Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай от 29 января 2020 года №33-77/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ АЛТАЙ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 29 января 2020 года Дело N 33-77/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай в составе:
председательствующего судьи - Солоповой И.В.,
судей - Шинжиной С.А., Ялбаковой Э.В.,
при секретаре - ФИО6,
рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1 - ФИО4 на решение Усть-Канского районного суда Республики Алтай от <дата>, которым
в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО25, ФИО2, ФИО3 о признании права собственности на квартиру и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> <адрес>, отказано.
Заслушав доклад судьи Солоповой И.В., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО26 о признании права собственности на квартиру и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>. Мотивировав требования тем, что в 2002 году она купила у ФИО13 по расписке квартиру, расположенную по вышеуказанному адресу. Правоустанавливающих документов на квартиру и земельный участок у предыдущего хозяина не было. С 2002 года она проживает в квартире со своим мужем, оплачивает коммунальные платежи, налоги, за свой счет проводит текущий ремонт жилого помещения, обрабатывает земельный участок, то есть полностью несет бремя содержания квартиры и земельного участка, владеет имуществом открыто, ни от кого не скрывает свои права на имущество. В 2009 году за свой счет был изготовлен технический паспорт на данную квартиру.
Суд вынес вышеуказанное решение, с которым в апелляционной жалобе выразила свое несогласие представитель истца ФИО1 - ФИО4, просит решение отменить, в обоснование жалобы указывает, что ФИО2 и ФИО3 не представили доказательств о принадлежности им на праве собственности спорной квартиры и земельного участка. Представленный ими кадастровый паспорт, выдан на другой объект недвижимости и отношения к спорной квартире не имеет. Договор купли-продажи от <дата> не является доказательством по делу, поскольку он не подписан, сведения о регистрации данного договора в архиве сельского поселения отсутствуют.
Представитель третьих лиц ФИО2, ФИО7 - ФИО8 в возражениях на апелляционную жалобу указала, что истец не представила доказательств правомерности приобретения имущества Расписка, выданная ФИО13 - ФИО1 от <дата>, не была зарегистрирована в Едином государственном реестре недвижимости, а также в БТИ. Для признания права собственности в силу приобретательной давности не прошло более 18 лет.
Исследовав материалы дела, выслушав представителя ФИО2 - ФИО8, возражавшую против доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционных жалоб, законность и обоснованность судебного решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с частями 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них (абзац первый пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13).
В то же время суд апелляционной инстанции на основании абзаца второго части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе в интересах законности проверить обжалуемое судебное постановление в полном объеме, выйдя за пределы требований, изложенных в апелляционных жалобе, представлении, и не связывая себя доводами жалобы, представления (абзац второй пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13).
Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).
Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.
Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.
Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.
Давностный владелец может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого имуществом владели правопредшественники, универсальным или сингулярным правопреемником которых является давностный владелец.
В качестве основания заявленных требований истец ссылалась на давностное владение с 2003 года, приобретение спорной квартиры и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> ФИО13, что подтверждается распиской от <дата>, удостоверенной специалистом Ябоганской сельской администрации <дата> за N.
При рассмотрении дела установлено, что право собственности ФИО13 не было зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости, а также в БТИ.
Отказывая в удовлетворении исковых требований о признании права собственности на основании расписки, суд исходил из того, что поскольку сделка совершена после вступления в силу Закона о государственной регистрации, при этом права продавца ФИО13 на спорный объект не были зарегистрированы, более того, оснований для возникновения права собственности у него судом не установлено, на момент рассмотрения дела спорные объекты недвижимости находятся в пользовании истицы менее 18 лет, в связи с чем не может считаться доказанной и правомерность приобретения этого недвижимого имущества истцом ФИО1
Вместе с тем, с указанным выводом согласить нельзя по следующим основаниям.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).
Как указано в абзаце первом пункта 16 приведенного выше постановления, по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.
Согласно абзацу первому пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.
По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим.
Длительность такого открытого и непрерывного владения в совокупности с положениями об отказе от права собственности и о бесхозяйных вещах, а также о начале течения срока приобретательной давности с момента истечения срока давности для истребования вещи предполагают, что титульный собственник либо публичное образование, к которому имущество должно перейти в силу бесхозяйности либо выморочности имущества, не проявляли какого-либо интереса к этому имуществу, не заявляли о своих правах на него, фактически отказались от прав на него, устранились от владения имуществом и его содержания.
Целью нормы о приобретательной давности является возвращение фактически брошенного имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п.
Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями.
Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности.
Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре.
В том числе и в случае владения имуществом на основании недействительной сделки, когда по каким-либо причинам реституция не произведена, в случае отказа собственнику в истребовании у давностного владельца вещи по основаниям, предусмотренным статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо вследствие истечения срока исковой давности давностный владелец, как правило, может и должен знать об отсутствии у него законного основания права собственности, однако само по себе это не исключает возникновения права собственности в силу приобретательной давности.
Требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения противоречит смыслу положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, легализовать такое владение, оформив право собственности на основании статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.
При этом в силу пункта 5 статьи 10 названного кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Более того, само обращение в суд с иском о признании права в силу приобретательной давности является следствием осведомленности давностного владельца об отсутствии у него права собственности.
Из материалов дела следует, что квартира и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> <дата> находится во владении ФИО1
Согласно записи из похозяйственной книги, составленной по состоянию на <дата>, ФИО1 принадлежит земельный участок, площадью 800 м., расположенный по вышеуказанному адресу.
По данным филиала ФГБУ "ФКП Росреестра" по <адрес>, сведения о правообладателях на объекты недвижимости: жилое помещение и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, ул. ФИО9, <адрес>, отсутствуют.
Квартира, расположенная по адресу: <адрес>, ул. ФИО9, <адрес> на балансе сельской администрации Ябоганского сельского поселения не состоит, в реестре муниципальной собственности МО "<адрес>" не числится и не является собственностью МО "<адрес>".
Из технического паспорта на жилой дом следует, что жилое помещение имеет общую площадь 60,7 кв.м., жилую 32,5 кв.м.
Согласно справки администрации Ябоганского сельского поседения, по адресу: <адрес> 1991 года по 2001 год проживали ФИО3, ФИО2, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО11, с 2002 года по <дата> ФИО13, ФИО14, ФИО15, с <дата> ФИО1, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19
Согласно расписки от <дата>, ФИО20 продал дом по <адрес> ФИО1
Постановлением МО "Ябоганское сельское поселение" от <дата>, земельному участку и квартире, расположенным по адресу: <адрес> присвоен адресный ориентир: <адрес>.
Таким образом, на основании вышеизложенных правовых норм, ФИО2, должна и могла знать о спорном имуществе, однако в течение более 18 лет какого-либо интереса к имуществу не проявляла, о своих правах не заявляла, исков об истребовании имущества не предъявляла.
Из материалов дела установлено, что истец ФИО1 с 2002 года открыто, непрерывно и добросовестно владеет спорным имуществом, исполняя обязанности собственника этого имущества и несения расходов по его содержанию.
Суд первой инстанции ошибочно применил к рассматриваемым правоотношениям сроки исковой давности, ссылаясь на п. 4 ст. 234 ГК РФ указав, что спорные объекты недвижимости находятся в пользовании истца менее 18 лет (15 лет непрерывного владения и 3 года исковой давности), поскольку соответствующие требования об истребовании имущества из владения в ходе рассмотрения дела ФИО2 не заявлялись.
В статье 8 Федерального закона тот 07.07.2003 г. N 112-ФЗ "О личном подсобном хозяйстве" закреплено, что учет личных подсобных хозяйств осуществляется в похозяйственных книгах, которые ведутся органами местного самоуправления поселений и органами местного самоуправления городских округов. Ведение похозяйственных книг осуществляется на основании сведений, предоставляемых на добровольной основе гражданами, ведущими личное подсобное хозяйство.
В силу пункта 9 статьи 3 Федерального закона N 137 от 25 октября 2001 года "О введении в действие Земельного кодекса" государственные акты, свидетельства и другие документы, удостоверяющие права на землю и выданные гражданам или юридическим лицам до введения в действие Федерального закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", имеют равную юридическую силу с записями в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.
Необходимым условием для признания права собственности гражданина на земельный участок, является предоставление определенного земельного участка конкретному гражданину.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", согласно которым если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.
Согласно выписке из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок от <дата> N ФИО1 на праве собственности принадлежит земельный участок, предоставленный для ведения личного подсобного хозяйства, общей площадью 800 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, запись внесена за период с 2002 по 2016 годы.
Таким образом, ФИО1 представлены доказательства возникновения у нее права на спорный земельный участок.
При таких обстоятельствах выводы суда первой инстанции о недобросовестности истца противоречат приведенным выше нормам материального права.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Усть-Канского районного суда Республики Алтай от <дата> отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО24 ФИО1 к администрации Ябоганского сельского поселения, ФИО2, ФИО3 о признании права собственности на квартиру и земельный участок, удовлетворить.
Признать за ФИО1 право собственности на квартиру и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> <адрес>.
Настоящее апелляционное определение является основанием для регистрации права собственности на установленный объект недвижимости в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>.
Председательствующий судья И.В. Солопова
Судьи С.А. Шинжина
Э.В. Ялбакова


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка