Определение Судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САМАРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 июня 2021 года Дело N 33-7244/2021

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:

председательствующего Шельпук О.С.,

судей Толмосовой А.А.,

Давыдовой С.Е.,

при секретаре Саблиной М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе СПАО "Ингосстрах" на решение Автозаводского районного суда г. Тольятти от 20.02.2021, которым постановлено:

"Исковые требования Пащенко ФИО10 к СПАО "ИНГОССТРАХ" о взыскании страхового возмещения- удовлетворить.

Взыскать с СПАО "ИНГОССТРАХ" в пользу Пащенко ФИО10 сумму страхового возмещения в размере 305 100 рублей, расходы по проведению экспертизы в размере 6 000 рублей, расходы по проведению судебной экспертизы в размере 36 000 рублей, почтовые расходы в размере 660 рублей, неустойку в размере 50 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей, расходы на услуги представителя в размере 15 000 рублей, штраф в размере 50 000 рублей, а всего 464 760 рублей.

Взыскать с СПАО "ИНГОССТРАХ" в пользу Пащенко ФИО10 неустойку в размере 1% от страхового возмещения за каждый день просрочки, начиная с 21.02.2021 по день фактического исполнения обязательства по возврату денежных средств, но не более 255 110 рублей.

Взыскать с СПАО "ИНГОССТРАХ" в доход бюджета г.о. Тольятти Самарской области государственную пошлину в размере 7 051 рубль...",

заслушав доклад судьи Самарского областного суда Шельпук О.С.,

УСТАНОВИЛА:

Пащенко Е.В. обратилась с иском к СПАО "Ингосстрах" о взыскании страхового возмещения, в котором с учетом последующего уточнения просила взыскать с ответчика сумму страхового возмещения в размере 305100 рублей, стоимость экспертного заключения в размере 6000 рублей, расходы по проведению судебной экспертизы в размере 36 000 рублей, почтовые расходы в размере 660 рублей, неустойку с применением ст. 333 ГК РФ в размере 100 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 рублей, неустойку в размере 1% от суммы невыплаченного страхового возмещения за каждый день просрочки исполнения обязательства начиная со дня, следующего за днем вынесения решения по день фактического исполнения обязательства, штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе СПАО "Ингосстрах" просит решение суда отменить, принять новое об отказе в удовлетворении исковых требований в связи с неправильным выводом суда о возможности принятия заключения судебной экспертизы в качестве допустимого доказательства, ходатайствовал о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

В судебное заседание представитель ответчика не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель истца Сафина Г.М., действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, а также назначения по делу повторной судебной экспертизы, поскольку заключение судебного эксперта содержит категоричные выводы, при проведении судебной экспертизы эксперту был представлен больший объем материалов для исследования.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом. Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Суд апелляционной инстанции в силу ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

В силу ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: 1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; 3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; 4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Согласно разъяснениям, данным в п.п.2,3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов. Выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть продемонстрированы в судебном постановлении убедительным образом, в противном случае нарушаются задачи и смысл судопроизводства.

Судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда указанным выше требованиям не отвечает, соответственно, подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

На основании ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно п. 4 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

На основании п. 2 ст. 9 Закона РФ "Об организации страхового дела в РФ" страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю.

Под страховой выплатой понимается конкретная денежная сумма, подлежащая выплате страховщиком в возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью и/или имуществу потерпевшего.

Установлено, что 31.01.2020 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля ВАЗ 21011, г/н N под управлением ФИО15. и автомобиля Opel Insignia, г/н N под управлением ФИО7, принадлежащего истцу на праве собственности.

ДТП оформлялось участниками ДТП через электронное приложение "ДТП. Европротокол" без вызова уполномоченных сотрудников полиции. Согласно представленным материалам виновным в ДТП является водитель ВАЗ ФИО14

Риск наступления автогражданской ответственности ФИО7 застрахован в СПАО "ИНГОССТРАХ" по полису ХХХ N.

Истец обратился к ответчику с заявлением о наступлении страхового случая, однако 24.02.2020 ответчиком отказано в выплате страхового возмещения.

Для оценки стоимости причиненного ущерба истец обратился в ООО "Град Оценка", согласно заключения эксперта от 06.03.2020 N 214-1/20, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составляет 454400 рублей.

Стоимость экспертизы составила 6000 рублей.

11.03.2020 истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованием о выплате страхового возмещения, однако 20.03.2020 ответчик повторно отказал истцу в выплате страхового возмещения.

27.04.2020 истец в соответствии с Федеральным законом от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", Федеральным законом от 04.06.2018 N 123-ФЗ "Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг в сфере страхования" обращался в адрес Финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сфере страхования в отношении СПАО "ИНГОССТРАХ".

21.05.2020 финансовым уполномоченным отказано в удовлетворении требований Пащенко Е.В., поскольку по результатам организованной и проведенной экспертизой не установлено соответствие комплекса повреждений транспортного средства истца заявленным обстоятельствам ДТП.

Судом по ходатайству истца по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено АНО "ТЛСЭ".

При назначении судебной экспертизы суд руководствовался положениями статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о назначении по делу дополнительной судебной экспертизы в случае неясности или неполноты заключения эксперта. В то же время, принимая решение об удовлетворении ходатайства истца о назначении по делу судебной экспертизы, суд не указал, в чем заключается неясность или неполнота проведенного ранее экспертного исследования, ограничившись указанием на необходимость наличия специальных познаний для ответа на поставленные вопросы.

Согласно экспертному заключению N 2009/01-1Т с технической точки зрения, в объеме предоставленной на исследование информации, все повреждения автомобиля Opel Insignia, г/н N, зафиксированные в представленных актах осмотров ТС, за исключением повреждений передней стойки левой боковины, левой фары, надставки переднего левого лонжерона, радиатора АКПП (частично в виде множественных зон деформации), левого кронштейна переднего бампера соответствуют обстоятельствам (механизму) ДТП от 31.01.2020 года с участием автомобиля ВАЗ 21011, г/н N. Стоимость восстановительного ремонта повреждений образованных в результате дорожно-транспортного происшествия от 31.01.2020 года составляет с учетом износа 305100 рублей.

Принимая решение об удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, сославшись на статью 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об оценке всех доказательств в отдельности и их достаточной и взаимной связи в совокупности, указал, что суд может отвергнуть заключение экспертизы лишь в том случае, если бы это заключение явно бы находилось в противоречии с остальными доказательствами по делу, которые бы каждое в отдельности и все они в своей совокупности бесспорно подтверждали происхождение повреждений автомобиля истца, не от события исследуемого ДТП.

Указанный вывод послужил основанием для принятия решения судом на основании представленного заключения судебного эксперта со ссылкой на отклонение представленной рецензии Центра экспертиз и оценки Альянс, поскольку она составлена вне рамок судебного разбирательства, без участия сторон, и без предупреждения специалистов об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия не соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для оценки представленного доказательства в виде рецензии на заключение судебной экспертизы, имеющего равную силу с другими доказательствами по делу, а также учитывает, что суд, в нарушение приведенной им нормы статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не дал оценку всем иным заключениям специалистов, содержащимся в материалах дела. Учитывая, что определение о назначении по делу судебной экспертизы не содержит ссылку на основания, по которым судом отвергаются или ставятся под сомнения заключения, составленные по результатам рассмотрения обращения истца к ответчику и финансовому уполномоченному при разрешении спора суд не вправе был уклониться от оценки всех доказательств по делу в совокупности, не разрешив вопрос об их относимости и допустимости.

