Определение Судебной коллегии по гражданским делам Пензенского областного суда от 25 сентября 2020 года №33-699/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ПЕНЗЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 25 сентября 2020 года Дело N 33-699/2020
25 сентября 2020 года судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:
председательствующего Терехиной Л.В.
судей Мягковой С.Н., Мисюра Е.В.
при помощнике Фатеевой Е.В.
заслушала в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-2530/2018 по иску Мельзетдиновой Дании Касимовны к АО "Желдорипотека" о защите прав потребителя, по апелляционной жалобе АО "Желдорипотека" на решение Ленинского районного суда г.Пензы от 26 ноября 2018 г., которым постановлено:
Исковые требования Мельзетдиновой ФИО17 к АО "Желдорипотека" о защите прав потребителя удовлетворить частично.
Взыскать с АО "Желдорипотека" в пользу Мельзетдиновой ФИО18 уплаченную по договору купли-продажи от 12.09.2014 г. N - Пенза.Крас денежную сумму в размере 5 005 200 рублей, в возмещение убытков, состоящих из затрат на ремонт квартиры, денежную сумму в размере 1 388 790 рублей, неустойку в размере 500 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф в размере 1 000 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 37 991 рубль, в остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.
Выслушав объяснения сторон, судебная коллегия
установила:
Мельзетдинова Д.К. обратилась в суд к ЗАО "Желдорипотека" о защите прав потребителя, указав, что 12.09.2014 между сторонами заключён договор купли-продажи квартиры N-Пенза.Крас., по которому она приобрела <адрес>, общей площадью 105,9 кв.м., с кадастровым номером N, стоимостью 5 055 200 руб. Однако ДД.ММ.ГГГГ истцу стало известно, что дом, в котором находится приобретенная ею квартира, построен с многочисленными существенными строительными нарушениями технологий строительства, свидетельствующими об отсутствии качества дома, и соответственно, её квартиры. Проведенные застройщиком испытания показали, что несущая способность плит перекрытия ниже проектной. На 6-м и 7-м этажах ведутся строительные работы по усилению плит перекрытия и колонн несущего железобетонного каркаса здания. Полагает, что указанные недостатки ввиду их масштабов и технических данных, служат доказательством опасности для жизни и здоровья, а также её имущества. В силу указанных причин истец отказывается от договора купли-продажи квартиры N-Пенза.Крас. Также она понесла убытки в виде расходов на ремонтно-отделочные работы в квартире в размере 3 592 900 руб.
Просила суд взыскать с ответчика 5 005 200 руб. в счёт возврата денежных средств, полученных за квартиру <адрес>; 3 592 900 руб. в возмещение убытков, состоящих из затрат на ремонт квартиры; компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины.
В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции истец в лице её представителя неоднократно уточняла исковые требования, окончательно просила взыскать с ответчика 5 005 200 руб. в счёт возврата денежных средств, полученных за квартиру <адрес>; 1 388 790 руб. в возмещение убытков, состоящих из затрат на ремонт квартиры; неустойку за просрочку выполнения ответчиком требований истца в размере 29 931 096 руб.; компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.; штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя в размере 50 % от присужденной суммы; расходы по оплате государственной пошлины.
Ленинский районный суд г. Пензы постановилвышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе АО "Желдорипотека" просит решение отменить по тем основаниям, что судом проигнорированы доводы ответчика о том, что истцом пропущен срок предъявления требований к продавцу, предусмотренный ч.1 ст.19 Закона о защите прав потребителей и ст. 477 ГК РФ. Истцом не доказано, что недостатки в спорной квартире были обнаружены им в пределах установленного 2-х летнего гарантийного срока. Истцом не был соблюден претензионный порядок при обращении в суд с настоящим иском. Доказательств непригодности спорной квартиры к проживанию истцом представлено не было, при рассмотрении дела не были установлены существенные недостатки в спорной квартире, в том числе при проведении судебной экспертизы. Суд необоснованно принял во внимание выводы проведенной по делу экспертизы ФБУ "Приволжский региональный центр судебных экспертиз Министерства юстиции РФ", которые носят вероятностный характер, не основаны на строительных нормах, подлежащих применению, у экспертов отсутствует необходимое образование и квалификация, экспертное заключение не содержит поверочных расчетов несущей способности конструкций. При производстве экспертизы эксперты на основании Постановления Правительства РФ от 28.01.2006 N 47 пришли к выводу об аварийном состоянии жилого дома, где расположена квартира истца, тогда как решение вопроса об аварийности жилого дома не входит в их компетенцию. При этом судом не дано оценки тому факту, что государственными органами, осуществляющими строительный надзор, данный дом признан отвечающим всем требованиям, а также тому, что данный дом в установленном законом порядке аварийным не признан. Эксперты в рамках проведения судебной экспертизы не вправе давать заключения о техническом состоянии жилого помещения и его пригодности (непригодности) для проживания на основании технического отчета ООО "Фундамент". Суд не принял во внимание, что ответчик не является застройщиком спорного жилого дома, а потому не может нести ответственность за недостатки, обнаруженные в квартире истцов. Следовательно, за недостатки, обнаруженные в жилом доме, ответственность несет Пензенская область в лице Правительства Пензенской области, а АО "Желдорипотека" должно быть освобождено от ответственности ввиду наличия обстоятельств непреодолимой силы. Судом необоснованно удовлетворены требования о взыскании убытков, состоящих из стоимости неотделимых улучшений в спорной квартире, поскольку расходы на ремонтные работы в квартире не являлись необходимыми и не связаны с качеством приобретенной квартиры. Кроме того, данные расходы не подлежат взысканию в виду их необоснованности и недоказанности. Стоимость неотделимых улучшений судом необоснованно рассчитана с учетом работ по проведению самовольной перепланировки, что также полагает неправомерным. При определении размера неустойки и штрафа суд нарушил принцип соразмерности взыскиваемой суммы объему и характеру нарушения. Для взыскания штрафа у суда отсутствовали правовые основания, поскольку истцом не соблюден претензионный порядок и ответчик был лишен возможности добровольного удовлетворения требований потребителя. Полагает необоснованным взыскание в пользу истцов компенсации морального вреда в виду недоказанности причинения истцам каких-либо нравственных и физических страданий. В случае оставления жалобы без удовлетворения просил снизить размер неустойки и штрафа, применив положения ст. 333 ГК РФ.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель истца Мельзетдиновой Д.К. по доверенности Плешаков П.А. просил оставить её без удовлетворения, как не содержащую доводов, свидетельствующих о незаконности решения суда.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Пензенского областного суда от 25 июня 2019 г. решение Ленинского районного суда г. Пензы от 26 ноября 2018 г. оставлено без изменения, апелляционная жалоба АО "Желдорипотека" - без удовлетворения.
Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 18 декабря 2019 г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Пензенского областного суда от 25 июня 2019 г. в части оставления без изменения решения Ленинского районного суда г.Пензы от 26 ноября 2018 г. о взыскании убытков в размере 1 388 790 руб. и штрафа отменено, дело в указанной части направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика АО "Желдорипотека" по доверенности Белякова Ю.В. доводы апелляционной жалобы о несогласии с решением суда в части взыскания в пользу истца убытков, состоящих из затрат на ремонт квартиры в размере 1 388 790 руб., штрафа в размере 1 000 000 руб. поддержала.
Представители истца Мельзетдиновой Д.К. по доверенности Акимова З.А. и Брюнин В.В. просили оставить решение суда без изменения.
Другие лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом в связи с чем, судебная коллегия, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Изучив материалы дела, выслушав объяснения участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.
Как следует из материалов дела и установлено судом, по договору купли-продажи квартиры от 12.09.2014 N 73С- Пенза.Крас ЗАО "Желдорипотека" (продавец) передало в собственность Мельзетдиновой Д.К. (покупателя) квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, а покупатель в счет оплаты за приобретаемый объект недвижимости оплатил продавцу денежные средства в сумме 5 005 200 рублей.
08.10.2014 Управлением Росреестра по Пензенской области за Мельзетдиновой Д.К. зарегистрировано право собственности на квартиру <адрес>.
Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц ЗАО "Желдорипотека" 12.06.2017 было переименовано в АО "Желдорипотека".
Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что спорные правоотношения регулируются Гражданским кодексом РФ, а также законодательством в сфере защиты прав потребителей.
Взыскивая с продавца АО "Желдорипотека" в пользу Мельзетдиновой Д.К. в связи с отказом от исполнения договора купли-продажи квартиры её стоимость, руководствуясь положениями ст.ст. 454, 549, 469, 470, 475, 557, 503 ГК РФ, преамбулой, а также ст. 18 Закона РФ "О защите прав потребителей", разъяснениями постановления Пленум Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", суд признал установленным и исходил из того, что имеет место нарушение требований к качеству товара, а именно, проданная истцу квартира имеет существенные недостатки, делающие квартиру непригодной для проживания и использования по назначению в следствие аварийно-опасного состояния железобетонных конструкций.
С учетом удовлетворения требований истца о защите нарушенных прав потребителей районный суд признал за ней право на компенсацию морального вреда и на основании ст.15 Закона РФ "О защите прав потребителей" взыскал с ответчика денежную сумму в счет компенсации указанного вреда в размере 5 000 руб.
Требование истца о взыскании неустойки, суд первой инстанции рассмотрел, принимая во внимание положения статей 22 и 23 Закона РФ "О защите прав потребителей" и исходил из того, что Мельзетдинова Д.К. обратилась к ответчику с требованиями о возврате уплаченной по договору суммы 22 марта 2017 г., в установленный статьей 22 Закона РФ "О защите прав потребителей" срок до 1 апреля 2017 г. ответчик в добровольном порядке требования истца не удовлетворил. По заявлению ответчика о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства суд применил положение п. 1 ст. 333 ГК РФ, снизив ее размер до 500 000 руб.
С данными выводами согласился суд кассационной инстанции, также соглашается суд апелляционной инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права и фактических обстоятельствах дела, установленных на основании оценки представленных доказательств.
Вместе с тем, судебная коллегия считает заслуживающими внимания доводы жалобы ответчика АО "Желдорипотека" об изменении судебного решения в части взыскания в пользу истца убытков, состоящих из затрат на ремонт квартиры в размере 1 388 790 рублей, штрафа в размере 1 000 000 руб.
В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В силу абз. 6 п. 1 ст. 18 Закона РФ "О защите прав потребителей" потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе, в частности, отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками. При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества. Убытки возмещаются в сроки, установленные настоящим Законом для удовлетворения соответствующих требований потребителя (абз. 7 п. 1 ст. 18 Закона).
Разрешая требование о взыскании убытков, суд первой инстанции исходил из того, что при отказе от договора купли-продажи квартира будет возвращена ответчику с неотделимыми улучшениями, что нарушит права истца.
За основу выводов о размере убытков судом принято заключение эксперта ООО "Центр независимой экспертизы" N ОЦ-2272-18 от 23 октября 2018 г., согласно которому рыночная стоимость неотделимых улучшений (ремонтных работ), произведенных в квартире истца, составляет 1 388 790,6 руб.
Частью 1 ст. 56 ГПК РФ предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
На основании ч. 2 указанной нормы права суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Согласно разъяснениям п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.06.2012 N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" суду апелляционной инстанции следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330 ГПК РФ), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).
Как следует из материалов дела, обстоятельства, связанные с тем, когда именно неотделимые улучшения выполнены, когда работы по улучшению (ремонту) квартиры заказаны истцом и были выполнены: до или после того, как 19 марта 2015 г. истцу стало известно о недостатках в несущих конструкциях дома и у нее возникло право отказаться от договора купли-продажи квартиры и потребовать возврата уплаченной по договору суммы, были ли понесенные истцом после 19 марта 2015 г. расходы направлены на восстановление нарушенного права, являлись ли они неизбежными, являются юридически значимыми для дела.
Однако в нарушение приведенных норм процессуального закона суд первой инстанции указанные выше обстоятельства в качестве юридически значимых не определил, не поставил их на обсуждение сторон, не распределил бремя доказывания этих обстоятельств.
При таких обстоятельствах судом апелляционной инстанции в целях полного, всестороннего и объективного исследования юридически значимых для дела обстоятельств было удовлетворено заявленное стороной истицы ходатайство о допросе свидетеля Бахтиярова Р.Н. и ходатайство о назначении по делу дополнительной строительно-технической экспертизы.
Допрошенный свидетель Бахтияров Р.Н. показал суду, что производил в квартире истца по ее заданию в период с ноября по декабрь 2014 г. следующие ремонтные работы: демонтаж кирпичных перегородок, кирпичная кладка, устройство проемов в кирпичных стенах, штукатурка стен, гидроизоляция стен, грунтовка стен, монтаж стяжки пола, монтаж теплого пола, устройство наливных полов, устройство подвесных потолков, покраска подвесного потолка.
При этом, какие-либо письменные доказательства, подтверждающие период производства данных работ, истцом в материалы дела не предоставлены.
Согласно содержащимся в материалах дела чекам, договорам, заказ-нарядам Мельзетдинова Д.К. в период с июля 2015 г. по 2016 г. заказывала пластиковые окна и приобретала материалы и оборудование для производства отделочных работ в принадлежащей ей квартире.
Так, согласно требованию-накладной к договору от 22 июля 2015 г., акту выполненных работ, квитанции к приходному кассовому ордеру, Мельзетдинова Д.К. заказала в компании "Зима-лето" пластиковые окна, монтаж которых был осуществлен в квартире истца 1 августа 2015 г., стоимость заказа составила 122 053 руб. и была оплачена истцом 3 августа 2015 г.
Проверяя доводы истца о возможности производства ряда ремонтных работ силами приглашенного мастера Бахтиярова Р.Н. в конце 2014 г., возможность проведения работ по монтажу подвесного потолка и его покраске до установки окон в августе 2015 г., судебная коллегия на разрешение судебного эксперта поставила вопрос, производились ли дополнительные работы по устройству элементов подвесного потолка, его покраске после замены окон в квартире по адресу: <адрес>, принадлежащей истцу Мельзетдиновой Д.К.
Эксперт в заключении N ЦНЭ-04/20 от 7 августа 2020 г., указал на отсутствие методик, которые позволяют с точностью определить в какой момент времени были проведены те или иные виды отделочных работ.
При этом, экспертом был произведен осмотр конструкции подвесного потолка и его окрасочного слоя. В ходе визуального осмотра жилой комнаты N 4 экспертом зафиксирована трещина в окрасочном слое потолка, которая по свидетельству истца образовалась именно в месте "сращивания" гипсокартонных листов выполненных до момента замены окон и гипсокартонных листов, выполненных после замены окон. Однако в ходе проведения визуального осмотра трещины в окрасочном слое потолка присутствуют и в кухне-гостиной в местах по поверхности потолка, где фактически "сращивание" не производилось. То есть наличие трещин на окрасочном слое гипсокартонной конструкции потолков могут свидетельствовать об усадочных явлениях (к примеру, фундамента дома в ходже первых лет эксплуатации) а также могут свидетельствовать о некачественно произведенных работах. Разнотона в окрасочном слое потолка как в помещении N 4, так и в помещении кухни-гостиной экспертом не установлено.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции эксперт Иванова С.С. выводы, изложенные в заключении N ЦНЭ-04/20 от 7 августа 2020 г., поддержала, пояснив, что существуют технологические карты на проведение работ, в том числе на молярные работы в жилых помещения, где говорится о том, что молярные работы в жилых помещениях должны производится после окончания строительных работ. Ввиду того, что замена окон, относится к строительным работам, то все молярные работы должны производится после строительных работ. В технологических картах имеется требование по соблюдению температурного и влажностного режимов при проведении молярных работ. В квартире истца установлены большие витражные окна. В случае монтажа подвесного потолка и его покраске до замены окон, необходимо было соблюсти температурный и влажностный режимы, чтобы не допустить образование трещин, вспучивание краски, учитывая, что потолок монтировался из невлагостойкого гипсокартона.
Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии достоверных доказательств, подтверждающих проведение монтажа подвесного потолка в 2014 году, до момента замены окон в квартире истца.
Указанным выше заключением эксперта были определены ремонтные работы, связанные с перепланировкой и переустройством квартиры, а именно монтаж теплого пола на основе нагревательного мата, установка и подключение терморегулятора для теплого пола, демонтаж кирпичных перегородок, устройство проема в кирпичных стенах, кирпичная кладка, определена их стоимость.
На основании ст. 25 ЖК РФ переустройство жилого помещения представляет собой установку, замену или перенос инженерных сетей, санитарно-технического, электрического или другого оборудования, требующие внесения изменения в технический паспорт жилого помещения. Перепланировка жилого помещения представляет собой изменение его конфигурации, требующее внесения изменения в технический паспорт жилого помещения.
В силу ч. 1 ст. 26 ЖК РФ переустройство и (или) перепланировка жилого помещения проводятся с соблюдением требований законодательства по согласованию с органом местного самоуправления на основании принятого им решения.
Для проведения переустройства (перепланировки) жилого помещения собственник данного помещения или уполномоченное им лицо (заявитель) должны обратиться в орган, осуществляющий согласование, по месту нахождения переустраиваемого и (или) перепланируемого жилого помещения.
В соответствии с ч. 3 ст. 29 ЖК РФ собственник жилого помещения, которое было самовольно переустроено и (или) перепланировано, или наниматель такого жилого помещения по договору социального найма обязан привести такое жилое помещение в прежнее состояние в разумный срок и в порядке, которые установлены органом, осуществляющим согласование.
Согласно ст. 28 ЖК РФ завершение переустройства и (или) перепланировки жилого помещения подтверждается актом приемочной комиссии.
Разрешение на перепланировку и акт приемочной комиссии в соответствии со ст. 26 и 28 ЖК РФ истцом Мельзетдиновой Д.К. получены не были.
Согласно ч. 1 ст. 29 ЖК РФ самовольными являются переустройство и (или) перепланировка жилого помещения, проведенные при отсутствии основания, предусмотренного частью 6 статьи 26 настоящего Кодекса, или с нарушением проекта переустройства и (или) перепланировки, представлявшегося в соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 26 настоящего Кодекса.
Самовольно переустроившее и (или) перепланировавшее жилое помещение лицо несет предусмотренную законодательством ответственность.
Учитывая вышеприведенные нормы права, принимая во внимание отсутствие у истца разрешительной документации на переустройство/перепланировку квартиры, у Мельзетдиновой Д.К. отсутствует законное право требования возмещения затрат на проведение работ, связанных с самовольно произведенной перепланировкой/переустройством жилого помещения, в связи с чем стоимость указанных работ не подлежит учету при определении размера убытков, подлежащих взысканию в пользу истца.
Поскольку доказательства, опровергающие факт производства в квартире истца в ноябре - декабре 2014 г. работ по штукатурке стен, гидроизоляции стен, грунтовке стен, монтажу стяжки пола, устройству наливных полов, ответной стороной не представлены, судебная коллегия приходит к выводу о возмещении истцу расходов, связанных с производством данных работ, стоимость которых согласно заключению эксперта N ЦНЭ-04/20 от 7 августа 2020 г. по состоянию на 26.11.2018 (день вынесения обжалуемого решения суда) с учетом стоимости материалов (заключение эксперта N ОЦ-2272-18 от 23 октября 2018 г.) составила 319 455 руб.
Оценив данные заключения в совокупности с другими доказательствами по делу, судебная коллегия считает возможным принять их в качестве допустимых и достоверных доказательств, поскольку они являются научно обоснованными, выводы эксперта полные и последовательные, эксперт обладает необходимой квалификацией, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; выводы, изложенные в основном и дополнительном заключениях, подтверждены экспертом Ивановой С.С. при допросе в судебном заседании.
Несение истцом расходов по улучшению (ремонту) квартиры после 19 марта 2015 г., когда Мельзетдиновой Д.К. стало известно о недостатках в несущих конструкциях дома и у нее возникло право отказаться от договора купли-продажи квартиры и потребовать возврата уплаченной по договору суммы, не обусловлено вынужденным характером и не является по смыслу ст. 15 ГК РФ убытками, понесенными истцом для восстановления нарушенного права, в связи с чем возмещению истцу не подлежат.
Таким образом, решение суда в части возмещения убытков, состоящих из затрат на ремонт квартиры, подлежит отмене, с постановлением в указанной части нового решения о частичном удовлетворении иска.
Учитывая изложенное, решение суда в части штрафа, размер которого в силу положений п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" зависит от размера удовлетворенных судом требований, также подлежит отмене.
В соответствии с п.6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Как разъяснено в п.46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 6 ст. 13 Закона РФ).
Расчет размера штрафа следующий: 5 005 200 + 319 455 + 5 000 + 500 000 /2 = 2 914 827,5 руб.
Представителем ответчика было заявлено ходатайство об уменьшении размера штрафа в связи с его несоразмерностью последствиям нарушения обязательства.
Учитывая период нарушения ответчиком обязательства, объем нарушения, а так же то, что возложение на ответчика ответственности за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя не должно нарушать принцип равенства сторон и не должно допускать неосновательного обогащения потребителя за счет другой стороны, судебная коллегия приходит к выводу о том, что подлежащий взысканию с ответчика в пользу Мельзетдиновой Д.К. штраф в размере 2 914 827,5 руб. явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства, в связи с чем, размер взыскиваемого штрафа подлежит уменьшению до 300 000 руб., что в полной мере соответствует положениям ст. 333 ГК РФ и не нарушает баланс интересов сторон.
На основании ч.1 ст. 98 ГПК РФ с АО "Желдорипотека" в пользу Мельзетдиной Д.К. подлежат взысканию расходы на производство дополнительной судебной строительно-технической экспертизы (платежное поручение N 82703 от 21.08.2020 на сумму 15 000 руб.) пропорционально удовлетворенной части иска в размере 3 450 руб.
Представитель АО "Желдорипотека" заявил в суде апелляционной инстанции ходатайство о повороте исполнения решения, приобщив к материалам дела инкассовое поручение N 83559 от 16.08.2019 и инкассовое поручение N 839 от 25.09.2019 о произведенных выплатах по решению суда в общей сумме 7 936 981 руб.
Факт перечисления денежных средств в указанной сумме, представителями истца не оспаривался.
В соответствии со ст. 443 ГПК РФ в случае отмены решения суда, приведенного в исполнение, и принятия после нового рассмотрения дела решения суда об отказе в иске полностью или в части либо определения о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения ответчику должно быть возвращено все то, что было с него взыскано в пользу истца по отмененному решению суда (поворот исполнения решения суда).
В соответствии с ч. 1 ст. 445 ГПК РФ суд, рассматривающий дело в суде апелляционной, кассационной или надзорной инстанции, если он своим решением, определением или постановлением окончательно разрешает спор, либо прекращает производство по делу, либо оставляет заявление без рассмотрения, обязан разрешить вопрос о повороте исполнения решения суда или передать дело на разрешение суда первой инстанции.
В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.11.2018 N 40-П указано, что отмена исполненного судебного решения означает отпадение правомерного основания приобретения имущества, вследствие чего оно считается, как правило, неосновательно приобретенным. Восстановление прав ответчика в таких случаях осуществимо путем возвращения ему того, что с него взыскано в пользу истца, т.е. посредством поворота исполнения отмененного решения суда. Правомочие произвести поворот исполнения и порядок его реализации закреплены статьями 443, 444 и 445 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, что, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, направлено на установление дополнительных гарантий защиты прав стороны по делу, потерпевшей от предъявления к ней необоснованного требования, и само по себе не может считаться нарушающим конституционные права и свободы граждан (Определения от 19.12.2017 N 3024-О, от 24.04.2018 N 1056-О).
Для поворота исполнения решения необходимо наличие совокупности ряда юридических фактов: отмена ранее принятого решения; отказ в иске полностью либо в части при повторном рассмотрении либо прекращение производства по делу или оставление заявления без рассмотрения; фактическое исполнение решения.
Принимая во внимание факт перечисления ответчиком денежных средств в размере 7 936 981 руб. во исполнение решения Ленинского районного суда г. Пензы от 26 ноября 2018 г., с Мельзетдиновой Д.К. в пользу АО "Желдорипотека" в порядке поворота исполнения решения суда подлежит взысканию денежная сумма в размере 1 769 335 руб. (7 936 981 - 6 167 646).
На основании изложенного,руководствуясь ст. ст. 328 - 330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Ленинского районного суда г. Пензы от 26 ноября 2018 г. в части взыскания с АО "Желдорипотека" в пользу Мельзетдиновой ФИО15 убытков, состоящих из затрат на ремонт квартиры, в размере 1 388 790 руб., штрафа в размере 1 000 000 руб. отменить, постановить в указанной части новое решение, которым иск Мельзетдиновой Д.К. в части взыскания затрат на ремонт квартиры, штрафа удовлетворить частично, взыскать с АО "Желдорипотека" в пользу Мельзетдиновой ФИО16 319 455 руб., штраф в размере 300 000 руб.
Взыскать с АО "Желдорипотека" в пользу Мельзетдиновой Д.К. расходы на производство экспертизы 3 450 рублей.
Произвести поворот исполнения решения Ленинского районного суда г. Пензы от 26 ноября 2019 г. Взыскать с Мельзетдиновой Д.К. в пользу АО "Желдорипотека" денежные средства в размере 1 769 335 руб.
Председательствующий
Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка