Дата принятия: 25 июня 2020г.
Номер документа: 33-6517/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 июня 2020 года Дело N 33-6517/2020
Санкт-Петербург
25 июня 2020 года
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
председательствующего
Савельевой Т.Ю.
судей
Грибиненко Н.Н., Яшиной И.В.
при секретаре
Шалаевой Н.Ю.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Бабарыгиной Ольги Владимировны на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 31 июля 2019 года по гражданскому делу N 2-2548/2019 по иску Бабарыгиной Ольги Владимировны к Акционерному обществу "Страховая компания ГАЙДЕ" (далее по тексту - АО "СК ГАЙДЕ") о взыскании суммы страхового возмещения, компенсации морального вреда, штрафа.
Заслушав доклад судьи Савельевой Т.Ю., объяснения представителя ответчика Самойлова А.Л., действующего на основании доверенности, возражавшего относительно удовлетворения апелляционной жалобы, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда
УСТАНОВИЛА:
Бабарыгина О.В. обратилась в суд с иском к АО "СК ГАЙДЕ", которым после уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ просила взыскать с ответчика в свою пользу сумму невыплаченного страхового возмещения в размере в размере 245 400 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб. и штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя на основании п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее по тексту - Закон N 2300-1).
Требования мотивированы тем, что 06 февраля 2018 года в соответствии с Правилами страхования транспортных средств АО "СК ГАЙДЕ" Бабарыгина О.В. заключила с АО "СК ГАЙДЕ" договор добровольного страхования (страховой полис ТСС N 116522) транспортного средства Skoda Rapid, г.р.з. N..., которое принадлежит ей на праве собственности. Страховая сумма, установленная договором страхования, составляет 950 000 руб., также договором предусмотрена франшиза в размере 30 000 руб.
03 ноября 2018 года в результате ДТП вышеуказанное транспортное средство было повреждено. 03 декабря 2018 года страховщик уведомил истца о том, что признает конструктивную гибель застрахованного транспортного средства на основании п. 1.8.20 Правил страхования, и 13 декабря 2018 года истец обратилась с заявлением об отказе от прав на застрахованное транспортное средство в пользу страховщика в целях получения страховой выплаты в размере полной страховой суммы.
20 декабря 2018 года истцом было получено уведомление страховой компании с просьбой сообщить место, дату и время передачи годных остатков застрахованного транспортного средства, в ответ на которое истец сообщила о намерении передать годные остатки 25 декабря 2018 года в 12 часов 00 минут по адресу: Санкт-Петербург, шоссе Революции, д. 88 литер И. Также вместе с уведомлением от ответчика поступило соглашение о передаче прав на годные остатки, в котором было указано, что сумма страхового возмещения составляет 767 050 руб., что значительно меньше полной страховой суммы, предусмотренной договором страхования, в связи с чем истец отказалась подписывать соглашение в этой редакции, указав на то, что подпишет данное соглашение в случае указания страхового возмещения в размере полной страховой суммы за вычетом франшизы.
Ответчик, в свою очередь, уведомил истца о том, что в связи с ее отказом подписывать соглашение о передаче годных остатков транспортного средства в пользу страховщика страховое возмещение по заявлению составляет 267 050 руб., исходя из следующего расчета: 950 000 руб. (страховая сумма) - 152 950 руб. (амортизационный износ) - 30 000 руб. (франшиза) - 500 000 руб. (стоимость годных остатков).
20 января 2019 года ответчик произвел выплату страхового возмещения в размере 267 050 руб., нарушив, по мнению истца, ее право на получение полной страховой выплаты.
07 февраля 2019 года истец направила ответчику претензию, в которой просила произвести доплату страхового возмещения в размере 652 950 руб. в течение десяти дней по ранее представленным банковским реквизитам, однако претензия была оставлена ответчиком без ответа.
Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 31 июля 2019 года в удовлетворении исковых требований отказано.
Не согласившись с данным решением, Бабарыгина О.В. подала апелляционную жалобу, которой просит его отменить и принять новое решение, ссылаясь на то, что выводы, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела, что привело к неправильному применению норм материального и процессуального права.
