Дата принятия: 04 марта 2020г.
Номер документа: 33-771/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ЛИПЕЦКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 4 марта 2020 года Дело N 33-771/2020
4 марта 2020 года судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе: председательствующего Москаленко Т.П. судей Тельных Г.А. и Крючковой Е.Г.
при секретаре Гориновой А.В.
с участием прокурора Пучковой С.Л.
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу законного представителя несовершеннолетнего истца Хуртина Романа Романовича - Хуртина Романа Викторовича на решение Советского районного суда г. Липецка от 16 декабря 2019 года, которым постановлено:
"В удовлетворении исковых требований ФИО33 в лице законного представителя Хуртина Романа Викторовича, к Давыдовой Екатерине Николаевне о признании утратившей право пользования жилым помещением, и к ФИО3 о признании неприобретшим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, а также исковых требований ФИО2 в лице законного представителя Хуртина Романа Викторовича к Давыдовой Екатерине Николаевне, ФИО3, администрации <адрес> о применении последствий недействительности ничтожной сделки и признании недействительным договора приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, отказать.
Признать за Давыдовой Екатериной Николаевной право общей долевой собственности в размере 5/16 доли на <адрес>.
Признать за ФИО3 право общей долевой собственности в размере 1/4 доли на <адрес>.
Считать принадлежащей на праве общей долевой собственности <адрес> в размере 11/32 доли ФИО2.
Считать принадлежащей на праве общей долевой собственности <адрес> в размере 3/32 доли Хуртину Роману Викторовичу.
Настоящее решение является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости соответствующих сведений.
Давыдову Екатерину Николаевну и ФИО3 вселить в <адрес>.".
Заслушав доклад судьи Тельных Г.А.,
УСТАНОВИЛА:
ФИО31 P.P. в лице законного представителя Хуртина Р.В. обратился в суд с иском к Давыдовой Е.Н. о признании утратившей право пользования жилым помещением, к несовершеннолетнему ФИО3 о признании неприобретшим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.
Свои требования мотивировал тем, что данное жилое помещение является муниципальной собственностью, в нем в качестве постоянно проживающих зарегистрированы несовершеннолетний ФИО31 P.P., а также Давыдова Е.Н. и ФИО3
Давыдова Е.Н. не проживает в этой квартире с 2001 года, а ФИО3 никогда не вселялся в спорную квартиру. Ответчики проживают в иных жилых помещениях, не участвуют в расходах по оплате жилищно-коммунальных начислений по спорному помещению. В связи с этим, истец просил суд признать Давыдову Е.Н. утратившей право пользования, а ФИО3 неприобретшим право пользования данным жилым помещением, и снять их с регистрационного учета по адресу спорной квартиры.
Давыдова Е.Н. и ФИО3, с учетом уточнения и увеличения первоначально заявленного иска, обратились с исковыми требованиями к администрации <адрес>, Хуртину Р.В., действующему в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына ФИО31 P.P., о признании права общей долевой собственности на жилое помещение по адресу: <адрес>, и вселении в эту квартиру.
В обоснование своих требований ссылались на то, что ДД.ММ.ГГГГ между администрацией <адрес> с одной стороны, и ФИО13, ФИО31 P.P., Марковой (в настоящее время Давыдовой) Е.Н., ФИО3 с другой стороны, был заключен договор N на передачу <адрес> в общую долевую собственность по 1/4 доле каждому. Однако участниками приватизации данный договор не был подан в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по ФИО5 <адрес>, в связи с чем право собственности лиц, приватизировавших квартиру, не было зарегистрировано. При этом договор не был никем из участников данной сделки оспорен, не признан недействительным или незаключенным, не расторгнут. ДД.ММ.ГГГГ одна из участников приватизации квартиры - ФИО13 умерла. Смерть ФИО13 явилась препятствием для государственной регистрации права собственности остальных участников данного договора, поскольку в соответствии с положениями Закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" и Методических рекомендаций по порядку проведения государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним при множественности лиц одной из сторон, участвующих в сделке, заявление о регистрации права подлежит подаче всеми участвующими в сделке на этой стороне лицами. Данное обстоятельство не позволяет истцам на сегодняшний день во внесудебном порядке реализовать свое право на регистрацию за собой права собственности на приватизированную квартиру. После смерти ФИО13 открылось наследство в виде переданной ей органом местного самоуправления по договору приватизации 1/4 доли в праве собственности на вышеуказанную квартиру, поскольку при жизни она выразила волю на получение в собственность данного имущества. Исходя из данных обстоятельств, а также количества наследников первой очереди, принявших наследство после смерти ФИО13, которыми являются её супруг Хуртин Р.В., сын ФИО31 P.P., дочь Давыдова Е.Н., учитывая факт отказа матери ФИО14 - ФИО26 от наследства в пользу ФИО31 P.P. и ФИО4, ФИО1 и ФИО3 просили суд признать за ними право общей долевой собственности на <адрес> в размере 5/16 доли за ФИО1 в порядке приватизации и наследования по закону после смерти матери и 1/4 доли за ФИО3 в порядке приватизации.
Кроме того, ссылаясь на то, что Хуртин Р.В. в настоящее время единолично использует спорную квартиру для проживания, чинит препятствия Давыдовой Е.Н. и ФИО3 в проживании в ней, отобрал ключи от входной двери и не передает их им для использования, ФИО1 и ФИО3 просили вселить их в это жилое помещение.
ФИО31 P.P. в лице законного представителя Хуртина Р.В., были предъявлены исковые требования к ФИО1, ФИО3, администрации <адрес> о применении последствий недействительности ничтожной сделки и признании недействительным договора приватизации <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между администрацией <адрес> с одной стороны, и ФИО13, ФИО31 P.P., Марковой (в настоящее время Давыдовой) Е.Н., ФИО3 с другой стороны.
Свои требования мотивировал тем, что данный договор является ничтожным, поскольку совершен в нарушение закона. Ссылался на то, что при заключении договора были нарушены положения Семейного кодекса Российской Федерации о равных правах и обязанностях родителей в отношении своих детей, что выразилось в неполучении согласия Хуртина Р.В. на приватизацию квартиры и передачу малолетнему ребенку 1/4 доли в праве собственности на квартиру. Также в результате заключения этого оспариваемого договора на ребенка была возложена обязанность, как на собственника, нести коммунальные расходы и расходы на содержание 1/4 доли квартиры. Поскольку ребенок малолетний, данная обязанность возложена и на отца ФИО31 P.P. - Хуртина Р.В., чем затронуты и его права. Более того, ФИО31 P.P., как несовершеннолетний ребенок, заключением договора приватизации может быть поставлен в неравное положение по сравнению с предыдущим статусом квартиры (муниципальная), так как другие сособственники этого жилого помещения в любое время могут продать принадлежащие им доли в спорной квартире, и новые собственники, как посторонние лица, будут нарушать законные права и интересы несовершеннолетнего ребенка.
Еще одним нарушением закона, влекущим недействительность оспариваемого договора приватизации, является то обстоятельство, что на момент его заключения в квартире имелось незаконная перепланировка, поэтому администрация <адрес> не имела права распоряжаться этим жилым помещением.
В связи с этим Хуртин Р.В. просил суд применить последствия недействительности ничтожной сделки и признать недействительным договор приватизации от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между администрацией <адрес> с одной стороны, и ФИО13, ФИО31 P.P., Марковой (в настоящее время Давыдовой) Е.Н., ФИО3 с другой стороны в отношении <адрес>.
В судебном заседании Хуртин Р.В., действующий как от себя лично, так и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО31 P.P., а также его представитель по доверенности Амбурцева Т.Д. поддержали заявленные исковые требования, не признали исковых требований Давыдовой Е.Н. и ФИО3.
Давыдова Е.Н., действуя от себя лично и как законный представитель несовершеннолетнего ФИО3, сам несовершеннолетний ФИО3, представитель Давыдовой Е.Н. по ордеру Лунева Л.Е. не признали исковых требований ФИО31, поддержав свои исковые требования.
Представители ответчика администрации <адрес>, третьих лиц Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по ФИО5 <адрес>, Управления опеки (попечительства) и охраны прав детства администрации <адрес>, а также третье лицо Маркова Е.Я. в судебное заседание не явились, будучи надлежащим образом извещенными о дате, месте и времени рассмотрения спора.
Управление опеки (попечительства) и охраны прав детства администрации <адрес> в письменном заявлении, адресованном суду, просило рассмотреть дело в их отсутствие.
Суд постановилрешение, резолютивная часть которого, приведена выше.
В апелляционной жалобе истец Хуртин Р.В. просит отменить решение суда, считая его незаконным и необоснованным и подлежащим отмене. Ссылается на то, что судом неверно определены юридически значимые обстоятельства по делу, судом неправильно распределено бремя доказательств, нарушены нормы материального и процессуального права.
В возражениях на апелляционную жалобу Давыдова Е.Н. просит решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения. Ссылается на то, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе необоснованны и противоречат имеющимся в деле доказательствам, не могут служить основанием для отмены решения суда.
Выслушав Хуртина Р.В., его представителя по доверенности и ордеру адвоката Амбурцеву Т.Д. поддержавших доводы апелляционной жалобы, ответчика Давыдову Е.Н., ее представителя по ордеру адвоката Луневу Л.Е., возражавших против жалобы, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом установлено и материалами дела подтверждается, что двухкомнатная <адрес> являлась муниципальной собственностью и была предоставлена по ордеру от ДД.ММ.ГГГГ Хрипунковой Е.Я. на состав семьи 3 человека, включая дочь ФИО17 и сына ФИО18 (т.1 л.д.66-67).
В связи с заключением браков Хрипункова Т.В. изменяла фамилию на "Боровик" (справка о заключении брака с Боровик С.В. N от ДД.ММ.ГГГГ, брак был расторгнут), а затем на "ФИО31" ( свидетельство о заключении брака ДД.ММ.ГГГГ с Хуртиным Р.В.) (т.1 л.д. 16,101).
Хрипункова (затем ФИО31) Т.В. является матерью Хрипунковой Е.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении II-РД N от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.99).
Согласно справки о заключении брака N от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ вступала в брак с ФИО21, после чего ей была присвоена фамилия "ФИО32" (т.1 л.д.102).
ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО22 и ФИО21, что подтверждается свидетельством о рождении I-РД N от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 100).
Из свидетельства о расторжении брака от ДД.ММ.ГГГГ следует, что брак между ФИО21 и ФИО22 расторгнут, после расторжения брака ей присвоена фамилия "Маркова" (т.1 л.д. 104).
Факт заключения брака между Давыдовым М.А. и Марковой Е.Н. подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ с присвоением жене фамилии "Давыдова" (т.1 л.д. 105).
Судом установлено, что постановлением МУП "Регистрационно-вычислительный центр <адрес>" от ДД.ММ.ГГГГ N в связи с выездом нанимателя Марковой Е.Я. нанимателем <адрес> была признана ФИО13, с составом семьи 4 человека, включая дочь ФИО22, сына ФИО31 P.P., внука ФИО3 (т.1 л.д. 165). ДД.ММ.ГГГГ муниципальным образованием <адрес> в лице МУП "Регистрационно-вычислительный центр <адрес>" с ФИО13 был заключен договор социального найма вышеназванной квартиры, согласно которому совместно с нанимателем в квартиру вселены члены семьи: дочь Маркова Е.Н., сын ФИО31 P.P., внук ФИО3 ( т.1 л.д. 166-169).
Из поквартирной карточки, карточек прописки, расширенной выписки из домовой книги, справки с места жительства от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что в спорной квартире ответчик Давыдова (ранее Маркова) Е.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, была зарегистрирована с рождения ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был зарегистрирован с рождения ДД.ММ.ГГГГ ( т.2 л.д. 10-13, 18-20,31).
Представленными материалами МУП "ФИО5 недвижимость" ( т.1 л.д. 160 - 184), подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО13, действуя от себя лично и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО4, и ФИО22, действуя от себя лично и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО3, обратились с заявлением о передаче им в порядке приватизации в общую долевую собственность квартиры по адресу: <адрес>, представив совместно с этим заявлением необходимые для этого документы. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО13, ФИО22, ФИО31 P.P., за которого действовала мать ФИО13, и ФИО3, за которого действовала мать ФИО22 с одной стороны, и администрацией <адрес> в лице директора МУП "ФИО5 недвижимость", действующего на основании Устава и доверенности, с другой стороны, был заключен договор N на передачу квартиры по адресу: <адрес>, в общую долевую собственность названных физических лиц в порядке приватизации по 1/4 доле каждому. Копиями журналов приема документов на приватизацию жилья и регистрации договоров на приватизацию жилья, которые велись в МУП "ФИО5 недвижимость", также подтверждается факт обращения ФИО13 и ФИО22 с заявлением МУП "ФИО5 недвижимость" и заключения настоящего договора приватизации (т.1, л.д. 214 - 216, 221-227).
Решением Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ были удовлетворены исковые требования ФИО13 и ФИО22 о сохранении в перепланированном состоянии жилого помещения, расположенного по. адресу: <адрес>. Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно свидетельству о смерти от ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 умерла ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.15).
Судом установлено, что в производстве нотариуса нотариального округа <адрес> ФИО5 <адрес> ФИО23 имеется наследственное дело N года, открытое к имуществу ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ. Мать наследодателя ФИО26 отказалась от наследства в пользу мужа дочери ФИО31 P.P. и сына дочери ФИО4 Наследниками, принявшими наследство по закону, являются супруг ФИО4 - в 3/8 долях, сын ФИО31 P.P. - в 3/8 долях, дочь ФИО1 - в 1/4 доле.
Из выписки из медицинской карты от ДД.ММ.ГГГГ врача педиатра Детской поликлиники N ГУЗ "ФИО5 городская детская больница", ФИО32 H.М. ДД.ММ.ГГГГ года рождения наблюдался в детской поликлинике N с ДД.ММ.ГГГГ после выписки из родильного дома, по ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>.
За период наблюдения перенес: ПЭП, атопический дерматит, частые острые респираторные заболевания.
Последнее обращение в детскую поликлинику N - ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно справки МБОУ Средняя школа N <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ N следует, что ФИО3, 2002 года рождения, обучался в данной школе с 2013 по 2017 годы, проживал по адресу: <адрес>.
Справкой МОУ Средняя школа N "Перспектива" от ДД.ММ.ГГГГ N подтверждается факт обучения ФИО3 в данном учебном заведении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Адресом места жительства ФИО3 указан: <адрес> медицинском полисе СМК "Новолипецкая", выданному ФИО3, как учащемуся в прогимназии N с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Согласно данным карты первого дородового патронажа Хрипунковой Е.Н. от ДД.ММ.ГГГГ, Хрипункова Е.Н., взятая на учет ДД.ММ.ГГГГ, проживала по адресу: <адрес> (т.1 л.д. 126).
Судом установлено, что тот же адрес места жительства: <адрес>, отражен в обменной карте ФИО22 (т.1 л.д. 127)
Из выписок из истории болезни, составленных ГУЗ "<данные изъяты> N", усматривается, что Маркова Е.Н. находилась на лечении в данном лечебном учреждении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, адрес её места жительства указан: <адрес> (т.1 л.д.207-208). В суде первой инстанции были допрошены свидетели Свидетель N 2, Свидетель N 3, Свидетель N 1
Согласно расширенной выписки из домовой книги по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в квартире в качестве постоянно проживающих зарегистрированы Давыдова Е.Н., ФИО3, ФИО31 P.P., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, регистрация которого осуществлена с рождения ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 20).
На основании п.2 ст.20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признаётся место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.
По смыслу ст. 60 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее ЖК РФ) по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом. Договор социального найма жилого помещения заключается без установления срока его действия.
В силу ст. 69 ЖК РФ к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.
Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма.
Согласно ст. 70 ЖК РФ, наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе, временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи. На вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя.
Вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя.
В силу положений ст. 71 ЖК РФ временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.
В соответствии с ч. 3 ст.83 ЖК РФ в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 ЖК РФ). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.
Наниматель вправе в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей, других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи. На вселение к родителям их детей, не достигших совершеннолетия, не требуется согласия остальных членов семьи.
На основании ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Согласно ч.2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, и при этом посягающая нa публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В силу положений ст.ст. 2, 4, 6, 7, 11, 18 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" граждане Российской Федерации, граждане имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.
Каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования один раз.
В силу положений ст. 7 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" установлено, что передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. При этом нотариального удостоверения договора передачи не требуется и государственная пошлина не взимается.
В договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением.
Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, пришел к верному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска Хуртина Р.В. Суд исходил из того, что при заключении договора приватизации жилого помещения с одной стороны выступала администарция <адрес>, а с другой стороны ФИО13, Маркова Е.Н., ФИО31 P.P., за которого действовала мать ФИО13, и ФИО3, за которого действовала мать Маркова Е.Н. Ни одна из сторон не ставила вопрос о расторжении договора, заключенного ДД.ММ.ГГГГ, ни одна из сторон при жизни ФИО13 не ставила вопрос о призании сделки недействительной.
Соответственно, районный суд пришел к верному выводу о том, что ответчиками не пропущен срок исковой давности для предъявления требований о признании права собственности на доли квартиры в порядке приватизации, и правильно удовлетворил соответствующие встречные требования. При этом суд правильно указал, что невозможность государственной регистрации договора и перехода права собственности возникла только после смерти нанимателя ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ.
