Дата принятия: 11 марта 2020г.
Номер документа: 33-792/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ЛИПЕЦКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 11 марта 2020 года Дело N 33-792/2020
11 марта 2020 года судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:
председательствующего Нагайцевой Л.А.,
судей Долговой Л.П., Торговченковой О.В.,
с участием прокурора Пучковой С.Л.,
при секретаре Гориновой А.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Липецке апелляционную жалобу ответчика общества с ограниченной ответственностью "Липецкая трубная компания "Свободный сокол" на решение Правобережного районного суда г. Липецка от 18 декабря 2019 года, которым, с учётом определения судьи Правобережного районного суда г. Липецка от 10 января 2020 года, постановлено:
"Взыскать с открытого акционерного общества "Липецкий металлургический завод "Свободный Сокол" в пользу Гончаровой Нины Николаевны компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 200 000 рублей.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Липецкая трубная компания "Свободный Сокол" в пользу Гончаровой Нины Николаевны компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 100 000 рублей.
Взыскать с открытого акционерного общества "Липецкий металлургический завод "Свободный Сокол" в бюджет г. Липецка государственную пошлину в размере 300 рублей.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Липецкая трубная компания "Свободный Сокол" в бюджет г. Липецка государственную пошлину в размере 300 рублей".
Заслушав доклад судьи Торговченковой О.В., судебная коллегия
установила:
Гончарова Н.Н. обратилась в суд с иском к открытому акционерному обществу "Липецкий металлургический завод "Свободный Сокол" (далее - ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол"), обществу с ограниченной ответственностью "Липецкая трубная компания "Свободный сокол" (далее - ООО "ЛТК "Свободный сокол") о взыскании компенсации морального вреда.
Свои требования истица обосновывала тем, что состояла в трудовых отношениях с ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол", затем с ООО "ЛТК "Свободный сокол". В период работы у ответчиков у неё установлено наличие профессионального заболевания, о чём 19 августа 2013 года составлен акт о случае профессионального заболевания, выставлен заключительный диагноз: "<данные изъяты>". Непосредственной причиной заболевания явилось длительное воздействие на организм вредных производственных факторов - шум выше ПДУ до 19 дБА (класс условий труда - 3.3), заболевание возникло в результате несовершенства технологического процесса. Заключением ФКУ "ГБ МСЭ по Липецкой области" Минтруда России от 22 августа 2013 года истице с 22 августа 2013 года установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10% по причине "профессиональное заболевание", в 2015 году - 30%, с 2017 года утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% установлена бессрочно.
Поскольку приобретение профессионального заболевания находится в прямой причинно-следственной связи с нарушением ответчиками своих обязанностей по созданию безопасных условий труда, Гончарова Н.Н. просила взыскать с ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол" и ООО "ЛТК "Свободный Сокол" компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей.
Представитель ответчика ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол" в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства ответчик извещён своевременно и надлежащим образом, в письменном заявлении в адрес суда просил рассмотреть дело в отсутствие представителя. В письменных возражениях по существу заявленных требований ответчик иск не признал, указав, что истица осуществляла трудовую деятельность в нескольких организациях, все указанные юридические лица имели опасные для здоровья производственные факторы, а потому имеются все правовые основания утверждать о том, что установление профессионального заболевания у истицы связано не только с осуществлением трудовой деятельности в ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол". В настоящее время организация является банкротом, неплатежеспособна, все имущество реализовано на публичных торгах в декабре 2014 года, денежные средства разделены между конкурсными кредиторами, соответственно фактически исполнить обязательства перед истицей даже при наличии судебного акта будет невозможно.
Представитель ответчика ООО "ЛТК "Свободный сокол" - Корпан С.М. в судебном заседании иск не признал, указав, что профессиональное заболевание получено истицей в период работы в ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол". Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профзаболевания от 28 марта 2013 <данные изъяты> Гончаровой Н.Н. диагностирована в 2005 году, а в 2012 году не рекомендована работа в условиях шума и на высоте. В августе 2013 года истица представила в ООО "ЛТК "Свободный сокол" программу реабилитации, согласно которой она может выполнять работу со снижением объема профессиональной деятельности на 1/10 часть прежней нагрузки, противопоказана работа в условиях шума, вибрации. Во исполнение рекомендаций индивидуальной программы реабилитации ответчиком было издано распоряжениеN 38пр от 21 августа 2013 года "О выполнении программы реабилитации", в соответствии с которым Гончаровой Н.Н. снижен объем профессиональной деятельности на 1/10 часть прежней нагрузки, для снижения уровня шума и вибрации до норматива произведена герметизация звукозащитного кожуха машины для резки труб. В 2014-2016 годах Гончаровой Н.Н. также создавались условия по реабилитации. На момент трудоустройства в ООО "ЛТК "Свободный сокол" Гончарова Н.Н. имела источник постоянного дохода - пенсию, могла найти работу, не связанную с вредными условиями труда.
Суд постановилрешение, резолютивная часть которого изложена выше.
В апелляционной жалобе ответчик ООО "ЛТК "Свободный сокол" просит отменить решение суда в части взысканной с него компенсации морального вреда, полагая, что в действиях ответчика отсутствует вина в получении истицей профзаболевания.
Выслушав представителя ответчика ООО "ЛТК "Свободный сокол" - Корпана С.М., поддержавшего апелляционную жалобу, истицу Гончарову Н.Н., возражавшую против доводов апелляционной жалобы, а также заключение прокурора Пучковой С.Л., полагавшей, что суд постановил законное и обоснованное решение, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела в пределах доводов жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.
Статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, с 07 июля 1992 годапо 02 ноября 1998 года Гончарова Н.Н. работала на Липецком металлургическом заводе "Свободный Сокол" в литейном цехе ковкого чугуна в различных должностях (фармовщиком машинной фармовки,машинистом крана на горячем участке,обрубщиком отливок вручную,обрубщиком отливок вручную3 разряда, обрубщиком, занятым на обрубке литья вручную (молотками)).
В период с 27 июня 2001 годапо 11 мая 2006 года истица работала вОАО "Липецкий металлургический завод "Свободный Сокол" в чугунолитейном цехе выбивальщиком отливок, затем - втруболитейном цехе резчиком труб и заготовок трубоотделочного отделения,12 мая 2013 годатрудовой договор прекращен в связи с переводом в ООО "Липецкая трубная компания".
С13 мая 2013 годапо10 октября 2016 годаГончарова Н.Н. состояла в трудовых отношениях с ООО "Липецкая трубная компания "Свободный Сокол", работая втруболитейном цехе трубоотделочного отделения резчиком труб и заготовок.
Согласно представленной в материалы дела медицинской документации в 2005 году Гончаровой Н.Н. был установлен диагноз:"<данные изъяты>", не рекомендована работа в шуме и на высоте. Данный диагноз подтверждался в 2008, 2010, 2012 годах. В 2012 году рекомендована консультация в Центре профпатологии.
Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда от 28 марта 2013 годаN 23, утвержденной главным государственным санитарным врачом по Липецкой области, следует, что стаж работы истицы в условиях воздействия опасных вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 20 лет 7 месяцев. За период работы Гончарова Н.Н. подвергалась воздействию вредных производственных факторов, уровни которых превышали допустимые гигиенические нормы, в т.ч. производственного шума, превышавшего допустимые нормы до 19 дБА.
В соответствии с актом о случае профессионального заболевания от 19 августа 2013 года, составленным комиссией с участием представителей работодателя и профсоюзного комитета ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол" в лице конкурсного управляющего и утвержденным главным государственным санитарным врачом по Липецкой области, заболевание Гончаровой Н.Н. является профессиональным, причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов - шум выше ПДУ до 19 дБА (класс условий труда - 3.3), заболевание возникло в результате несовершенства технологического процесса.
Акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, результаты расследования работодателем не были оспорены.
При освидетельствовании Бюро медико-социальной экспертизы N 16 ФКУ "ГБ МСЭ по Липецкой области" Минтруда России 22 августа 2013 года Гончаровой Н.Н. установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10% на период с 22 августа 2013 года по 01 сентября 2014 года.
18 августа 2014 года Гончарова Н.Н. вновь была освидетельствована Бюро медико-социальной экспертизы N 16 ФКУ "ГБ МСЭ по Липецкой области" Минтруда России, по результатам освидетельствования ей установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10 % до 01 августа 2015 года.
По результатам освидетельствования Бюро медико-социальной экспертизы N 16 ФКУ "ГБ МСЭ по Липецкой области" Минтруда России 28 июля 2015 года Гончаровой Н.Н. установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности.
Аналогичный процент утраты профессиональной трудоспособности установлен истице при освидетельствовании Бюро медико-социальной экспертизы N 7 ФКУ "ГБ МСЭ по Липецкой области" Минтруда России 09 августа 2016 года.
По результатам освидетельствования Бюро медико-социальной экспертизы N 7 ФКУ "ГБ МСЭ по Липецкой области" Минтруда России 18 августа 2017 года истице установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно.
