Дата принятия: 25 августа 2020г.
Номер документа: 33-820/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 августа 2020 года Дело N 33-820/2020
от 25 августа 2020 года
Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:
председательствующего Кребеля М.В.,
судей: Небера Ю.А., Жолудевой М.В.,
при секретаре Маслюковой М.Н.,
помощник судьи Л.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело N 2-1916/2019 по иску Сторожевского Дмитрия Алексеевича к Фрицлеру Александру Александровичу о взыскании компенсации морального вреда
по апелляционной жалобе ответчика Фрицлера Александра Александровича на решение Ленинского районного суда г. Томска от 20 декабря 2019 года,
заслушав доклад председательствующего, объяснения ответчика Фрицлера А.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, объяснения истца Сторожевского А.А., возражавшего против апелляционной жалобы, заключение прокурора Гутова С.С., полагавшего решение подлежащим изменению,
установила:
Сторожевский Д.А. обратился в суд с иском к Фрицлеру А.А., в котором просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб., распределить судебные расходы.
В обоснование иска указал, что 01.08.2019 на ул. 79 Гвардейской Дивизии, 13А в г.Томске Фрицлер А.А., управляя автомобилем "Рено Логан", г/н /__/, при съезде с главной дороги на прилегающую территорию не уступил дорогу велосипедисту Сторожевскому Д.А., связи с чем произошло ДТП, в результате которого истцу был причинен вред здоровью средней тяжести. Постановлением Октябрьского районного суда г.Томска от 26.09.2019 ответчик признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ. После произошедшего дорожно-транспортного происшествия истец испытал физические и нравственные страдания, в связи с получением телесных повреждений вынужден был проходить стационарное и амбулаторное лечение, в течение длительного времени не имеет возможности вести активный образ жизни, материально содержать свою семью, полноценно осуществлять уход за собой и заниматься трудовой деятельностью.
В судебном заседании истец Сторожевский Д.А. и его представитель Дерябина Е.С. исковые требования поддержали в полном объеме.
Ответчик Фрицлер А.А. в судебном заседании исковые требования не признал.
Обжалуемым решением исковые требования удовлетворены частично, с Фрицлера А.А. в пользу Сторожевского Д.А. взыскана компенсация морального вреда в размере 100000 руб., денежные средства в счет возмещения судебных расходов по оплате услуг нотариуса за оформление доверенности в размере 1 600 руб., по оплате услуг представителя в размере 25000 руб., по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.
В апелляционной жалобе ответчик Фрицлер А.А. просит решение суда изменить, снизив размер взысканной суммы компенсации морального вреда до 25000 руб. и размер расходов на оплату услуг представителя до 5000 руб.
В обоснование доводов жалобы указывает, что истцом не представлено в дело доказательств, подтверждающих степень перенесенных им физических и нравственных страданий в результате полученной физической травмы, изменения привычного образа жизни.
Отмечает, что судом не учтены имеющиеся в медицинской документации истца противоречия относительно того, какая нога (левая или правая) была им повреждена в ДТП.
В данной связи полагает ошибочным вывод суда о том, что в результате ДТП истцу причинен вред здоровью средней тяжести.
Ссылается на легкомысленное и небрежное отношение истца к соблюдению Правил дорожного движения (п. 24.10 ПДД РФ), что, по его мнению, способствовало совершению ДТП.
Полагает, что суд не оценил довод ответчика о движении велосипедиста по встречной полосе, предназначенной для движения транспортных средств на запрещающий сигнал светофора.
Настаивает на том, что судом не в полной мере учтено имущественное положение ответчика, его возраст, размер получаемого дохода, нахождение на иждивении жены-инвалида.
Считает взысканные судом расходы на оплату услуг представителя чрезмерно завышенными, не отвечающими принципу разумности и справедливости, определенными, в том числе, и без учета предложения ответчиком заключить мировое соглашение о добровольной выплате компенсации с учетом его материального положения.
В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Ленинского района г.Томска Думлер Ю.Г. просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам абз. 1 ч. 1 и абз. 1 ч. 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия пришла к следующему.
К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).
Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.
Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2).
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 11 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.
Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда с участием ответчика, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 01.08.2019 в 23 час. 00 мин. на ул.79 Гвардейской Дивизии, 13А в г. Томске Фрицлер А.А., управляя автомобилем "Рено Логан", г/н /__/, в нарушение п. 8.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, при съезде с главной дороги на прилегающую территорию, не уступил дорогу велосипедисту, двигающемуся по ней, в результате чего произошло столкновение с велосипедистом Сторожевским Д.А., которому был причинен вред здоровью средней тяжести.
Указанные обстоятельства подтверждаются вступившим в законную силу постановлением судьи Октябрьского районного суда г. Томска от 26.09.2019 по делу об административном правонарушении.
Данным постановлением Сторожевский Д.А. привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в виде штрафа в размере 12 000 руб.
Учитывая изложенные обстоятельства, выводы суда о том, что виновными действиями ответчика истцу причинен вред здоровью средней тяжести, указанные действия Фрицлер А.А. по несоблюдению правил дорожного движения находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями указанного вреда здоровью потерпевшего Сторожевского Д.А., являются правильными и сомнений у судебной коллегии не вызывают.
Как следует из выписки из медицинской карты стационарного больного, 02.08.2019 в 00 часов 30 минут в ОГАУЗ "Больница скорой медицинской помощи" поступил Сторожевский Д.А. с диагнозом: /__/. 09.08.2019 Сторожевскому Д.А. было проведено оперативное лечение - /__/. 12.08.2019 истец был выписан из стационара с рекомендацией продолжения лечения у травматолога (хирурга) в поликлинике по месту жительства. Помимо этого, Сторожевскому Д.А., с учетом /__/ на срок четыре недели, было рекомендовано хождение с помощью костылей без нагрузки на оперированную конечность в течение шести недель (л.д. 10-11).
Согласно листкам нетрудоспособности /__/, /__/ истец был освобожден от работы с 02.08.2019 по 27.09.2019 (л.д. 14,15).
Согласно заключению эксперта ОГБУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области" от 26.08.2019 при исследовании предоставленной медицинской карты стационарного больного N 1-10213 из ОГАУЗ "Больница скорой медицинской помощи" на имя Сторожевского Д.А., /__/ года рождения, обнаружены следующие телесные повреждения: /__/ (данные осмотра при поступлении от 02.08.2019), /__/ (по данным СКТ N 8861 от 02.08.2019), которые могли быть причинены действием твердых тупых предметов и твердых предметов с ограниченной поверхностью, какими могли быть выступающие части движущихся авто - и велотранспорта при их столкновении и в совокупности и относятся к средней тяжести вреда здоровью, вызывающему временное нарушение функций, орган и (или) систем (временная нетрудоспособность), продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) (л.д. 43-47).
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля С. (супруга истца) пояснила, что в результате ДТП у истца была /__/, он сам не мог вставать, передвигался с помощью вспомогательных средств. После выписки долгое время находился дома, был нетрудоспособен, практически не помогал в осуществлении домашних дел, к работе супруг приступил только в ноябре 2019 года.
Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования Сторожевского Д.А., суд первой инстанции исходил из того, что приведенные истцом обстоятельства ДТП, причинно-следственная связь между действиями ответчика и причинением телесных повреждений Сторожевского Д.А., подтверждаются материалами дела, и пришел к выводу о том, что истец испытал морально-нравственные страдания, обусловленные причинением телесных повреждений в результате действий ответчика.
Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, признавая их правильными, основанными на положениях закона и фактических обстоятельств дела, верно установленных судом.
Согласно разъяснениям, данным в п. 8 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" в силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.
На основании ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по аналогии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).
Учитывая нормативные положения, вина Фрицлера А.А. в совершении ДТП установлена на основании вступившего в законную силу постановления о привлечении ответчика к административной ответственности, в связи с чем не подлежит оспариванию.
Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ДТП, произошедшее 01.08.2019, произошло в результате виновных действий ответчика, которые выразились в нарушении им п. 8.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, и которое состоит в прямой причинной связи с причиненным истцу вредом. Данные выводы суда подтверждаются имеющимися в материалах дела доказательствами.
При этом, доводы апеллянта о том, что причиной ДТП послужило, в том числе, и нарушение потерпевшим велосипедистом Правил дорожного движения (п. 24.10 ПДД РФ, а также движение его по встречной полосе, предназначенной для движения транспортных средств на запрещающий сигнал светофора), подлежат отклонению, поскольку, вопреки положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств вины Сторожевского Д.А. в произошедшем 01.08.2019 ДТП ответчиком в материалы дела не представлено.
В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
В соответствии с разъяснениями, данными в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 от 20.12.1994 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимается нравственные или физически страдания, причиненные действиями (бездействиями), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя, исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.
Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В силу п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Разрешая исковые требования о компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь вышеуказанными нормами права, правомерно исходил из того обстоятельства, что ответчик должен нести правовые последствия в виде возложения на него, как на владельца источника повышенной опасности и лица нарушившего требования Правил дорожного движения Российской Федерации обязанности по компенсации морального вреда, причиненного истцу.
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд первой инстанции учел характер и объем причиненного истцу морального вреда, обстоятельства его причинения, тяжесть и продолжительность физических и нравственных страданий в результате полученной физической травмы, потребовавшей длительного прохождения лечения, категорию вреда здоровью, степень вины ответчика, в связи с чем счел необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.
Доводы апелляционной жалобы о том, что размер компенсации морального вреда является чрезмерно завышенным, не соответствующим справедливости, основан на неверном установлении судом обстоятельств, по существу направлены на их переоценку.
Вместе с тем оснований для иной оценки указанных обстоятельств судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы не усматривает, поскольку законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду, который в каждом конкретном случае должен определить размер компенсации, способный уравновесить имущественную либо неимущественную потерю посредством уплаты потерпевшему денег в сумме, которая позволит последнему в той или иной степени пренебречь понесенной утратой.
В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания.
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Судебная коллегия полагает, что обжалуемое решение отвечает приведенным нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению.
Принимая во внимание конкретные обстоятельства по делу, судебная коллегия соглашается с суммой компенсации морального вреда в размере 100000 руб., полагая, что судом она определена в соответствии с требованиями ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации судом мотивирован с учетом всех обстоятельств происшествия, полученных истцом телесных повреждений и травм, перенесенных истцом нравственных и физических страданий, указанный вывод сделан по результатам надлежащей оценки в совокупности имеющихся в деле доказательств по правилам ст. 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.
Оснований для изменения размера компенсации морального вреда, взысканного в пользу истца, судебная коллегия не находит.
Ссылки апеллянта на отсутствие в материалах дела надлежащих доказательств, подтверждающих степень перенесенных истцом физических и нравственных страданий в результате полученной физической травмы, изменения привычного образа жизни, несостоятельны и опровергаются представленными в дело доказательствами, в том числе, выпиской из амбулаторной карты ОГАУЗ "Больница скорой медицинской помощи" стационарного больного Сторожевского Д.А. с указанием диагноза больного, периода его лечения в стационаре, состояния его здоровья после получения травмы и проведенного лечения (включая проведения оперативного вмешательства (09.08.2019 /__/), амбулаторное долечивание со швами, /__/); листами нетрудоспособности о нахождении истца в связи с полученной травмой в результате ДТП на больничном в течение длительного периода времени (с 02.08.2019 по 12.08.2019 (в стационаре); с 31.08.2019 по 27.09.2019 (на амбулаторном лечении в ОГАУЗ МЧС "Строитель"), пояснениями свидетеля С. об изменении истцом привычного образа жизни после травмы (отсутствие возможности самостоятельного передвижения без вспомогательных средств, а также занятия спортом, осуществления помощи по дому и в воспитании малолетнего ребенка, длительное время нахождения дома, невозможность осуществления трудовых обязанностей и оказания финансовой помощи семьи). Указанным доказательствам дана надлежащая оценка судом в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Доводы подателя апелляционной жалобы относительно несогласия с действиями суда по оценке представленных доказательств не свидетельствуют о незаконности судебного постановления, поскольку согласно положениям статей 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Учитывая, что истец в связи с причинением вреда его здоровью испытал физическую боль, физические и нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.
Доводы в жалобе на то, что суд не в полной мере учел имущественное положение ответчика, его возраст, размер получаемого дохода, нахождение на иждивении жены-инвалида, не могут повлечь изменение решения суда в части уменьшения размера компенсации морального вреда, поскольку указанные обстоятельства не свидетельствуют с достоверностью о трудном материальном положении ответчика, учитывая, что оно определяется не только размером получаемого дохода.
В подтверждение затруднительности материального положения ответчик предоставил справки о доходах физического лица за 2018 и 2019 годы (л.д. 51, 52), справки из Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Томск Томской области о размере получаемой супругой истца Б. (/__/) страховой пенсии по старости и ЕДВ за период с 01.01.2018 по 03.12.2019 (л.д. 60-62), сведения о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица Фрицлера А.А. (л.д. 63-66).
Между тем в материалы дела доказательств тому, что у Фрицлера А.А. не имеется какого-либо иного дохода или денежных средств в виде вкладов в кредитных организациях, иного движимого имущества, за счет реализации которого возможно удовлетворение требований Сторожевского Д.А., в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.
При указанных обстоятельствах достоверных доказательств имущественного положения ответчика, которые могли служить основанием для уменьшения размера возмещения вреда, не представлено, ссылок на такие доказательства апелляционная жалоба не содержит.
Ссылки апеллянта на наличие противоречий в заключение эксперта относительно поврежденной стопы (левой или правой) истца не опровергают выводы суда о причинении истцу вреда здоровью средней тяжести и наличии предусмотренных законом основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.
Как следует из исследовательской части заключения эксперта ОГБУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области" от 26.08.2019 N 1398-Г, Сторожевскому Д.А. был поставлен заключительный клинический диагноз "/__/". При поступлении в стационар истец жаловался на боли левой стопы, в области которой имелся умеренный отек мягких тканей, в связи с чем указание экспертом в выводах на аналогичное повреждение правой стопы является опиской эксперта и не опровергает правильность заключения эксперта об определении степени тяжести вреда здоровью истца.
Доводы апелляционной жалобы о несогласованности выводов суда являются несостоятельными, судебная коллегия признает выводы суда последовательными, объективными, принятыми в соответствии с положениями статей 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, должным образом проверенными доказательствами, представленными сторонами.
Вместе с тем судебная коллегия считает заслуживающими внимания доводы жалобы о завышенном размере судебных расходов по оплате услуг представителя истца, учитывая следующее.
В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 17.07.2017 N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.
В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").
Как следует из разъяснений, изложенных в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Обязанность суда взыскивать судебные расходы, понесенные лицом, вовлеченным в судебный процесс, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах, является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера судебных расходов и расходов по оплате услуг представителя.
Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, установленной рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, а также иных факторов и обстоятельств дела.
Сам по себе факт оплаты юридических услуг не свидетельствует об их разумности и относимости к судебному процессу и необходимости взыскивать такие расходы в заявленной сумме.
Материалами дела подтверждается участие представителя истца Сторожевского Д.А. в суде первой инстанции в подготовке дела к судебному разбирательству 13.11.2019 (л.д. 40-41), судебных заседаниях 19.11.2019 и 02.12.2019 (л.д. 80-87). Кроме того, представитель истца подготовил и подал исковое заявление в суд (л.д. 4-7).
Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства по делу, с учетом необходимости обеспечения баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, подтвержденного доказательствами объема оказанных представителем услуг, затраченного времени, соотношения расходов с объемом нарушенного права, фактического разрешения настоящего спора, сложности дела и его правовой категории, судебная коллегия приходит к выводу о признании разумной ко взысканию суммы судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 12000 руб., в связи с чем взыскиваемая с Фрицлера А.А. в пользу Сторожевского Д.А. сумма расходов подлежит уменьшению с 25000 руб. до 12000 руб. В указанной части решение суда первой инстанции подлежит изменению.
В остальной части решение суда сомнений в законности не вызывает, отмене или изменению по доводам апелляционной жалобы не подлежит.
Руководствуясь п. 2 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Ленинского районного суда г. Томска от 20 декабря 2019 года изменить, уменьшив сумму взысканных с Фрицлера Александра Александровича в пользу Сторожевского Дмитрия Алексеевича расходов на оплату представителя с 25000 руб. до 12000 руб.
В остальной части решение Ленинского районного суда г. Томска от 20 декабря 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика Фрицлера Александра Александровича - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
