Определение Судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 02 марта 2021 года №33-665/2021

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СМОЛЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 2 марта 2021 года Дело N 33-665/2021
Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:
председательствующего Никоненко Т.П.,
судей: Алексеевой О.Б., Мацкив Л.Ю.,
при помощнике судьи Кондрашовой О.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Кириенкова Петра Петровича на решение Дорогобужского районного суда Смоленской области от 16 декабря 2020 г. по делу по иску Кириенкова Петра Петровича к Гуляевой Ирине Дмитриевне о признании сделки недействительной.
Заслушав доклад судьи Алексеевой О.Б., объяснение представителя истца Кириенкова П.П. - Юрченковой О.В., возражения представителя ответчика Гуляевой И.Д. - Мосоловой Э.С., судебная коллегия
установила:
Кириенков П.П., уточнив требования, обратился в суд с иском к Гуляевой И.Д. о признании договора купли-продажи 1/2 доли в праве собственности на здание и земельный участок от 14.11.2018 недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде возврата указанной доли в праве на участок и здание Кириенкову П.П. путем восстановления соответствующей записи в ЕГРН, ссылаясь на злоупотребление правом со стороны ответчика и на притворность совершенной сделки, а также просил признать данный договор ничтожным и применить к ничтожной сделке правила доверительного управления или дарения (л.д. 4-7, 132-134).
Истец Кириенков П.П. и его представитель Юрченкова О.В. в судебном заседании просили исковые требования удовлетворить в полном объеме.
Представитель ответчика Гуляевой И.Д. - Мосолова Э.С. возражала против удовлетворения исковых требований, считая их необоснованными.
Ответчик Гуляева И.Д., третьи лица Кириенкова И.И. и Гуляев А.В. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, последний в представленных письменных возражениях просил в удовлетворении иска отказать в полном объеме.
Решением Дорогобужского районного суда Смоленской области от 16.12.2020 Кириенкову П.П. в удовлетворении исковых требований к Гуляевой И.Д. отказано в полном объеме.
В апелляционной жалобе Кириенков П.П. просит отменить решение суда, принять новое об удовлетворении исковых требований ввиду неправильного определения обстоятельств по делу, нарушения норм материального и процессуального права.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца Кириенкова П.П. - Юрченкова О.В. поддержала доводы апелляционной жалобы в полном объеме, указав, что судом не принято во внимание мировое соглашение, заключённое между Кириенковым П.П. и Гуляевым А.В., направленное на волеизъявление сторон, в связи с чем спорная сделка была совершена лишь для вида, что подтверждается указанной в договоре ценой, а также отсутствием у продавца намерения передавать в собственность Гуляевой И.Д. долю в праве на спорное имущество по названному договору, который является безденежным и заключен истцом под влиянием угрозы.
Представитель ответчика Гуляевой И.Д. - Мосолова Э.С. возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, считая решение суда законным и обоснованным, не подлежащим отмене по изложенным в ней доводам.
Истец Кириенков П.П., ответчик Гуляева И.Д., третьи лица Кириенкова И.И. и Гуляев А.В. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом.
Судебная коллегия, с учетом мнения представителя истца Кириенкова П.П. - Юрченковой О.В., представителя ответчика Гуляевой И.Д. - Мосоловой Э.С., руководствуясь ч. 3 ст. 167, ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определиларассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников судебного разбирательства.
В соответствии с положениями ч.ч. 1-2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.
Заслушав объяснение представителя истца Кириенкова П.П. - Юрченковой О.В., возражения представителя ответчика Гуляевой И.Д. - Мосоловой Э.С., проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему имуществом.
Согласно ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
В соответствии с п.1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Судом установлено и подтверждается письменными материалами дела, что 14.11.2018 между Кириенковым П.П. (продавец) и Гуляевой И.Д. (покупатель) заключен договор купли-продажи 1/2 доли в праве собственности на здание (назначение: нежилое, 1-этажное, общей площадью 530,9 кв.м. инв. N) и земельный участок (категория земель: земли населенных пунктов, разрешённое использование: под территорией производственно-эксплуатационной базы, площадью 3239 кв.м), расположенные по адресу: ... (т. 1, л.д. 12-19).
27.11.2018 право Гуляевой И.Д. на 1/2 доли в праве общей долевой собственности на указанные объекты недвижимости было зарегистрировано в ЕГРН.
Обращаясь в суд с настоящим иском, Кириенков П.П. ссылался на те обстоятельства, что названная сделка нарушает его права, поскольку заключена под влиянием угрозы, а также фактически прикрывает другую сделку, по которой право собственности на спорное имущество перешло к Гуляеву А.В., с которым у ответчицы сложились договорные отношения по доверительному управлению спорным имуществом (п. 1 ст. 179 и п. 2 ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Проверяя законность и обоснованность судебного акта по доводам апелляционной жалобы, в том числе и в части применения по ходатайству ответчика Гуляевой И.Д. срока исковой давности к требованиям о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п.1 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебная коллегия принимает во внимание следующее.
Положениями п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В соответствии с п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права и охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
За исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой. Если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (ст. 168 гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу п. 1 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Согласно позиции, изложенной в п. 98 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, является оспоримой. При этом закон не устанавливает, что насилие или угроза должны исходить исключительно от другой стороны сделки. Поэтому сделка может быть оспорена потерпевшим и в случае, когда насилие или угроза исходили от третьего лица, а другая сторона сделки знала об этом обстоятельстве.
Кроме того, угроза причинения личного или имущественного вреда близким лицам контрагента по сделке или применение насилия в отношении этих лиц также являются основанием для признания сделки недействительной.
В силу ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса (ст. 196 гражданского кодекса Российской Федерации).
Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (ст. 197 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями в пункте 102 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Относительно распределения бремени доказывания обстоятельств, связанных с течением срока исковой давности, применяется общее правило ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предполагающее, что именно истец должен представить доказательства момента, с которого следует исчислять начало течения срока исковой давности. На указанное обращено внимание судов в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности".
Заявляя требование о признании сделки недействительной ввиду её заключения под угрозой жизни со стороны третьего лица Гуляева А.В. (сына покупателя Гуляевой И.Д.), ответчика Гуляевой И.Д. и её представителя Мосоловой Э.С., Кириенко П.П. утверждал, что последние угрожали ему до 2019 года, а его представитель Юрченкова О.В. в суде как первой, так и апелляционной инстанции, - до 2020 года (л.д.142).
Между тем, никаких доказательств как наличия угрозы со стороны ответчика, её представителя или третьего лица, так и обоснования её прекращения в 2019 году либо к моменту обращения в суд в 2020 году, Кириенковым П.П. ни в суд первой, ни апелляционной инстанции не представлено и на основании представленных сторонами доказательств не установлено.
Более того, из материалов дела следует, что спорное имущество является предметом многочисленных споров и судебных разбирательств с участием как истца Кириенкова П.П., так и ответчика Гуляевой И.Д. и третьего лица Гуляева А.В.
Так, определением Дорогобужского районного суда Смоленской области от 04.12.2018 исковое заявление Гуляева А.В. к Кириенкову П.П. о прекращении права собственности на здание и земельный участок по адресу: ..., определении долей в праве собственности на данные объекты недвижимости, оставлено без рассмотрения по существу по основаниям, предусмотренным абз.8 т.222 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации (л.д.72).
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 10.11.2020 отменено решение Дорогобужского районного суда от 24.08.2020 в части истребования из незаконного пользования ООО "Максима", учредителем и директором которого являлся Гуляев А.В., помещения в здании по адресу: ..., в удовлетворении названного требования Кириенкову П.П. отказано (л.д. 189).
Решением Дорогобужского районного суда от 21.07.2020, измененным апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 27.11.2020, с Кириенкова П.П. в пользу Гуляевой И.Д. в счет возврата неосновательного обогащения, возникшего вследствие единоличного получения Кириенковым П.П. денежных сумм от использования находящегося в общей долевой собственности имущества по адресу: ..., с момента государственной регистрации права собственности Гуляевой И.Д. на 1/2 доли в спорном имуществе, взыскано 355777 руб. 50 коп., проценты за пользование денежными средствами в сумме 4748 руб. 02 коп., понесенные расходы по оплате государственной пошлины - 6757 руб. 77 коп., а всего - 367283 руб. 29 коп. (триста шестьдесят семь тысяч двести восемьдесят три рубля 29 копеек).
Решением Дорогобужского районного суда от 28.05.2020 Кириенкову П.П. отказано в удовлетворении исковых требований к Гуляевой И.Д. о расторжении договора купли-продажи от 14.11.2018 на 1/2 доли в праве собственности на спорное имущество (здание и земельный участок) и аннулирования регистрационных записей в ЕГРН (вступило в законную силу 06.06.2020) (л.д.42-44).
В производстве Сафоновского МСО СУ СК России по Смоленской области находился лишь один материал по заявлению Кириенкова П.П., в рамках которого проверены действия представителя ответчика Гуляевой И.Д. - Мосоловой Э.С. на наличие в них составов преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (мошенничество), совершённое группой лиц по предварительному сговору, а равно с причинением значительного ущерба гражданину, и ч. 1 ст. 325 Уголовного кодекса Российской Федерации - похищение, уничтожение, повреждение или сокрытие официальных документов, штампов или печатей, совершённые из корыстной или иной личной заинтересованности. По результатам расследования вынесено решение об отказе в возбуждении уголовного дела (т. 1, л.д. 166).
В свою очередь доказательств обращения Кириенкова П.П. в правоохранительные органы с заявлением о привлечении к ответственности кого-либо за угрозу его жизни, здоровью или применения насилия, не представлено, как и доказательств того, что в силу каких-либо обстоятельств, он в течение двух лет после заключения оспариваемой сделки был лишен этой возможности.
Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определениях N 600-О-О от 28.05.2009 и N 894-О от 29.05.2012, момент начала течения срока исковой давности определяется судом, исходя из фактических обстоятельств дела.
Учитывая, что сделка совершена 14.11.2018, при этом не установлено, что при ее заключении Кириенков П.П. действовал под влиянием обстоятельств, искажающих его действительную волю, которые впоследствии отпали, а с настоящим иском он обратился 02.11.2020, т.е. по истечении года с момента заключения договора, то суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что иск подан с пропуском срока исковой давности.
Судебная коллегия не находит оснований для иных выводов в данной части.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом тщательно выяснялись обстоятельства заключения спорной сделки, при этом причинно-следственная связь между уголовным преследованием в отношении Гуляева А.В. и заключенной между сторонами сделкой ничем не подтверждена.
Более того, сам Кириенков П.П. в судебном заседании 01.12.2020 утверждал, что здание приобретал на общие денежные средства с Гуляевым А.В., как и впоследствии восстанавливал его, однако оформлено оно было за истцом, который обязался передать 1/2 доли в праве на имущество последнему по первому требованию, в связи с чем осуществлена спорная сделка с ответчиком Гуляевой И.Д. (т.1, л.д.135-145).
Оценивая доводы истца в части признания спорной сделки притворной в силу п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим убеждениям.
В силу п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
В случае совершения притворной сделки воля сторон направлена на установление между сторонами гражданско-правовых отношений, на иных по сравнению с выраженными в волеизъявлении сторон.
Из разъяснений, содержащихся в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что притворная сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.
Таким образом, по данному делу юридически значимым обстоятельством являлось выяснение судом вопроса о том, была ли воля всех участников сделки направлена на достижение одних правовых последствий.
Таким образом, наличие воли хотя бы одной из сторон на достижение правового результата, соответствующего совершенной сделке, исключает возможность признания сделки недействительной как притворной, в связи с чем, признание оспариваемой сделки притворной возможно при условии преследования прикрываемых целей обеими сторонами и наличие таких намерений должно быть подтверждено достаточными и допустимыми доказательствами.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
По смыслу ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении указанных дел именно на истца возлагается бремя доказывания того, каким образом оспариваемая сделка нарушает его права и законные интересы.
В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительная по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в законе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и иных предусмотренных законом случаях.
Согласно п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В силу п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Согласно с п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
В соответствии с п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
Согласно ст. 555 Гражданского кодекса Российской Федерации договор купли-продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества.
Как было установлено судом, договор купли-продажи недвижимого имущества 1/2 доли в праве на здание и земельный участок, расположенного по адресу: ..., был заключен 14.11.2018 и прошел государственную регистрацию 27.11.2018, которая в силу п. 2 ст. 8.1, ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации является моментом начала исполнения сделки (т. 1, л.д. 12-19).
Как следует из договора купли-продажи от 14.11.2018 стоимость переданной Кириеенковым П.П. по сделке Гуляевой И.Д. 1/2 доли в праве на спорное имущество составила 900000 руб., которая продавцом получена при подписании настоящего договора (п.п. 10, 11 договора), расчет между сторонами произведен в полном объеме, обстоятельства вынуждающие совершить данную сделку на невыгодных для них условиях, отсутствуют, что подтверждается собственноручной подписью сторон договора.
Таким образом, условия договора выполнены, все расчеты произведены полностью, материальных и иных претензий стороны к друг другу не имели.
Более того, судебная коллегия принимает во внимание характер последовавших после заключения договора купли-продажи действий истца и ответчика, поскольку, как со стороны покупателя, так и со стороны продавца договор купли-продажи был исполнен, денежные средства переданы, акт приема-передачи подписан, деятельность административного здания осуществлялась, что также подтверждается договорами аренды недвижимости (нежилого помещения), а также решением Дорогобужского районного суда Смоленской области от 21.07.2020 о взыскании с Кириенкова П.П. в пользу Гуляевой И.Д. убытков по договорам аренды (т. 1, л.д. 52-59, 170-180).
Кроме того, решением Дорогобужского районного суда Смоленской области от 28.05.2020 Кириенкову П.П. в удовлетворении исковых требований к Гуляевой И.Д. о расторжении договора купли-продажи от 14.11.2018, отказано.
Таким образом, с учетом требований положений ч.2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при рассмотрения дела судом первой инстанции был установлен факт передачи денежных средств Гуляевой И.Д. Кириенкову П.П. по указанному договору в размере 900000 руб. (т. 1, л.д. 42-44).
Таким образом, анализ соглашения и последующее его исполнение сторонами, позволяет придти к выводу о том, что волеизъявление сторон сделки по передаче прав собственности на 1/2 доли в праве на здание и земельный участок соответствовало в момент заключения договора действительной их воле.
Доводы апелляционной жалобы в этой части фактически направлены на переоценку обстоятельств, установленных решением Дорогобужского районного суда Смоленской области от 28.05.2020, что судебная коллегия считает недопустимым.
Доводы истца Кириенкова П.П. о том, что представленное в суд при рассмотрении в 2018 году гражданского дела по иску Гуляева А.В. к Кириенкову П.П. о прекращении права собственности последнего на спорные объекты недвижимости и признании права на 1/2 доли в праве на них за Гуляевым А.В., заявление об утверждении мирового соглашения между Гуляевым А.В., Кириенковым П.П. и Гуляевой И.Д., создает правовые последствия для его участников, основаны на ошибочном толковании норм процессуального и материального права (т. 1, л.д. 37).
Учитывая, что мировое соглашение не утверждено судом первой инстанции, то оно фактически выражает лишь намерение сторон на его заключение, которое не реализовано в установленном ч. 2 ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации порядке.
Истец в одном из доводов апелляционной жалобы указывает, что спорная сделка прикрывает сделку доверительного управления 1/2 доли здания и земельного участка между Гуляевым А.В. (сын) и Гуляевой И.Д. (мать), с целью избежать дальнейшего обращения взыскания на имущество принадлежащее Гуляеву А.В. в рамках рассмотрения уголовного дела, по требованию о возмещении вреда причиненного преступлением.
В соответствии с положениями п. 1 ст. 1012 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).
Передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему.
Объектами доверительного управления могут быть предприятия и другие имущественные комплексы, отдельные объекты, относящиеся к недвижимому имуществу, ценные бумаги, права, удостоверенные бездокументарными ценными бумагами, исключительные права и другое имущество.
Между тем, доказательств, как того требуют ст. ст. 55, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, свидетельствующих о нахождении в доверительном управлении у Гуляевой Д.И. (мать) фактически принадлежащего Гуляеву А.В. (сын) спорного имущества, Кириенковым П.П. не представлено, как и не представлено доказательств, что Гуляеву А.В. принадлежит 1/2 доли в праве на него.
Иные доводы апелляционной жалобы истца Кириенкова П.П. сводятся к несогласию с изложенными выводами суда, оценкой фактических обстоятельств дела, основаны на ошибочном толковании норм материального и процессуального права, направлены на формальный пересмотр дела с целью получения иного по содержанию судебного решения, однако, о нарушении судом норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, не свидетельствуют, а потому такие доводы, в силу положений ст. 330 Гражданского процессуального права Российской Федерации, основаниями для отмены правильного по существу судебного решения явиться не могут.
Таким образом, при разрешении спора судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.
С учетом изложенного, решение Дорогобужского районного суда Смоленской области от 16.12.2020 является по существу правильным, по доводам апелляционной жалобы истца Кириенкова П.П., отмене не подлежит.
Судебная коллегия, руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
определила:
решение Дорогобужского районного суда Смоленской области от 16 декабря 2020 г. оставить без изменения, а апелляционную жалобу Кириенкова Петра Петровича, - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи:


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка