Дата принятия: 09 марта 2021г.
Номер документа: 33-8135/2019, 33-207/2020, 33-9/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ЛЕНИНГРАДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 9 марта 2021 года Дело N 33-9/2021
Санкт-Петербург 9 марта 2021 года
Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:
председательствующего
Титовой М.Г.,
судей
Бумагиной Н.А., Хрулевой Т.Е.,
при ведении протокола
судебного заседания помощником судьи Пахомовой В.Н.,
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе З.М. на решение Приозерского городского суда Ленинградской области от 30 сентября 2019 года по гражданскому делу N 2-745/2019 по иску З.А. к администрации муниципального образования Мельниковское сельское поселение, администрации муниципального образования Приозерский муниципальный район Ленинградской области о включении в наследственную массу земельного участка и расположенного на нем жилого дома, признании права собственности на земельный участок и расположенный на нем жилой дом в порядке наследования.
Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Титовой М.Г., объяснения З.М. и ее представителя адвоката Урадовских И.Л., поддержавших доводы жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда
установила:
З.А. обратился в суд с иском к администрации МО Мельниковское сельское поселение, администрации МО Приозерский муниципальный район Ленинградской области о включении в состав имущества, наследуемого после умершей 21 мая 1993 года К.Н., земельного участка с кадастровым номером N общей площадью 600 кв.м и расположенного на нем жилого дома с кадастровым номером N (инвентарный N) общей площадью 19,6 кв.м по адресу: <адрес>, о признании за ним права собственности в порядке наследования на вышеуказанное недвижимое имущество.
В обоснование иска З.А. указал, что 21 мая 1993 года умерла К.Н., он в установленный законом срок обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти указанного лица как наследник по завещанию, ему были выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию на жилое помещение, автомобиль, денежные вклады. Выдать свидетельство о праве на наследство по закону на жилой дом и земельный участок нотариус не смог, поскольку наследодатель при жизни право собственности на данное имущество в установленном законом порядке не оформила.
Решением Приозерского городского суда Ленинградской области от 30 сентября 2019 года в удовлетворении иска З.А. отказано.
В апелляционной жалобе истец просит указанное решение отменить как необоснованное и принятое с нарушением норм материального и процессуального права, ссылаясь на ошибочность вывода суда об отсутствие правоустанавливающих документов в отношении спорного имущества; полагает, что причиной нарушения его прав является неисполнение администрацией МО Мельниковское сельское поселение обязанности по оформлению документации, сохранению ранее выданных документов, подтверждающих право на объекты недвижимости.
В возражениях на апелляционную жалобу ответчик администрация муниципального образования Приозерский муниципальный район Ленинградской области просила решение по делу оставить без изменения, поданную жалобу - без удовлетворения.
При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции, в связи со смертью 15 декабря 2019 года З.А., произведена замена истца З.А. его правопреемником, наследником по закону З.М.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, определив в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие не явившихся, но надлежаще извещенных о дне слушания дела лиц, судебная коллегия приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что 21 мая 1993 года умерла К.Н..
Ранее, 23 февраля 1992 года умер К.В., приходившийся супругом К.Н., после смерти которого 16 октября 1992 года по заявлению К.Н. было открыто наследственное дело N.
При жизни К.Н. оставила завещательное распоряжение, в соответствии с которым все имущество, которое ко дню смерти окажется ей принадлежащим, в том числе <адрес>, автомашину марки ВАЗ-21063, 1987 года выпуска, завещала З.А..
После смерти К.Н. открылось наследство в виде <адрес>, автомашины марки ВАЗ-21063, а также денежных вкладов.
Из материалов наследственного дела N 185г/93 следует, что истец З.А. является наследником К.Н. по завещанию.
Судом первой инстанции установлено, что З.А. принял наследство после умершей К.Н. путем подачи в установленный срок заявления нотариусу, в связи с чем, ему были выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию на квартиру, автомашину и денежный вклад.
Отказывая в удовлетворении иска, суд указал на отсутствие надлежащего оформления прав К.Н. в отношении спорного земельного участка и, как следствие, невозможность возникновения соответствующего права у З.А., как наследника, в порядке универсального правопреемства.
Судебная коллегия не может согласиться с правильностью данного выводом суда с учетом следующего.
На момент открытия наследства после смерти К.В. и К.Н. (последовательных правопредшественников З.А.) правоотношения в области наследования регулировались разделом VII "Наследственное право" Гражданского кодекса РСФСР (утв. ВС РСФСР 11 июня 1964 года).
В соответствии со ст. 546 Гражданского кодекса РСФСР для приобретения наследства наследник должен был его принять, при этом, признавалось, что наследник принял наследство, когда он фактически вступил во владение наследственным имуществом или когда он подал нотариальному органу по месту открытия наследства заявление о принятии наследства. Принятое наследство признавалось принадлежащим наследнику со времени открытия наследства.
С учетом указанной законодательной нормы К.Н., подав соответствующее заявление нотариусу, унаследовала (приобрела) имущество К.В., а З.А., в свою очередь, унаследовал (приобрел) имущество К.Н., совершив аналогичные действия.
В соответствии с абзацами 2 и 3 ч. 9.1 ст. 3 Федерального закона от 25 октября 2001 года N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" в случае, если в акте, свидетельстве или другом документе, устанавливающих или удостоверяющих право гражданина на земельный участок, предоставленный ему до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства, не указано право, на котором предоставлен такой земельный участок, или невозможно определить вид этого права, такой земельный участок считается предоставленным указанному гражданину на праве собственности, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.
Граждане, к которым перешли в порядке наследования или по иным основаниям права собственности на здания, строения и (или) сооружения, расположенные на земельных участках, указанных в настоящем пункте и находящихся в государственной или муниципальной собственности, вправе зарегистрировать права собственности на такие земельные участки, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такие земельные участки не могут предоставляться в частную собственность.
Указанные нормативные положения устраняют правовую неопределенность в вопросе о принадлежности земельного участка в ситуации, когда оформление соответствующих документов было произведено с небрежностью или ошибками в период реформирования земельного законодательства, завершившегося принятием Земельного кодека Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 14 Указа Президента Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 323 "О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР", действовавшего в спорный период, земельные участки, выделенные для личного подсобного хозяйства, садоводства, жилищного строительства в сельской местности, передавались в собственность граждан бесплатно на основании заявлений граждан, подаваемых в органы сельской и поселковой администрации.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 19 марта 1992 года N 177 была утверждена форма свидетельства о праве собственности на землю. Порядок выдачи и регистрации свидетельств о праве собственности на землю был утвержден Роскомземом 20 мая 1992 года.
В соответствии с указанным Порядком свидетельства о праве собственности на землю выдаются гражданам на основании принятых исполнительными органами Совета народных депутатов решений о предоставлении земельных участков либо о перерегистрации права на ранее предоставленный земельный участок (п. 3). При подготовке решений о перерегистрации права на земельный участок и оформлении Свидетельств используются ранее выданные документы, удостоверяющие право на землю (государственные акты, решения соответствующих органов о предоставлении земельных участков), земельно-шнуровые и похозяйственные книги и другие документы (п. 5).
Таким образом, документами, подтверждающими право гражданина на земельные участки, когда они выделялись ранее и не могли быть объектом гражданского права, в соответствии с пунктом 5 Порядка выдачи и регистрации свидетельств о праве собственности на землю, утвержденного Роскомземом 20 мая 1992 года, являются выданные акты, решения соответствующих органов о предоставлении земельных участков, а при их отсутствии - земельно-шнуровые и похозяйственные книги, другие документы.
В материалах дела имеется выписка из книги учета (похозяйственной книги) N 29, открытой в 1980 году, из содержания которой следует, что владельцем земельного участка площадью 0,06 га по <адрес>, в <адрес> значится К.Н.. Вместе с тем, из указанной выписки следует, что первая запись о владении датирована 1998 годом, тогда как К.Н. умерла в 1993 году.
В ответ на запрос суда апелляционной инстанции глава администрации МО Мельниковское сельское поселение сообщил, что записи о К.Н. в похозяйственной книге N (том 1 л.д. 87) и земельно-кадастровой книге N (том 1 л.д. 26) внесены в 1997 году, при этом также указано, что в 1997 году администрацией проводилась работа по упорядочению, сверке и переносу сведений (записей) из старых, ветхих книг в новые книги.
В материалах дела имеется технический паспорт, составленный по состоянию на 16 июня 1992 года, в отношении индивидуального жилого дома 1972 года постройки общей площадью 19,6 кв.м и хозяйственных построек, расположенных в <адрес>. Названный технический план содержит указание на принадлежность домовладения К.В.
В соответствии с выпиской от 9 апреля 2019 года в Едином государственном реестре недвижимости содержатся сведения о жилом доме 1972 года постройки, инвентарный N, кадастровый N, площадью 19,6 кв.м, расположенном по адресу: <адрес>. Сведения о правообладателе указанного дома в ЕГРН отсутствуют.
Справкой администрации МО Мельниковское сельское поселение от 17 апреля 2019 года подтверждается, что жилой дом с кадастровым номером N расположен в границах земельного участка, имеющего кадастровый N площадью 600 кв.м, находящегося по адресу: <адрес>.
Кроме того, в материалах дела имеются копии платежного извещения по сельскохозяйственному налогу N 127 от 5 июля 1990 года на имя К.В., квитанций на прием налоговых платежей (сельскохозяйственный налог) в пользу Мельниковского сельского Совета Приозерского района от К.В. от 5 июля 1987 года, 10 марта 1988 года, 30 июля 1990 года и от К.Н. от 3 сентября 1992 года.
В соответствии со ст. ст. 1, 2 Закона СССР от 8 августа 1953 года "О сельскохозяйственном налоге", действовавшего в период внесения указанных платежей, сельскохозяйственный налог уплачивали, в частности хозяйства граждан, которым предоставлены земельные участки на территории сельских Советов народных депутатов, при этом, налог исчислялся с каждого хозяйства по площади земельного участка, находящегося в его пользовании.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 1), при этом, суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2).
В соответствии с частями 2 и 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду надлежит оценивать относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, при этом, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по настоящему делу, является факт принадлежности спорного земельного участка и расположенного на нем жилого дома правопредшественникам первоначального истца по делу, З.А., на том или ином праве, либо без указания вида права в период до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации.
Из приведенных процессуальных норм следует, что суд при рассмотрении гражданских дел по имущественным спорам при распределении бремени доказывания руководствуется стандартом доказывания, подразумевающим, что совокупностью представленных той или иной стороной доказательств с наибольшей вероятностью подтверждается наличие либо отсутствие устанавливаемого обстоятельства (баланс вероятностей).
Применение к обстоятельствам, обосновываемым той или иной стороной спора, повышенного (ясные и убедительные доказательства), либо максимального (вне всяких разумных сомнений) стандартов доказывания по гражданскому делу должно быть мотивировано судом, поскольку предполагает существенное смещение бремени доказывания в пользу той или иной стороны спора и, таким образом, отступление от принципа равноправия сторон, закрепленного в ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Совокупность установленных по делу доказательств свидетельствуют о том, что К.В. к моменту его смерти владел индивидуальным жилым домом площадью 19,6 кв.м и земельным участком под ним, уплачивал в местный бюджет причитающиеся налоговые платежи, обязательность которых связывалась с предоставлением соответствующего земельного участка, осуществлял страхование принадлежащего ему жилого дома.
Аналогичные действия после смерти К.В. осуществляла К.Н., в отношении которой, как о владельце участка, в похозяйственную книгу впоследствии были внесены соответствующие сведения.
Наличие выписки из похозяйственной книги N, указывающей на владение участком лишь с 1998 года, в совокупности с доказательствами владения спорным участком и домом К.В. и К.Н., по меньшей мере, с 1987 года, а также представленными администрацией поселения объяснениями о переносе в 1997 году сведений о владельце участка из более ранних и ветхих похозяйственных книг в новые книги, позволяет прийти к выводу о возникших до 1998 года основаниях для внесения таких сведений.
Кроме того, с учетом отсутствия системы государственной регистрации прав на недвижимость в 1992-1993 годах, а также при наличии доказательств возведения спорного жилого дома в 1972 году и владения указанным домом К.В. и К.Н., то отсутствие правоустанавливающего документа в отношении спорного жилого дома не предопределяет отсутствие прав на него.
Судебная коллегия находит, что при разрешении возникшего спора судом первой инстанции необоснованно не были применены положения абзацев 2 и 3 ч. 9.1 ст. 3 Федерального закона от 25 октября 2001 года N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", презюмирующие предоставление участка на праве собственности, а также не дана оценка обстоятельствам, свидетельствующим о предоставлении спорного земельного участка правопредшественникам З.А.
Поскольку похозяйственная книга в силу перечисленных выше положений законодательства является документом, подтверждающим право, вид которого нельзя достоверно установить, следовательно, имеющаяся в материалах дела выписка из указанной книги подлежит оценке в качестве документа, подтверждающего право собственности гражданина.
При таком положении оснований полагать, что правоподтверждающим документом о праве лица (в данном случае К) на спорный земельный участок является постановление от 2 июня 1997 года N 39, упомянутое в выписке из земельно-шнуровой книги, с учетом которого в иске было отказано, не имеется, поскольку указанный документ был издан после смерти К.Н.
С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что спорный земельный участок был предоставлен К.В. на праве собственности, поскольку оснований для вывода о том, что он занимал данный участок на ином праве, не имеется.
Совокупность установленных по делу обстоятельств также позволяет утверждать, что спорный дом принадлежал К.В. на праве собственности.
Поскольку в 1992 году отсутствовал разрешительный порядок строительства, то технический паспорт на жилой дом с указанием имени правообладателя, приобретшего право на строение, свидетельствует о возникновении у такого лица права собственности.
Учитывая, что после его смерти его супруга К.Н. обратилась за оформлением наследственных прав к его имуществу, то, таким образом, земельный участок и жилой дом вошли в состав наследуемого К.Н. имущества, и она приобрела на него право собственности.
Идентификация спорного участка и дома на местности произведены, что подтверждается представленными истцовой стороной в материалы дела доказательствами, не вызывает сомнений у судебной коллегии и не оспаривается ответчиками.
Поскольку З.А. являлся наследником К.Н. по завещанию от 25 января 1993 года, которым ему было завещано все имуществе, принадлежащее завещателю на день смерти, принявшим наследство в установленном законом порядке, то З.А. унаследовал и спорное имущество (том 1 л.д. 167 об).
Учитывая, что З.М. в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции представлены доказательства приобретения ею наследства, включающего также и спорное имущество, после смерти первоначального истца З.А., судебная коллегия принимает новое решение, которым заявленные З.М. требования удовлетворяет, признав за ней в порядке наследования право собственности на земельный участок и расположенный на нем жилой дом.
В связи с наличием доказательств, подтверждающих приобретение наследства З.М., суд полагает необходимым отметить, что, поскольку наследственное имущество, в соответствии со статьей 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации, считается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства, то принятие судебного акта о включении спорного имущества в состав наследуемого полностью охватывается предоставлением судебной защиты в виде признания права собственности на указанное имущество, к чему по существу сводятся требования по настоящему иску.
С учетом изложенного, решение по настоящему делу подлежит отмене с вынесением по делу нового решения об удовлетворении иска.
Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда
определила:
Решение Приозерского городского суда Ленинградской области от 30 сентября 2019 года по настоящему делу отменить и принять по делу новое решение.
Признать за З.М., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженкой <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированной по адресу: <адрес>, право собственности на земельный участок с кадастровым номером N площадью 600 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, и на жилой дом с кадастровым номером N (инвентарный N) общей площадью 19,6 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>.
Председательствующий:
Судьи:
Судья Хандрикова Е.В.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