При таких обстоятельствах районный суд обоснованно исходил их того, что доля ФИО13 в праве общей долевой собственности на спорную квартиру подлежит включению в наследственную массу.
В соответствии со ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
В силу ч.1 ст. 1110, ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное. В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
На основании ст. 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления.
Согласно ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.
В силу ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.
Суд правильно удовлетворил встречные требования ответчика Давыдовой Е.Н. о признании права на долю квартиры в порядке наследования после смерти матери ФИО13
Ссылка апеллянта на то, что в 2015 году не было получено его согласие на приватизацию квартиры несовершеннолетним сыном ФИО2, а он бы не дал согласия, поскольку нарушаются права его сына, поскольку на него возлагалась обязанность оплачивать коммунальные платежи. Хуртин Р.В. считает, что договор приватизации был совершен в нарушение закона, поэтому данный договор является ничтожным и у суда имелись основания применить последствия ничтожной сделки.
Районный суд верно исходил из того, что данный довод не является основанием для признания сделки недействительной, сделка соответствует закону и не нарушает прав несовершеннолетнего ФИО2 Интересы Хуртина Р.В. в данном случае не затронуты, поскольку он не является участником договора, не имеет прав на спорное жилье. Доказательств того, что сделка противоречила интересам ФИО2 не представлено. Оснований для вывода о ничтожности сделки не имеется. Хуртин Р.В. не был зарегистрирован в спорной квартире, поэтому его согласия на ее приватизацию не требовалось.
Доводы жалобы повторяют позицию истца, изложенную в суде первой инстанции, суд дал оценку указанным обстоятельствам. Доводы апеллятора основаны на неверном токовании норм действующего законодательства и не могут служить основанием для признания недействительности сделки.
Согласно ч. 1 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом
В соответствии с ч. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Таким образом, суд правильно отказал в удовлетворении исковых требований ФИО2 в лице законного представителя Хуртина Романа Викторовича к Давыдовой Екатерине Николаевне, ФИО3, администрации <адрес> о применении последствий недействительности ничтожной сделки и признании недействительным договора приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, и обоснованно удовлетворил встречный иск.
В связи с этим у суда не имелось оснований для удовлетворения иска ФИО2 о признании ФИО1 прекратившей право пользования, а ФИО24 - не приобретшим права на спорную квартиру.
Соответственно, суд правильно вселил ответчиков в спорную квартиру.
В связи с этим, доводы жалобы о том, что суд дал не верную оценку доказательствам, подтверждающим по мнению Хуртина Р.В. факт выезда Давыдовой Е.Н. из спорной квартиры и факт невселения ФИО24 в спорную квартиру, не могут повлечь иной результат по делу. Наниматель спорного жилого помещения ФИО13 при жизни признавала ответчиков членами своей семьи, возражений администрации <адрес> против этого не имелось. Настоящим решением ответчики обоснованно признаны сособственниками спорного жилья, а собственник в силу гражданского и жилищного законодательства может пользоваться своим имуществом по своему усмотрению.
Соответственно, доводы апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства истца об истребовании доказательств, подтверждающих факт выезда Давыдовой Е.Н. и факт невселения ФИО24 в спорную квартиру, правового значения не имеют.
Судом правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, этим обстоятельствам и представленным доказательствам суд дал надлежащую правовую оценку и постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм процессуального права, норм материального права, влекущих отмену или изменение решения, судом допущено не было. Оснований не согласиться с мотивированными выводами суда, изложенными в обжалуемом решении, у судебной коллегии не имеется.
Довод, что суд неправомерно освободил Давыдову Е.Н. и ФИО3 при подаче встречного иска от уплаты госпошлины, что дает основание полагать о заинтересованности суда в исходе дела, не состоятелен и на законность постановленного решения по существу спора не влияет.
Доводы апелляционной жалобы, выражающие несогласие с выводом суда первой инстанции, являются необоснованными в силу вышеизложенного. Несогласие заявителя жалобы с выводами суда направлены на собственную оценку доказательств и фактических обстоятельств спора, установленных судом, что не влечет отмену обжалуемого решения.
Таким образом, обжалуемое решение является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Советского районного суда г. Липецка от 16 декабря 2019 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу законного представителя несовершеннолетнего истца ФИО2 - Хуртина Романа Викторовича - без удовлетворения.
Председательствующий: (подпись)
Судьи: (подписи)
Копия верна.
Судья:
Секретарь:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