Согласно пункта 2, 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Такие выводы суда решение не содержит и судебная коллегия приходит к выводу, что вследствие допущенного процессуального нарушения суд пришел к неправильным выводам, которые не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьей 41 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами. На судебно-экспертную деятельность лиц, указанных в части первой настоящей статьи, распространяется действие статей 2, 3, 4, 6 - 8, 16 и 17, части второй статьи 18, статей 24 и 25 настоящего Федерального закона.

В силу указанных статей государственная судебно-экспертная деятельность основывается на принципах законности, соблюдения прав и свобод человека и гражданина, прав юридического лица, а также независимости эксперта, объективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники. Эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. Эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

Судебная коллегия приходит к выводу, что заключение судебного эксперта не отвечает в полной мере указанным требованиям, опровергается совокупностью иных заключений специалистов, содержащих обоснованные и мотивированные выводы по всему объему произведенного ими исследования, в связи с чем заключение судебного эксперта не может быть признано доказательством, подтверждающим соотносимость комплекса полученных транспортным средством истца повреждений в результате заявленных обстоятельств ДТП.

Так, отвечая на поставленный вопрос о соответствии полученных повреждений транспортным средством Opel Insignia обстоятельствам и механизму столкновения с автомобилем ВАЗ 21011, произошедшим 31.01.2020, судебным экспертом приводится описательная часть понятийного аппарата, которым он руководствуется при проведении судебной экспертизы, а также выдержки из пояснений водителей, схемы ДТП с отметкой о том, что представленная схема не пригодна для построения масштабного плана места ДТП, а также со ссылкой на отсутствие следов на дороге и осколков ТС на схеме. Оценивая пояснения водителей, судебный эксперт приходит к выводу о том, что первоначально удар пришелся в заднюю левую часть автомобиля ВАЗ и в переднюю правую часть автомобиля Опель. Эксперт приходит к выводу, что заявленный механизм ДТП следующий: автомобиль Опель двигался по <адрес> проспекта по правой полосе движения (скорость не указана), водитель ВАЗ, не убедившись в безопасности маневра, начал движение с места уширения проезжей части, выехав на правую сторону движения, по которой двигался автомобиль Опель, траектории движения автомобилей пересеклись, водитель автомобиля Опель применил торможение, произошло столкновение автомобиля Опель передней частью и автомобиля ВАЗ задней частью, после чего автомобили остановились. Согласно пояснениям водителя ВАЗ, столкновение для него было неожиданным, и мер к его предотвращению он не предпринимал.

Судебным экспертом приведено описание конечного расположения транспортных средств на проезжей части согласно схеме и фотоматериалам - автомобиль Опель располагается вдоль проезжей части на правой полосе движения напротив местного уширения проезжей части (остановки общественного транспорта), перед автомобилем Опель на некотором расстоянии располагается попутно автомобиль ВАЗ, задняя часть которого развернута вправо на некоторый угол, позади автомобиля ВАЗ на дороге присутствуют осколки и фрагменты деталей ТС, перед автомобилем Опель и под передней его частью на дороге располагаются зоны осыпи осколков ТС. Также позади левых колес автомобиля ВАЗ на проезжей части располагаются следу продольного скольжения колес.

Указанная часть экспертного заключения является описательной, повторяющей пояснения водителей, однако далее экспертом не приводятся какие-либо выводы и пояснения, соответствуют ли исследованные им материалы механизму развития ДТП, его обстоятельствам и полученным транспортными средствами повреждениям с технической и трасологической точек зрения.

Так, в заключении судебного эксперта отсутствуют выводы о месте первичного контактного взаимодействия транспортных средств в привязке к объектам дорожной инфраструктуры, степени перекрытия транспортных средств в зависимости от наиболее вероятно установленных экспертом скорости движения транспортных средств, их расположения на проезжей части до столкновения и после, и действий водителей при обнаружении опасности. Экспертное заключение не содержит оценки возможной скорости автомобиля Опель исходя из расстояния между автомобилями в их конечном расположении, которое позволило эксперту прийти к выводу о соотносимости повреждений на обоих транспортных средствам обстоятельствам ДТП исходя из степени повреждений.

Дальнейшее исследование зон повреждений транспортных средств выполнено судебным экспертом исходя из локализации повреждений, указанных в представленных материалах по факту ДТП, и основано на сопоставлении высотного диапазона передней части автомобиля Опель и задней части автомобиля ВАЗ. В то же время экспертом не дается какая-либо оценка возможности возникновения данных повреждений исходя из описываемого водителями механизма ДТП - выезда транспортного средства ВАЗ с уширения дороги, создания препятствия для движения транспортному средству Опель с последующим столкновением и отбрасыванием транспортных средств исходя из их конечного расположения. В заключении отсутствует указание на контактные пары взаимодействующих элементов исходя из установленного экспертом механизма развития ДТП и не приведено выводов о том, что все установленные экспертом повреждения могли образоваться вследствие заявленного взаимодействия, равно как и отсутствует указание на конкретные точки соприкосновения частей транспортных средств, позволяющих соотнести взаимодействие следообразующего и следовоспринимающего объектов. В то же время, эксперт, ссылаясь на возможное изменение до 5 см высоты передней части транспортного средства "Опель", без установления скорости движения автомобиля, его тормозного пути, вида торможения, действий водителя, массы автомобиля, делает вывод о том, что такое изменение могло образоваться вследствие "подныривания" автомобиля Опель под автомобиль ВАЗ в результате экстренного торможения.

Ссылаясь на отсутствие возможности провести натурную реконструкцию ДТП, эксперт не приводит выводов относительно возможного скоростного диапазона движения обоих транспортных средств в соответствующие фазы развития ДТП, и не дает оценку характеру и степени внедрения взаимодействующих автомобилей, равно как и не устанавливает соответствие между пояснениями водителей в части заявленного механизма ДТП и его объективного развития.

Судебная коллегия приходит к выводу, что установление относительного совпадения высотных диапазонов транспортных средств само по себе не свидетельствует о том, что весь комплекс повреждений автомобиля Опель образовался от столкновения с автомобилем ВАЗ при заявленных обстоятельствах ДТП, поскольку вывод о повреждении внутренних деталей - впускного трубопровода воздушного фильтра, корпуса вентиляторов охлаждения, радиатора АКПП, радиаторов кондиционера, ГУРа, основан на том, что данные детали являются смежными, однако отсутствуют основания, по которым эксперт пришел к выводу о том, что столкновение было достаточно сильным для повреждения всех перечисляемых им смежных элементов, характер повреждений которых исходя из представленных фотографий, носит точечный характер, а не общий деформирующий.

При разрешении вопроса о возможности срабатывания подушек безопасности, эксперт основывается на положении замка ремня безопасности, указывая на то, что в деле отсутствуют документы, подтверждающие или опровергающие факт срабатывания системы пассивной безопасности. Судебная коллегия приходит к выводу о том, что постановка выводов в зависимости от материалов дела не входит в компетенцию эксперта, поскольку для определения факта срабатывания подушек безопасности необходимо считывание кодов ошибок в памяти автомобиля, которое выполнено не было. Приведенные экспертом выдержки из руководства по эксплуатации автомобиля, адаптированные для потребителя и содержащие общие положения о пассивной безопасности, в отсутствие надлежащего технического исследования возможности их срабатывания не только в зависимости от силы удара, но и от величины замедления транспортного средства, являющейся основополагающим фактором при срабатывании подушек безопасности. Учитывая, что экспертом не устанавливалась скорость автомобиля Опель в момент столкновения, однако срабатывание подушек безопасности также зависит от скорости движения транспортного средства, вывод о возможном их срабатывании в данном ДТП экспертом не мотивирован и не подтвержден, а ссылка на отсутствие в деле доказательств, опровергающий факт их срабатывания, не содержит научно-технического обоснования и сводится к оценке доказательств, что в компетенцию эксперта не входит.