Дата принятия: 19 февраля 2020г.
Номер документа: 33-799/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 19 февраля 2020 года Дело N 33-799/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе председательствующего судьи Юркиной И.В.,
судей Степановой Э.А., Карачкиной Ю.Г.
при секретаре судебного заседания Львовой Е.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по иску Шатилова Юрия Александровича к муниципальному образованию "город Чебоксары - столица Чувашской Республики", Чебоксарскому городскому комитету по управлению имуществом администрации г.Чебоксары, обществу с ограниченной ответственностью "Фондовый Маклер" о признании недействительной регистрации права собственности на нежилое помещение, исключении из Единого государственного реестра недвижимости записи о праве собственности, поступившее по апелляционной жалобе Шатилова Ю.А. на решение Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 11 декабря 2019 года.
Заслушав доклад судьи Степановой Э.А., судебная коллегия
установила:
Шатилов Ю.А. в иске к муниципальному образованию "город Чебоксары - столица Чувашской Республики" (далее - муниципальное образование г.Чебоксары), Чебоксарскому городскому комитету по управлению имуществом администрации г.Чебоксары, обществу с ограниченной ответственностью "Фондовый Маклер" с учетом уточнений просил признать недействительной государственную регистрацию права собственности муниципального образования "г.Чебоксары-столица Чувашской Республики" на нежилое помещение N площадью N кв.м. с кадастровым номером N расположенное на цокольном этаже многоквартирного жилого дома <данные изъяты>, исключив из Единого государственного реестра недвижимости запись о регистрации права собственности за N от 21 марта 2014 года.
Требования истцом мотивированы тем, что ему на праве собственности принадлежит квартира <данные изъяты>, в указанном доме на цокольном этаже имеется нежилое помещение площадью N кв.м., собственником которого является муниципальное образование г.Чебоксары. Однако с момента появления первых собственников, то есть с 3 июля 1997 года, когда семья <данные изъяты> приватизировала квартиру N в многоквартирном доме, указанное нежилое помещение стало общедомовым имуществом собственников многоквартирного дома, в связи с чем в состав муниципального имущества отнесено незаконно. Согласно техническому паспорту по состоянию на декабрь 1983 года спорное помещение являлось сигнализаторской комнатой, по состоянию на июль 1997 года нежилое помещение было предназначено для целей, связанных с обслуживанием жилого дома, и использовалось фактически в качестве общего имущества домовладельцами, помещение является нежилым встроенным элементом здания, в нем имеются внутренние инженерные коммуникационные сети, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, обслуживающее более одного помещения, оно носит вспомогательный характер по отношению к другим помещениям дома, подвал жилого дома является техническим этажом, предназначенным для размещения инженерного оборудования, в связи с чем спорное имущество является общим имуществом собственников квартир многоквартирного дома. Согласно ответу Чебоксарского городского комитета по управлению имуществом администрации г.Чебоксары нежилое помещение N было отнесено к муниципальной собственности г.Чебоксары на основании постановления Верховного Совета Чувашской Республики от 25.12.1992 "Об отнесении объектов государственной собственности, находящихся на территории районов и городов Чувашской Республики, к муниципальной собственности", однако в перечне передаваемого в муниципальную собственность муниципального образования г.Чебоксары данное имущество не значится.
В суде первой инстанции истец Шатилов Ю.А. и его представитель Корягина И.В. поддержали уточненные исковые требования, пояснили, что в спорном помещении находится вся инженерная коммуникация, трубы общедомовой канализации, трубы отопления, трубы общедомовой подачи холодной воды, провода общедомовой пожарной сигнализации.
Представитель ответчика Чебоксарского городского комитета по управлению имуществом администрации г.Чебоксары Емельянова Л.Е. исковые требования не признала по мотивам, изложенным в отзыве на исковое заявление, в котором указала, что государственная регистрация права собственности на спорный объект произведена на законных основаниях, истцом доказательств того, что на момент приватизации первой квартиры нежилое помещение было предназначено для обслуживания всего дома и жильцы жилого дома владели и пользовались им как общим имуществом данного дома не представлено; на дату приватизации первой квартиры помещение сформировано в качестве самостоятельного объекта недвижимости, впоследующем передано муниципальному ремонтно-коммунальному предприятию <данные изъяты>" и для целей, связанных с обслуживанием жилого дома, не использовалось; наличие коммуникаций в спорном помещении не является безусловным основанием для возникновения права общей долевой собственности домовладельцев, по документам БТИ спорное помещение расположено на цокольном этаже, имеет смешанное функциональное назначение.
Ответчики муниципальное образование г.Чебоксары, ООО "Фондовый Маклер" своих представителей в судебное заседание не направили. В отзыве ООО "Фондовой Маклер" просило отказать в удовлетворении исковых требований.
Третьи лица ООО "УК "Сквер", ООО "СК "Апрель" представителей в суд не направили. В отзыве ООО "УК "Сквер" указало, что из поэтажного плана цокольного этажа технического паспорта жилого дома по состоянию на декабрь 1983 года следует, что спорное помещение проектировалось и ввелось в эксплуатацию как самостоятельный объект, нежилое помещение не обладает признаками, характерными для технического подвала, в связи с этим не относится к имуществу, на которое возникает право общей долевой собственности, в помещении отсутствуют общедомовые инженерные коммуникации дома.
Решением Московского районного суда г.Чебоксары от 11 декабря 2019 года в удовлетворении исковых требований Шатилова Ю.А. отказано в полном объеме.
В апелляционной жалобе Шатилов Ю.А. просит решение отменить ввиду его незаконности и необоснованности. Оспаривая вывод суда о том, что спорное нежилое помещение изначально при строительстве дома было сформировано для самостоятельного использования в целях, не связанных с обслуживанием жилого дома, указывает, что нежилое помещение N до 27 июня 2007 года входило в состав другого нежилого помещения - общей площадью N кв.м., и лишь 21 марта 2014 года, как самостоятельный объект недвижимости, передано в собственность муниципального образования г.Чебоксары; согласно техническому паспорту по состоянию на декабрь 1983 года нежилое помещение являлось сигнализационной комнатой, в нем расположено инженерное оборудование для подачи сигналов в случае возникновения пожара в многоквартирном доме; в помещении имеются инженерные коммуникационные сети, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, обслуживающее более одного помещения, оно является общим имуществом; в подтверждение нахождения инженерных коммуникаций в спорном нежилом помещении им представлен акт от 08.07.2019 с фотографиями, однако суд пришел к противоположному выводу. На дату приватизации первой квартиры в доме (03.07.1997) спорное помещение не было выделено, сформировано и учтено для целей самостоятельного использования, с момента реализации гражданами права на приватизацию жилья нежилое помещение стало являться общедомовым имуществом собственников многоквартирного дома и в состав муниципального имущества оно отнесено незаконно. В перечне передаваемого в собственность муниципального образования города Чебоксары данное имущество не значится, чем подтверждается тот факт, что как самостоятельный объект недвижимости оно не существовало, таковым оно стало лишь 21 марта 2014 года. Отмечает, что мотивированное решение по делу изготовлено и направлено в его адрес лишь 25 декабря 2019 года, чем нарушены нормы процессуального права в части сроков изготовления мотивированного решения по делу.
На заседании суда апелляционной инстанции истец Шатилов Ю.А. и его представитель Корягина И.В. поддержали апелляционную жалобу. Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились.
Учитывая, что в материалах дела имеются доказательства заблаговременного надлежащего извещения неявившихся участников процесса о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в том числе путем публикации извещения на официальном сайте суда апелляционной инстанции, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.
Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, проверив решение суда согласно ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) в пределах доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом и следует из материалов дела, Шатилов Ю.А. с 7 июля 2016 года на основании договора купли-продажи от 04.07.2016 является собственником 3/8 долей в праве общей долевой собственности на квартиру N, расположенную по адресу: <адрес>
Из технического паспорта на указанный жилой дом от 23.07.2002 (по данным технической инвентаризации от 19.07.2002) следует, что жилой дом <адрес> построен в 1983 году, в жилом доме имеются нежилые помещения N расположенные на цокольном этаже (литера А1) жилого дома, площадь нежилых помещений составляет N кв.м., их них: комната по плану N - электрощитовая площадью N кв.м., комната по плану N - сигнализационная площадью N.м., комната по плану N - бытовка площадью N кв.м.
27 июня 2007 года в Едином государственном реестре недвижимости за муниципальным образованием г.Чебоксары зарегистрировано право собственности на комнаты N (по плану) общей площадью N кв.м., расположенные на цокольном этаже жилого дома по адресу: <адрес>
21 марта 2014 года за муниципальным образованием г.Чебоксары зарегистрировано право собственности на нежилое помещение N площадью N кв.м, расположенное на цокольном этаже жилого <адрес>.
Обращаясь в суд, Шатилов Ю.А. просил признать недействительной регистрацию права собственности муниципального образования г.Чебоксары на нежилое помещение N площадью N кв.м., расположенное на цокольном этаже многоквартирного жилого <адрес>, ссылаясь на то, что спорное нежилое помещение с момента первой приватизации квартиры в многоквартирном доме стало являться общедомовым имуществом собственников многоквартирного дома, нежилое помещение предназначено для целей, связанных с обслуживанием жилого дома, в связи с чем подлежит исключению из состава муниципального имущества.
Отказывая в удовлетворении исковых требований Шатилова Ю.А., суд исходил из того, что спорное нежилое помещение N изначально при строительстве дома было предназначено (учтено, сформировано) для самостоятельного использования в целях, не связанных с обслуживанием жилого дома (сигнализаторская), впоследующем было передано муниципальному ремонтно-коммунальному предприятию <данные изъяты> в связи с этим право общей долевой собственности домовладельцев на это помещение не возникает. Кроме того, суд первой инстанции признал, что какого-либо оборудования, необходимого для обслуживания многоквартирного дома, в нежилом помещении не имеется, оно не используется в целях обслуживания многоквартирного жилого дома с момента ввода дома в эксплуатацию по настоящее время.
Доводы апелляционной жалобы указанных выводов суда не опровергают.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, помимо нежилых помещений, относящихся к общему имуществу в многоквартирном доме, в нем могут быть и иные нежилые помещения, которые предназначены для самостоятельного использования, являются недвижимыми вещами как самостоятельными объектами гражданских прав, в силу чего их правовой режим отличается от правового режима помещений, установленного в п.1 ст.290 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и ч.1 ст.36 Жилищного кодекса Российской Федерации (определения от 19 мая 2009 года N 489-О-О, от 25 сентября 2014 года N 2110-О, от 26 апреля 2016 года N 786-О и др.). Вопрос отнесения тех или иных помещений к общему имуществу собственников помещений в многоквартирном доме требует установления и исследования фактических обстоятельств конкретного дела.
В соответствии с п.1 ст.290 ГК РФ собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры.
В силу п.1 ч.1 ст.36 Жилищного кодекса Российской Федерации собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, а именно: помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы).
Согласно абз.4 ст.3 Закона РСФСР от 4 июля 1991 года N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в РСФСР" (далее - Закон о приватизации жилищного фонда), которая утратила силу с 1 марта 2005 года в связи с введением в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, собственники приватизированных жилых помещений в доме государственного или муниципального жилищного фонда становились совладельцами инженерного оборудования и мест общего пользования дома.
По смыслу указанных норм с момента начала реализации гражданами права на приватизацию жилья, предусмотренного Законом о приватизации жилищного фонда, жилой дом, в котором была приватизирована хотя бы одна квартира (комната), утрачивал статус объекта, находящегося исключительно в муниципальной собственности. Поэтому правовой режим нежилых помещений, как относящихся или не относящихся к общей долевой собственности нескольких собственников помещений в таких жилых домах, должен определяться на дату приватизации первой квартиры в доме.
В то же время, если по состоянию на указанный момент подвальные помещения жилого дома были предназначены (учтены, сформированы) для самостоятельного использования в целях, не связанных с обслуживанием жилого дома, то право общей долевой собственности домовладельцев на эти помещения не возникает. Остальные подвальные помещения, не выделенные для целей самостоятельного использования, переходят в общую долевую собственность домовладельцев как общее имущество дома.
Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами по данному спору являются период, когда была приватизирована первая квартира в многоквартирном доме, и предназначено ли спорное нежилое помещение для обслуживания всего жилого дома, а также, было ли оно на указанный момент предназначено (учтено, сформировано) для самостоятельного использования.
При этом обязанность по доказыванию момента приватизации первой квартиры в доме и того факта, что спорное помещение предназначено и фактически использовалось для обслуживания всего жилого дома, возложена на истца, а бремя доказывания того, что спорное помещение многоквартирного дома предназначено (учтено, сформировано) для самостоятельного использования - на ответную сторону.
Первая квартира в указанном многоквартирном доме приватизирована 3 июля 1997 года, что следует из договора передачи N от 03.07.1997.
По утверждению истца, в спорном помещении находится инженерная коммуникация, трубы общедомовой канализации, трубы отопления, трубы общедомовой подачи холодной воды, провода общедомовой пожарной сигнализации.
Представленный в материалы дела акт от 08.07.2019 свидетельствует о том, что в нежилом помещении N имеются трубы общедомовых канализации, отопления, подачи холодной и горячей воды, коммуникационные провода общедомовой пожарной сигнализации.
Вместе с тем, для определения правового режима спорного нежилого помещения не имело и не имеет значения наличие в нем инженерных коммуникаций, так как они расположены в каждом подвале и сами по себе не порождают право общей долевой собственности домовладельцев на помещения, уже выделенные для самостоятельного использования, не связанные с обслуживанием жилого дома.
Соответственно, наличие в спорном нежилом помещении транзитных труб отопления, холодного и горячего водоснабжения, канализации не является достаточным основанием для отнесения данного помещения к общему имуществу многоквартирного дома. А факт наличия в спорном помещении технического или иного оборудования, обслуживающего более одного помещения, на что ссылается апеллянт, не доказан, указанный факт опровергается представленным самим истцом актом от ДД.ММ.ГГГГ, исходя из которого какого-либо оборудования в помещении, которое бы использовалось или используется для обслуживания всего дома, не имеется, необходимость в постоянном использовании данного нежилого помещения для нужд владельцев других помещений в этом доме не подтверждена.
Само по себе то обстоятельство, что спорное помещение в техническом паспорте по состоянию на декабрь 1983 года поименовано в качестве сигнализационной комнаты, не свидетельствует о том, что указанное имущество фактически использовалось в качестве общего имущества домовладельцами, равно доказательств фактического его использования для обслуживания всего жилого дома истцом не представлено. Заявленный в суде апелляционной инстанции аргумент истца об использовании спорного помещения в качестве колясочной не подтвержден какими-либо объективными доказательствами, тем более, апеллянтом не оспаривается, что в данном помещении располагалось муниципальное ремонтно-коммунальное предприятие <данные изъяты>", обслуживающее многоквартирный жилой <адрес>.
Постановлением Верховного Совета Чувашской Республики от 25.12.1992 "Об отнесении объектов государственной собственности, находящихся на территории районов и городов Чувашской Республики, к муниципальной собственности" в муниципальную собственность городов отнесены жилищный и нежилой фонд, находящийся в управлении местных администраций, в том числе здания и сооружения, ранее переданные в ведение другим юридическим лицам, а также встроенно-пристроенные помещения, построенные за счет 5 и 7 процентов отчислений на строительство объектов социального, культурного и бытового назначения; кроме того, в муниципальную собственность отнесено муниципальное ремонтно-коммунальное предприятие <адрес>
Более того, из материалов дела следует, что 12 декабря 2013 года заключен договор N между Чебоксарским городским комитетом по управлению имуществом (арендодатель) и ООО "УК "Север" (управляющая организация) и ООО "Фондовый Маклер" (арендатор), по условиям которого арендодатель при участии управляющей организации сдает, а арендатор принимает в аренду (во временное пользование) нежилое помещение общей площадью N кв.м., расположенное на цокольном этаже жилого <адрес>, в настоящее время договор аренды является действующим, сторонами не расторгнут. Указанное обстоятельство также подтверждает, что нежилое помещение имело и имеет самостоятельное функциональное назначение, не являлось помещением, используемым для обслуживания более одного помещения в доме и выполняющим функции обслуживания других помещений.
Установив, что спорное помещение изначально при строительстве дома было предназначено (учтено, сформировано) для самостоятельного использования в целях, не связанных с облуживанием жилого дома (сигнализаторская), находилось в пользовании муниципального ремонтно-коммунального предприятия "Прогресс", какого-либо оборудования, необходимого для обслуживания жилого дома, в помещении не имеется, отказ в удовлетворении иска является законным и обоснованным.
Судебная коллегия отмечает, что представленные сторонами доказательства оценены судом первой инстанции согласно ст.67 ГПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, правила их оценки не нарушены. Доводы апелляционной жалобы выводов суда не опровергают, а лишь выражают несогласие с ними, что не является основанием отмены постановленного судом решения. Позиция истца, приведенная в апелляционной жалобе, повторяет позицию, занятую в суде первой инстанции, основана на ошибочном толковании норм материального права и иной оценке фактических обстоятельств дела, в связи с чем отклоняется судебной коллегией как несостоятельная.
В соответствии с ч.2 ст.199 ГПК РФ составление мотивированного решения суда может быть отложено на срок не более чем пять дней со дня окончания разбирательства дела.
В силу абз.2 ч.2 ст.214 ГПК РФ в случае, если решение суда выполнено только на бумажном носителе, суд направляет копии решения суда лицам, участвующим в деле, их представителям не позднее пяти дней после дня принятия и (или) составления решения суда заказным письмом с уведомлением о вручении или по ходатайству указанных лиц вручает им под расписку.
Мотивированное решение по делу изготовлено 18 декабря 2019 года, то есть в установленный ч.2 ст.199 ГПК РФ срок, в который не включаются нерабочие дни, как это предусмотрено ч.3 ст.107 ГПК РФ.
Копия решения направлена судом лицам, участвующим в деле, в том числе и Шатилову Ю.А., 23 декабря 2019 года и получена им 30 декабря 2019 года (л.д.255 тома 1, л.д.1 тома 2). При этом представитель ООО "Фондовый Маклер" получил копию решения на руки 24.12.2019, о чем свидетельствует составленная им расписка (л.д.256 тома 1). При изложенном оснований считать, что судом нарушен срок изготовления судебного акта, нет.
Нарушений процессуальных норм, являющихся безусловным основанием к отмене судебного решения (ч.4 ст.330 ГПК РФ), не допущено.
Руководствуясь ст.ст.328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
апелляционную жалобу Шатилова Юрия Александровича на решение Московского районного суда г.Чебоксары от 11 декабря 2019 года оставить без удовлетворения.
Председательствующий И.В. Юркина
Судьи: Э.А. Степанова
Ю.Г. Карачкина
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
