно-технической службы. При этом количество штатных единиц электрогазосварщиков 5 разряда службы по техническому обслуживанию и ремонту домов осталось прежним - 2 единицы.
Каких-либо изменений организационных или технологических условий труда истца не имело места, таких доказательств суду не представлено и на их наличие представитель ответчика не ссылался.
Статья 74 Трудового кодекса РФ содержит запрет на изменение трудовой функции работника. В соответствии со ст.72.1 Трудового кодекса РФ перевод работника на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса.
В связи с чем суд пришел к верному выводу, что при отсутствии самого факта изменений организационных и технологических условий труда истца, перевод его на другую работу был возможен только с его согласия, и увольнение по п.7 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ в связи с отказом от изменения трудовой функции, является незаконным.
При разрешении иска Айвазова М.М. судом правильно применены нормы права, регламентирующие срок обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора, установленный ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.
Частью 1 ст.392 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении-в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса РФ, они могут быть восстановлены судом ( часть 4 статьи 392 Трудового кодекса РФ).
В абзаце пятом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствующие данному работнику своевременно обратиться в суд с иском за разрешением индивидуального трудового спора (например болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжелобольными членами семьи). Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлении Пленума Верховного Суда РФ перечень уважительных причин исчерпывающим не является.
При этом в каждом конкретном случае суд оценивает уважительность причины пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, проверяя всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе характер причин, не позволивших работнику обратиться в суд в пределах установленного законом срока.
Из пояснений истца в суде первой инстанции следует, что копия трудовой книжки была вручена ему 19 августа 2019 г., т.е. в день увольнения. В тот же день он был ознакомлен с приказом об увольнении. Соответственно последним днем для обращения с настоящим иском в суд является 19 сентября 2019 г. Истец обратился в суд с иском 17 октября 2019 г., т.е. с пропуском установленного законом процессуального срока.
Судом при решении вопроса о причинах пропуска истцом срока на обращение в суд по спору о восстановлении на работу обоснованно принято во внимание, что истец имеет троих детей - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО2- ДД.ММ.ГГГГ рождения и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения. Из пояснений истца следует, что сразу после увольнения, имевшего место перед началом учебного года, он вынужден был заниматься организационными вопросами, связанными с приобретением детям одежды, обуви и иных необходимых товаров к новому учебному году, поскольку его супруга занимается уходом за младшим ребенком. Кроме того, в августе-октябре 2019 года он неоднократно в связи с болезнью детей посещал ГБУЗ "Пензенская РБ", где они стоят на диспансерном учете, и которая находится на значительном удалении от места жительства. Факты болезни детей и обращения в связи с этим в поликлинику отражены в представленной истцом медицинской документации, из которой следует, что такие посещения имели место - 21 августа 2019 г., 30 августа 2019 г., 6 сентября 2019 г., 11 сентября 2019 г., 20 сентября 2019 г., 25 сентября 2019 г., 28 сентября 2019 г., 10 октября 2019 г. Согласно пояснениям истца и его представителя в тот момент забота о детях была приоритетной для него. Более того, истец, имея на руках уведомление работодателя, в котором ему предлагался перевод на другую работу, содержащий ссылки на нормы закона, не подвергал сомнению на тот момент обоснованность его увольнения, поскольку оно коснулось нескольких человек, и узнал о незаконности увольнения только от юриста 15 октября 2019 г., после чего сразу обратился в суд.
Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных связанных с ними отношений признаются, в частности, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту права на разрешение индивидуального трудового спора (статья 2 Трудового кодекса РФ).
Оценивая обстоятельства, на которые ссылался истец в обоснование пропуска срока на обращение в суд с настоящим иском, в их совокупности, а именно отсутствие у истца юридического образования, в силу чего он не мог адекватно оценивать приказ об увольнении на предмет соответствия его закону, наличие у него троих несовершеннолетних детей, забота о которых в вышеуказанный период с учетом конкретных обстоятельств (необходимость подготовки к школе, состояние их здоровья) была приоритетной, суд обоснованно признал причины пропуска срока уважительными. При этом суд также принял во внимание, что пропуск срока на обращение с иском в суд является незначительным, признаков злоупотребления правом со стороны истца не усматривается.
Суд верно указал, что при доказанности грубого нарушения трудовых прав истца, уволенного без законных на то оснований, в результате чего он, являясь единственным кормильцем в многодетной семье, лишился заработка, отказ в восстановлении пропущенного срока с учетом установленных обстоятельств будет противоречить задачам гражданского судопроизводства, как они определены в статье 2 ГПК РФ и нарушит право истца на справедливую, компетентную, полную и эффективную судебную защиту, гарантированную каждому статьей 8 Всеобщей декларации прав человека, пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, пунктом 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, а также частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации.
Доводы апелляционной жалобы, ставящие под сомнение законность и обоснованность указанных выводов, отклоняются судебной коллегией как несостоятельные.
Приведенные истцом обстоятельства, по мнению судебной коллегии, лишало возможности истца своевременно подать исковое заявление или обратиться за помощью к представителю.
Ссылка в апелляционной инстанции на то, что истцом не представлено доказательств, что именно он осуществлял уход за своими детьми, не могут быть приняты во внимание.
В силу положений ст. ст. 38, 43 Конституции РФ, ст. 63 Семейного кодекса РФ родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей, обеспечивают получение детьми основного общего образования.
Из материалов дела следует, что истец проживает с несовершеннолетними детьми, им в материалы дела представлены чеки на приобретение детских товаров, копии медицинских карточек несовершеннолетних детей, медицинских справок, свидетельствующих о выполнении им своих обязанностей родителя в отношении несовершеннолетних детей. Доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, ответчиком в районный суд не представлено, не представленного таких доказательств и суду апелляционной инстанции.
Доводы апелляционной жалобы были предметом исследования и оценки суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, доводы апеллянта не содержат каких-либо юридически значимых обстоятельств, свидетельствующих о возможности иной оценки представленных по делу доказательств и иного применения норм материального права.
С учетом изложенных обстоятельств постановленное по делу решение следует признать законным и обоснованным, оснований для его отмены не имеется.
Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Ленинского районного суда г.Пензы от 27 ноября 2019 г. с учетом определения того же суда от 24 января 2020 г. об исправлении в решении суда арифметической ошибки оставить без изменения, апелляционную жалобу Жилищно-эксплуатационному муниципальному унитарному предприятию N 7 - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка