Дата принятия: 16 декабря 2019г.
Номер документа: 33-7249/2019
ТЮМЕНСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 16 декабря 2019 года Дело N 33-7249/2019
Тюменский областной суд в составе председательствующего судьи Забоевой Е.Л., при секретаре Моравской Е.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда материал по частной жалобе истца Ш.Д.Ю. на определение судьи Центрального районного суда г. Тюмени от 21 октября 2019 года, которым постановлено:
"Исковое заявление Ш.Д.Ю. к УФСИН по Тюменской области, ФСИН России, Министерству финансов РФ, Департаменту финансов Тюменской области о взыскании компенсации морального вреда, вернуть заявителю",
установил:
06 сентября 2019 года в Центральный районный суд г.Тюмени поступило исковое заявление Ш.Д.Ю. к УФСИН по Тюменской области, ФСИН России, Министерству финансов Российской Федерации, Департаменту финансов Тюменской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей в связи с ненадлежащим содержанием в камерах ФКУ "Следственный изолятор N1 Управления ФСИН России по Тюменской области", Центрального районного суда г.Тюмени в связи с избранием ему мере пресечения в виде содержания по стражей по уголовному делу.
Определением судьи Центрального районного суда г.Тюмени от 30 сентября 2019 года исковое заявление Ш.Д.Ю. оставлено без движения на основании ст. 136 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предоставлен срок до 14 октября 2019 года для устранения недостатков, судьей указано, что в нарушение п.4 и п.5 ч.2 ст. 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации изложенные в резолютивной части иска требования не содержат указания на то, какие суммы подлежат взысканию с каждого из ответчиков, а в содержании иска не указано, в чем заключается спор с каждым из ответчиков, поскольку за вред, причиненный органом государственный власти отвечает Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Тюменской области.
11 октября 2018 года Ш.Д.Ю. подано заявление на определение суда от 30 сентября 2019 года с пояснениями относительно указанных судьей недостатков (л.д. 10).
Определением судьи Центрального районного суда г. Тюмени от 20 октября 2019 года исковое заявление Ш.Д.Ю. возвращено заявителю на основании ч. 2 ст. 136 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судьей указано о том, что в установленный в определении суда срок заявитель не выполнил указания судьи, направив в суд факсимильную копию заявления с пояснениями, не содержащее просьбы о продлении назначенного судом срока, но не направив исправленное исковое заявление с копиями по числу лиц, участвующих в деле.
Не согласившись с указанным определением, истец Ш.Д.Ю. в частной жалобе, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, просит его отменить, направить дело в суд первой инстанции для разрешения требований по существу. В обоснование доводов жалобы указывает, что им во исполнение определения судьи от 30 сентября 2019 года об оставлении искового заявления без движения представлено заявление от 11 октября 2019 года с развернутыми пояснениями по всем требованиям, изложенным в определении суда. Отмечает, что он отбывает наказание в ФКУ ИК -25, в связи с чем не имеет доступ в "Интернет" и не может отслеживать движение дела по сайту суда, в связи с чем не имеет возможности лично получить определение суда, кроме того, корреспонденция вручается непосредственно осужденным по истечению нескольких дней. Полагает, что вопреки требованиям разумности суд установил срок для исправления недостатков в исковом заявлении - до 14 октября 2019 года, при этом, само определение было направлено судом лишь 02 октября 2019 года. В связи с поздним получением определения он был вынужден направить свое заявление по факсу и почтой. Считает, что исковое заявление подано им в полном соответствии с требованиями ст.ст.131,132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, что суд не обоснованно указал в обжалуемом определении, что заявитель должен был представить исправленное исковое заявление. Полагает, что требования суда, изложенные в определении от 30 сентября 2019 года, относятся к существу рассматриваемого спора и подлежат установлению в процессе судебного разбирательства. Ш.Д.Ю., ссылаясь на положения ч.3 п.14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года N 13, указывает, что неправильное определение в исковом заявлении государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, оставления без движения.
В силу ч. 3 ст. 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 28 ноября 2018 года N 451-ФЗ, действующей на момент рассмотрения судом апелляционной инстанции частной жалобы, частная жалоба, представление прокурора на определение суда первой инстанции, за исключением определений о приостановлении производства по делу, о прекращении производства по делу, об оставлении заявления без рассмотрения, об удовлетворении или об отказе в удовлетворении заявления, представления о пересмотре судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам, о принудительном исполнении или об отказе в принудительном исполнении решения иностранного суда, о признании или об отказе в признании решения иностранного суда, о признании и исполнении или об отказе в признании и исполнении решений иностранных третейских судов (арбитражей), об отмене решения третейского суда или отказе в отмене решения третейского суда, рассматриваются без извещения лиц, участвующих в деле.
С учётом требований ч.3 ст. 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации частная жалоба истца Ш.Д.Ю., подлежит рассмотрению без извещения лиц, участвующих в деле. Информация о месте и времени рассмотрения данного дела была размещена на сайте Тюменского областного суда.
Обсудив доводы частной жалобы, проверив материалы дела, судебная коллегия признает доводы подателя жалобы обоснованными, а определение суда подлежащим отмене в связи с неправильным применением норм процессуального права (п.4 ч.1 ст.330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В соответствии с ч.1 ст.136 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судья, установив, что заявление подано в суд без соблюдения требований, установленных ст.ст.131 и 132 настоящего Кодекса, выносит определение об оставлении заявления без движения, о чём извещает лицо, подавшее заявление, и предоставляет ему разумный срок для исправления недостатков.
Разрешая вопрос о принятии иска Ш.Д.Ю. к УФСИН по Тюменской области, ФСИН России, Министерству финансов Российской Федерации, Департаменту финансов Тюменской области, оставляя его без движения определением от 30 сентября 2019 года, судья исходил из того, что истцом при обращении в суд не выполнены требования, указанные в ст.ст. 131, 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а именно, в нарушение п.4 и п.5 ч.2 ст. 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации изложенные в резолютивной части иска требования не содержат указания на то, какие суммы подлежат взысканию с каждого из ответчиков, поскольку за вред, причиненный органом государственный власти отвечает Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Тюменской области. Срок для устранения указанных недостатков установлен судом до 14 октября 2019 года.
В силу положений части 2 статьи 136 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если заявитель в установленный срок не выполнит указания судьи, перечисленные в определении об оставлении искового заявления без движения, исковое заявление считается не поданным и возвращается заявителю.
Согласно пункту 2 части 1 статьи 135 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья возвращает исковое заявление в случае, если не устранены обстоятельства, послужившие основаниями для оставления искового заявления без движения, в срок, установленный в определении суда.
11 октября 2018 года заявителем во исполнение определения судьи от 30 сентября 2019 года подано заявление путем направления посредством факсимильной связи, в котором Ш.Д.Ю. изложил свои доводы относительно указаний судьи, указал, что ответчики по иску несут солидарную ответственность, что неправильное определение в исковом заявлении государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, оставления без движения. Согласно входящему номеру в штампе указанное заявление поступило в суд по факсу.
Возвращая исковое заявление Ш.Д.Ю., суд исходил из установленного обстоятельства неисполнения заявителем недостатков искового заявления, указанных в определении суда от 30 сентября 2019 года, а именно, в установленный в определении суда срок заявитель не выполнил указаний судьи, направив в суд факсимильную копию заявления с пояснениями, не содержащее просьбы о продлении назначенного судом срока, но не направив исправленное исковое заявление с копиями по числу лиц, участвующих в деле.
Выводы суда первой инстанции нарушают положения норм гражданского процессуального законодательства.
Обстоятельства, на которые указывает суд, не являются недостатками, свидетельствующими о несоблюдении требований ст.131 и ст.132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, наличие которых в силу ст.136 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации влечет оставление иска без движения с предоставлением возможности заявителю их устранения в установленный судом срок.
Согласно Конституции Российской Федерации каждому гарантируется государственная, в том числе судебная, защита его прав и свобод (ч.1 ст.45, ч.1 ст.46). Право на судебную защиту является непосредственно действующим, оно признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч.1 ст.17, ст.18).
Конституционное право на судебную защиту нашло свое закрепление и в гражданском процессуальном законодательстве - ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Статья 1 (пункт 1) Гражданского кодекса Российской Федерации к числу основных начал гражданского законодательства относит, в частности, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.
Исходя из принципа диспозитивности гражданского судопроизводства заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом. В силу положений ч.1 ст.3 и ч.1 ст.4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации условием реализации этих прав является указание в исковом заявлении на то, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов истца.
Применительно к гражданскому судопроизводству требования, касающиеся формы и содержания искового заявления, устанавливаются статьями 131 и 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Данные законоположения, предусматривая необходимость указания в исковом заявлении обстоятельств, на которых истец основывает свои требования, и доказательств, подтверждающих эти обстоятельства (пункт 5 части 2 статьи 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также приложения к исковому заявлению документов, подтверждающих обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, копии этих документов для ответчиков и третьих лиц, если копии у них отсутствуют (абзац 5 статьи 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), направлены на реализацию конституционного требования об осуществлении правосудия на основе состязательности и равноправия сторон, а также требования о создании условий для всестороннего и полного исследования судом доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства. При этом положения статей 131 и 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, действуя во взаимосвязи с другими предписаниями данного Кодекса, не исключают возможности представления стороной доказательств и после принятия искового заявления к производству суда (часть 1 статьи 57, часть вторая статьи 152, статья 166 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2016 года N 2105-О).
Так, в своем определении от 30 сентября 2019 года в качестве оснований для оставления искового заявления суд указал, что в резолютивной части иска требования не содержат указания на то, какие суммы подлежат взысканию с каждого из ответчиков, а в содержании иска не указано в чем заключается спор с каждым из ответчиков, поскольку за вред, причиненный органом государственный власти отвечает Министерство финансов Российской Федерации РФ в лице УФК по Тюменской области.
Из представленных материалов усматривается, что в установленный судом срок для устранения недостатков от истца Ш.Д.Ю. 11 октября 2019 года в суд по факсу поступило заявление с изложением позиции по всем требованиям, изложенным в определении суда об оставлении искового заявления без движения от 30 сентября 2019 года (л.д.10).
В указанном заявлении Ш.Д.Ю. пояснил, что, по его мнению, ответчики по его требованиям должны отвечать солидарно, в связи с этим не подлежит в силу закона разделение взыскиваемой суммы по каждому из ответчиков. При этом, указал, что в соответствии с ч.3 п.14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года N 13, неправильное определение в исковом заявлении государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, оставления без движения. Суд при подготовке дела к судебному разбирательству определяет в судебном акте ответчиком Российскую Федерацию в лице надлежащего федерального органа государственной власти, наделенного полномочиями выступать от имени Российской Федерации в суде.
Действительно, поданное Ш.Д.Ю. в суд исковое заявление, содержит материально-правовое требование о взыскании конкретной суммы в счет компенсации морального вреда, при этом, заявителем в содержании иска приведены мотивы и обстоятельства, послужившие основанием для заявленных требований, указано о том, в чем заключается нарушение его прав, в соответствии с требованиями п.3 ч.2 ст.131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указано наименование ответчиков, к которым заявлен иск, полагая что именно перечисленные в указанном статусе органы власти отвечают за вред причиненный ему моральный вред.
Характер материально-правового требования и его оснований, изложенные в иске, не свидетельствуют о наличии недостатков поданного искового заявления применительно к положениям ст.131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Вопрос определения надлежащего ответчика подлежит разрешению на стадии подготовки дела к судебному разбирательству и разрешения спора по существу, а не на стадии принятия иска. Содержание искового заявления очевидно свидетельствует о том, что Ш.Д.Ю. не требовал взыскания компенсации морального вреда отдельно к каждому ответчику в долях, указывая на стороне ответчика перечисленные им органы власти, исходил из того, что именно они несут совместную ответственность за причиненный ему вред, о чем, собственно, и сообщил суду в своем заявлении от 11 октября 2019 года, в котором также ссылался на неопределенность судебной практики судом г.Тюмени по субъектном составу ответчиков по данной категории споров.
Указанное заявление Ш.Д.Ю. от 11 октября 2019 года, вопреки выводам суда первой инстанции, не является новым или уточненным исковым заявлением, копия которого должна быть направлена истцом ответчикам самостоятельно с представлением суду доказательств его отправки. По сути, данное заявление представляет собой возражения относительно действий суда по оставлению иска без движения и пояснения относительного того, почему указанные судом недостатки таковыми не являются.
В соответствии с п.14. Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации", исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации). Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации). Неправильное определение в исковом заявлении государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, оставления без движения. Суд при подготовке дела к судебному разбирательству определяет в судебном акте ответчиком Российскую Федерацию в лице надлежащего федерального органа государственной власти, наделенного полномочиями выступать от имени Российской Федерации в суде.
Поскольку в своем иске Ш.Д.Ю., действуя в своем воле и в своем интересе, самостоятельно определяя способы защиты своих прав, не заявлял отдельных требований к каждому из перечисленных им ответчиком, следовательно, у него не возникло обязанности по указанию в иске о взыскании конкретной суммы с каждого из ответчиков, соответствующий вывод суда первой инстанции не основан на требованиях процессуального закона.
Таким образом, суд апелляционной инстанции находит заслуживающими внимания суждения подателя частной жалобы о том, что требования, изложенные судом первой инстанции в определении от 30 сентября 2019 года, относятся к существу рассматриваемого спора и подлежат установлению и исследованию при разрешении спора по существу.
В силу положений ст. 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации уточнение фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, представление необходимых доказательств сторонами, другими лицами, участвующими в деле, разрешение вопроса о составе лиц, участвующих в деле, и других участках процесса являются задачами подготовки дела к судебному разбирательству, которая может иметь место лишь после принятия заявления судьей.
В силу абзаца четвертого статьи 148 и п.4 ч.1 ст.150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья при подготовке дела к судебному разбирательству разрешает вопрос о составе лиц, участвующих в деле, и других участников процесса и о вступлении в дело соистцов, соответчиков и третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора, а также разрешает вопросы о замене ненадлежащего ответчика.
Согласно абзацу второму ч.3 ст.40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае невозможности рассмотрения дела без участия соответчика или соответчиков в связи с характером спорного правоотношения суд привлекает его или их к участию в деле по своей инициативе.
В порядке подготовке делу к судебном разбирательству истец вправе уточнить исковые требования и фактические обстоятельства как основания иска, а суд должен ему это предложить и представить соответствующую возможность.
Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 2 постановления Пленума от 24 июня 2008 года N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", совершение действий по подготовке дела к судебному разбирательству до его возбуждения в суде (до принятия заявления) недопустимо, поскольку такие действия противоречат положениям ст. 147 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Оценку доказательств суд производит при принятии решения по делу (ст. ст. 67, 195-196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). По смыслу приведенных норм, определение обстоятельств, имеющих значение для дела, суд осуществляет после принятия искового заявления и возбуждения дела. Оценка достаточности представленных сторонами доказательств, распределение бремени доказывания и истребование судом дополнительных доказательств, является задачей стадии подготовки дела к судебному разбирательству.
На стадии подачи иска Ш.Д.Ю. представил доказательства, подтверждающие, по его мнению, обстоятельства, на которых основаны его исковые требования, перечислил их описание в приложении к исковому заявлению.
На наличие иных недостатков поданного искового заявления суд первой инстанции в своем определении от 30 сентября 2019 года не ссылался.
При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции, находит выводы суда первой инстанции о наличии оснований для оставления искового заявления без движения необоснованными, следовательно, у судьи отсутствовали основания для возвращения искового заявления.
Иных, самостоятельных оснований для возвращения искового заявления Ш.Д.Ю. суд первой инстанции не усмотрел, поскольку, как отмечалось выше, у заявителя отсутствовала обязанность по направлению копии уточненного иска ответчикам в связи с его фактическим отсутствием, заявление Ш.Д.Ю. от 11 октября 2019 года таковым не является, следовательно, тот факт, что оно было направлено в суд в тот же день посредством факсимильной связи, не является основанием для возвращения иска, тем более, что, как усматривается из представленных материалов, Щ.Д.Ю. отбывает назначенное по приговору суда наказание в местах лишения свободы, определение суда об оставлении иска было получено им 10 октября 2019 года (поступило в исправительное учреждение 08 октября 2019 года), заявитель ограничен в средствах своевременного представления суду оригиналов своих обращений и доказательств либо представления их в электронном виде.
При таких обстоятельствах у судьи отсутствовали правовые основания для возвращения искового заявления Ш.Д.Ю., с учетом установленных обстоятельств возвращение иска подателю жалобы препятствует его доступу к правосудию, что является недопустимым, в связи с чем, обжалуемое определение не может быть признано законным, подлежит отмене, а исковое заявление согласно абзацу 2 пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", направлению в суд первой инстанции для решения вопроса о возможности принятия к производству суда в порядке, предусмотренном статьей 133 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Руководствуясь статьями 333, 334 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции
определил:
Определение судьи Центрального районного суда г. Тюмени от 21 октября 2019 года о возвращении искового заявления Ш.Д.Ю. отменить, разрешить вопрос по существу.
Возвратить материал по исковому заявлению Ш.Д.Ю. к УФСИН по Тюменской области, ФСИН России, Министерству финансов Российской Федерации, Департаменту финансов Тюменской области о взыскании компенсации морального вреда в Центральный районный суд города Тюмени для решения вопроса о возможности принятия к производству суда в порядке, предусмотренном статьей 133 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Судья Тюменского областного суда: Забоева Е.Л.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
