Дата принятия: 11 марта 2020г.
Номер документа: 33-801/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ЛИПЕЦКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 11 марта 2020 года Дело N 33-801/2020
11 марта 2020 года судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:
председательствующего Нагайцевой Л.А.,
судей Долговой Л.П., Торговченковой О.В.,
с участием прокурора Пучковой С.Л.,
при секретаре Гориновой А.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Липецке апелляционную жалобу истца Селезнева Юрия Владимировича на решение Лебедянского районного суда Липецкой области от 25 декабря 2019 года, которым постановлено:
"В удовлетворении иска Селезнева Юрия Владимировича к ОАО "Лебедянский сахарный завод" о признании решения комиссии по трудовым спорам и приказа об увольнении незаконными, восстановлении на работе, взыскании разницы в окладе, доплат, компенсации морального вреда отказать".
Заслушав доклад судьи Торговченковой О.В., судебная коллегия
установила:
Селезнев Ю.В. обратился в суд с иском к открытому акционерному обществу "Лебедянский сахарный завод" (далее - ОАО "Лебедянский сахарный завод"), в котором, с учетом уточнения исковых требований, просил: признать незаконным решение комиссии по трудовым спорам от 21 октября 2019 года; взыскать разницу в окладе по одноименным должностям "<данные изъяты>" с учетом всех премиальных выплат, включая 13-ую заработную плату, за период с 01 сентября 2017 года по 12 августа 2019 года в размере 238 000 рублей; взыскать 271 000 рублей, представляющую собой доплату в размере 20 процентов за расширение зоны обслуживания, увеличения объема работ при ведении "Участка уборки служебных и производственных помещений", "Гостиницы" за период с 09 января 2018 года по 28 февраля 2019 года, а также за выполнение обязанностей начальника цеха с учетом премиальных выплат, включая 13-ую заработную плату, за период с 01 сентября 2017 года по 12 августа 2019 года; признать незаконным приказ N 2810.01-у от 28 октября 2019 года об увольнении; восстановить его в должности <данные изъяты> ОАО "Лебедянский сахарный завод"; взыскать компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей.
В обоснование заявленных требований истец указал, что с 21 августа 2017 года состоял в трудовых отношениях с ОАО "Лебедянский сахарный завод" в должности <данные изъяты>. 26 августа 2019 года работодатель уведомил его о сокращении занимаемой им должности и расторжении трудового договора 28 октября 2019 года. Селезнев Ю.В. не согласен с увольнением, полагая, что оснований для сокращения его должности не имелось, ответчиком нарушена процедура увольнения работника, поскольку истцу были предложены не все вакантные должности, которые имелись у работодателя в период с момента предупреждения об увольнении до даты увольнения, кроме того, на день увольнения 28 октября 2019 года должность <данные изъяты>" в структурном подразделении "ремонтно-строительный цех" не была исключена из штатного расписания. Истец считает, что поводом для сокращения должности "<данные изъяты>" структурного подразделения "ремонтно-строительный цех" послужили конфликтные отношения между ним и генеральным директором, его заместителем по капитальному строительству и главным инженером.
В период работы у ответчика истцу необоснованно не производили доплату за расширение зоны обслуживания. Так, на период с 21 августа 2017 года по 31 декабря 2017 года с истцом было заключено дополнительное соглашение на ведение "Участка уборки служебных и производственных помещений" и подразделения "Гостиница" с доплатой 20% от оклада. Однако 11 октября 2017 года данное дополнительное соглашение отменено и заключено новое с инженером ОТиЗ ФИО10 на ту же работу. С 2018 года ведение "Участка уборки служебных и производственных помещений" и "Гостиницы" по устному распоряжению возложили на истца, ссылаясь на должностную инструкцию. Селезнев Ю.В. полагал, что указанная работа является дополнительной, которая подлежит оплате на основании статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации.
В период трудовых отношений с ответчиком истец фактически исполнял обязанности начальника цеха, в связи с чем оплата его труда должна была производиться с доплатой разницы в окладе.
Оклад по занимаемой истцом должности <данные изъяты> был установлен в размере, который значительно ниже окладов <данные изъяты>. Истец полагал, что разная оплата за выполнение работы фактически в аналогичных должностях с другими руководителями подразделений является дискриминирующим фактором.
Не согласившись с приказом о сокращении занимаемой истцом должности, а также с оплатой труда без учета фактически выполняемых обязанностей, Селезнев Ю.В. обратился в комиссию по трудовым спорам (КТС), созданную ответчиком. Однако комиссия по трудовым спорам по результатам рассмотрения заявления истца 21 октября 2019 года вынесла решение об отказе в удовлетворении этого заявления. Истец считает данное решение КТС незаконным и необоснованным.
Нарушением ответчиком трудовых прав Селезневу Ю.В. причинен моральный вред, который истец оценил в 200000 рублей.
Представители ответчика ОАО "Лебедянский сахарный завод" - Колотвинова Т.В. и Попова Н.В. в судебном заседании иск не признали, указывая на увольнение истца с соблюдением требований действующего законодательства и отсутствие оснований для производства доплат за выполненную работу.
Суд постановилрешение, резолютивная часть которого изложена выше.
В апелляционной жалобе истец Селезнев Ю.В. просит отменить решение суда, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.
Выслушав истца Селезнева Ю.В. и его представителя Мокроусова А.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ОАО "Лебедянский сахарный завод" - Колотвинову Т.В., возражавшую против удовлетворения жалобы, заключение прокурора Пучковой С.Л., полагавшей решение суда законным и обоснованным, проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.
В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.
В силу части 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, право принимать необходимые кадровые решения в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом принадлежит работодателю, который обязан при этом обеспечить закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников, в частности, связанные с проведением мероприятий по изменению структуры, штатного расписания, численного состава работников организации (Постановление от 24 января 2002 года N 3-П; определения от 24 сентября 2012 года N 1690-О и от 23 декабря 2014 года N 2873-О). К таким гарантиям согласно части третьей статьи 81 и части первой статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации относится возложенная на работодателя обязанность предложить работнику все имеющиеся у работодателя в данной местности вакантные должности, соответствующие квалификации работника, а также вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемую работу.
Согласно частям 1, 2 статьи 82 Трудового кодекса Российской Федерации при принятии решения о сокращении численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя и возможном расторжении трудовых договоров с работниками в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 81 настоящего Кодекса работодатель обязан в письменной форме сообщить об этом выборному органу первичной профсоюзной организации не позднее чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий, а в случае, если решение о сокращении численности или штата работников может привести к массовому увольнению работников - не позднее чем за три месяца до начала проведения соответствующих мероприятий. Критерии массового увольнения определяются в отраслевых и (или) территориальных соглашениях.
Увольнение работников, являющихся членами профсоюза, по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 или 5 части первой статьи 81 настоящего Кодекса производится с учетом мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со статьей 373 настоящего Кодекса.
Частями 1, 2 статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса.
О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.
С учётом приведённых норм материального права юридически значимым для правильного разрешения спора, исходя из требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является установление судом следующих обстоятельств: соблюдение работодателем порядка предупреждения работника о предстоящем сокращении численности или штата работников; соблюдение работодателем порядка уведомления выборного органа первичной профсоюзной организации об увольнении работника, являющегося членом профсоюза; наличие вакантных должностей в организации в период со дня уведомления работника об увольнении до дня его увольнения с работы; исполнение ответчиком обязанности предложить работнику все имеющиеся у работодателя в данной местности вакантные должности, соответствующие его квалификации, а также вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемую работу.
Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании приказа от 18 августа 2017 года N 425-п Селезнев Ю.В. был принят на работу в ОАО "Лебедянский сахарный завод" на должность <данные изъяты> с 21 августа 2017 года (т. 1 л.д. 183), 18 августа 2017 года с ним заключен трудовой договор N 214 (т. 1 л.д. 7-13, 171-178).
В связи с оптимизацией численности и штата работников предприятия, в целях совершенствования его организационной структуры приказом ОАО "Лебедянский сахарный завод"от 23 августа 2019 года N 102-зп "О сокращении численности и штата работников" в штатное расписание, утверждённое приказом от 12 августа 2019 года N 96-зп, внесены изменения путем исключения с28 октября 2019 годадолжности <данные изъяты> (т. 1 л.д. 190).
26 августа 2019 годаСелезнев А.В. уведомлен о предстоящем сокращении штата и увольнении по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации 28 октября 2019 года (т. 1 л.д. 193).
23 августа 2019 года ответчик направил запрос в профсоюзный комитет ОАО "Лебедянский сахарный завод" о даче мотивированного мнения по вопросу сокращения численности и штата работников предприятия (т. 1 л.д. 191).
28 августа 2019 года уведомление о сокращении численности и штата работников предприятия направлено ответчиком в ОКУ "Лебедянский центр занятости населения" (т. 1 л.д. 195).
28 октября 2019 года ОАО "Лебедянский сахарный завод" издан приказ N 2810.01-у об увольнении истца с должности <данные изъяты> на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (т. 3 л.д. 108).
С данным приказом Селезнев А.В. ознакомлен в тот же день, то есть 28 октября 2019 года.
Приказом от 28 октября 2019 года N ЛСЗ-014-2019-зп ОАО "Лебедянский сахарный завод" внесло изменение в штатное расписание, утвержденное приказом от 30 сентября 2019 года N ЛСЗ-006-2019-зп, выведя из структурного подразделения "ремонтно-строительный цех" должность "<данные изъяты>" (1 шт. ед.) с 29 октября 2019 года (т. 1 л.д. 227).
Тем же приказом с 29 октября 2019 года утверждено новое штатное расписание в количестве 726 штатных единиц (т. 1 л.д. 228-245).
Отказывая истцу в удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе, суд первой инстанции, установив юридически значимые обстоятельства по делу, оценив представленные по делу доказательства, пришёл к выводу о том, что сокращение штата работников в ОАО "Лебедянский сахарный завод" в действительности имело место, порядок увольнения Селезнева А.В. не нарушен.
Судебная коллегия находит данный вывод суда первой инстанции обоснованным, поскольку он соответствует требованиям закона, установленным по делу обстоятельствам и представленным доказательствам.
Как установлено по делу, приказом ОАО "Лебедянский сахарный завод"от 28 октября 2019 года N ЛСЗ-014-2019-зп внесены изменения в штатное расписание, утвержденное приказом ответчика от 30 сентября 2019 года N ЛСЗ-006-2019-зп, в соответствии с которыми с 29 октября 2019 года из структурного подразделения "ремонтно-строительный цех" исключена должность "<данные изъяты>".
В штатном расписании ответчика на 29 октября 2019 года должность "<данные изъяты>" в "ремонтно-строительном цехе" отсутствует (т. 1 л.д. 228-245).
Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что сокращение штата работников ОАО "Лебедянский сахарный завод" в действительности имело место.
Проверяя порядок увольнения истца, суд установил, что истец Селезнев А.В. был уведомлен об увольнении в связи с сокращением штата работников 26 августа 2019 года, т.е. не менее чем за два месяца до предстоящего увольнения.
Кроме того, суд правильно установил, что работодатель выполнил свою обязанность по предложению Селезневу Ю.В. всех имеющихся у него в данной местности вакантных должностей, соответствующих квалификации работника, а также вакантных нижестоящих должностей или нижеоплачиваемой работы в период со дня уведомления работника об увольнении до дня его увольнения с работы.
Так, согласно акту от 26 августа 2019 года, составленному начальником отдела кадров ответчика Климовой Т.А. в присутствии старшего инспектора по кадрам ФИО15 и оператора на отстойниках ФИО19, истцу в кабинете отдела кадров было предложено ознакомиться с уведомлением об имеющихся вакантных должностях в связи с сокращением численности и штата сотрудников предприятия и получить его на руки, однако Селезнев Ю.В. отказался подписать уведомление и получить его на руки (т. 1 л.д. 194).
10 сентября 2019 года ответчик почтовым отправлением направил в адрес истца уведомление о предложенных вакантных должностях каменщика 4 разряда, плотника 5 разряда, монтера пути 4 разряда, бортоукладчика 3 разряда (т. 1 л.д. 196). Данное почтовое отправление получено истцом 14 сентября 2019 года. Согласие на занятие указанных вакантных должностей Селезневым Ю.В. не выражено.
03 октября 2019 года работодателем истцу были предложены следующие должности: слесарь КИПиА, приемосдатчик груза и багажа, электромонтер, слесарь по испытаниям и измерениям (временно на период отсутствующего сотрудника), электрогазосварщик, занятый на резке и ручной сварке, водитель автомобиля, тракторист, слесарь-ремонтник ремонтно-механической службы, подсобный рабочий, каменщик 3 разряда, плотник 5 разряда, монтажник оборудования пищевой продукции ремонтно-механической службы, заточник, транспортерщик (т. 3 л.д. 15).
От занятия указанных должностей Селезнев Ю.В. отказался, что подтверждается его подписью.
22 октября 2019 года ответчиком истцу были предложены следующие должности: слесарь КИПиА, приемосдатчик груза и багажа, электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования, электромонтер по испытаниям и измерениям (временно на период отсутствующего сотрудника), электрогазосварщик, занятый на резке и ручной сварке, водитель автомобиля, тракторист, слесарь-ремонтник ремонтно-механической службы, подсобный рабочий, каменщик 3 разряда, плотник 5 разряда, монтажник оборудования пищевой продукции ремонтно-механической службы, заточник, уборщик производственных и служебных помещений, контролер контрольно-пропускного пункта, буртоукладчик 3 разряда, аппаратчик варки утфеля 2 разряда, аппаратчик выпарных аппаратов для получения жидкого продукта 3 разряда, кочегар технологических печей 5 разряда, слесарь-ремонтник подразделения жомосушки и грануляции 5 разряда, лаборант химического анализа 3 разряда (т. 3 л.д. 16).
От занятия указанных должностей Селезнев Ю.В. отказался, что подтверждается его подписью.
28 октября 2019 года работодателем истцу были предложены следующие должности: слесарь КИПиА, приемосдатчик груза и багажа, электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования, электромонтер по испытаниям и измерениям (временно на период отсутствующего сотрудника), электрогазосварщик, занятый на резке и ручной сварке, водитель автомобиля, тракторист, слесарь-ремонтник ремонтно-механической службы, подсобный рабочий, каменщик 3 разряда, плотник 5 разряда, монтажник оборудования пищевой продукции ремонтно-механической службы, уборщик производственных и служебных помещений, буртоукладчик 3 разряда, аппаратчик варки утфеля 2 разряда, аппаратчик выпарных аппаратов для получения жидкого продукта 3 разряда, кочегар технологических печей 5 разряда, слесарь-ремонтник подразделения жомосушки и грануляции 5 разряда, лаборант химического анализа 3 разряда (т. 2 л.д. 2).
От занятия указанных должностей Селезнев Ю.В. отказался, что подтверждается его подписью.
Должность кладовщика центрального материального склада, на которую ссылается истец в апелляционной жалобе, правильно не была ему предложена, поскольку в спорный период не являлась вакантной.
Как следует из материалов дела, на основании приказа ОАО "Лебедянский сахарный завод"N 0602.01-п от 06 февраля 2019 года на должность кладовщика центрального материального склада был принят ФИО16
Приказом ответчика N 1208.40-е от 12 августа 2019 года ФИО16 с 14 августа 2019 года был переведен на период приемки и переработки сахарной свеклы оператором пульта управления в сахарном производстве 4 разряда (т. 3 л.д. 31-35).
Согласно объяснениям представителя ответчика указанный временный перевод ФИО16 на другую должность вызван спецификой деятельности предприятия по производству сахара. По окончанию сезона по приемке и переработке свеклы все работники продолжили свою трудовую деятельность на своих постоянных должностях, в том числе и ФИО16
Указанные обстоятельства истцом не оспаривались.
Давая анализ названным доказательствам по делу, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что имеющаяся на момент увольнения истца должность кладовщика центрального материального склада не являлась вакантной должностью, а относилась к числу временных в связи с переводом основного работника (ФИО16) на другую должность на период приемки и переработки сахарной свеклы.
Действующим трудовым законодательством не предусмотрена обязанность работодателя предлагать работнику, увольняемому по сокращению должности или штата, занять временную должность.
Размещение работодателем сведений о потребности в работниках по определенным должностям в средствах массовой информации не может свидетельствовать о наличии у работодателя вакансий по этим должностям в действительности, поскольку единственными допустимыми, относимыми и достоверными доказательствами данного обстоятельства могут быть только внутренние документы самого работодателя, подтверждающие численность и штат сотрудников. Действующее законодательство не предусматривает каких-либо обязательных требований к информации, размещаемой в сети Интернет, в средствах массовой информации, на предмет ее соответствия внутренним документам работодателя, от имени которого такие сведения размещены.
При проверке судом штатного расписания ответчика, действующего в период с 26 августа 2019 года по 28 октября 2019 года, каких-либо вакантных должностей, которые ответчик не предложил истцу в соответствии с его квалификацией, не установлено.
Несмотря на запрос ответчиком мнения профсоюзного органа по вопросу проводимого сокращения работников, получение мнения первичной профсоюзной организации в данном случае не требовалось, поскольку Селезнев Ю.В. не являлся членом профсоюза.
28 октября 2019 года состоялось увольнение истца по пункту 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Правильно установив обстоятельства дела, оценив указанные доказательства по делу по правилам статьи 67 ГПК РФ, применив нормы приведенного трудового законодательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что работодатель не допустил нарушений процедуры увольнения работника, предусмотренную трудовым законодательством при увольнении по сокращению численности или штата, и обоснованно уволил истца приказом от 28 октября 2019 года по пункту 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Довод апелляционной жалобы о том, что по состоянию на 28 октября 2019 года, то есть на дату увольнения истца, занимаемая им должность не была сокращена, а потому оснований для увольнения не имелось, судебная коллегия находит несостоятельным.
В силу статьи 84-1 Трудового кодекса Российской Федерации днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника.
Из материалов дела следует, что Селезнев Ю.В. был уволен с занимаемой должности с 28 октября 2019 года.
Соответственно, исходя из положений статьи 84-1 Трудового кодекса Российской Федерации, последним днем работы истца являлся день 28 октября 2019 года.
По делу установлено, что приказом ОАО "Лебедянский сахарный завод"от 28 октября 2019 года N ЛСЗ-014-2019-зп внесены изменения в штатное расписание, утвержденное приказом ответчика от 30 сентября 2019 года N ЛСЗ-006-2019-зп, в соответствии с которыми с 29 октября 2019 года из структурного подразделения "ремонтно-строительный цех" исключена должность "<данные изъяты>".
Штатным расписанием ответчика на 29 октября 2019 года подтверждается, что должность "<данные изъяты>" в "ремонтно-строительном цехе" отсутствует (т. 1 л.д. 228-245).
Таким образом, со следующего дня после увольнения истца занимаемая им должность была работодателем сокращена. Оснований для сокращения данной должности на дату увольнения истца у ответчика не имелось, поскольку работник еще не был уволен.
Довод апелляционной жалобы об отсутствии у работодателя оснований для сокращения занимаемой истцом должности судебная коллегия находит несостоятельным.
Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 15 июля 2008 года N 411-О-О, принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников при условии соблюдения закрепленного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.
Отказывая истцу в удовлетворении требования о взыскании разницы в окладе по одноименным должностям "<данные изъяты>" с учетом всех премиальных выплат, включая 13-ую заработную плату, за период с 01 сентября 2017 года по 12 августа 2019 года в размере 238 000 рублей, суд первой инстанции обоснованно исходил из положений статей 57, 72 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающих оплату труда как обязательное условие, которое подлежит включению в трудовой договор, заключаемый работником с работодателем, и возможность изменения определённых сторонами условий трудового договора только по соглашению его сторон, а также правильно указал на отсутствие каких-либо дискриминирующих факторов при определении сторонами трудового договора оплаты труда по должности <данные изъяты> ОАО "Лебедянский сахарный завод".
Так, при заключении 18 августа 2017 года трудового договора N 214 стороны в пункте 3.1 определили, что работнику устанавливается должностной оклад из расчёта 40-часовой рабочей недели в размере 15 992 рубля (т. 1 л.д. 7-13, 171-178). Селезнев Ю.В. данный договор подписал, что свидетельствует о согласии с его условиями.
Пункт 3.2 того же трудового договора предусматривает выплату работнику премий, доплат, надбавок и других видов материального вознаграждения в порядке и на условиях. предусмотренных системой оплаты труда в соответствии с локальными нормативными актами работодателя.
Статьей 3 Трудового кодекса Российской Федерации установлен запрет дискриминации в сфере труда.
Каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав (часть 1 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации).
Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (часть 2 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации).
По смыслу приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации не допускается ограничение в трудовых правах и свободах в зависимости от обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника, в частности, от социального и должностного положения работника.
В рассматриваемом споре стороны определили условия оплаты труда при заключении трудового договора исходя из трудовой функции <данные изъяты>.
Правильно оценив представленные по делу доказательства, суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу о том, что установление оплаты труда по занимаемой истцом должности связано исключительно с объёмом трудовой функции работника, замещающего данную должность, но никоим образом не связано с какими-либо признаками, изложенными в части 2 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации.
Отказывая истцу в удовлетворении требования о взыскании доплаты в размере 20 процентов за расширение зоны обслуживания, увеличения объёма работ при ведении "Участка уборки служебных и производственных помещений", "Гостиницы" за период с 09 января 2018 года по 28 февраля 2019 года, суд первой инстанции, проанализировав условия трудового договора, заключенного между сторонами, должностную инструкцию истца, правильно пришёл к выводу об отсутствии увеличения объёма работ у истца и какого-либо расширения зоны обслуживания.
Согласно пункту 1.1 трудового договора N 214 от 18 августа 2017 года Селезнев Ю.В. принят на должность <данные изъяты> в ОАО "Лебедянский сахарный завод" для выполнения трудовой функции согласно должностной инструкции N 11 от 05 февраля 2015 года.
Как установлено судом, 21 августа 2017 года, то есть в первый рабочий день у данного работодателя, Селезнев Ю.В. ознакомлен с должностной инструкцией N 11 "<данные изъяты>" структурного подразделения "ремонтно-строительный цех", утверждённой генеральным директором 05 февраля 2015 года (т. 1 л.д. 168-178).
В соответствии с пунктами 2.12, 2.13. указанной должностной инструкции <данные изъяты> ведёт табель учета рабочего времени работников структурных подразделений "Ремонтно-строительный цех", "Гостиница", "Участок уборки производственных и служебных помещений"; осуществляет руководство и организацией работ структурным подразделением "Гостиница".
Таким образом, ведение "Участка уборки служебных и производственных помещений" и "Гостиницы" входит в должностные обязанности истца, оплата за выполнение которых предусмотрена пунктами 3.1, 3.2 трудового договора N 214 от 18 августа 2017 года
При таких обстоятельствах оснований для доплаты истцу 20 % за расширение зоны обслуживания за период с 09 января 2018 года по 28 февраля 2019 года не имеется.
То обстоятельство, что ранее на основании приказа ответчика N 836 от 24 августа 2017 года (т. 1 л.д. 186) между сторонами заключалось дополнительное соглашение к трудовому договору о доплате 20% от основной тарифной ставки за расширение зоны обслуживания и увеличение объёма выполняемых работ на период с 21 августа 2017 года по 31 декабря 2017 года, выводов суда первой инстанции не опровергает и не является основанием для удовлетворения требований истца в данной части, поскольку принятие решения о доплате работнику за тот же объём работы, который предусмотрен должностной инструкцией, является правом работодателя.
В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства заключения между сторонами дополнительных соглашений к трудовому договору N 214 от 18 августа 2017 года о доплате истцу за расширение зоны обслуживания в период с 09 января 2018 года по 28 февраля 2019 года. Сам истец также не оспаривал того обстоятельства, что после 31 декабря 2017 года таких соглашений с работодателем не заключалось.
Более того, приказом ОАО "Лебедянский сахарный завод" N 1139 от 11 октября 2017 года доплата, установленная истцу приказом N 836 от 24 августа 2017 года, отменена с 11 октября 2017 года в связи с отсутствием установленного ранее объёма работ по ведению и оформлению табелей учёта рабочего времени, выписки, учёту и списанию материалов структурных подразделений "Гостиница", "Участок уборки производственных и служебных помещений" (т. 1 л.д. 188). Истец с данным приказом ознакомлен, что подтверждается его подписью.
Возложение обязанности на ответчика по дополнительным выплатам истцу за исполнение им должностных обязанностей является изменением существенного условия трудового договора в части оплаты труда, которая определена в трудовом договоре, заключенном между сторонами, что противоречит закону.
Обоснованно суд первой инстанции отказал истцу и в удовлетворении требования о взыскании с ОАО "Лебедянский сахарный завод" в его пользу доплаты за выполнение обязанностей начальника цеха с учётом премиальных выплат, включая 13-ую заработную плату, за период с 01 сентября 2017 года по 12 августа 2019 года.
Так, при приеме на работу Селезнев Ю.В. соответствовал требованиям, предъявляемым к квалификации "<данные изъяты>" и занимал должность "<данные изъяты>" в соответствии с полученным образованием, стажем работы, выполняя должностные обязанности, предусмотренные должностной инструкцией "<данные изъяты>" структурного подразделения "ремонтно-строительный цех", утверждённой генеральным директором 05 февраля 2015 года (т. 1 л.д. 168-178).
Помимо должности <данные изъяты> в ремонтно-строительном цехе предусмотрены должности каменщика и плотника, должность начальника цеха штатными расписаниями ответчика не предусмотрена и никогда не была предусмотрена в период работы истца.
При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца в данной части, поскольку им выполнялись обязанности, предусмотренные должностной инструкцией по замещаемой должности.
Отказывая истцу в удовлетворении требования о признании незаконным решения комиссии по трудовым спорам от 21 октября 2019 года, суд первой инстанции исходил из того обстоятельства, что, обосновывая исковые требования в этой части, истец сослался на незаконность и необоснованность принятого решения при аналогичных обстоятельствах, заявленных в суде к ОАО "Лебедянский сахарный завод".
Судебная коллегия соглашается с данным выводом суда по следующим основаниям.
В силу статьи 385 Трудового кодекса Российской Федерации комиссия по трудовым спорам является органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров, по которым настоящим Кодексом и иными федеральными законами установлен другой порядок их рассмотрения.
Работник может обратиться в комиссию по трудовым спорам в трёхмесячный срок со дня, когда он узнал ли должен был узнать о нарушении своего права (статья 386 Трудового кодекса Российской Федерации).
Порядок рассмотрения индивидуального трудового спора в комиссии по трудовым спорам регламентирован статьёй 387 Трудового кодекса Российской Федерации.
Приказом ОАО "Лебедянский сахарный завод" от 24 апреля 2019 года N 95/1-пр для разрешения споров, не имеющих иного порядка рассмотрения, предусмотренного статьёй 385 Трудового кодекса Российской Федерации, создана постоянно действующая комиссия для разрешения трудовых споров в составе 6-ти членов комиссии (т. 1 л.д. 189).
Селезнев Ю.В. обратился в комиссию по трудовым спорам ОАО "Лебедянский сахарный завод" с заявлением, в котором просил: взыскать с ОАО "Лебедянский сахарный завод" разницу в окладе по одноименным должностям <данные изъяты>" с учетом всех премиальных выплат, включая 13-ую заработную плату, за период с 01 сентября 2017 года по 12 августа 2019 года в размере 238 000 рублей; взыскать с ОАО "Лебедянский сахарный завод" 271 000 рублей, представляющую собой доплату в размере 20 процентов за расширение зоны обслуживания, увеличения объема работ при ведении "Участка уборки служебных и производственных помещений", "Гостиницы" за период с 09 января 2018 года по 28 февраля 2019 года, а также выполнение обязанностей начальника цеха с учетом премиальных выплат, включая 13-ую заработную плату, за период с 01 сентября 2017 года по 12 августа 2019 года; отменить приказ о сокращении; установить оклад <данные изъяты> согласно одноименным должностям с доплатой за исполнение обязанностей начальника цеха; обеспечить рабочее место компьютером, ксероксом; заключить договор на аренду транспортного средства.
Решением комиссии по трудовым спорам от 21 октября 2019 года, оформленного протоколом N 2, истцу отказано в удовлетворении всех заявленных требований (т. 1 л.д. 18-22). Протокол подписан председателем комиссии и всеми членами комиссии.
Проверив процедуру рассмотрения заявления истца, правомочность проведения заседания комиссии, суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу об отсутствии оснований для отмены решения комиссии по трудовым спорам.
Вопреки доводу апелляционной жалобы о неосновательном отказе в компенсации истцу морального вреда, судом правомерно установлено отсутствие оснований для удовлетворения требований Селезнёва Ю.В. в части возмещения морального вреда.
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Поскольку в ходе рассмотрения дела не установлен факт нарушения ответчиком трудовых прав истца, суд первой инстанции обоснованно отказал ему в удовлетворении требований о компенсации морального вреда.
Доводы апелляционной жалобы о несоответствии выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, судебной коллегией отклоняются, поскольку отсутствуют правовые основания для иной оценки представленных в материалы дела доказательств, выводы суда основаны на нормах трудового законодательства, регулирующих порядок расторжения трудового договора по инициативе работодателя, подтверждаются материалами дела. Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, не представлено.
Решение суда является законным и обоснованным, отмене не подлежит.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Лебедянского районного суда Липецкой области от 25 декабря 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Селезнева Юрия Владимировича - без удовлетворения.
Председательствующий: (подпись)
Судьи: (подписи)
Копия верна: Судья: Секретарь:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
