Дата принятия: 26 октября 2020г.
Номер документа: 33-7489/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ИРКУТСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 октября 2020 года Дело N 33-7489/2020
26 октября 2020 года
г. Иркутск
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
судьи-председательствующего Николаевой Т.В.,
судей Малиновской А.Л., Ринчинова Б.А.,
при секретаре Горячкиной К.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-189/2020 по иску Платончева Андрея Анатольевича к Никифоровой Нине Александровне, Никифорову Юрию Николаевичу, Никифорову Кириллу Юрьевичу о признании прекратившими право пользования жилым помещением, выселении, снятии с регистрационного учета,
встречному исковому заявлению прокурора г. Братска, действующего в интересах Никифоровой Нины Александровны, Никифорова Юрия Николаевича, к Платончеву Андрею Анатольевичу, Кобелеву Константину Александровичу о признании ничтожным договора займа, признании недействительным договора купли-продажи квартиры, применении последствий недействительности сделки,
по апелляционной жалобе Платончева А.А.
на решение Братского городского суда Иркутской области от 10 августа 2020 года,
установила:
в обоснование исковых требований Платончева А.А. указано, что он является собственником жилого помещения - квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят> на основании договора купли-продажи квартиры от Дата изъята На момент приобретения квартиры в ней проживали и были зарегистрированы Никифоров Юрий Николаевич (который являлся прежним собственником квартиры), Никифорова Нина Александровна, и Никифоров Кирилл Юрьевич. На данный момент ответчики продолжают пользоваться жилым помещением, не передают ключи от квартиры, отказываются выселяться и сниматься с регистрационного учета в добровольном порядке. В силу объективных причин совместное проживание с ответчиками, по моральным и материальным соображениям невозможно, так как совместного хозяйства они не ведут. Просил суд признать выше указанных лиц прекратившими право пользования спорным жилым помещением, выселить ответчиков из указанной квартиры и снять с регистрационного учета.
Прокурор г. Братска, действуя в интересах Никифоровой Н.А., Никифорова Ю.Н., обратился в суд со встречный иском к Платончеву А.А., Кобелеву К.А., в котором, с учетом уточнения исковых требований, просил суд признать ничтожным п. 1.7 договора займа денежных средств от Дата изъята, заключенный между Никифоровой Н.А. и Кобелевым К.А., в части, предусматривающей процентную ставку за пользование заемными средствами в размере 30 процентов ежемесячно, что составляет 360 % годовых. Установить процентную ставку по договору займа денежных средств от Дата изъята , заключенному между Никифоровой Н.А. и Кобелевым К.А. за пользование заемными средствами в размере 7 (семи) процентов ежемесячно, что составляет 84 % годовых. Признать недействительным договор купли - продажи недвижимого имущества от Дата изъята , заключенный между Никифоровым Ю.Н. в лице поверенного Шелегина А.В. и Платончевым А.А., в отношении недвижимого имущества - спорного жилого помещения. Применить последствия недействительности сделки - договора купли-продажи недвижимого имущества от Дата изъята , заключенный между Никифоровым Ю.Н. в лице поверенного Шелегина А.В. и Платончевым А.А., в отношении данного недвижимого имущества. Прекратить право собственности Платончева А.А. на недвижимое имущество - спорную квартиру.
В обоснование встречного иска прокурор г. Братска указал, что Никифорова Н.А., Никифоров Ю.Н., а также их сын Никифоров К.Ю. не выражали волеизъявление на отчуждение спорной квартиры, а лишь имели намерение передать ее в залог в связи с необходимостью получить заем денежных средств в сумме 500 000 руб. под 7% ежемесячно для проведения операции Никифоровой Н.А. по состоянию здоровья. Для получения займа семье Никифоровых поставлено условие о необходимости передачи спорного жилого помещения в залог, что подтверждается совокупностью гражданско-правовых сделок, совершенных ими в обеспечение займа. Жилое помещение находилось в долевой собственности, но по указанию сотрудников организации по предоставлению займов, жилое помещение подарено Никифорову Ю.Н. другими сособственниками, объясняя это тем, что при наличии трех собственников предоставление займа невозможно. Никифоровым Ю.Н. при оформлении договора займа и залога на квартиру, также подписана доверенность, которая, как он полагал, выдана только на регистрационные действия по заключаемым договорам, но никак не на отчуждение квартиры от его имени. Копию доверенности ему не выдали. Никифоровыми исправно оплачивались ежемесячные платежи по согласованным условиям в течение 4-х месяцев, однако ко времени очередного платежа, сотрудник организации Кобелев К.А. перестал отвечать на звонки, по месту своей регистрации не проживает. В Дата изъята ими получено уведомление о том, что Платончев А.А. является собственником их квартиры, который настаивает на их выселении. Платончев А.А. им не знаком, никогда к ним не приходил, квартиру не осматривал. По результатам прокурорской проверки также установлено, что заключенный сторонами договор займа заключен на условиях, предусматривающих скрытые проценты. Вышеприведенные доводы заявителей также подтверждены отсутствием какой-либо активности по вопросу продажи квартиры- какие-либо объявления о продаже квартиры им не размещались, не обращались в организации, специализирующиеся на услугах реализации недвижимости, никаких предпосылок к продаже своего жилья у них не имелось, не собирались покидать город Братск, переезжать в другое жилое помещение, не установлено и не доказано никаких иных обстоятельств, способных побудить волеизъявление заявителей и их сына на продажу своего единственного жилья. Спорное жилое помещение явилось средством обеспечения принятого на себя Никифоровой Н.А. обязательства по возврату займа, и, при таких обстоятельствах, не могло быть произвольно отчуждено ее супругом Никифоровым Ю.Н. незамедлительно после получения его в дар. Состоявшийся договор купли-продажи спорного жилого помещения от Дата изъята имеет все признаки недействительной фиктивной сделки, поскольку Никифорова Н.А., Никифоров Ю.Н. денежные средства в размере 1 700 000 рублей от продажи жилья не получали, покупатель до заключения настоящего договора, согласно его условиям, не ознакомился с техническим состоянием вышеуказанного объекта, необходимые документы, ключи от объекта, расчетные книжки заявителями покупателю не передавались. Вместе с тем, договор залога до настоящего времени не прекращен, из чего следует констатировать (по смыслу договора), что наряду с оплатой Никифорову Ю.Н. стоимости жилого помещения в размере 1700 000 рублей покупатель в лице Платончева А.А. принял на себя обязательства по исполнению договора займа на указанных выше условиях.
Решением от 10 августа 2020 года суд постановилисковые требования прокурора г. Братска в интересах Никифоровой Н.А., Никифорова Ю.Н. удовлетворить. Признать ничтожным п. 1.7 договора займа денежных средств от Дата изъята, заключенного между Никифоровой Н.А. и Кобелевым К.А. в части предусматривающей процентную ставку за пользование заемными средствами в размере 30 (тридцать) процентов ежемесячно, что составляет 360 % годовых. Установить процентную ставку по договору займа денежных средств от Дата изъята , заключенному между Никифоровой Ниной Александровной и Кобелевым Константином Александровичем за пользование Заемными средствами в размере 7 процентов ежемесячно, что составляет 84 % годовых. Признать недействительным договор купли - продажи недвижимого имущества от Дата изъята , заключенный между Никифоровым Ю.Н. в лице поверенного Шелегина А.В. и Платончевым А.А. в отношении недвижимого имущества - квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>. Применить последствия недействительности сделки - договора купли-продажи недвижимого имущества от Дата изъята , заключенного между Никифоровым Ю.Н. в лице поверенного Шелегина А.В. и Платончевым А.А. в отношении недвижимого имущества - квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>. Прекратить право собственности Платончева А.А. на недвижимое имущество - квартиру, расположенную по адресу: <адрес изъят>. В удовлетворении исковых требований Платончева А.А. о признании Никифоровой Н.А., Никифорова Ю.Н., Никифорова К.Ю. прекратившими право пользования жилым помещением по адресу: <адрес изъят> выселении Никифоровой Н.А., Никифорова Ю.Н., Никифорова К.Ю. из жилого помещения по адресу: <адрес изъят> без предоставления другого жилого помещения, снятии Никифоровой Н.А., Никифорова Ю.Н., Никифорова К.Ю. с регистрационного учета по адресу: <адрес изъят> - отказать.
В апелляционной жалобе Платончев А.А. просит решение суда отменить, принято новое решение, удовлетворить его требования и отказать в удовлетворении встречного иска. Указывает, суд пришел к выводу, что сделка была притворной, признание сделки притворной не влечет реституцию, должны быть применены иные последствия. Считает, что прикрываемая сделка может быть заключена после оспариваемого договора купли-продажи. Договор займа был заключен между Кобелевым К.А. и Никифоровой Н.А., Платончев А.А. стороной договора займа не являлся, с Никифоровой Н.А. на Дата изъята знаком не был. Имелась запись в ЕГРН, что Кобелев К.А. являлся залогодержателем, что сторонами не оспаривалось. Считает, что при вступлении решения в законную силу будет вправе требовать признания Платончева А.А. заимодавцем, Никифорову Н.А. - заемщиком, что приведет к недействительности договора залога между Кобелевым К.А. и Никирововой Н.А. При этом уплатив Никифорову Ю.Н. в лице Шелешина А.В. денежные средства в размере 1 700 000 руб., может требовать с Никифоровой Н.А. задолженность по договору займа 500 000 руб., лишится 1 200 000 руб., договор залога будет недействительным. Суд прошел к выводу о мнимости сделки, заключенной Никифоровым Ю.Н., вышел за пределы заявленных требований прокурора. Спорная сделка признана одновременно мнимой и притворной. Если сделка является мнимой, судом не установлено, какую цель преследовали стороны сделки. Платончев А.А. пытался вселиться в квартиру, направлял требования в выселении, подал иск, выводы суда об отсутствии попыток вселиться противоречат ч. 1 ст. 35 ЖК РФ. В обоснование ничтожности п. 1.7 договора займа суд привел положения ч. 5 ст. 809 ГК РФ. Указывает, что ч. 5 ст. 809 ГК РФ не регулирует условия для признания сделки ничтожной, предоставляет право суду уменьшить проценты. Условия о размере процентов являются оспоримыми. Выводы суда противоречат п. 73 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25. Платончев А.А. поддерживает возражения Кобелева К.А., что срок оспаривания размера процентов, как оспоримой сделки, пропущен. При этом заемщиком не представлено доказательств, какие обычно взимаются проценты, судом не установлено, превышают ли проценты по договору в 2 и более раза обычно взимаемые проценты. Судом ошибочно истолкованы п. 1.7 и 1.8 договора займа, побуждающие заемщика исполнять обязательства надлежащим образом. Решение суда о применении последствий признания п. 1.7 договора ничтожным является неверным. Заемщик уклонялся от выполнения обязательств, действовал недобросовестно. Никифорова Н.А. и Никифоров Ю.Н. также действовали недобросовестно в целях оставить покупателя без квартиры и уплаченных за неё денежных средств. Решение суда не содержит выводов в отношении фактов, на которые ссылается заявитель в апелляционной жалобе.
В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Матвеевская М.С. просит решение суда оставить без изменения, жалобу - без удовлетворения.
В суд апелляционной инстанции явилась прокурор Валеева Ю.Р., иные лица не явились, извещены надлежащим образом. На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия полагает возможным рассмотреть жалобу в отсутствие не явившихся лиц.
Заслушав доклад судьи Ринчинова Б.А., объяснения прокурора Валеевой Ю.Р., согласившейся с решением суда, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по доводам апелляционной жалобы и возражений на неё, обсудив приведенные в них доводы, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат право владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону..., в том числе и отчуждать свое имущество.
В соответствии со ст. 218 ч. 2 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другими лицами на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии со ст. 30 ЖК РФ, собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.
В силу ст. 304 ГК РФ, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
Согласно ч. 1 ст. 35 ЖК РФ, в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им).
Из п. 1 ст. 235 ГК РФ следует, что право собственности прекращается, в том числе, при отчуждении собственником своего имущества другим лицам.
В соответствии со ст. 420 ГК РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
В силу ч. 1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Пунктом 1 статьи 454 ГК РФ установлено, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
Согласно ст. 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 ст. 434).
Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (п. 1 ст. 551 ГК РФ).
В соответствии со ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.
В силу ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.
В соответствии с ч. 5 ст. 809 ГК РФ в редакции, действующей с 01 июня 2018 года, размер процентов за пользование займом по договору займа, заключенному между гражданами или между юридическим лицом, не осуществляющим профессиональной деятельности по предоставлению потребительских займов, и заемщиком-гражданином, в два и более раза превышающий обычно взимаемые в подобных случаях проценты и поэтому являющийся чрезмерно обременительным для должника (ростовщические проценты), может быть уменьшен судом до размера процентов, обычно взимаемых при сравнимых обстоятельствах.
В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.
В соответствии со ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Суд установил, что Дата изъята между Кобелевым К.А. и Никифоровой Н.А. был заключен договор займа, в соответствии с которым займодавец Кобелев К.А. передал заемщику Никифоровой Н.А. денежные средства в размере 500 000 руб., срока займа - до Дата изъята, процентная ставка - 7 (семь) процентов ежемесячно, а заемщик обязался вернуть заимодавцу сумму займа и уплатить проценты в сроки и порядке, предусмотренные договором (п. 1.1 Договора займа). Пунктом 2.3. Договора займа предусмотрено, что заемщик уплачивает займодавцу проценты за пользование заемными средствами в размере, определенном исходя из величины процентной ставки, указанной в п. 1.7 данного Договора. Пунктом 1.7 Договора займа предусмотрена процентная ставка за пользование Заемными средствами в размере 30 процентов ежемесячно, что составляет 360 % годовых.
Таким образом, в договоре займа усматривается противоречие в части указания размера процентной ставки за пользованием займом: 7%, что составляет 84 % годовых, либо 30%, что составляет 360 % годовых, ежемесячно.
Факт заключения указанного договора Никифорова Н.А. не оспаривала, при этом пояснила, что стороны пришли к соглашению об уплате 7 % ежемесячно за пользование займом, в связи с чем она три раза передавала Кобелеву К.А. денежные средства в оплату по договору займа по 35 000 руб., исходя из ставки 7 % в месяц, что подтверждается представленной распиской от Дата изъята.
В обеспечение исполнения обязательств заемщика Никифоровой Н.А. по договору займа Дата изъята между Кобелевым К.А. и Никифоровым Ю.Н. был заключен договор залога недвижимого имущества - квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>.
Дата изъята договор залога был зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости.
Дата изъята между Платончевым А.А. и Никифоровым Ю.Н., в лице поверенного Шелегина А.В., был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>. Согласно п. 4 договора купли - продажи покупатель до подписания настоящего договора выплачивает продавцу всю сумму в размере 1 700 000 рублей. Согласно п. 5 договора порядок расчета стороны установили следующий: покупатель, до подписания настоящего договора выплачивает продавцу всю сумму в размере 1 700 000 рублей.
Право собственности Платончева А.А. на квартиру зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости за Номер изъят, что подтверждается выпиской из ЕГРП.
Из копии регистрационного дела, предоставленного Росстреестром по Иркутской области, следует, что залогодержатель Кобелев К.А. дал свое согласие на смену собственника на спорное заложенное имущество.
Таким образом, судом установлено, что с Дата изъята собственником жилого помещения - квартиры по адресу: <адрес изъят>, и залогодержателем, обеспечивающим исполнение обязательств Никифоровой Н.А. по договору займа от Дата изъята, является Платончев А.А. Право собственности Платончева А.А. на спорную квартиру было зарегистрировано в установленном законом порядке.
Вместе с тем, Никифоров Ю.Н. пояснил, что он не имел намерения продавать свою квартиру, денежную сумму за квартиру в размере 1700 000 рублей он не получал.
При этом относимых и допустимых доказательств перечисления денежных средств в размере 1 700 000 рублей, передачи их согласно расписке либо иным путем Платончевым А.А. суду не представлено.
Из пояснений ответчика (истца по встречному иску) Никифорова Ю.Н., следует, что он не имел намерений производить отчуждение спорной квартиры, так как она является единственным местом для проживания его семьи.
Из сведений, указанных в копии поквартирной карточки от Дата изъята, следует, что на регистрационном учете в спорном жилом помещении состоят: собственник Платончев А.А. и Никифорова Н.А., Никифоров Ю.Н., Никифоров К.Ю.
Из показаний ответчиков, истцов по встречному иску установлено, и не оспаривается представителем Платончева А.А., что Никифорова Н.А., Никифоров Ю.Н. и их сын Никифоров К.Ю. проживают в спорной квартире, другого жилья не имеют, данная квартира является для них единственным жильем. Никифоров Ю.Н. оплачивает коммунальные услуги за квартиру, договоры на коммунальное обслуживание и содержание с другим собственником не перезаключались. Факт проживания семьи Никифоровых в спорной квартире подтверждается актом проверки факта проживания от Дата изъята.
Оценив представленные доказательства, суд пришел к выводу об обоснованности требования истца по встречному иску о признании ничтожным п. 1.7 договора займа денежных средств от Дата изъята, заключенного между Никифоровой Н.А. и Кобелевым К.А., в части, предусматривающей процентную ставку за пользование заемными средствами в размере 30 процентов ежемесячно, что составляет 360 % годовых, поскольку такие проценты значительно превышают обычно взимаемые в подобных случаях проценты и очевидно являются чрезмерно обременительным для должника (ростовщические проценты). Суд посчитал возможным установить процентную ставку по договору займа денежных средств от Дата изъята , заключенному между Никифоровой Н.А. и Кобелевым К.А. за пользование заемными средствами в размере 7 процентов ежемесячно, что составляет 84 % годовых, то есть в пределах заявленных встречных исковых требований. Обстоятельства, изложенные представителем истца Аксененко А.А. о том, что Платончев А.А. осматривал квартиру вместе с Никифоровым Ю.Н., принимал квартиру после продажи и намеревался в ней жить, последним опровергаются и доказательствами не подтверждены. Из пояснений сторон, представленных доказательств, суд нашел установленным, что заключенный между Никифоровым Ю.Н. и Кобелевым К.А. договор купли-продажи недвижимого имущества от Дата изъята является притворной сделкой, поскольку фактически между сторонами заключен договор займа с залогом квартиры, в обеспечение исполнения обязательства по возврату денежных средств, полученных Никифоровой Н.А. от Кобелева К.А. в размере 500 000 руб. Доказательств, с достоверностью подтверждающих намерение Никифорова Ю.Н. продать квартиру, расположенную по адресу: <адрес изъят> ответчиками по встречному иску суду не представлено, судом не установлено. Из пояснений сторон следует, что Никифорова Н.А. обратилась к Кобелеву К.А. за получением займа в размере 500 000 рублей, на которые они с мужем имели намерение оплатить лечение, действительным волеизъявлением сторон было заключение договора займа денежных средств на срок до Дата изъята , под 7 процентов ежемесячно. Судом установлено, что после подписания договора купли-продажи от Дата изъята спорная квартира фактически Платончеву А.А. не передавалась и в его владение не поступала. Документы, ключи от квартиры и расчетные книжки также не передавались, на что Платончев А.А. указал в своем исковом заявлении и что противоречит п. 7 оспариваемого договора купли-продажи. Договором купли-продажи квартиры от Дата изъята не предусмотрено сохранение права пользования спорной квартирой за продавцом Никифоровым Ю.Н., членами его семьи или иными лицами. Вместе с тем, Никифоров Ю.Н. вместе со своими членами семьи: женой Никифоровой Н.А. и сыном Никифоровым К.Ю. до настоящего времени продолжают пользоваться квартирой как своей собственной, зарегистрированы в спорном жилом помещении, Никифоров Ю.Н. несет бремя ее содержания на правах собственника жилого помещения. Доказательств того, что Платончев А.А., как собственник квартиры, пытался вселиться в спорную квартиру, в соответствии с требованиями законодательства нес бремя содержания собственного имущества - производил оплату за жилье и коммунальные услуги, суду не представлено. Равно как и не представлено суду относимых и допустимых доказательств того, что Платончев А.А. до подписания договора купли-продажи передал продавцу Никифорову Ю.Н. денежные средства в размере 1700000 руб. за спорную квартиру. По мнению суда приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что Платончев А.А. заключил договор купли-продажи квартиры без намерения создать правовые последствия, характерные для данной сделки. Совокупность исследованных доказательств позволяет сделать вывод о том, что и Никифоров Ю.Н. не имел намерений распорядиться жилым помещением путем продажи его Платончеву А.А. Между договором займа от Дата изъята , заключенным между Никифоровой Н.А. и Кобелевым К.А., и договором купли-продажи квартиры от Дата изъята между Никифоровым Ю.Н. и Платончевым А.А., действовавшим во исполнение интересов Кобелева К.А., имеется взаимная связь, свидетельствующая о единой цели заключения данных договоров. В связи с чем следует признать, что договор купли-продажи квартиры от Дата изъята является притворной сделкой, фактически прикрывающей правоотношения сторон по договору займа от Дата изъята , выступая в качестве гарантии обеспечения исполнения обязательств Никифоровой Н.А. по данному договору. Фактически между сторонами данных правоотношений имело место несовпадение волеизъявления с действительной волей сторон, так как они преследовали общую цель и достигли соглашения по условиям займа с залогом квартиры, то есть сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка купли-продажи квартиры. При установленных по делу фактических обстоятельств, с учетом положений статей 9, 10, 166 - 168, 170, 432 ГК РФ, в связи с отсутствием у Никифорова Ю.Н. намерений по отчуждению квартиры, являющейся его единственным местом проживания, суд пришел к выводу о мнимом характере заключенной сделки и отсутствии правовых последствий для ее сторон, поскольку действительная воля сторон была направлена на достижение правовых последствий, характерных для залога недвижимого имущества. Рассматривая заявление Платончева А.А. о пропуске прокурором г. Братска срока исковой давности, установленного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ, суд, учитывая, что встречное исковое заявление подано Дата изъята срок исковой давности по требованиям истца о признании договора купли-продажи от Дата изъята ничтожным по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, нельзя считать пропущенным. Доводы представителя истца по первоначальному иску о том, что действия Никифорова Ю.Н. направлены на злоупотребление правом, суд нашел несостоятельными, поскольку в судебном заседании нашел свое подтверждение факт мнимости притворной сделки купли-продажи квартиры. В связи с чем, суд применил последствия недействительности ничтожной сделки договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят> заключенного Дата изъята между Платончевым А.А. и Никифоровым Ю.Н., прекратив право собственности Платончева А.А. на указанную квартиру. Решение суда является основанием для восстановления права собственности на спорную квартиру за Никифоровым Ю.Н. При установленных по делу обстоятельствах и выводов суда, суд находит встречные исковые требования прокурора г. Братска обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме. Соответственно, придя к выводу об удовлетворении встречных требований, суд полагал необходимым отказать Платончеву А.А. в удовлетворении заявленных к Никифоровой Н.А., Никифорову Ю.Н., Никифорову К.Ю. исковых требований о признании их прекратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес изъят> выселении из указанной квартиры и снятии с регистрационного учета.
Судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы.
Оснований полагать, что суд, приходя к выводу о мнимости сделки, заключенной Никифоровым Ю.Н., вышел за пределы заявленных требований прокурора, не имеется. Прокурором заявлялись требования о признании сделки и мнимой, и притворной.
Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда, что между договором займа от Дата изъята, заключенным между Никифоровой Н.А. и Кобелевым К.А., и договором купли-продажи квартиры от Дата изъята между Никифоровым Ю.Н. и Платончевым А.А., имеется взаимная связь, что Платончев А.А. действовал в интересах Кобелева К.А., что договор купли-продажи квартиры от Дата изъята является притворной сделкой, фактически прикрывающей правоотношения сторон по договору займа от Дата изъята , выступая в качестве гарантии обеспечения исполнения обязательств Никифоровой Н.А. по данному договору, так как достаточных доказательств этому не представлено.
Однако с выводами суда о мнимости сделки судебная коллегия согласна. Доводы, что судом не установлено, какую цель преследовали стороны сделки, не являются основанием для отмены решения суда, так как судом достоверно установлено, что у Никифорова Ю.Н. намерений по отчуждению квартиры, являющейся его единственным местом проживания, не имелось. Не имелось и необходимости в выдаче доверенности Никифоровым Ю.Н. от Дата изъята на имя Шелегина А.В. по вопросам передачи спорной квартиры в залог, а также продажи данной квартиры, так как в этот же день был заключен договор займа между Никифоровой Н.А. и Кобелевым К.А., а также договор залога между Никифоровым Ю.Н. и Кобелевым К.А. в обеспечение обязательств по займу. При этом доказательств передачи денежных средств Платончевым А.А. Никифорову Ю.В., в том числе передачи денежных средств действовавшему по доверенности от Никифорова Ю.Н. Шелегину А.В., не представлено. В договоре от Дата изъята указано, что денежные средства не переданы, а передаются до подписания договора, расписка о передаче денежных средств не представлялась. Отсутствуют и доказательства ознакомления Платончева А.А. с техническим состоянием квартиры, получения от продавца необходимых документов, ключей, расчетных книжек. Положения договора, что Никифоров Ю.Н. не состоял в браке на момент приобретения спорной квартиры, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
При таких обстоятельствах доводы, что суд пришел к выводу, что сделка была притворной, что признание сделки притворной не влечет реституцию, должны быть применены иные последствия, что прикрываемая сделка может быть заключена после оспариваемого договора купли-продажи, что договор займа был заключен между Кобелевым К.А. и Никирововой Н.А., Платончев А.А. стороной договора займа не являлся, с Никифоровой Н.А. на Дата изъята знаком не был, что имелась запись в ЕГРН, что Кобелев К.А. являлся залогодержателем, что сторонами не оспаривалось, не влекут отмены решения суда.
Доводы, что при вступлении решения в законную силу Платончев А.А. будет вправе требовать признания Платончева А.А. заимодавцем, Никифорову Н.А. - заемщиком, что приведет к недействительности договора залога между Кобелевым К.А. и Никирововой Н.А., что, уплатив Никифорову Ю.Н. в лице Шелегина А.В. денежные средства в размере 1 700 000 руб., может требовать с Никифоровой Н.А. задолженность по договору займа 500 000 руб., лишится 1 200 000 руб., договор залога будет недействительным, основанием для отмены решения не являются.
При признании сделки мнимой и прекращении права собственности Платончева А.А. на спорное жилое помещение, последний не лишен возможности истребовать денежные средства, уплаченные по договору купли-продажи у Шелегина А.В. при предоставлении надлежащих доказательств уплаты данных денежных средств. Договор займа и договор залога будут исполняться отдельно с учетом принятого судом решения.
При имеющихся обстоятельствах дела доводы, что Платончев А.А. пытался вселиться в квартиру, направлял требования о выселении, подал иск, что выводы суда об отсутствии попыток вселиться противоречат ч. 1 ст. 35 ЖК РФ, основанием для отмены решения не являются.
Кобелевым К.А. решение суда не обжаловалось, доводы Платончева А.А. не являющегося стороной по договорам займа и залога, оспаривающего выводы суда по этим договорам, с учетом установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств дела, основанием для отмены решения суда не являются.
Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, не установлено, в связи с чем судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.
Таким образом, судебное постановление, проверенное по доводам апелляционной жалобы, отмене не подлежит.
Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Братского городского суда Иркутской области от 10 августа 2020 года по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу Платончева А.А. - без удовлетворения.
Судья-председательствующий Т.В. Николаева
Судьи А.Л. Малиновская
Б.А. Ринчинов
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
