Дата принятия: 25 июня 2020г.
Номер документа: 33-7673/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 июня 2020 года Дело N 33-7673/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
Председательствующего
Барминой Е.А.
судей
Кордюковой Г.Л.
Сальниковой В.Ю.
с участием прокурора
Турченюк В.С.
при секретаре
Черновой П.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании 25 июня 2020 г. гражданское дело N 2-4558/2019 по апелляционной жалобе Михайловской А. А. на решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от 16 октября 2019 г. по иску Михайловской А. А. к СПб ГУП "Горэлектротранс" о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Барминой Е.А., выслушав истца Михайловскую А.А., представителя истца - Шабадаха Д.А., представителей ответчика - Шепелева В.В., Осинцева К.А., заключение прокурора Турченюк В.С., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Истец Михайловская А.А. обратилась в суд с иском к СПб ГУП "Горэлектротранс" о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование заявленных требований истец указала, что работала в организации ответчика с 17.01.2014 в должности водителя трамвая. 27.03.2019 истец была уволена в соответствии с пп. "б" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с появлением на работе в состоянии алкогольного опьянения. Истец полагает увольнение незаконным, так как в состоянии опьянения не находилась, объяснения написала под давлением работодателя, от работы не отстранялась, акт об отстранении ее с работы является подложным. Кроме того, за совершение данного проступка к ней уже было применено дисциплинарное взыскание в виде лишения премии по производственным показателям за февраль 2019 г., следовательно, второе наказание в виде увольнения за тот же самый проступок является неправомерным.
Решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 16.10.2019 в удовлетворении исковых требований Михайловской А.А. отказано в полном объеме.
В апелляционной жалобе истец Михайловская А.А. просит решение суда от 16.10.2019 отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований, ссылаясь на неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, отсутствие доказательств о том, каким именно прибором проводилось определение состояния опьянения истца, а также доказательств того, что сотрудник ответчика имел право устанавливать такое опьянение. Также истец ссылается на отсутствие у нее клинических признаков опьянения 25.02.2019 актом медицинского освидетельствования состояние опьянения истца установлено не было, журнал регистрации предрейсового медицинского осмотра водителей содержит не заверенные исправления относительно установленного опьянения. Объяснения были написаны истцом под давлением со стороны работодателя, впоследствии были отозваны истцом. В акте об отстранении работника фамилия, имя, отчество истца и дата выполнены не истцом, а другим лицом. В показаниях свидетелей имеются противоречия, свидетели являются работниками ответчика, а следовательно, заинтересованными лицами. Кроме того, за совершение указанного дисциплинарного проступка истец уже была привлечена к ответственности в виде лишения премии. Также истец ссылается на то, что работодателем не учтена тяжесть совершенного проступка, факт длительной нетрудоспособности супруга истца, наличие тяжелого состояния здоровья у свекрови истца, проживающей совместно с истцом.
Со стороны ответчика СПб ГУП "Горэлектротранс" представлены возражения на апелляционную жалобу, по доводам которых ответчик просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.
На рассмотрение дела в суд апелляционной инстанции представитель третьего лица Государственной инспекции труда по Санкт-Петербургу не явился, о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах неявки суду не сообщил, доказательств невозможности явки в судебное заседание не представил. В соответствии с ч. 2.1. ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в указанный в части третьей данной статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания; такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи. При указанных обстоятельствах, судебная коллегия на основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица.
Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, заключение прокурора, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 23 от 19 декабря 2003 г. "О судебном решении", решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
В соответствии с положениями ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Как следует из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции, истец Михайловская А.А. принята на работу в СПб ГУП "Горэлетротранс" 17.01.2014 на должность водителя трамвая на пассажирском подвижном составе в Тармвайный парк N 1.
Приказом от 27.03.2019 N 458-л Михайловская А.А. уволена из организации на основании п.п. "б" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с появлением на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.
Поводом для увольнения Михайловской А.А. послужило ее появление на работе 25.02.2019 в состоянии алкогольного опьянения, в подтверждение которого ответчиком представлены акт о появлении работника на работе в состоянии опьянения от 25.02.2019, письменные объяснения Михайловской А.А. от 25.02.2019.
Михайловская А.А. в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции не отрицала факт употребления алкоголя в день накануне 25.02.2019, данное обстоятельство подтвердил также допрошенный судом первой инстанции в качестве свидетеля супруг истца - С.
В подтверждение факта появления истца на работе в состоянии опьянения ответчиком представлены также копия журнала отстранений водителей от работы по состоянию здоровья, отчет здравпункта ОСП Трамвайный парк N 1, журнал регистрации предрейсового медицинского осмотра водителей.
Допрошенные в ходе рассмотрения дела в качестве свидетелей Ш.., Р. подтвердили наличие у истца легкого запаха алкоголя при появлении истца на работе 25.02.2019.
Согласно акту СПб ГБУЗ "Городская наркологическая больница" медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 25.02.2019 N 146/1хр, состояние опьянения Михайловской А.А. не установлено.
Согласно справке СПб ГБУЗ "Городская наркологическая больница" от 25.02.2019, выданной по результатам проведения медицинского освидетельствования, у Михайловской А.А. выявлены клинические признаки опьянения.
Как следует из протокола заседания врачебной подкомиссии диспансерного отделения СПб ГБУЗ "Городская наркологическая больница" от 19.03.2019 N 10, проведенного в связи с медицинским освидетельствованием Михайловской А.А., положительным результатом исследования выдыхаемого воздуха считается наличие абсолютного этилового спирта в концентрации 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха.
При освидетельствовании Михайловской А.А. 25.02.2019 первое исследование выдыхаемого воздуха, проведенное в 16:42 час., выявило 0,180 мг/л этанола в выдыхаемом воздухе, что является положительным результатом, однако, повторное исследование выдыхаемого воздуха, проведенное в 16:57 час., выявило содержание этанола 0,149 мг/л, что является отрицательным результатом.
Отсутствие состояния опьянения в 16:57 час. на момент повторного исследования выдыхаемого воздуха, не исключает нахождение Михайловской А.А. в состоянии опьянения на момент прохождения предрейсового осмотра, проведенного в 15:52 час. в здравпункте СПб ГУП "Горэлектротранс".
Установив указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что факт появления Михайловской А.А. на работе 25.02.2019 в состоянии алкогольного опьянения нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, в связи с чем, у работодателя имелись основания для увольнении истца по пп. "б" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, процедура и срок привлечения к дисциплинарной ответственности работодателем не нарушены. Оценивая соразмерность примененного дисциплинарного взыскания, суд первой инстанции учел, что работа истца связана с управлением источника повышенной опасности, а потому нахождение в состоянии алкогольного опьянения может поставить под угрозу жизнь и здоровье иных лиц. Также суд принял во внимание показания свидетелей Р.. и К. о том, что ранее Михайловская А.А. неоднократно появлялась на работе в состоянии алкогольного опьянения.
Судебная коллегия не может в полной мере согласиться с данными выводами суда первой инстанции и находит заслуживающими внимание доводы апелляционной жалобы, исходя из следующего.
В соответствии с подпунктом "б" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.
В силу положений ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации, увольнение работника по основанию, предусмотренному п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, относится к дисциплинарным взысканиям.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 23, 38, 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.
Работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в пункте 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, а также представить доказательства, свидетельствующие о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Как разъяснено в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2, при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту "б" пункта 6 части первой статьи 81 Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием. Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.
Исходя из вышеуказанных правовых норм и разъяснений относительно их применения, работодатель вправе расторгнуть трудовой договор с работником при его появлении на работе в состоянии алкогольного опьянения только при соблюдении предусмотренных трудовым законодательством требований о сроках и порядке привлечения к дисциплинарной ответственности, включая требования о соразмерности дисциплинарного взыскания. При этом бремя доказывания наличия оснований увольнения и соблюдения процедуры увольнения возложено трудовым законодательством на работодателя.
Исходя из материалов дела, судебная коллегия приходит к выводу, что в ходе рассмотрения дела ответчиком СПб ГУП "Горэлектротранс" не представлена необходимая и достаточная совокупность относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих наличие безусловных оснований для расторжения с работником трудового договора на основании пп. "б" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Как усматривается из содержания приказа от 27.03.2019 N 458-л, трудового договор с истцом был расторгнут за "появление работника на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения" (л.д. 50, том 1).
Оспариваемый приказ не содержит четкой и понятной формулировки вины работника, в тексте приказа отсутствуют данные о конкретном дисциплинарном проступке, вменяемом истцу и указание на дату, время и место его совершения, указание в приказе всего перечня возможного опьянения (алкогольного, наркотического, токсического) лишает суд возможности проверить, в чем именно выразился дисциплинарный проступок, за что истец привлечена к ответственности в виде увольнения.
При этом, дисциплинарный проступок, за который работник может быть привлечен к дисциплинарной ответственности, в том числе, в виде увольнения, не может характеризоваться как понятие неопределенное, приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности должен содержать подробное описание места, времени, обстоятельств совершения работником дисциплинарного проступка, четкую и понятную для работника формулировку вины во вменяемом ему работодателем дисциплинарном проступке.
Основанием для увольнения истца в приказе от 27.03.2019 N 458-л указаны: "служебная записка, объяснения работника". Однако, идентифицировать указанные документы не представляется возможным, поскольку они не содержат даже ссылки на дату их составления, установить служебная записка какого должностного лица была положена в основу увольнения истца установить также не представляется возможным.
Единственная копия служебной записки, приложенная истцом к исковому заявлению, составлена директором ОСП "Трамвайный парк N 1" 27.03.2019 N 622 на имя исполняющего обязанности директора предприятия, и содержит только констатацию факта нахождения Михайловской А.А. 25.02.2019 на рабочее месте в состоянии алкогольного опьянения, а также просьбу уволить указанного работника. На служебной записке имеется резолюция "Уволить", без указания должности и фамилии лица проставившего данную резолюцию (л.д. 27, том 1).
Однако, как было указано выше, установить, что именно данная служебная записка была положена в основание приказа об увольнении истца 27.03.2019, не представляется возможным.
Никакие иные документы, включая акт о появлении работника на работе в состоянии опьянения, акт об отстранении работника, акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения, справка медицинского учреждения, проводившего освидетельствование, сведения, содержащиеся в журналах отстранения водителей от работы, регистрации предрейсовых медицинских осмотров и т.д., в качестве оснований увольнения в оспариваемом приказе от 27.03.2019 не указаны.
Также судебная коллегия находит заслуживающими внимание доводы апелляционной жалобы о том, что в журнале регистрации предрейсового медицинского осмотра водителей, в котором содержатся сведения о положительной пробе на наличия алкоголя (л.д. 79-80), не указаны какие-либо иные признаки состояния опьянения (запах алкоголя. нетвердая походка, несвязная речь), несмотря на то визуальный осмотр был проведен медицинским работником СПб ГУП "Горэлектротранс".
Указанные в акте о появлении работника на работе в состоянии опьянения от 25.02.2019 вышеуказанные клинические признаки опьянения (л.д. 54, том 1), противоречат визуальному осмотру, проведенному медицинским работником СПб ГУП "Горэлектротранс" Б. при предрейсовом медицинском осмотре, несмотря на то, что Б. сначала заполняла журнал регистрации предрейсовых медицинских осмотров, а затем участвовала в составлении акта о появлении работника на работе в состоянии опьянения.
Кроме того, журнал регистрации предрейсовых медицинских осмотров в части заполнения осмотра Михайловской А.А. 25.02.2019 содержит незаверенные исправления, согласно которым в журнал первоначально были внесены сведения об отрицательной пробе на наличие алкоголя, а затем поверх - о положительном результате пробы.
Судебная коллегия находит обоснованными доводы апелляционной жалобы истца о том, что из представленных в материалы дела доказательств, не представляется возможным установить каким именно прибором производилось изменение состояния опьянения Михайловской А.А. при проведении предрейсового медицинского осмотра в СПб ГУП "Горэлектротранс", поскольку индивидуально определенные сведения о таком приборе в представленных работодателем документах не содержатся.
В ходе рассмотрения дела ответчиком были представлены паспорта на два сигнализатора паров этанола, находящихся в распоряжении работодателя, со свидетельством о поверки (л.д. 81-89, том 1), однако, достоверных доказательств, что при проведении предрейсового медицинского осмотра Михайловской А.А. 25.02.2019 работодателем были использованы именно указанные приборы, материалы дела не содержат.
С учетом изложенного, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что работодателем в ходе рассмотрения дела представлены необходимые и достаточные доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости, и подтверждающие наличие безусловных оснований для применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения.
Те обстоятельства, что иные представленные по делу доказательства, включая акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 25.02.2019 N 146/1хр, объяснительная Михайловской А.А. от 25.02.20149, ее пояснения в ходе рассмотрения дела и показания допрошенных свидетелей, в том числе, супруга истца - С. - о факте употребления истцом накануне алкогольных напитков, подтверждают факт нахождения истца в состоянии опьянения на момент появления на работе, сами по себе, отдельно от других доказательств по делу, не могли быть положены в основу решения суда об отказе в удовлетворении иска, поскольку работодателем в подтверждение правомерности увольнения была представлена вся совокупность доказательств, часть из которых вызывает обоснованные сомнения.
При этом, как было указано выше, в приказе об увольнении истца от 27.03.2019 N 458-л, в качестве основания для увольнения иные документы, кроме служебной записки (без указания номера и даты) и объяснений работника, не указаны, что фактически лишило суд возможности надлежащим образом оценить именно те доказательства, которые были приняты работодателем в качестве основания для увольнения истца.
Кроме того, судебная коллегия полагает, что при применении самого строгого из возможных видов дисциплинарных взысканий, работодателем не были учтены тяжесть совершенного дисциплинарного проступка и его соразмерность примененному дисциплинарному взысканию.
В пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" дано разъяснение о том, что в силу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.
Учитывая изложенное, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2).
Однако, доказательств того, что ответчиком при применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения учтена тяжесть проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, ее отношение к труду в материалы дела ответчиком также не представлено.
В приказе об увольнении от 27.03.2019 N 458-л сведений об оценке работодателем тяжести совершенного дисциплинарного проступка, а равно сведений о том, на основании чего работодателем была избрана наиболее суровая мера дисциплинарного воздействия, не содержится.
Отсутствуют такие сведения и в служебной записке директора ОСП "Трамвайный парк N 1" от 27.03.2019 N 622.
При этом из представленных в материалы дела доказательств следует, что при проведении медицинского освидетельствования в СПб ГБУЗ "Городская наркологическая больница", при повторном исследовании выдыхаемого воздуха в 16:57 час. состояние опьянения у Михайловской А.А. уже отсутствовало, что с учетом того, что появление Михайловской А.А. на рабочем месте в состоянии опьянения было зафиксировано 25.02.2019 в 15:52 час., даже с учетом скорости выведения этанола из организма человека, свидетельствует о явно незначительной степени алкогольного опьянения.
При составлении объяснений 25.02.2019 Михайловская А.А. свое появление на работе в состоянии опьянения не оспаривала.
Однако, указанные обстоятельства работодателем учтены не были и какую-либо оценку при выборе меры дисциплинарного воздействия не получили.
Представленная в материалы дела характеристика на Михайловскую А.А. (л.д. 15, том 2) составлена работодателем уже после обращения истца в суд с настоящим иском, при этом сведения о том, что работодателем устанавливались и оценивались характеризующие данные работника на момент применении дисциплинарного взыскания, в материалах дела отсутствуют.
При этом, из текста представленной характеристики следует, что в целом Михайловская А.А. характеризуется положительно, а указанные в характеристике и в учетной карточке водителя (л.д. 16, том 2) сведения о нарушении истцом в ходе работы должностных обязанностей, в том числе 28.04.2018, иными объективными доказательствами не подтверждены, доказательств привлечения истца к дисциплинарной ответственности ранее увольнения ответчиком не представлено.
Показания допрошенных свидетелей Р.., К.., о том, что ранее истец уже появлялась на рабочем месте в состоянии опьянения, неправомерно приняты судом первой инстанции, поскольку иными объективными доказательствами указанные показания не подтверждаются, при этом, в случае установления факта появления истца на рабочем месте в состоянии опьянения, с учетом занимаемой ею должности, работодатель был обязан отстранить ее от управления транспортным средством, однако, таких доказательств также не представлено.
Согласно материалам дела истец работает в организации ответчика с 2014 г., характеризуется положительно, ранее к дисциплинарной ответственности не привлекалась, совершила единичное нарушение, находилась в состоянии незначительного алкогольного опьянения, которое уже при повтором исследовании выдыхаемого воздуха не подтвердилось, при первоначальном составлении объяснений признала факт нахождения в состоянии объяснения.
Кроме того, в материалы дела истцом были представлены доказательства, подтверждающие длительный период нетрудоспособности супруги истца - С. а также наличие заболеваний у свекрови истца - Л.., проживающей совместно с истцом, что по мнению судебной коллегии свидетельствует о затруднительном материальном положении истца, которая в результате увольнения лишилась средств к существованию. Доводы ответчика о том, что о семейных и материальных обстоятельствах работодателю стало известно уже после увольнения истца, не могут быть приняты во внимание, поскольку при определении вида дисциплинарного взыскания работодателю следовало установить и выяснить все обстоятельства, которые могли повлиять на принятое работодателем решение.
Данные обстоятельства не были учтены работодателем при увольнении истца, в то время, как по мнению судебной коллегии, они свидетельствуют о возможности применения к истцу более мягкого вида дисциплинарного взыскания.
Судебная коллегия соглашается с доводами ответчика, изложенными в возражениях на апелляционную жалобу, о том, что появление на рабочем месте работника, осуществляющего перевозку пассажиров общественным городским транспортом, в состоянии опьянения, в том числе, с остаточными признаками опьянения, создает существенные риски и угрозу безопасности пассажиров, а также с доводами суда первой инстанции о том, что недостаточно быстрая или неадекватная реакция вследствие алкогольного опьянения работника, управляющего источником повышенной опасности, может поставить под угрозу жизнь и здоровье третьих лиц.
Однако, именно с учетом специфики работы истца в должности водителя трамвая, законодателем закреплен порядок прохождения предрейсовых медицинских осмотров, а также обязанность работодателя отстранить водителя, находящегося в состоянии опьянения, от управления общественным транспортом.
Отстраняя истца от работы 25.02.2019, работодатель действовал в соответствии с требованиями законодательства, которые установлены с целью недопущения до управления транспортом лиц, находящихся в состоянии опьянения. В данном случае истец был отстранена от работы 25.02.2019, к управлению транспортным средством допущена не была, в связи с чем, не могла причинить либо создать угрозу причинения какого-либо вреда, что также не было надлежащим образом учтено работодателем при увольнении истца.
При этом судебная коллегия учитывает, что из текста письменных возражений ответчика на апелляционную жалобу, а также из пояснений представителя ответчика, данных в ходе судебного заседания апелляционной инстанции, при выборе вида дисциплинарного взыскания работодателем учитывалась только специфика работы истца в должности водителя трамвая, никакие иные обстоятельства работодателем не учитывались, что является нарушением вышеуказанных правовых норм.
При указанных обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости удовлетворения требований истца о признании незаконным ее увольнения на основании пп. "Б" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, восстановлении истца на работе в прежней должности, в связи с чем, решение суда подлежит отмене с принятием нового решения.
В соответствии со ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.
Исходя из положений ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае признания увольнения незаконным, решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула, принимается вне зависимости от того, были ли заявлены работником такие требования при обращении с иском в суд.
Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за период вынужденного прогула с 28.03.2019 по 25.06.2020 (дата вынесения настоящего апелляционного определения).
В соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных указанным Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.
Согласно п. 8 трудового договора, истцу установлена нормальная продолжительность рабочего времени, нормированный рабочий день, со сменным графиком работы и суммированным учетом рабочего времени.
В соответствии с п. 13 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 N 922, при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, используется средний часовой заработок. Средний часовой заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные часы в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 указанного Положения, на количество часов, фактически отработанных в этот период.
Из справок о доходах по форме 2-НДФЛ и представленных ответчиком сведений о фактически отработанном времени следует, что за двенадцать месяцев, предшествующих увольнению истцу была начислена заработная плата в размере 633 512 руб. 72 коп., отработано 1 701,3 час. (214 раб.дней х 7,95 час. нормальной продолжительности рабочего времени), средний часовой заработок составил 372 руб. 37 коп. (633512,72: 1701,3).
Таким образом, за период вынужденного прогула с 28.03.2019 по 25.06.2020 включительно (2441 час.), с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата в размере 884 702 руб. 74 коп. (372,37 х 2441 -выплаченная при увольнении компенсация за неиспользованный отпуск 24 252 руб. 43 коп.).
В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17.03.2004 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, принимая во внимание существо допущенных ответчиком нарушений, повлекших лишение возможности истца на труд и на получение заработной платы, а также их длительность, судебная коллегия полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.
Согласно положениям ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход государства пропорционально размеру удовлетворенных требований, что составляет 12 374 руб. 03 коп.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от 16 октября 2019 г., - отменить.
Принять по делу новое решение.
Признать незаконным увольнение Михайловской А. А. из СПб ГУП "Горэлектротранс" по пп. "б" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Восстановить Михайловскую А. А. на работе в СПб ГУП "Горэлектротранс" в должности водителя трамвая на пассажирском подвижном составе в отделе эксплуатации обособленного структурного подразделения "Трамвайный парк N 1" с 28 марта 2019 г.
Взыскать с СПб ГУП "Горэлектротранс" в пользу Михайловской А. А. заработную плату за время вынужденного прогула за период с 28 марта 2019 г. по 25 июня 2020 г. в размере 884 702 (восемьсот восемьдесят четыре тысячи семьсот два) рубля 74 коп., компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей 00 коп.
Взыскать с СПб ГУП "Горэлектротранс" государственную пошлину в доход государства в размере 12 374 (двенадцать тысяч триста семьдесят четыре) рубля 03 коп.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
