Дата принятия: 18 ноября 2020г.
Номер документа: 33-8004/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ИРКУТСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 18 ноября 2020 года Дело N 33-8004/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
судьи-председательствующего Давыдовой О.Ф.,
судей Сазонова П.А., Егоровой О.В.,
при секретаре Васильевой Н.О.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-1131/2019 по иску Литвинцева Сергея Сергеевича к Заусаевой Юлии Павловне, САО "ВСК" о взыскании неосновательного обогащения, убытков
по апелляционной жалобе Заусаевой Юлии Павловны на решение Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 28 августа 2019 года,
установила:
Литвинцев С.С. обратился в суд с иском, измененным в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к Заусаевой Ю.П., САО "ВСК" о взыскании неосновательного обогащения в размере 837 399 руб., убытков в размере 837 399 руб., возмещения госпошлины в размере 9 174 руб. В обоснование требований указал, что решением Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 12.10.2018 по гражданскому делу N 2-1680/2018 с САО "ВСК" в пользу Заусаевой Ю.П. взысканы денежные средства в размере 597 399 руб. Согласно заключенному договору цессии Заусаева Ю.П. переуступила Литвинцеву С.С. право требования к САО "ВСК" взысканных сумм.
После вступления решения суда в законную силу, Заусаева Ю.П. зная, что денежные средства в размере 837 399 руб. ей не принадлежат, по исполнительному листу получает, взысканные суммы с САО "ВСК". Таким образом, Заусаева Ю.П. без законных оснований приобрела за счет Литвинцева С.С. денежные средства в размере 837 399 руб.
В процессе досудебного урегулирования спора, Заусаева Ю.П. неоднократно обещала вернуть денежные средства, однако уведомила о расторжении договора цессии и перечислила на счет истца денежные средства в размере 240 000 руб. Истец с расторжением договора цессии в одностороннем порядке не согласен, поскольку отсутствовали существенные нарушения условий договора. Выплаченные денежные средства в размере 240 000 руб., по мнению истца, направлены на погашение задолженности в размере 837 399 руб.
На момент предъявления исполнительного листа к исполнению первоначальный кредитор Заусаева Ю.П. в силу ст.ст. 382, 384, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации не имела прав на получение указанных сумм. В силу изложенного, обязана вернуть неосновательное обогащение в размере 597 399 руб. (837 399 руб. - 240 000 руб.).
По условиям договора цессии, Заусаева Ю.П. в качестве компенсации получила от истца 240 000 руб. Все требования к совершенному договору цессии сторонами были соблюдены.
Дата изъята Заусаева Ю.П. через своего представителя уведомила САО "ВСК" о заключении договора цессии. В нарушение ст.ст. 318, 385 Гражданского кодекса Российской Федерации САО "ВСК" выплатило денежные средства в размере 837 399 руб. Заусаевой Ю.П., тем самым причинив убытки истцу.
С учетом изложенного сумма долга в размере 837 399 руб. была выплачена должником САО "ВСК" ненадлежащему кредитору, в то время как на дату выплаты должник был дважды уведомлен о состоявшемся договоре цессии.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 15, 309, 312, 385, 389, 390, 393, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, Литвинцев С.С. просил суд иск в измененной редакции удовлетворить.
Решением Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 28.08.2019 исковые требования Литвинцева С.С. удовлетворены частично.
С САО "ВСК" в пользу Литвинцева С.С. взысканы денежные средства в размере 837 399 руб., возмещение государственной пошлины в размере 9 174 руб.
В удовлетворении требований Литвинцева С.С. к Заусаевой Ю.П. отказано в полном объеме.
С САО "ВСК" в доход бюджета г. Иркутска взыскана государственная пошлина в размере 2 400 руб.
В апелляционной жалобе Заусаева Ю.П. просит решение суда отменить, принять новый судебный акт.
В обоснование доводов жалобы заявитель указывает на то, что денежные средства в сумме 837 399 руб. являются для ответчика неосновательным обогащением, поскольку на момент предъявления исполнительного листа к исполнению, Заусаева Ю.П., как первоначальный кредитор, в силу требований ст.ст. 382, 384, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации не имела права на их получение. С учетом того, что Заусаева Ю.П. на досудебной стадии уведомила истца о расторжении договора цессии от 16.03.2018 и перечислила на его счет денежные средства в размере 240 000 руб., которые ранее были переданы им ответчику в счет компенсации по договору цессии, он полагал, что ответчик обязана вернуть неосновательное обогащение в размере 597 399 руб. (837 399 руб. - 240 000 руб.), так как в нарушение требований ст.ст. 318, 385 Гражданского кодекса Российской Федерации сумма долга в размере 837 399 руб. была выплачена САО "ВСК", который дважды был уведомлен о состоявшемся договоре цессии, ненадлежащему кредитору, чем истцу причинены убытки в размере 837 399 руб., которые должны быть взысканы с ответчика САО "ВСК" в его пользу.
Кроме того, в принятом по делу решении, суд первой инстанции указал, что договор об уступке права требования (цессии) N 5 был заключен между Заусаевой Ю.П. и Литвинцевым С.С. Дата изъята, все существенные условия договора данного вида между его сторонами были согласованы, договор соответствует нормам Гражданского кодекса Российской Федерации о переходе прав кредитора к другому лицу, вследствие чего является заключенным, порождающим взаимные права и обязанности между его сторонами.
Между тем, такой вывод суда не соответствует установленным обстоятельствам по данному делу и противоречат нормам материального и процессуального права, регулирующего спорные правоотношения сторон.
Вопреки выводам суда, изложенным в решении, договор об уступке права требования (цессии) N Номер изъят между Заусаевой Ю.П. и Литвинцевым С.С. подписан и заключен Дата изъята, что не оспаривалось самим истцом.
В тоже время, из материалов дела следует, что договор об уступке права требования (цессии) N Номер изъят заключенный между Заусаевой Ю.П. и Литвинцевым С.С., представлен на двух листах, из которых сторонами подписан только второй лист.
Истец Литвинцев С.С. в материалы дела представил первый лист спорного договора, где дата его заключения указана как "Дата изъята ", который никем из сторон договора не подписан.
В свою очередь, ответчик Заусаева Ю.П. представила в материалы дела первый лист договора, где дата его заключения указана как "Дата изъята ", который никем из сторон договора не подписан.
Необходимо отметить, что представленная сторонами в материалы дела первая сторона договора полностью идентична по своему содержанию, за исключением даты подписания. Вместе с тем, представленный истцом первый лист договора цессии N Номер изъят и первый лист договора от "Дата изъята " был скреплен с подлинником второго представленного сторонами листа обычной канцелярской скобой.
Таким образом, она считает, что из состоявшегося по данному делу решения невозможно установить, на основании каких допустимых доказательств суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что спорный договор был заключен именно Дата изъята, а не Дата изъята , и каким образом подпись ответчика, проставленная на втором листе представленного договора, может свидетельствовать о подлинности никем не оспоренного первого листа.
Ссылаясь на положения п. 1 ст. 158, п. 1 ст. 160, п. 2 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает, что учитывая то, что, Дата изъята договор уступки права требования (цессии) между Заусаевой Ю.П. и Литвинцевым С.С. не заключался, а требований о взыскании неосновательного обогащения с Заусаевой Ю.П., о взыскании САО "ВСК" по договору уступки права требования (цессии) N Номер изъят от 16.03.2018 истцом не заявлялось, то, соответственно, у суда первой инстанции не было оснований для удовлетворения заявленных истцом требований, что свидетельствует о том, что выводы суда в решении не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а судом нарушены нормы материального и процессуального права.
Письменных возражений на апелляционную жалобу не представлено.
В заседание суда апелляционной инстанции не явились истец Литвинцев С.С., ответчик Заусаева Ю.П., представитель ответчика САО "ВСК", о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах своей неявки в судебное заседание не известили, об отложении дела не просили.
На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда рассмотрела дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, признав их извещение о времени и месте рассмотрения дела надлежащим.
Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Егоровой О.В., выслушав объяснения представителя истца, представителя ответчика, изучив дело, проверив законность и обоснованность решения суда по правилам ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для его отмены и удовлетворения апелляционной жалобы.
Согласно ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.
В силу положений ст. 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.
В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
Согласно п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.
Договор уступки права признается заключенным, если предмет договора является определимым, то есть возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка. При этом отсутствие в договоре указания точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным (п. 1 ст. 307, п. 1 ст. 432, п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств").
Если уведомление об уступке направлено должнику новым кредитором, то должник согласно абз. 2 п. 1 ст. 385 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе не исполнять ему обязательство до получения подтверждения от первоначального кредитора.
В соответствии с п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" должник считается уведомленным о переходе права с момента, когда соответствующее уведомление доставлено или считается доставленным по правилам ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон. Если требуемое уведомление должнику не доставлено и отсутствуют обстоятельства считать его таковым, цедент не вправе отказаться от принятия исполнения со ссылкой на состоявшийся переход права.
В силу п. 1 ст. 312 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено соглашением сторон и не вытекает из обычаев или существа обязательства, должник вправе при исполнении обязательства потребовать доказательств того, что исполнение принимается самим кредитором или управомоченным им на это лицом, и несет риск последствий непредъявления такого требования.
Согласно абз. 2 п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", если уведомление об уступке направлено должнику новым кредитором, то должник согласно абзацу второму п. 1 ст. 385 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе не исполнять ему обязательство до получения подтверждения от первоначального кредитора. При непредставлении такого подтверждения в течение разумного срока должник вправе исполнить обязательство первоначальному кредитору.
В соответствии с положениями ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факт приобретения или сбережения имущества; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица; отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.
Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.
В силу положений п.п 1 и 2 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 данного Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.
Как установлено судом и следует из материалов дела, Дата изъята между Заусаевой Ю.П. "Цедент" и Литвинцевым С.С. "Цессионарий" заключен договор цессии N 5, согласно пункту 1 которого долг - право (требование) на получение надлежащего исполнения по обязательству, возникшему вследствие ущерба, который понес Цедент от повреждения принадлежащего ему автомобиля (данные изъяты), г/н Номер изъят по ДТП, произошедшему 04.02.2018 (причинитель вреда (данные изъяты), г/н Номер изъят), в размере полной стоимости восстановительного ремонта поврежденного автомобиля, в том числе, право требования на исполнение обязательств по выплате страхового возмещения, в том числе, страховщиком САО "ВСК" по полису ОСАГО серии ЕЕЕ N Номер изъят в связи со страховым случаем - ущерб, причиненный Цеденту в связи с повреждением принадлежащего ему автомобиля (данные изъяты), г/н Номер изъят, и всех сопутствующих расходов, связанных с правом на возмещение ущерба (страховую выплату), а также право требования уплаты неустойки, суммы финансовой санкции, штрафа, расходов на оплату услуг по оценке, расходов услуг представителя.
Решением Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 12.10.2018 по гражданскому делу N 2-1680/2018 с САО "ВСК" в пользу Заусаевой Ю.П. взыскано страховое возмещение в размере 342 266 руб., неустойка в размере 300 000 руб., компенсация морального вреда в размере 2 000 руб., штраф в размере 171 133 руб., расходы по независимой экспертизе в размере 10 000 руб., расходы на оплату услуг юриста в размере 12 000 руб., а всего - 837 399 руб.
Решение вступило в законную силу 25.12.2018.
В судебном заседании обозревалось гражданское дело N 2-1680/2018, из материалов которого усматривается, что 11.01.2019 поступило заявление от Заусаевой Ю.П. в лице представителя Гладышева Р.А., о процессуальном правопреемстве. К заявлению приложена копия договора об уступке права требования N Номер изъят от Дата изъята в редакции дополнительного соглашения от Дата изъята.
30.01.2019 от Заусаевой Ю.П. в суд поступило заявление с просьбой не рассматривать заявление о процессуальном правопреемстве с приложением копии распоряжения об отмене доверенности представителя Гладышева Р.А.
01.02.2019 Заусаевой Ю.П. лично получен исполнительный лист по гражданскому делу N 2-1680/2018.
01.02.2019 от Литвинцева С.С. поступило заявление о процессуальном правопреемстве. К заявлению приложена копия договора об уступке права требования N Номер изъят от Дата изъята.
04.03.2019 от Заусаевой Ю.П. поступили возражения на заявление о процессуальном правопреемстве с приложением уведомления от 19.02.2019 о расторжении договора об уступке права требования N Номер изъят от 16.03.2018 и копией приходного кассового ордера о перечислении Литвинцеву С.С. 240 000 руб. за расторжение договора цессии N Номер изъят от 16.03.2018.
Судом также установлено, что уведомлением от Дата изъята, зарегистрированным САО "ВСК" 09.01.2019 Заусаева Ю.П. уведомила о состоявшейся переуступке права требования, приложив копию договора об уступке права требования N Номер изъят от Дата изъята и копию паспорта Литвинцева С.С.
01.02.2019 информационным письмом Заусаева Ю.П. уведомила САО "ВСК" о том, что договор цессии N Номер изъят от 16.03.2018 между нею и Литвинцевым С.С. расторгнут, дополнительные соглашения к договору не заключались, договоры цессии в 2019 году ею не подписывались.
04.02.2019 Литвинцев С.С. уведомил САО "ВСК" о состоявшейся переуступке права требования приложив договор об уступке права требования N Номер изъят от Дата изъята, оригинал акта от Дата изъята , банковские реквизиты.
06.02.2019 САО "ВСК" перечислило в адрес Заусаевой Ю.П. денежные средства в размере 837 399 руб., взысканные по решению суда от 12.10.2018, указанные обстоятельства сторонами в судебном заседании не оспаривались.
Разрешая спор по существу и частично удовлетворяя заявленные требования истца Литвинцева С.С., и руководствуясь положениями ст.ст. 309, 310, 382, 384, 393, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, абз. 2 п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", и установив, что на основании договора цессии от Дата изъята к Литвинцеву С.С. перешло в полном объеме право требования к САО "ВСК", возникшее вследствие причинения вреда транспортному средству "(данные изъяты)", г/н Номер изъят, принадлежащему Заусаевой Ю.П. в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего Дата изъята ; что истец свою обязанность по уведомлению должника САО "ВСК" о состоявшейся переуступки исполнил надлежащим образом, а ответчик САО "ВСК" 01.02.2019, получив от Заусаевой Ю.П. уведомление о том, что договор цессии N Номер изъят от 16.03.2018 между нею и Литвинцевым С.С. расторгнут, ни сам договор от 16.03.2018, ни соглашение о его расторжении не запросил; что в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком Заусаевой Ю.П. не представлен договор цессии N Номер изъят от Дата изъята, который был ею расторгнут в одностороннем порядке, путем направления уведомления в адрес истца, при этом сам факт заключения договора цессии от 16.03.2018 истцом не признавался, доказательств существенных нарушений условий договора со стороны истца ответчиком Заусаевой Ю.П., также не представлено, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что с ответчика САО "ВСК" в пользу Литвинцева С.С. подлежат взысканию убытки в размере фактически выплаченного страхового возмещения первоначальному кредитору Заусаевой Ю.П. в размере 837 399 руб., возмещение государственной пошлины в размере 9 174 руб. При этом, судом принято решение об отказе в удовлетворении требований Литвинцева С.С. к Заусаевой Ю.П. в полном объеме.
Также решением суда с САО "ВСК" в доход бюджета г. Иркутска взыскана государственная пошлина в размере 2 400 руб.
Рассматривая дело в пределах заявленных доводов жалобы и учитывая то, что при рассмотрении дела в суде апелляционные инстанции стороны не оспаривали, что правовые последствия для сторон в рассматриваемом случае возникли именно из договора цессии N Номер изъят от 16.03.2018, заключённого между Заусаевой Ю.П. и Литвинцевым С.С., который не был расторгнут сторонами в установленном законом порядке и не признан недействительным и, соответственно, влечёт наступление за собой соответствующих правовых последствий для сторон, что стороны не оспаривали и в судебном заседании суда апелляционной инстанции, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о взыскании с ответчика САО "ВСК" в пользу Литвинцева С.С. убытков в размере фактически выплаченного страхового возмещения первоначальному кредитору Заусаевой Ю.П. в размере 837 399 руб., государственной пошлины в размере 9 174 руб., поскольку выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам; нормы материального права при разрешении данного спора судом применены верно.
В связи с этим, доводы жалобы заявителя о том, что из состоявшегося по данному делу решения невозможно установить, на основании каких допустимых доказательств суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что спорный договор был заключен именно Дата изъята, а не 16.03.2018, и каким образом подпись ответчика, проставленная на втором листе представленного договора, может свидетельствовать о подлинности никем не оспоренного первого листа; что, учитывая то, что Дата изъята договор уступки права требования (цессии) между Заусаевой Ю.П. и Литвинцевым С.С. не заключался, а требований о взыскании неосновательного обогащения с Заусаевой Ю.П., о взыскании с САО "ВСК" по договору уступки права требования (цессии) N Номер изъят от 16.03.2018 истцом не заявлялось, то, соответственно, у суда первой инстанции не было оснований для удовлетворения заявленных истцом требований, судебная коллегия, с учётом позиции сторон, установленной при рассмотрении апелляционной жалобы, расценивает как основанные на неверном толковании норм материального права и фактических обстоятельств дела.
Обжалуемое ответчиком решение принято судом в рамках заявленных исковых требований, решение суда постановлено с учётом правил ст. 39, ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, тогда как ссылки заявителя жалобы о несогласии с выводами суда о том, что договор об уступке права требования (цессии) N 5 был заключен между Заусаевой Ю.П. и Литвинцевым С.С. Дата изъята, все существенные условия договора данного вида между его сторонами были согласованы, договор соответствует нормам Гражданского кодекса Российской Федерации о переходе прав кредитора к другому лицу, вследствие чего является заключенным, порождающим взаимные права и обязанности между его сторонами, по мнению судебной коллегии, не колеблют правильности вывода суда о взыскании с САО "ВСК" по договору уступки права требования (цессии), имевшему место между сторонами, при тех условиях, что в суде апелляционной инстанции стороны подтвердили факт возникновения между ними правовых последствий из договора уступки права требования (цессии) N 5 от 16.03.2018, что не исключает гражданско-правовой ответственности страховщика в рамках заявленного истцом иска и не является основанием для отмены судебного решения.
При таких обстоятельствах, исходя из установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия находит, что судом принято верное правовое решение о взыскании с ответчика САО "ВСК" в пользу Литвинцева С.С. убытков в размере фактически выплаченного страхового возмещения первоначальному кредитору Заусаевой Ю.П. в размере 837 399 руб. При этом, суд первой инстанции правильно указал на то, что поскольку денежные средства были перечислены САО "ВСК" в пользу ответчика Заусаевой Ю.П. на основании исполнительного листа, то оснований для квалификации спорных правоотношений как неосновательного обогащения за счет Литвинцева С.С. у суда не имеется, в связи с чем, требования истца о взыскании неосновательного обогащения с ответчика Заусаевой Ю.П. в размере 597 399 руб. удовлетворению не подлежат.
Доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, с которыми согласилась судебная коллегия, а лишь выражают несогласие с оценкой судом исследованных по делу доказательств, которым судом дан надлежащий анализ и правильная оценка по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, а потому не могут быть приняты во внимание судебной коллегией.
Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, которые, по смыслу ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, могли бы служить основанием для отмены обжалуемого решения, не установлено.
Ссылок на какие-либо новые факты, которые остались без внимания суда, в апелляционной жалобе не содержится, нарушений норм процессуального и материального права, влекущих за собой отмену судебного акта, судом не допущено, в связи с чем, решение суда, проверенное в силу ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным, обоснованным и отмене не подлежит.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда
определила:
решение Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 28 августа 2019 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Судья-председательствующий О.Ф. Давыдова
Судьи П.А. Сазонов
О.В. Егорова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
