Определение Судебной коллегии по гражданским делам Тюменского областного суда от 11 ноября 2019 года №33-6401/2019

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТЮМЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 11 ноября 2019 года Дело N 33-6401/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе:
председательствующего Кориковой Н.И.,
судей Забоевой Е.Л., Хамитовой С.В.,
при секретаре Моравской Е.С.,
с участием прокурора Макаровой Н.Т.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по апелляционной жалобе истцов И.Е.В., П.Е.Л., апелляционному представлению прокурора Викуловского района Тюменской области на решение Викуловского районного суда Тюменской области от 19 августа 2019 года, которым постановлено:
"Исковые требования И.Е.В., П.Е.Л. - удовлетворить частично.
Взыскать с МАОУ "Викуловская СОШ N 2" в пользу И.Е.В. компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 18 000 (восемнадцать тысяч) рублей 00 копеек.
Взыскать с МАОУ "Викуловская СОШ N 2" в пользу П.Е.Л. компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.
В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать".
Заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Забоевой Е.Л. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, апелляционного представления прокурора, заключение прокурора Макаровой Н.И., судебная коллегия
установила:
И.Е.В. П.Е.Л. обратились в суд с иском к муниципальному автономному образовательному учреждению "Викуловская средняя общеобразовательная школа N 2" (далее МАОУ "Викуловская СОШ N 2") о взыскании компенсации морального вреда в пользу И.Е.В. в размере 1 500 000 рублей, в пользу П.Е.Л. в размере 1 000 000 рублей, а также о возмещении судебных расходов в пользу И.Е.В. по оплате услуг представителя в размере 18 000 рублей 00 копеек.
В обоснование заявленных требований истцы указали на следующие обстоятельства. Они являются родителями погибшего несовершеннолетнего ФИО1 и потерпевшими по уголовному делу, приговором Викуловского районного суда Тюменской области от 26 февраля 2019 года директор МАОУ "Викуловская СОШ N 2" В.С.И. признана виновной в халатности, повлекшей смерть их сына ФИО1, за ними признано право на удовлетворение иска в связи халатными действиями директора школы, с погибшим сыном у истцов существовали близкие и теплые родственные отношения, после его смерти они перенесли глубокие потрясения, находились долгое время в шоковом состоянии, перенесли тяжелую психологическую травму, нравственные переживания и физические страдания, лишились его заботы и поддержки в старости, появились проблемы со здоровьем, нарушение сна, чувства раздражения, тревоги, горя, подавленности, отчаяния. В результате физических страданий 03 июля 2018 года И.Е.В. попала в лечебное учреждение с преждевременным разрывом плодовых оболочек, в результате чего произошел поздний индуцированный выкидыш. За сбор необходимых документов в суд и услуги представителя истцом И.Е.В. уплачено 18 000 рублей.
В судебном заседании суда первой инстанции истец И.Е.В. настаивала на исковых требованиях в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснив, что её сын ФИО1 погиб в школе, которая должна нести ответственность за смерть её сына, в результате переживаний она потеряла ребенка на 5-м месяце беременности в г.Тюмень в июле 2018 года, постоянно нервничает, принимает препараты для сна, её состояние не улучшается, по уголовному делу удовлетворены её исковые требования к директору школы.
В судебном заседании представитель истца И.Е.В.-Шеломенцев В.И. настаивал на исковых требованиях в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснив, что надзор за детьми осуществлялся в школе ненадлежащим образом, в результате чего погиб сын истцов, истцу И.Е.В. причинена тяжелая психологическая травма, она лишилась любви, внимания сына, а 03 июля 2018 года в больнице у неё произошел выкидыш.
В судебном заседании суда первой инстанции истец П.Е.Л. настаивал на исковых требованиях в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснив, что его сын ФИО1 погиб в школе, которую он считает виновной в смерти сына, в результате чего он сильно переживает, ничего дома делать не может, постоянно вспоминает, как ходили с сыном в огород, на рыбалку, практически лишился сна, супруга тоже сильно переживает, в результате чего у неё произошел выкидыш.
В судебном заседании суда первой инстанции представитель ответчика МАОУ "Викуловская СОШ N 2" директор Р.Л.П. против удовлетворения исковых требований возражала, пояснив, что в школе нет денежных средств на выплату истцам компенсации морального вреда, школа заключала договор с ООО "Универсалстройсервис" на обслуживание резервуара, где погиб сын истцов, претензий к директору школы не было.
В судебном заседании суда первой инстанции третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, В.С.И. против удовлетворения исковых требований возражала, пояснив, что в школе нет денежных средств на выплату истцам компенсации морального вреда, после гибели сына истцов сотрудники школы собрали им около 30 000 рублей, был организован поминальный обед.
В судебном заседании суда первой инстанции представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, отдела образования Администрации Викуловского муниципального района Южаков К.С. против удовлетворения исковых требований возражал, пояснив, что школой был заключен договор со специализированной организацией, которой по акту было передано оборудование, погибший ребенок находился под присмотром классного руководителя, считает, что в его смерти виновата как школа, так и специализированная организация.
Прокурор в своем заключении полагал об отсутствии оснований для удовлетворения иска в связи с имеющимся приговором суда от 26 февраля 2019 года В.С.И.
Судом принято указанное выше решение, с которым не согласились истцы, а также участвующий в деле прокурор в лице помощника прокурора Викуловского района Тюменской области.
Истцы И.Е.В., П.Е.Л. в своей апелляционной жалобе, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, просят его отменить и вынести справедливое решение. Повторяя доводы искового заявления, указывают, что суд не учел фактические обстоятельства причинения им морального вреда в связи со смертью единственного сына ФИО1, гибелью нерожденного ребенка в связи с выкидышем, а также публичный характер нарушения их прав, поскольку их сын ФИО1 погиб на территории школы в присутствии других учеников. Считают, что ответчик не представил доказательств отсутствия своей вины в причинении вреда здоровью истцам. Полагают, что вина ответчика подтверждена объективными доказательствами, оценка которым дана судом при рассмотрении уголовного дела. Ссылаются также на нарушение судом норм процессуального права, поскольку судьей был пропущен пятидневный срок изготовления решения, а также срок его направления сторонам по делу.
Помощник прокурора Викуловского района Тюменской области Спирина Н.С. в апелляционном представлении, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, просит решение отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов апелляционного представления указывает, что компенсация морального вреда уже взыскана в пользу истцов, признанных потерпевшими по уголовному делу, с виновного лица, являющегося должностным лицом МАОУ "Викуловская СОШ N2". Вина сотрудника школы установлена приговором суда, должностное лицо привлечено к уголовной ответственности за совершенное преступление. Считает, что поскольку истцы признаны потерпевшими по уголовному делу, предъявили гражданский иск в ходе уголовного разбирательства против виновного лица, таким образом, они в соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации воспользовались правом на получение возмещения, предъявив иск непосредственно к причинителю вреда, поэтому истцы должны нести бремя правовых последствий, включая утрату права на иск к работодателю.
Иными лицами, участвующими в деле, решение суда первой инстанции в апелляционном порядке не обжаловалось.
В судебном заседании при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции прокурором заявлено об отказе от апелляционного представления и прекращении апелляционного производства в данной части.
Истцы И.Е.В., П.Е.Л., представитель ответчика МАОУ "Викуловская СОШ N2", третье лицо В.С.И., представитель третьего лица отдела образования Администрации Викуловского муниципального района в судебное заседание при рассмотрении суда апелляционной инстанции при надлежащем их извещении о слушании дела не явились, об уважительности причин своей неявки не сообщили, ходатайств об отложении судебного заседания не заявили, на личном участии не настаивали. Судебная коллегия на основании ст.167, ч.1 ст.327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определиларассмотреть дело в их отсутствие.
Участвующий в деле прокурор Макарова Н.Т., поддержав отказ от апелляционного представления, в своем заключении полагала об отсутствии правовых оснований для отмены или изменения обжалуемого решения суда первой инстанции.
Обсудив доводы апелляционной жалобы, принимая во внимание отказ прокурора от апелляционного представления, заслушав заключение прокурора, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, как это предусмотрено частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным принять отказ прокурора от апелляционного представления с прекращением апелляционного производства в данной части, признавая доводы апелляционной жалобы истцов частично заслуживающими внимания, усматривает основания для изменения решения суда первой инстанции в части присужденного размера компенсации морального вреда в силу следующих мотивов.
Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1, который родился <.......> в с. Викулово Викуловского района Тюменской области, умер <.......> в с. Викулово Викуловского района Тюменской области, его родителями являлись П.Е.Л. и И.Е.В. (л.д. 10-12).
Приговором Викуловского районного суда Тюменской области от 26 февраля 2019 года суд признал В.С.И. виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначил ей наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев с лишением права занимать руководящие должности в сфере образования любых организационно-правовых форм на срок 2 года, условно, с испытательным сроком 2 года, возложил дополнительные обязанности, взыскал с В.С.И. в пользу потерпевшей И.Е.В. в счет компенсации причиненного морального вреда 500 000 рублей, в пользу потерпевшего П.Е.Л. в счет компенсации причиненного морального вреда 500 000 рублей.
Данным приговором суда установлено, что директор МАОУ "Викуловская СОШ N2" В.С.И., являясь должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в муниципальном учреждении, имея реальную возможность выполнить свои обязанности надлежащим образом, допустила эксплуатацию подземной канализационной ёмкости, предназначенной для ЖБО, без надлежащей приёмки объема и качества выполняемых работ подрядной организации, что не позволило своевременно обнаружить разрушение и обвал верхней плиты перекрытия накопительной ёмкости, в результате чего 13.09.2017 около 12 часов это привело в проекции обрушившегося участка перекрытия, к стремительному провалу находящегося над данным участком искусственного слоя грунта с уложенной на него тротуарной плиткой (брусчаткой), произошедшего во время учебных занятий, проходивших на территории школы, при проходе несовершеннолетнего учащегося ФИО1, <.......> года рождения, по указанному участку местности, в результате которого несовершеннолетний потерпевший ФИО1 через образовавшийся провал упал в канализационную емкость, наполненную жидкими бытовыми отходами, получив при этом телесные повреждения, не состоящие в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, и повлекло по неосторожности наступление смерти несовершеннолетнего ФИО1, которая наступила 13.09.2017 около 12 часов через непродолжительное время, на месте происшествия, в результате механической обтурационной асфиксии в результате закрытия дыхательных путей водой при утоплении (л.д. 13-41 оборот, 46-74 оборот).
Апелляционным постановлением Тюменского областного суда от 30 апреля 2019 года приговор Викуловского районного суда Тюменской области от 26 февраля 2019 года в отношении В.С.И. был изменен, исключено из описательно-мотивировочной части приговора указание суда об учете последствий преступления при решении вопроса о назначении наказания в соответствии со ст. 73 УК РФ, указание суда об учете при определении размера компенсации морального вреда, что совершенное преступление по своему характеру посягает на жизнь и здоровье человека, В.С.И. назначено дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационнораспорядительных и административно-хозяйственных функций в государственных органах и органах местного самоуправления, на срок 2 года, в остальной части приговор оставлен без изменения (л.д. 75-81).
Приговор суда вступил в законную силу 30 апреля 2019 года.
Согласно представленным истцом медицинским документам И.Е.В. находилась в ЕБУЗ ТО "Областная больница N 4" (г. Ишим) Викуловская районная больница на обследовании 14 мая 2018 года, 03 июля 2018 года в ГБУЗ ТО "Перинатальный центр" г. Тюмени у неё произошел поздний индуцированный выкидыш на сроке беременности 21 неделя (л.д. 42-43), что также подтверждается полученными по запросу суда историей родов, обменно-уведомительной картой, индивидуальной картой беременной и родильницы И.Е.В. (л.д.131-137, 169-171).
Согласно полученным по запросу суда копиям Устава МАОУ "Викуловская СОШ N 2" является муниципальным автономным учреждением, функции учредителя исполняет администрация Викуловского муниципального района в лице Отдела образования администрации Викуловского муниципального района (л.д.96- 105), что также подтверждается копиями решения Думы Викуловского муниципального района, Положения об Отделе образования администрации Викуловского муниципального района, выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, должностными инструкциями заместителя и директора учреждения (л.д. 107-119,149-164 ).
Разрешая спор, руководствуясь требованиями ст.ст.1064,1068, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 61, 100 Гражданского процессуального кодекса, разъяснениями, содержащимися в п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 года N6), учитывая характер причиненных потерпевшим И.Е.В. и П.Е.Л. физических и нравственных страданий, а также в соответствии с принципами разумности и справедливости, а также учитывая, что приговором суда с виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, В.С.И. в пользу каждого потерпевшего по уголовному делу И.Е.В. и П.Е.Л. в счет компенсации причиненного морального вреда взысканы суммы в размере 500 000 рублей, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований, определил размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика МАОУ "Викуловская СОШ N 2" в пользу каждого из истцов И.Е.В. и П.Е.Л. в размере 150 000 рублей 00 копеек. В связи с удовлетворением иска, суд, признав разумными в полном объеме фактически понесенных истцом И.Е.В. судебных расходов на представителя, взыскал их в её пользу с ответчика в размере 18 000 рублей.
Судебная коллегия в целом соглашается с выводами суда о частичном удовлетворении иска, поскольку разрешая заявленные требования, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, применил закон, подлежащий применению.
В силу ст.326 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в п.20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", лицо, подавшее апелляционную жалобу, а также прокурор, принесший апелляционное представление, вправе отказаться от апелляционных жалобы, представления в любое время до вынесения судом апелляционной инстанции апелляционного определения. Заявление об отказе от апелляционных жалобы, представления должно быть подано в суд апелляционной инстанции в письменной форме. Суд апелляционной инстанции принимает отказ от апелляционных жалобы, представления, если установит, что такой отказ носит добровольный и осознанный характер. Судом апелляционной инстанции выносится определение о принятии отказа от апелляционных жалобы, представления, которым прекращается апелляционное производство по соответствующим апелляционным жалобе, представлению. Прекращение производства по апелляционным жалобе, представлению в связи с отказом от них не является препятствием для рассмотрения иных апелляционных жалоб, представлений, если соответствующее решение суда первой инстанции обжалуется другими лицами.
Судебная коллегия, рассматривая заявление прокурора об отказе от апелляционного представления, принимая изложенные выше положения процессуального законодательства, полномочия прокурора, подавшего апелляционное представление, от отказ от него, добровольность и осознанность совершения указанного процессуального действия, что следует, в том числе, из статуса прокурора, полагает возможным принять отказ прокурора от апелляционного представления и прекратить апелляционное производство в данной части, при этом, также исходит из того, что такой отказ не противоречит закону и не нарушает права иных лиц.
Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре судебной практики, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года, факт привлечения к уголовной ответственности работника, вследствие действий которого потерпевшему причинен вред, не исключает и не препятствует удовлетворению иска о возмещении вреда за счет его работодателя в силу ст.1068 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Положения ст.1068 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают обязанность работодателя по возмещению потерпевшему в полном объеме вреда, причиненного его работником. При определении же компенсации морального вреда, причиненного преступлением, совершенным этим работником, в рамках законодательного регулирования учитываются непосредственно действия самого подсудимого, данные его личности, материального положения, деятельного раскаяния и т.п. обстоятельства, что не относится к юридически значимым обстоятельствам применительно к принципу полного возмещения вреда работодателем потерпевшему по смыслу ст.ст.1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом, работодатель в соответствии с трудовым законодательством вправе требовать возмещения ущерба со своего работника, последний в случае причинения ущерба в результате преступных действий, установленных приговором суда, действительно несет материальную ответственность в полном размере (пункт 5 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), вместе с тем, статья 250 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника, исключение составляет лишь в случае совершения преступления в корыстных целях. Снижение размера ущерба допустимо не только в случаях ограниченной, но и в случаях полной материальной ответственности (п.16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", Определение Верховного Суда Российской Федерации от 04 февраля 2019 года по делу N 18-КГ18-237). Указанное правовое регулирование не влияет и не исключает, как уже отмечалось выше, обязанность работодателя возместить вред потерпевшему в полном объеме.
Кроме того, положения ст.ст.150,151,1064,1068 Гражданского кодекса Российской Федерации не свидетельствуют о том, что потерпевший имеет права требовать возмещения ущерба исключительно либо с работодателя либо с его работника, действия которого образуют состав преступления, в уголовном порядке, не содержат четкого и очевидного понимания того, что потерпевший, предъявивший иск в уголовном деле, лишается права на возмещение ущерба за счет работодателя. Иными словами, законодательное регулирование не предоставляет потерпевшему достаточных гарантий от недопонимания порядка использования доступных средств правовой защиты и ограничений, вытекающих из их одновременного использования, формулировка приведенных положений закона не могла позволить заявителям уяснить, какие правовые выводы могут быть сделаны из правового выбора о предъявлении иска сначала к В.С.И., не давали оснований полагать, что их гражданский иск в уголовном деле может повлечь лишение права на предъявление иска к работодателю с целью получения более значительной суммы компенсации, чем уже присужденная ему за счет В.С.И., при том условии, что в новом разбирательстве уже присужденная ему компенсация была принята во внимание в целях определения того, получили ли истцы полное и адекватное возмещение. Таким образом, по мнению судебной коллегии, истцы вправе требовать компенсации морального вреда за счет МАОУ "Викуловская СОШ N2" и при том, что в их пользу приговором суда и в его пользу присуждено возмещение вреда за счет В.С.И.
Более того, и самое главное, как усматривается из материалов дела, не оспаривалось ответчиком, между сторонами и МАОУ "Викуловская СОШ N 2" имели место самостоятельные договорные отношения, в рамках которых ответчик обязался оказывать истцу общеобразовательные услуги в отношении их сына ФИО1, <.......> рождения, и безопасность ребенка во время учебного процесса и на территории образовательного учреждения. Неисполнение ответчиком последней обязанности привело к смерти ФИО1, утрате истцами своего единственного малолетнего сына.
Судебная коллегия находит выводы суда об удовлетворении иска в целом правильными, они подробно мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждены исследованными судом доказательствами, надлежащая оценка которым дана судом в решении, основаны на правильном применении норм материального права.
Таким образом, предметом апелляционного рассмотрения является решение суда первой инстанции обжалуемой истцами части, то есть в части размера присужденной судом денежной компенсации морального вреда.
Согласно ч.2 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.
Судебная коллегия признает доводы апелляционной жалобы истцом частично заслуживающими внимания.
В силу п.2 ст.150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, в том числе жизнь и здоровье, защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного материального права и характера последствий нарушения.
Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 от 20 декабря 1994 года (с последующими изменениями) "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных потерпевшему нравственных или физических страданий, степени вины причинителя вреда, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В абзаце 2 п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.
В соответствии со статьей 151, пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации определяется судом, при этом, суд не связан той величиной компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть из основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов, соответствие поведения участников правоотношений принятым в обществе нормам поведения.
Снижая размер заявленной истцом денежной компенсации морального вреда, суд первой инстанции, правомерно учел размер присужденной приговором суда компенсацию морального вреда истцом за счет В.С.И., вместе с тем, лишь формально сослался на характер причиненных И.Е.В. и П.Е.Л. физических и нравственных страданий, а определяя пределы разумного, исходил из необходимости соблюдения баланса с между максимальным возмещением ущерба и недопустимостью необоснованного обогащения потерпевших, из недопустимости поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение ущерба.
Как следует объяснений истцов, ранее семья в них была дружная, между ними и сыном были теплые и близкие отношения, они были привязаны друг к другу, утрата сына стала для них тяжелейшем событием в жизни, они перенесли тяжелую психологическую травму, от которой до сих пор не оправились, лишились любви и заботы со стороны сына, его внимания, в том числе, на будущее, в их старости, утрачены с сыном семейные связи, все это негативно отразилось на их душевном и физическом состоянии, у них нарушился сон, нормальная семейная жизнь, они испытали и испытывают по нестоящее время чувства тревоги, горя, подавленности, отчаяния, до настоящего времени не могут прийти в себя, вернуться к нормальной жизни.
Как следует из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля С.А.А., П.Е.Л. после утраты сына вследствие описанных вше трагических событий сильно изменился, стал угрюмым, молчаливым, потерял смысл свой жизни, при этом, при жизни сына много времени проводил с ним они все делали вместе, у истцов были планы на будущее, связанное с сыном.
Как следует из показаний допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля Н.Н.Ю., семья истцов до трагедии была дружная, после гибели их сына все кардинально поменялось, в семье напряженная обстановка, И.Е.В. медленно "сходит с ума", П.Е.Л. ходит потерянный.
Принимая во внимание указанные выше доказательства, не опровергнутые стороной ответчика, судебная коллегия учитывает характер нравственных переживаний, всю степень и глубину моральных страданий истцов в связи с преждевременной смертью их единственного малолетнего сына, последовавшей в возрасте восьми лет, который был для них смыслом жизни, объектом любви и заботы, продолжателем их рода, близость семейных связей, невосполнимость утраты в связи с гибелью сына, степень вины ответчика, не обеспечившего безопасное нахождение ребенка в образовательном учреждении во время учебного процесса, в связи с чем полагает возможным увеличить размер присужденной истцу компенсации морального вреда с учетом установленных выше обстоятельств до 400 000 рублей в пользу каждого из истцов, оснований для увеличения размера денежной компенсации морального вреда в большем объеме не усматривает. Утверждение подателя апелляционной жалобы о том, что суд не учел при определении размера компенсации морального вреда факт преждевременного выкидыша плода у И.Е.В., подлежит отклонению, поскольку истцом не представлено доказательств, что указанное обстоятельство, имевшее место 03 июля 2018 года (на сроке беременности 21 неделя), находится в причинно-следственной связи со смертью ФИО1, последовавшей <.......>, при этом, данная связь не является очевидной при том факте, что беременность И.Е.В. наступила после смерти ФИО1
Изменение решения суда первой инстанции в указанной выше части не влечет изменение обжалуемого истцами решения в части взысканных судебных расходов по правилам ст.98, ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Апелляционная жалоба иных доводов не содержит, иными лицами, участвующими в деле, решение суда в апелляционном порядке не обжаловалось. Руководствуясь положениями ч.2 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснениями, изложенными в п.24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", судебная коллегия не усматривает оснований для выхода за пределы доводов жалобы (абз.2 ч.2 ст.327.1 ГПК РФ).
В соответствии с частью 3 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 330 данного кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции. Из материалов дела следует, что таких нарушений судом первой инстанции не допущено.
Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Принять отказ от апелляционного представления прокурора на решение Викуловского районного суда города Тюмени от 19 августа 2019 года, апелляционное производство в данной части прекратить.
Решение Викуловского районного суда города Тюмени от 19 августа 2019 года изменить в части взысканных сумм компенсации морального вреда, принять в данной части новое решение.
Взыскать с Муниципального автономного образовательного учреждения "Викуловская СОШ N 2" в пользу И.Е.В. компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.
Взыскать с МАОУ "Викуловская СОШ N 2" в пользу П.Е.Л. компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.
В остальной части это же решение оставить без изменения, апелляционную жалобу истцов И.Е.В., П.Е.Л. - без удовлетворения.
Председательствующий: Корикова Н.И.
Судьи коллегии: Забоева Е.Л.
Хамитова С.В.


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка