Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 13 мая 2021 года Дело N 33-7246/2021

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего Бучневой О.И.,судей Игумновой Е.Ю.,Игнатьевой О.С.,при секретаре Девиной А.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании 13 мая 2021 года гражданское дело N 2-2551/2020 по апелляционной жалобе Зарбеева Рустема Абдулловича на решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 15 октября 2020 года по иску Зарбеева Рустема Абдулловича к Иванову Вадиму Геннадьевичу о взыскании денежных средств,

заслушав доклад судьи Бучневой О.И., выслушав объяснения истца Зарбеева Р.А., ответчика Иванова В.Г., представителя ответчика Куделинскую А.В.,

УСТАНОВИЛА:

Решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 15 октября 2020 года по гражданскому делу N 2-2551/2020 Зарбееву Р.А. отказано в удовлетворении иска к Иванову В.Г. о взыскании денежных средств.

Не согласившись с постановленным решением, истцом представлена апелляционная жалоба, в которой просит решение отменить, исковые требования удовлетворить.

В судебное заседание истец Зарбеев Р.А. явился, доводы жалобы поддержал, ответчик Иванов В.Г. с представителем явились, доводы жалобы не признали, поддержали возражения на нее, полагали решение суда законным и обоснованным, просили оставить его без изменения.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, выслушав объяснения участников процесса, оценив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Исходя из положений ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии со ст.ст. 807-808, 810 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено ФЗ.

29 января 2009 года между займодавцем ООО "НИИСТ" и заемщиком Ивановым В.Г. заключен договор займа N 8, согласно которому займодавец передает заемщику 2 092 710 руб. без установления срока возврата и процентов. За нарушение срока возврата суммы займа определена неустойка - 0,01% от суммы займа за каждый день просрочки. В подтверждение перечисления денежных средств ответчику представлены платежные поручения ОАО "Собинбанк" от 30 января 2009 года N 11 на сумму 1 387 200 руб., 03 февраля 2009 года N 12 - 90 450 руб., 03 февраля 2009 года N 13 - 397 980 руб., 03 февраля 2009 года N 14 - 217 080 руб. (л.д.11-15).

В указанных платежных поручениях основанием для перечисления денежных средств указан договор займа N 8 от 30 января 2019 года.

08 апреля 2009 года между теми же сторонами заключен договор займа N 17 на сумму 460 000 руб. на аналогичных условиях. В подтверждение перечисления денежных средств представлено платежное поручение ОАО "Собинбанк" от 10 апреля 2009 года N 84 на сумму 460 000 руб. (л.д. 16-17).

В связи с позицией ответчика, полагавшего, что истец не доказал перечисление денег по договору от 29 января 2009 года, поскольку в платежных документах указан договор от 30 января 2009 года, который в материалы дела не представлен, а также по ходатайству истца судом в ОАО "Собинбанк" (банк плательщика) были истребованы платежные документы по договорам. Согласно ответу ОАО "Собинбанк" документы уничтожены в связи с истечением сроков хранения (л.д. 139).

Поскольку факт передачи денежных средств входит в предмет доказывания, при предоставлении документов истцом, а также возражений ответчика, для выяснения юридически значимых обстоятельств (ч. 2 ст. 56, абз. 2 ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ) судом апелляционной инстанции истребованы доказательства перечисления денежных средств на счет ответчика из банков получателя, в которых был открыт счет Иванова В.Г.

Ответом ПАО "Банк Уралсиб" (ранее ОАО "Уралсиб") подтверждено поступление на счет Иванова В.Г. денежных средств в размере 217 080 руб. по платежному поручению N 14 от 03 февраля 2009 года с назначением платежа - перечисление денежных средств по договору займа N 8 от 30 января 2009 года (л.д. 245).

Ответом АО "Райффайзенбанк" (ранее ЗАО "Райффайзенбанк") подтверждено поступление на счет Иванова В.Г. денежных средств в размере 397 980 руб. по договору займа N 8 от 30 января 2009 года и 460 000 руб. по договору займа N 17 от 08 апреля 2009 года (л.д.247-249).

Согласно ответу ПАО "Росбанк" (ранее ЗАО "БСЖВ") в связи с истечением срока хранения документов, платежные документы и выписки по счетам по 31 декабря 2015 года уничтожены (л.д. 251).

Приходным кассовым ордером от 23 июня 2009 года N 16 ООО "НИИСТ" подтвержден возврат Ивановым В.Г. денежных средств по договору займа N 8 от 30 января 2009 года в сумме 802 710 руб., также подтвержден возврат 200 000 руб. по указанному договору в соответствии с приходным кассовым ордером от 26 июня 2009 года N 17 (л.д. 18-19).

Допрошенный в судебном заседании 05 августа 2020 года в качестве свидетеля Чернов В.Э. пояснил, что в январе и апреле 2009 года занимал должность генерального директора ООО "НИИСТ", Иванова В.Г. знает с 1993 года, поддерживали дружеские отношения, заключил договор на основании решения генерального директора от имени юридического лица, было заключено два договора, точную сумму не помнит - около 1 500 000 - 2 000 000 руб., денежные средства перечислялись банковским переводом, частично денежные средства возвращались. Впоследствии права требования были переуступлены бухгалтеру организации, возможно в договорах цессии имеются опечатки. Договоры цессии возмездные, были оплачены не денежными средствами, а иным зачетом по результатам договоренностей, после выполнения обязательств ответчиком он получит денежные средства по договору цессии. После обозрения договора займа от 29 января 2009 года N 8 свидетель пояснил, что 30 января 2009 года договоров займа с ответчиком не заключал. После обозрения платежных поручений N 11, 12, 13, 14 свидетель указал, что платежные поручения похожи на поручения к спорному договору, подтвердил заключение договоров цессии, признав наличие технических ошибок, допущенных бухгалтерией (л.д. 148-150).

Из показаний свидетеля Антиповой А.И., допрошенной в судебном заседании 12 октября 2020 года, следует, что занимала должность бухгалтера в ООО "НИИСТ", знакома с Ивановым В.Г. много лет, отношения дружеские, доверительные, в период ее работы руководителем ООО "НИИСТ" являлся Чернов В.Э., а его заместителем Иванов В.Г. Организация предоставляла денежные средства сотрудникам по договорам займа. С Ивановым В.Г. были заключены два договора займа на достаточно большие суммы, по договору займа N 8 были частично возвращены денежные средства в июне 2009 года. В связи с доверительными отношениям с Черновым В.Э. между ними был заключен договор цессии, Чернов В.Э. выдал свидетелю необходимую сумму денег для погашения долга перед обществом, денежные средства были внесены в кассу общества, выдан ордер, который был сразу передан Чернову В.Э. Затем Антипова А.И. переуступила права требования по договору Чернову В.Э. Договор от 30 января 2009 года между сторонами не заключался, были допущены технические ошибки при оформлении (л.д. 163-164).

23 сентября 2010 года между цедентом ООО "НИИСТ" и цессионарием Антиповой А.И. заключено соглашение об уступке права требования N 2/10, по которому цедент уступает, а цессионарий принимает право по договорам займа от 29 января 2009 года N 8 и 08 апреля 2009 года N 17, заключенные между цедентом и Ивановым В.Г., на дату подписания соглашения сумма уступаемого требования составляет по договору от 29 января 2009 года N 8 - 460 000 руб., по договору от 08 апреля 2009 года N 17 - 1 090 000 руб. (л.д. 70-70об).

В материалы дела представлены достаточные, допустимые и относимые доказательства, подтверждающие при оценке их в совокупности наличие у ответчика задолженности по договору займа от 29 января 2009 года N 8 в сумме 1 090 000 руб., по договору займа от 08 апреля 2009 года - 460 000 руб. Перечисление денежных средств по договорам подтверждается платежными документами ОАО "Собинбанк", ответами банков-получателей, при этом заслуживает внимания довод о технической ошибки при указании в платежных документах дату договора займа 30 января 2009 года, вместо 29 января 2009 года, поскольку договор от 30 января 2009 года не представлен, его наличие не подтверждено, соответственно, договор от 30 января 2009 года нельзя признать заключенным, номер договора в платежных документах совпадает с номером договора от 29 января 2009 года, перечисленные денежные суммы по договору N 8 с указанием его даты в платежных документах 30 января 2009 года, совпадают с суммой по договору от 29 января 2009 года 2 092 710 руб. = 1 387 200 руб. + 90 450 руб. + 397 980 руб. + 217 080 руб., перечислены в период до 04 февраля 2009 года, как было согласовано в п. 2.1 договора займа от 29 января 2009 года (л.д. 11), имеющиеся в тексте технические описки в части неверного указания даты договора займа не лишают данный документ доказательственной силы, поскольку ответчик не доказал, что денежные средства были получены в рамках другого договора займа.

По договору займа от 08 апреля 2009 года N 17 перечисление денежных средств в размере 460 000 руб. подтверждены платежными документами, номера и даты договора займа совпадают.

Кроме того, сам ответчик не оспаривает заключение договоров займа, свои подписи в них, указывает на возврат денежных средств, который однако подтверждается лишь на суммы 802 710 руб. и 200 000 руб., что соответствует документам, представленным стороной истца, указанные суммы исключены из задолженности, при этом возвращая указанные суммы ответчик также указывал в качестве основания возврата договор от 30 января 2009 года при его отсутствии, что в совокупности с изложенным подтверждает факт признания именно договора от 29 января 2009 года.

Что касается договора цессии от 23 сентября 2010 года, то он содержит указание на передачу прав требований по указанным договорам, даты и номера которых совпадают, при этом предмет договора цессии согласован именно в п. 1.1, согласно которому цедент ООО "НИИСТ" уступает, а цессионарий Антипова А.И. принимает право (требование) по договорам займа от 29 января 2009 года N 8 и от 08 апреля 2009 года N 17, заключенным между цедентом (займодавцем) и должником Ивановым В.Г. (л.д. 20).

Таким образом, существенное условие договора цессии о его предмете согласовано.

Что касается п. 1.4 о сумме уступаемого требования, то общий объем ее соответствует указанным выше договорам с учетом частичного возврата, составляет 1 550 000 руб. = 460 000 руб. + 1 090 000 руб., фактически по договору от 29 января 2009 года N 8 сумма долга составляет 1 090 000 руб., а по договору N 17 от 08 апреля 2009 года - 460 000 руб., техническая ошибка, которая подтверждена как объяснениями истца, так и показаниями свидетелей, не влияет на существо правоотношений и объем требований, поскольку задолженность в размере 460 000 руб. указана правомерно, однако она имеется по договору от 08 апреля 2009 года N 17, а не по договору от 29 января 2009 года N 8, а задолженность 1 090 000 руб. имеется по договору от 29 января 2009 N 8, а не по договору от 08 апреля 2009 года N 17, указание в целом спорных сумм по спорным договорам свидетельствует об описке, при наличии согласованного предмета договора цессии в п. 1.1.

Данные недостатки формы договоров и платежных документов не влияют на существо обязательств, не влекут ничтожность соглашений, подтверждают требования по заключенным договорам займа.

Согласно ч. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

25 июля 2016 года между цедентом Антиповой А.И. и цессионарием Черновым В.Э. заключен договор цессии по условиям аналогичным договору от 23 сентября 2010 года. Из представленного соглашения также следует, что передаются требования именно по договорам займа с Ивановым В.Г. от 29 января 2009 года N 8 и 08 апреля 2009 года N 17, также имеется аналогичная техническая ошибка относительно соотношения задолженности и дат договоров, которая не влияет на наличие обязательств (л.д. 71-71об.).

Чернов В.Э. 09 августа 2016 года направил Иванову В.Г. требование о возврате денежных средств по договорам в сумме 1 550 000 руб., которое было получено ответчиком 03 сентября 2016 года (л.д. 72-74).

06 июля 2019 года между цедентом Черновым В.Э. и цессионарием Зарбеевым Р.А. заключено соглашение об уступке права требования, предметом которого вновь выступили два договора займа с Ивановым В.Г. от 29 января 2009 года N 8 и от 08 апреля 2009 года N 17, в котором задолженность по договору займа от 29 января 2009 года N 8 указана правильно - 1 090 000 руб., по договору от 08 апреля 2009 года N 17 - 460 000 руб. (л.д. 75-76).

Ко всем указанным договорам цессии представлены акты передачи документов (л.д. 125-127).

Что касается оплаты договоров от 23 сентября 2010 года и 25 июля 2016 года, то указанными актами также подтверждается передача цессионарием цеденту денежных средств в сумме 1 550 000 руб., равно как и показаниями свидетелей Чернова В.Э. и Антиповой А.И., указавших на возмездность сделок.

Что касается оплаты по договору цессии от 06 июля 2019 года, то п. 2.4 договора установлено, что оплата цессионарием права требования будет произведена после исполнения обязательств должником (л.д. 75об).

В любом случае вопросы оплаты договоров цессии находятся за пределами настоящего спора, касаются взаимоотношений цедентов и цессионариев, для ответчика Иванова В.Г. правовых последствий не влекут, состоявшаяся уступка прав не противоречит закону, по смыслу п. 3 ст. 382 ГК РФ отсутствие доказательств уведомления должника о состоявшейся цессии влечет для нового кредитора риск такого неблагоприятного последствия, как исполнение обязательства первоначальному кредитору, и не влечет ничтожности данной сделки, доказательств исполнения обязательства по возврату денежных средств по рассматриваемым договорам займа первоначальному кредитору Ивановым В.Г. не представлено.

Ответчик не оспорил факт того, что 03 сентября 2016 года получил от Чернова В.Э. требование об исполнении обязательств по договора займа, из которого следует, что Чернов В.Э. ссылался на заключенные договоры цессии с Антиповой А.И. Указанное также следует из общедоступной информации с сайта АО "Почта России" об отслеживании корреспонденции по почтовому идентификатору N 19422302003608. Также в материалы дела представлена опись вложения в ценное письмо от 10 августа 2016 года, согласно которой ответчику направлялись договора цессии от 23 сентября 2010 года и 25 июля 2016 года. Вместе с этим Иванов В.Г. требований о признании сделок недействительными по основаниям, изложенным в ГК РФ, в суд не предъявлял.

Также следует отметить, что оригиналы договоров займа, платежных поручений и соглашений об уступке права требования, уведомлений об уступке права требования, сведений об извещении об этом ответчика, обозревались судом в судебном заседании 10 марта 2020 года (л.д. 100) в присутствии представителя ответчика.

Таким образом, оснований для отказа в удовлетворении требований не имелось, истец доказал предоставление денежных средств ответчику займодавцем ООО "НИИСТ", сумму обязательства, а также то, что имеет право требовать от истца суммы займа. Ответчик в свою очередь вправе доказывать безденежность договора займа (ст. 812 ГК РФ) либо по иным основаниям оспаривать сделки. Ответчик никаких доказательств, которые могли бы быть положены в основу решения об отказе в удовлетворении требований, не представил.

Как указано выше, договора займа и платежные поручения по ним обозревались в подлиннике, факт перечисления денежных средств на счет ответчика подтвержден ответами банков, не предоставление выписки по счету из ПАО "Росбанк" на сумму 1 387 200 руб. (л.д. 251) в связи с уничтожением документов за истечением срока хранения не свидетельствует об ее отсутствии, кроме того, платежное поручение на указанное сумму N 11 от 30 января 2009 года не оспорено (л.д. 12), указание в платежных поручениях о перечислении 2 092 710 руб. по договору от 30 января 2009 года вместо 29 января 2009 года не может освобождать от обязательства по возврату денежных средств при отсутствии сведений о заключении договора в дату 30 января 2009 года, совпадении всех иных данных с договором от 29 января 2009 года.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о неправомерности отказа в удовлетворении исковых требований, в связи с чем решение подлежит отмене, а иск удовлетворению в части.

С ответчика в пользу истца надлежит взыскать денежные средства по договору займа от 29 января 2009 года N 8 в сумме 1 090 000 руб., по договору займа от 08 апреля 2009 года N 17 - 460 000 руб.

Что касается срока исковой давности, то в соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса. О его применении заявлено относительно срока хранения документов физическими лицами (л.д. 75), вместе с тем, применение указанного срока по аналогии не допустимо, ответчиком не представлено доказательств в обоснование возврата денежных средств, при этом исковое требование было предъявлено в течении трех лет после направления требования о возврате денежных средств.

В силу ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно ч. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение 30 дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

Из представленных договоров займа следует, что срок возврата денежных средств в них не был установлен.

Первоначально требование в адрес ответчика было направлено 10 августа 2016 года с установлением срока возврата 10 сентября 2016 года, получено 03 сентября 2016 года. Именно с 10 сентября 2016 года кредитор знал о нарушении своего права. Таким образом, трехлетний срок исковой давности истекал 10 сентября 2019 года, настоящий иск направлен в суд 24 августа 2019 года, то есть в установленный срок (л.д. 78-78об).

О праве проведения экспертиз документов ответчику было известно, что подтверждается им в возражениях на иск (л.д. 76), однако, впоследствии подпись в договорах займа не оспаривал, ссылался только на неполучение денежных средств по договору займа от 29 января 2009 года, возврат денежных средств по иным договорам и не сохранением документов в связи с истечением длительного периода времени, выражал несогласие с договорами цессии, заявил об отсутствии намерения предоставлять дополнительные доказательства (л.д. 166).