Удовлетворяя требования Гончаровой Н.Н., суд первой инстанции исходил из того, что вред здоровью истицы причинен по вине ее работодателей, не обеспечивших условия, отвечающие требованиям охраны труда, при этом при осуществлении трудовой деятельности в ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол" Гончарова Н.Н. приобрела профессиональное заболевание, повлекшее утрату профессиональной трудоспособности в размере 10%, а при осуществлении трудовой деятельности в ООО "ЛТК "Свободный Сокол" утрата профессиональной трудоспособности Гончаровой Н.Н. достигла размера 30%.
Судебная коллегия находит выводы суда обоснованными, поскольку они соответствуют требованиям закона и установленным по делу обстоятельствам.
Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда от 28 марта 2013 годаN 23, утвержденной главным государственным санитарным врачом по Липецкой области, актом о случае профессионального заболевания от 19 августа 2013 года подтверждается, что профессиональное заболевание возникло у истицы в результате несовершенства технологического процесса производства, а непосредственной причиной заболевания послужило воздействие вредных производственных факторов, а именно - шум выше ПДУ до 19 дБА (класс условий труда - 3.3).
Наличие указанного вредного производственного фактора в период работы истицы в ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол" подтверждается картами аттестации рабочих мест по условиям труда за 2005 год, 2011 год, протоколами лабораторных исследований за 2002-2011 годы, результаты которых отражены в санитарно-гигиенической характеристике условий труда от 28 марта 2013 года, акте о случае профессионального заболевания от 19 августа 2013 года.
То обстоятельство, что в период работы в ООО "ЛТК "Свободный сокол" истица выполняла трудовую функцию, аналогичную той, которую она выполняла в период работы в ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол" в труболитейном цехе, работая резчиком труб и заготовок трубоотделочного отделения, сторонами не оспаривалось. Более того, данное обстоятельство подтверждается распоряжениями ООО "ЛТК "Свободный сокол" от 21 августа 2013 года N 38пр, от 04 августа 2014 года N 97 пр, от 14 сентября 2015 года N 108 пр.
Установив указанные обстоятельства, а также оценив представленные по делу доказательства, суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что вред здоровью истицы причинен по вине обоих работодателей - ответчиков по делу, не обеспечивших условия, отвечающие требованиям охраны труда, а также о наличии причинно-следственной связи между имеющимся у Гончаровой Н.Н. профессиональным заболеванием и негативным воздействием на её организм вредных производственных факторов во время работы у ответчиков.
Доводы апелляционной жалобы ООО "ЛТК "Свободный сокол" об отсутствии вины данного работодателя в причинении вреда здоровью истицы, поскольку большую часть трудовой деятельности Гончарова Н.Н. осуществляла в ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол", где и было диагностировано и подтверждено профессиональное заболевание, а ООО "ЛТК "Свободный сокол" принимало меры для выполнения рекомендаций, содержащихся в программах реабилитации, разрабатывавшихся для Гончаровой Н.Н., судебная коллегия находит несостоятельными по следующим основаниям.
Действительно, из распоряжения ООО "ЛТК "Свободный Сокол" от 21 августа 2013 годаN 38пр "О выполнении программы реабилитации" следует, что в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания Гончаровой Н.Н. рекомендовано выполнять работу по профессии со снижением объема профессиональной деятельности на 1/10 часть прежней нагрузки, противопоказана работа в условиях шума, вибрации на срок с 22 августа 2013 года по 01 сентября 2014 года. Для выполнения программы реабилитации работодатель указанным распоряжением исключил в период с 22 августа 2013 года по 01 сентября 2014 года из производственно-технических обязанностей, выполняемых в течение сменыГончаровой Н.Н., следующую операцию: выполнение работы по резке заготовок для производства фасонных изделий необходимой длины; указал на необходимость произвести герметизацию звукозащитного кожуха на рабочем месте для снижения шума и вибрации.
По результатам освидетельствования истицы в 2014 году ей была противопоказана работа на высоте, в условиях шума, вибрации, вблизи передвигающихся механизмов, общение с большим количеством людей, указано, что может выполнять неквалифицированный труд со снижением разряда работ на одну категорию тяжести на период с 01 августа 2014 года по 01 августа 2015 года.
В связи с этим ООО "ЛТЗ "Свободный Сокол" 04 августа 2014 годабыло издано распоряжение N 97пр, в котором указано на необходимость исключить с 01 августа 2014 года по 01 августа 2015 года из производственно-технических обязанностей, выполняемых в течение сменыГончаровой Н.Н., следующие операции: выполнение работы по отрезке заготовок для производства фасонных изделий необходимой длины; на рабочем местедля снижения шума и вибрации произвести герметизацию звукозащитного кожуха.
Согласно распоряжению от 14 сентября 2015 годаN 108пр для выполнения программы реабилитации от 29 июля 2015 года, разработанной истице, указано на необходимостьисключить с 27 июля 2015 года по 01 августа 2016 года из производственно-технических обязанностей, выполняемых в течение сменыГончаровой Н.Н., следующие операции: выполнение работы по отрезке заготовок для производства фасонных изделий необходимой длины; на рабочем местедля снижения шума и вибрации произвести герметизацию звукозащитного кожуха.
Вместе с тем, судом первой инстанции бесспорно установлено, что снижение утраты профессиональной трудоспособности с 10% до 30% произошло у истицы именно в период работы в ООО "ЛТК "Свободный сокол".
Каких-либо доказательств, подтверждающих, что в период работы Гончаровой Н.Н. в ООО "ЛТК "Свободный сокол" условия труда отвечали требованиям охраны труда, ответчиком представлено не было, хотя обязанность по доказыванию данного обстоятельства лежала именно на нем.
Ссылка ответчика в апелляционной жалобе на то, что в ООО "ЛТК "Свободный Сокол" не проводилась аттестация рабочих мест, а также не производились замеры и лабораторные исследования относительно ПДУ шума в связи с чем нельзя сделать вывод о влиянии вредных производственных факторов на здоровье работника, не принимается судебной коллегией по указанным выше причинам, поскольку именно на работодателе лежит бремя доказывания соответствия условий труда установленным нормам.
При таких обстоятельствах суд правильно пришел к выводу о наличии вины в причинении вреда здоровью истицы в том числе и ООО "ЛТК "Свободный сокол".
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию в пользу истицы, суд первой инстанции принял во внимание обстоятельства, при которых он причинен, характер и тяжесть наступивших последствий, длительность и размер утраты профессиональной трудоспособности, степень вины работодателей, отсутствие вины работника и с учетом принципов разумности и справедливости взыскал с ОАО "ЛМЗ "Свободный Сокол" 200 000 рублей, а с ООО "ЛТК "Свободный Сокол" - 100 000 рублей.
Судебная коллегия соглашается с размером компенсации морального вреда, определенного судом.
При определении размера компенсации морального вреда судом обоснованно учтено, что вред здоровью истицы причинен по вине работодателей, которые не обеспечили условия, отвечающие требованиям охраны труда, допустив работника до выполнения трудовой функции при воздействии вредных производственных факторов, уровни которых превышали допустимые гигиенические нормы, в т.ч. производственного шума, превышавшего допустимые нормы.
Кроме того, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ООО "ЛТК "Свободный сокол", суд первой инстанции правильно указал на значительное снижение утраты истицей профессиональной трудоспособности за небольшой период работы у данного работодателя (с 2013 года по 2016 год), учтя при этом и то обстоятельство, что на продолжении трудовых отношений уже при наличии 10% утраты профессиональной трудоспособности настаивала сама истица.
Не подтверждено какими-либо доказательствами по делу и утверждение ответчика ООО "ЛТК "Свободный сокол" о том, что утрата профессиональной трудоспособности Гончаровой Н.Н. произошла в результате возрастных изменений или хронической болезни истицы. Ссылка в этой части на исследования Всемирной организации здравоохранения не могут быть приняты в качестве доказательства, поскольку усреднённые статистические данные не могут быть применены в подтверждение конкретного рассматриваемого случая.
Довод апелляционной жалобы о завышенном размере взысканной компенсации морального вреда судебная коллегия находит несостоятельным. При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции дал оценку всем доказательствам по делу и с учётом установленных по делу обстоятельств определилподлежащий возмещению моральный вред, соответствующий принципам разумности и справедливости.
Определение размера компенсации морального вреда по иным рассмотренным делам с участием других работников ответчиков правового значения при разрешении данного спора не имеет, поскольку указанный размер определяется исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого спора.
Выводы суда первой инстанции должным образом мотивированы и подтверждены доказательствами, имеющимися в материалах дела и приведенными в решении суда. Оснований для признания их неправильными судебной коллегией не установлено.
Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.
При изложенных обстоятельствах обжалуемое решение суда является законным и обоснованным, отмене по доводам жалобы не подлежит.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Правобережного районного суда г. Липецка от 18 декабря 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика общества с ограниченной ответственностью "Липецкая трубная компания "Свободный сокол" - без удовлетворения.
Председательствующий: (подпись)
Судьи: (подписи)
Копия верна: Судья: Секретарь:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