В соответствии с ч. 1 ст. 327 ГПК РФ суд апелляционной инстанции извещает лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения жалобы, представления в апелляционном порядке.
При рассмотрении дела в апелляционном порядке в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле, суд устанавливает наличие сведений, подтверждающих надлежащее их уведомление о времени и месте судебного заседания, данных о причинах неявки в судебное заседание лиц, участвующих в деле, после чего разрешает вопрос о правовых последствиях неявки указанных лиц в судебное заседание.
Истец Бабарыгина О.В., представитель истца и представитель третьего лица ПАО "Банк "Санкт-Петербург", извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом (т. 2, л.д. 53-59), в заседание суда апелляционной инстанции не явились, ходатайств об отложении судебного заседания и доказательств уважительности причин неявки не направили.
Сведения о времени и месте проведения судебного заседания размещены в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" на официальном сайте Санкт-Петербургского городского суда.
На основании изложенного, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167, ст. 327 ГПК РФ, судебная коллегия определиларассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся истца и третьего лица.
Ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
В силу п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе (п. 2 ст. 307 ГК РФ).
Общим нормативным правилом исполнения обязательств является надлежащее исполнение, то есть в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 309, 310 ГК РФ).
Статьей 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1). Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (пункт 2).
Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. 1 ст. 422 ГК РФ).
По смыслу требований ст. 4 ГК РФ к спорным правоотношениям подлежат применению положения Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент заключения договора.
Согласно п. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).
На основании пп. 1, 2 ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).
Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре
В соответствии с пп. 1, 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления, которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.
Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Бабарыгина О.В. являлась собственником транспортного средства - автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. N....
06 февраля 2018 года между Бабарыгиной О.В. и АО "СК ГАЙДЕ" заключен договор добровольного страхования указанного транспортного средства (страховой полис ТСС N 116522) сроком на один год - с 07 февраля 2018 года по 06 февраля 2019 года по страховым рискам "Ущерб/Хищение"; страховая сумма в отношении объекта страхования "транспортное средство" составила 950 000 руб. с безусловной франшизой в размере 30 000 руб., "жизнь и здоровье водителя и пассажиров" - 500 000 руб.
Страховая премия по договору в общей сумме составила 28 307 руб. (26 307 руб. - по объекту страхования "транспортное средство"), которая была оплачена истцом в полном объеме, что ответчиком в ходе рассмотрения дела не оспаривалось.
Договор заключен в соответствии с Правилами страхования автотранспортных средств от 20 декабря 2017 года, которые являются неотъемлемой частью договора и обязательными для сторон.
Пунктом 10.22 Правил страхования предусмотрено, что размер страхового возмещения при гибели ТС и ДО по риску "Ущерб" определяется страховщиком исходя из размера ущерба, определенного в соответствии с Правилами, по одному из следующих вариантов, согласованных сторонами:
- за вычетом стоимости годных остатков, годных к использованию, при условии, что эти остатки остаются у страхователя (выгодоприобретателя). Стоимость таких остатков определяется страховщиком на основании оценки независимого экспертного бюро;
- без учета стоимости остатков, при условии подписания соглашения между страховщиком и собственником ТС (или уполномоченным им лицом) о передаче ТС страховщику.
При гибели транспортного средства по риску "Ущерб" размер ущерба, исходя из размера которого определяется размер страховой выплаты по договору, определяется в размере страховой стоимости ТС на день страхового случая за вычетом норм амортизации ТС в соответствии с п. 10.8 настоящих правил и стоимости остатков, пригодных для дальнейшего использования (реализации) (п. 10.5.7 Правил страхования).
В п. 10.8.3 Правил страхования указано, что нормы амортизации ТС за 3-й год эксплуатации и последующие в период страхования составляет 12% в год (по 1% за каждый месяц периода страхования).
Исходя из постановления по делу об административном правонарушении N 18810278180310273191 от 03 ноября 2018 года, составленного инспектором ДПС ОГИБДД УМВД России по Калининскому району г. Санкт-Петербурга, 03 ноября 2018 года в 19 часов 30 мин. по адресу: Санкт-Петербург, на пересечении ул. Маршала Блюхера и Кондратьевского проспекта произошло ДТП с участием двух транспортных средств: автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. N..., принадлежащего Бабарыгиной О.В. и под ее управлением, и автомобиля Пежо 207, г.р.з. N..., под управлением Морозовой Е.О.
Установлено, что ДТП произошло по вине водителя Бабарыгиной О.В., нарушившей требования пп. 6.2, 6.13 ПДД РФ.
07 ноября 2018 года Бабарыгина О.В. в связи с повреждением застрахованного транспортного средства обратилась с заявлением о выплате страхового возмещения в АО "СК ГАЙДЕ".
После получения калькуляции СТО ООО "Автоцентр Таллинский", согласно которой восстановительный ремонт автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. N..., составил 712 500 руб., что превышает 75% от страховой стоимости транспортного средства (950 000 руб.), ответчиком было принято решение о конструктивной гибели автомобиля.
В своем уведомлении от 03 декабря 2018 года АО "СК "ГАЙДЕ" сообщило истцу о принятом решении, также указав на то, что размер страхового возмещения составит 767 050 руб., предложив дать письменное указание о получателе (способе выплаты) страхового возмещения.
Страховщику поступило уведомление от ПАО "Банк "Санкт-Петербург", являющегося залогодержателем транспортного средства истца, согласно которому было дано указание на перечисление страхового возмещения в счет погашения кредита по кредитному договору N 0103-18-000388 от 08 февраля 2018 года, заключенному между банком и истцом.
В соответствии с экспертным заключением N 123/19011600122, составленным ООО "ТРИО" 13 декабря 2018 года по результатам проведения независимой технической экспертизы застрахованного транспортного средства по заказу ответчика, рыночная стоимость автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. N..., в аварийном состоянии на дату оценки составила 500 000 руб.
Также по заявке ответчика ООО "МИГАС" были проведены специализированные торги по продаже поврежденного транспортного средства истца.
По результатам котировки на сайте migtorg.com за период с 26 ноября 2018 года по 28 ноября 2018 года поступило 20 предложений о выкупе годных остатков транспортного средства истца, максимальное предложение за годные остатки застрахованного транспортного средства составило 500 000 руб. Срок действия предложения покупателя - 25 рабочих дней с момента окончания торгов до 02 января 2019 года.
Реальность проведения ответчиком торгов по продаже поврежденного в результате ДТП 03 ноября 2018 года транспортного средства истца подтверждается представленными доказательствами.
Поскольку застрахованное транспортное средство в нарушение п. 10.22.2 Правил страхования не было передано истцом ответчику, указанные торги не состоялись, ответчик был лишен возможности реализовать годные остатки транспортного средства за 500 000 руб.
13 декабря 2018 года истец обратилась к ответчику с заявлением об отказе от прав на застрахованное транспортного средство, которым просила выплатить страховое возмещение в размере полной страховой суммы 920 000 руб. (за вычетом франшизы в размере 30 000 руб.).
Уведомлением от 13 декабря 2018 года исх. N 1812/13-106 ответчик сообщил истцу о необходимости подписать соглашение о передаче прав на остатки от транспортного средства (абандон) и просил указать дату и место передачи транспортного средства.
При этом в соглашении о передаче прав на остатки от транспортного средства страховая сумма определена в соответствии с п. 10.5.7 Правил страхования транспортных средств в размере 767 050 руб. (950 000 руб. (страховая сумма) - 152 950 руб. (амортизация в размере 16,1%) - 30 000 руб. (безусловная франшиза)).
Заявлением от 24 декабря 2018 года истец сообщила ответчику о своем отказе подписывать соглашение в данной редакции в связи с тем, что сумма страхового возмещения значительно ниже полной страховой суммы, и указала на то, что согласна подписать соглашение с суммой страхового возмещения в размере 920 000 руб.
В ответ на данное заявление ответчик 28 декабря 2018 года сообщил истцу о том, что в связи с отказом подписывать соглашение выплата страхового возмещения составит 267 050 руб. (950 000 руб. (страховая сумма) - 152 950 руб. (амортизация в размере 16,1%) - 30 000 руб. (безусловная франшиза) - 500 000 руб. (стоимость годных остатков)).
18 января 2019 года ответчик произвел выплату страхового возмещения в размере 267 050 руб., перечислив денежные средства на реквизиты ПАО "Банк "Санкт-Петербург", что подтверждается платежным поручением N 734 от 18 ноября 2019 года, и сторонами не оспаривалось.
07 февраля. 2019 истец обратилась к ответчику с претензией о доплате страхового возмещения, однако ответчик своего решения не изменил, ее требования в добровольном порядке удовлетворены не были.
Кроме того, истец указывала на то, что годные остатки транспортного средства были проданы, и в подтверждение своих доводов представила договор купли-продажи транспортного средства от 17 апреля 2019 года, согласно которому цена автомобиля составила 200 000 руб., заключение ООО "АВЭКС" N 19/04-01 от 19 апреля 2019 года, согласно которому рыночная стоимость годных остатков автомобиля Skoda Rapid, г.р.з. N..., по состоянию на дату оценки составляет 274 600 руб.
Разрешая заявленные исковые требования в порядке ст. 196 ГПК РФ, проверяя правомерность действий ответчика по уменьшению страховой выплаты, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 15, 422, 929, 942, 943 ГК РФ, ст. 13, 15 Закона N 2300-1, ст. 9 N 4015-1 и, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, признал, что законом не предусмотрено запрета на установление при заключении договора страхования страховой суммы ниже действительной стоимости застрахованного имущества, в том числе путем уменьшения страховой суммы на процент износа транспортного средства за период действия договора страхования с учетом износа или без такового.
Отклоняя доводы истца о том, что ответчиком неверно была определена стоимость годных остатков, что повлияло на размер выплаченного страхового возмещения, суд первой инстанции исходил из того, что условие договора добровольного страхования имущества, предусматривающее выплату страхового возмещения в случае полной гибели транспортного средства и отказа страхователя от прав на него, исходя страховой суммы, уменьшенной на процент износа транспортного средства за период действия договора страхования, не противоречит закону, поскольку стороны договорились именно на таких условиях страхования.
Из копии страхового полиса ТСС N 116522 также усматривается, что истец была вправе застраховать транспортное средство по риску GAP, который предусматривает выплату страхового возмещения без учета амортизационного износа в случае гибели транспортного средства по риску "Ущерб" (п. 10.9 Правил страхования).
При этом суд первой инстанции отклонил представленное истцом заключение ООО "АВЭК" N 19/04-01 от 19 апреля 2019 года и принял в качестве допустимого доказательства по делу экспертное заключение ООО "ТРИО" N 123/19011600122, составленное 13 декабря 2018 года по результатам проведения независимой технической экспертизы застрахованного транспортного средства по заказу ответчика, отметив, что данное заключение составлено на дату наступления страхового случая, является полным, мотивированным, не противоречит иным доказательствам и согласуется с установленными по делу обстоятельствами.
Заключение ООО "АВЭКС", представленное истцом, составлено 19 апреля 2019 года, то есть спустя 5 месяцев с момента наступления страхового случая (03 декабря 2018 года), что противоречит результатам проведенных по заявке ответчика торгов.
Таким образом, отказывая Бабарыгиной О.В. в удовлетворении иска, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности размера возмещения, определенного страховщиком, с чем судебная коллегия соглашается.
Статьей 947 ГК РФ установлено, что сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования или которую он обязуется выплатить по договору личного страхования (страховая сумма), определяется соглашением страхователя со страховщиком в соответствии с правилами, предусмотренными настоящей статьей (п. 1).
При страховании имущества или предпринимательского риска, если договором страхования не предусмотрено иное, страховая сумма не должна превышать их действительную стоимость (страховой стоимости).
Такой стоимостью считается: для имущества его действительная стоимость в месте его нахождения в день заключения договора страхования; для предпринимательского риска убытки от предпринимательской деятельности, которые страхователь, как можно ожидать, понес бы при наступлении страхового случая (п. 2).
В соответствии с п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан" при определении страховой стоимости имущества следует исходить из его действительной стоимости (п. 2 статьи 947 ГК РФ), которая эквивалентна рыночной стоимости имущества в месте его нахождения в день заключения договора страхования и определяется с учетом положений Федерального закона от 29 июля 1998 года N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации".
В развитие положения ст. 947 ГК РФ в Законе об организации страхового дела (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений (заключения договора страхования)) в абз. 1 п. 3 ст. 3 было определено, что добровольное страхование осуществляется на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления. Правила страхования принимаются и утверждаются страховщиком или объединением страховщиков самостоятельно в соответствии с ГК РФ, настоящим Законом и федеральными законами и содержат положения о субъектах страхования, об объектах страхования, о страховых случаях, о страховых рисках, о порядке определения страховой суммы, страхового тарифа, страховой премии (страховых взносов), о порядке заключения, исполнения и прекращения договоров страхования, о правах и об обязанностях сторон, об определении размера убытков или ущерба, о порядке определения страховой выплаты, о сроке осуществления страховой выплаты, а также исчерпывающий перечень оснований отказа в страховой выплате и иные положения.
По требованиям страхователей, застрахованных лиц, выгодоприобретателей, а также лиц, имеющих намерение заключить договор страхования, страховщики обязаны разъяснять положения, содержащиеся в правилах страхования и договорах страхования, предоставлять информацию о размере вознаграждения, выплачиваемого страховому агенту, страховому брокеру по обязательному страхованию, расчеты изменения в течение срока действия договора страхования страховой суммы, расчеты страховой выплаты или выкупной суммы (если такие условия предусмотрены договором страхования жизни), информацию о способах начисления и об изменении размера инвестиционного дохода по договорам страхования жизни, заключаемым с условием участия страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика (абз. 4 п. 3 ст. 3 настоящего Закона).
Согласно п. 5 ст. 10 Закона об организации страхового дела (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений (заключения договора страхования)) в случае утраты, гибели застрахованного имущества страхователь, выгодоприобретатель вправе отказаться от своих прав на него в пользу страховщика в целях получения от него страховой выплаты (страхового возмещения) в размере полной страховой суммы.
Как разъяснено в п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", в случае полной гибели имущества, то есть при полном его уничтожении либо таком повреждении, когда оно не подлежит восстановлению, страхователю выплачивается страховое возмещение в размере полной страховой суммы в соответствии с п. 5 ст. 10 Закона об организации страхового дела (абандон).
Из содержания указанных норм с учетом разъяснений следует, что в случае полной утраты имущества и при отказе страхователя от прав на это имущество в пользу страховщика (абандон) страхователю подлежит выплате полная страховая сумма, которая определяется по соглашению страховщика со страхователем при заключении договора страхования.
Вместе с тем положения п. 5 ст. 10 Закона об организации страхового дела, вопреки утверждению истца, в данном случае не подлежат применению, поскольку отказ страхователя (истца) от годных остатков транспортного средства в пользу страховщика не произошел, абандон и акт приема-передачи годных остатков сторонами не подписан.
При этом законом установлен запрет лишь на установление страховой суммы выше действительной стоимости имущества на момент заключения договора страхования. Запрета на установление при заключении договора размера страховой суммы ниже действительной стоимости застрахованного имущества, в том числе путем уменьшениям размера страховой суммы с учетом вычета норм амортизации и стоимости остатков, законом не предусмотрено.
Требований о том, что определяемая при заключении договора страховая сумма должна быть равной страховой стоимости имущества, либо о том, что при полной утрате имущества страхователю подлежит выплате не полная страховая сумма, а действительная стоимость утраченного имущества, нормы ГК РФ и Закона об организации страхового дела не содержат (п. 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 декабря 2017 года).
Из материалов дела следует, что стороны при заключении договора страхования определиликонкретную страховую сумму по договору, исходя из которой устанавливаются размер страховой премии и размер страховой выплаты при рискам "Ущерб/Хищение", при этом страховая выплата определяется в размере страховой стоимости транспортного средства на день страхового случая за вычетом норм амортизации и стоимости остатков, пригодных для дальнейшего использования (реализации). Доказательств того, что истец была введена в заблуждение относительно условий договора, либо ей не была предоставлена вся информация, не представлено.
Соответственно, вывод суда первой инстанции о том, что условия договора страхования, заключенного между сторонами, не противоречат действующему законодательству, является правильным.
Более того, как усматривается из материалов дела и объяснений представителя ответчика, данных в ходе судебного разбирательства, истцу было разъяснено, что страховая сумма по договору добровольного страхования в течение его действия не изменяется и равна 950 000 руб., тогда как в силу п. 10.8.1 Правил страхования и того обстоятельства, что между датой заключения договора и страховым случаем прошло девять месяцев, величина амортизации, подлежащая вычету, равна 16,1% и от суммы страхования составила 152 950 руб. (950 000 руб. х 16,1%).
Стоимость годных остатков согласно экспертному заключению ООО "ТРИО" N 123/19011600122 от 13 декабря 2018 года составила 500 000 руб.
Проанализировав содержание заключения ООО "ТРИО", судебная коллегия полагает, что оно соответствует требованиям Федерального закона от 29 июля 1998 года N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" и федеральных стандартов оценки, в том числе и по своему оформлению, содержанию и достоверности; эксперт-техник Редутко С.А. составивший заключение, по уровню своего образования и квалификации, отвечает требованиям законодательства об оценочной/экспертной деятельности; истцом не предоставлены доказательства, свидетельствующие о недостоверности выводов эксперта-техника относительно величины рыночной стоимости объекта оценки в аварийном состоянии на дату проведения исследования, неправильности произведенных расчетов или недостоверности использованной экспертом информации.
Также по договору была установлена безусловная франшиза в размере 30 000 руб.
В силу изложенного ответчик правомерно произвел выплату страхового возмещения по заявлению истца в размере 267 050 руб. (950 000 руб. - 500 000 руб. - 30 000 руб.).
Доводы апелляционной жалобы о том, что выводы суда первой инстанции являются субъективными и основаны на неверной оценке представленных доказательств, не могут быть приняты во внимание ввиду несостоятельности, поскольку сводятся к оспариванию установленных фактических обстоятельств дела и действий суда первой инстанции, переоценке доказательств и, как следствие, к разъяснению обстоятельств настоящего дела с изложением позиции ответчика относительно возникшего спора и ее субъективного мнения о правильности разрешения дела.
В силу ст.ст. 56, 59, 67 ГПК РФ определение обстоятельств, имеющих значение для дела, а также истребование, прием и оценка доказательств, относятся к исключительной компетенции суда первой инстанции.
Экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования (ст. 55, 86 ГПК РФ).
Тем не менее суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами. Экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Таким образом, суд первой инстанции при принятии экспертного заключения ООО "ТРИО" в качестве допустимого доказательства не только вправе был самостоятельно проанализировать его содержание с учетом собранных доказательств и объяснений сторон, но и обязан был дать ему правовую оценку.
Суд первой инстанции оценил доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в материалах дела доказательств (ст. 67 ГПК РФ), принял во внимание доводы истца, изложенные в исковом заявлении, и возражения ответчика по существу предъявленных требований; положения ст. 198 ГПК РФ при принятии решения соблюдены. Доказательства были получены и исследованы в таком объеме, который позволил суду разрешить спор. Результаты оценки доказательств отражены в решении, в котором приведены мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано, предпочтение перед другими.
Тот факт, что суд первой инстанции не согласился с доводами истца, иным образом оценил представленные доказательства и пришел к иным выводам, не свидетельствует о неправильности постановленного по делу решения и не может служить основанием для его отмены.
При таком положении судебная коллегия приходит к выводу о том, что правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно. Обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных в материалы дела доказательств, оценка которым дана судом первой инстанции с соблюдением требований, предъявляемым гражданским процессуальным законодательством (ст. 12, 56, 67 ГПК РФ) и подробно изложена в мотивировочной части решений суда.
Оснований не согласиться с такой оценкой не имеется.
В целом, доводы апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора повторяют правовую позицию истца, которая являлась предметом судебного изучения, сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, их переоценке и иному толкованию действующего законодательства, при этом не опровергают выводов суда первой инстанции, не содержат ссылок на новые обстоятельства, которые не были предметом исследования или опровергали бы выводы судебного решения, а также на наличие оснований для его отмены или изменения (ст. 330 ГПК РФ).
Нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного решения, а также безусловно влекущих за собой отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.
Руководствуясь положениями ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 31 июля 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Бабарыгиной Ольги Владимировны - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
