Дата принятия: 23 марта 2018г.
Номер документа: 33-824/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 23 марта 2018 года Дело N 33-824/2018
от 23 марта 2018 года
Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:
председательствующего Худиной М.И.,
судей: Миркиной Е.И., Емельяновой Ю.С.,
при секретаре Шумаковой Ю.М.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске дело по апелляционной жалобе представителя ответчика Федеральной службы исполнения наказания России Кравцева Сергея Викторовича на решение Октябрьского районного суда г. Томска от 19.12.2017
по иску Кибардина Виктора Александровича к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России о компенсации морального вреда,
заслушав доклад судьи Миркиной Е.И., объяснения представителя ответчика ФСИН России и третьего лица ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области Кравцева С.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы,
установила:
Кибардин В.А. обратился в суд с иском, в котором просил взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России (далее - ФСИН России) за счёт казны Российской Федерации денежную компенсацию морального вреда в размере 10000 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.
В обоснование заявленных требований указал, что в период: с 12:00 час. 20.03.2008 по 12:00 час. 24.03.2008 содержался в ФКУ СИ-1 г. Томска в камере N97. Камера не была оборудована должным образом, бытовые условия не отвечали требованиям гигиены и нормам санитарной площади в камере на одного человека (4 кв.м). Камера была переполнена, свободное пространство отсутствовало. Кроме того, камера была оборудована трёхъярусными кроватями, полы в ней имели бетонное покрытие, что не отвечает требованиям гигиены и санитарии. Содержание в СИЗО было в ненадлежащих и бесчеловечных условиях.
Определением Октябрьского районного суда г. Томска от 24.11.2017 к участию в рассмотрении данного дела в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Томской области и ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области.
В судебное заседание истец Кибардин В.А., будучи надлежащим образом извещённым о времени и месте рассмотрения дела, не явился, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, направил представителя.
Представитель истца Катков А.А. в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным выше.
Представитель ответчика ФСИН России и третьего лица ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области Кравцев С.В. просил в иске отказать по основаниям, изложенным в письменном отзыве, в котором указал, что Кибардин В.А. содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области в период с 20.03.2008 по 24.03.2008. Предоставить информацию о номерах камер, количестве квадратных метров на одного человека, а также о соответствии наполняемости камер количеству спальных мест, условиях содержания в указанные периоды содержания истца не представляется возможным в связи с уничтожением учётной документации - камерных карточек вследствие чрезвычайных обстоятельств природного характера (выпадением большого количества осадков) в середине июля 2011 года и затоплением архива). Полагал, что истцом не предоставлено необходимых доказательств в обоснование заявленных требований. Кибардин В.А., имея возможность осуществить защиту своих прав, на протяжении длительного периода времени в суд с данным иском не обращался. Кроме того, указал, что финансирование ФСИН России на оплату расходов истцам по искам о возмещении компенсации морального вреда, причинённого в результате содержаний в ненадлежащих условиях в местах лишения свободы, на законодательном уровне не предусмотрено. Дополнительно пояснил, что время помещения в камеру не фиксируется, поэтому справку о содержании в камере выдают без указания времени. Признал тот факт, что камера N 97 в период содержания там истца была с бетонным полом, оборудована трёхъярусными кроватями, площадь камеры не соответствовала нормативам. Это было вызвано переполненностью СИЗО.
Представитель третьего лица Министерства финансов Российской Федерации Лаздыньш С.А. полагала, что иск не подлежит удовлетворению.
Обжалуемым решением исковые требования Кибардина В.А. удовлетворены частично, суд постановилвзыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 900 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.
В апелляционной жалобе представитель ответчика ФСИН России КравцевС.В. просит решение суда отменить.
В обоснование жалобы указывает, что на момент рассмотрения настоящего гражданского дела предоставить информацию о номерах камер, количестве квадратных метров на одного человека, а также о соответствии наполняемости камер количеству спальных мест, условиях содержания в указанные периоды содержания истца не представляется возможным в связи с уничтожением учётной документации вследствие затопления архива.
Обращает внимание суда на то, что Кибардин В.А., имея возможность осуществить защиту своих прав предусмотренными гражданским законодательством способами защиты, на протяжении длительного периода времени в суд с данным иском не обращался. Необращение в суд в разумные сроки привело к невозможности представления документации вследствие её уничтожения в результате явлений природного характера, что могло бы подтвердить или опровергнуть обстоятельства, на которые ссылается истец в качестве основания своего обращения.
За время нахождения истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области какие-либо замечания и претензии по условиям содержания им не высказывались.
Кроме того, указывает, что финансирование ФСИН России на оплату расходов истцам по искам о возмещении компенсации морального вреда, причинённого в результате содержаний в ненадлежащих условиях в местах лишения свободы, на законодательном уровне не предусмотрено.
В соответствии с требованиями ст.167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие истца Кибардина В.А., представителя третьего лица Министерства финансов Российской Федерации, извещённых о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с положениями ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу положений ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счёт соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Статьёй 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключённой в г. Риме 04.11.1950) установлено, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам.
В соответствии с ч. 3 ст. 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осуждённые содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определённом приговором суда.
Согласно ст. 15 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Закон о содержании под стражей) в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
В силу ст. 23 указанного выше Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.
Согласно Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утверждённым приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 N 189 (далее - Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов), подозреваемым и обвиняемым должны создаваться бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признаётся, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.
Согласно ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырёх квадратных метров.
Пунктом 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов установлено, что камеры СИЗО оборудуются одноярусными или двухъярусными кроватями.
В соответствии с приказом от 28.05.2001 N 161-ДСП Министерства юстиции Российской Федерации "О нормах проектирования СИЗО" при проектировании и строительстве режимных корпусов полы в камерах должны иметь деревянное покрытие.
Судом первой инстанции на основании материалов дела установлено, что в период с 20.03.2008 по 24.03.2008 Кибардин В.А. содержался в ФКУ СИЗО-1 по Томской области в камере N 97, площадь камеры составляла 17,3 кв.м, камера была оборудована четырьмя трёхъярусными кроватями (12 спальных мест), в которой содержалось от 10 до 12 человек. Полы в камерах в тот период были бетонные.
Данные обстоятельства подтверждаются сообщением о предоставлении информации от 29.04.2016 N 72/ТО/7/4-К-9 ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области (л.д. 23-29) и не оспаривались представителем ответчика.
Таким образом, доводы истца об условиях содержания в СИЗО-1 нашли своё подтверждение в ходе рассмотрения дела.
В связи с этим факт уничтожения архива документов ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области по причине затопления указанных выше обстоятельств не опровергает и не может служить основанием для отказа в иске, как и довод о длительном необращении истца за защитой своих прав.
На основании изложенного суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что в камере N 97, в которой содержался Кибардин В.А. в период с 20.03.2008 по 24.03.2008, исходя из площади камеры и количества лиц, в ней содержащихся, норма на одного человека не соответствовала требованиям Закон о содержании под стражей, также в нарушение указанных выше требований в камере были бетонные полы, она была оборудована трёхъярусными кроватями.
В то же время суд верно указал, что истцом не предоставлены допустимые объективные доказательства причинения ему наличием в камере бетонного пола и трехъярусных кроватей реального физического вреда либо нравственных страданий в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, как и не представлено доказательств, что его кровать располагалась на третьем ярусе. На основании этого суд пришёл к правильному выводу об отсутствии оснований для взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда за данные нарушения.
Также судебная коллегия соглашается с выводами суда о том, что нахождение истца в более стеснённых условиях, чем это предусмотрено законом (на одного человека приходилось менее 2 кв.м, что более чем в 2 раза меньше нормативно установленной санитарной площади), свидетельствует о причинении ему морального вреда.
В то же время, оценив характер физических и нравственных страданий истца с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, принимая во внимание его возраст, а также то, что никаких данных о плохом состоянии здоровья Кибардина В.А. в период с 20.03.2008 по 24.03.2008 в деле нет, продолжительность нахождения истца в указанных условиях, то, что никаких физических и психических последствий для него не наступило, степень вины причинителя вреда, судебная коллегия приходит к выводу, что определённый судом размер компенсации морального вреда не соответствует требованиям разумности и справедливости и полагает необходимым снизить взысканную судом сумму до 200 рублей.
Вопреки доводам жалобы, оснований для освобождения ответчика от обязанности компенсации истцу морального вреда не имеется.
В соответствии со ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счёт казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
Пунктом 3 ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.
Согласно подп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.
Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 N 1314 "Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний" утверждено Положение о Федеральной службе исполнения наказаний.
В соответствии с подп. 6 п. 7 данного Положения ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на неё функций.
В рассматриваемом случае, с учётом приведенных выше норм действующего законодательства, суд обоснованно возложил ответственность за вред, причинённый истцу в результате необеспечения ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области надлежащих условий его содержания в учреждении, на Российскую Федерацию в лице ФСИН России, которая является главным распорядителем средств федерального бюджета, предусмотренных на эти цели.
Отсутствие финансирования выплат, связанных с компенсацией морального вреда, причинённого ненадлежащими условиями содержания в учреждениях ФСИН России, не является основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, наступившей вследствие причинения вреда.
При таких обстоятельствах решение суда подлежит изменению в части суммы компенсации морального вреда.
На основании изложенного, руководствуясь п. 2 ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Октябрьского районного суда г. Томска от 19.12.2017 изменить в части взысканной суммы компенсации морального вреда, снизив размер компенсации морального вреда, взысканной с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России в пользу Кибардина Виктора Александровича, с 900 рублей до 200 рублей.
В остальной части решение Октябрьского районного суда г. Томска от 19.12.2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика Федеральной службы исполнения наказания России Кравцева Сергея Викторовича - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
