Дата принятия: 04 марта 2020г.
Номер документа: 33-631/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 4 марта 2020 года Дело N 33-631/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:
председательствующего судьи Солоняка А.В.,
судей Долгополовой Ю.В. и Константиновой М.Р.,
при секретарях Шкляевой Ю.А. и Вахрушевой Л.С.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Ижевске 4 марта 2020 года гражданское дело по апелляционной жалобе представителя Нуриевой Г.Г. - Боголюбского В.В. на решение Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ, которым отказано в удовлетворении исковых требований Нуриевой Г. Г. к Фоминых А. А., Нуриевой Л. А. и Нуриевой В. Г. о признании отказа от наследства недействительным, признании Нуриевой Г. Г. принявшей наследство, о признании права собственности на часть наследства.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Долгополовой Ю.В., выслушав объяснения Нуриевой Г.Г. и ее представителя Боголюбского В.В., действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия 2 года, поддержавших доводы апелляционной жалобы, Нуриевой В.Г. и Фоминых А.А., возражавших против удовлетворения жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Нуриева Г.Г. обратилась в суд с заявлением о признании недействительным отказа от наследства, открывшегося после смерти ее сына - Н.А.С. Иск мотивирован тем, что ДД.ММ.ГГГГ от имени истца оформлен отказ от наследства по любому основанию после смерти ее сына - Н.А.С., умершего ДД.ММ.ГГГГ. На момент подписания данного отказа истец была введена в заблуждение ответчиками. В силу своего возраста (85 лет) истец имеет плохое здоровье, не знает законы, не может отстаивать свои права на причитающееся наследство. При подписании заявления об отказе от наследства ответчики уверяли, что оформление этого заявления всего лишь формальность, которая не влечет для истца никаких серьезных последствий. Кроме того, взамен отказа от наследства ответчики обещали купить однокомнатную квартиру с удобствами, обещали оказывать помощь, в том числе материальную. При оформлении отказа от наследства была создана обстановка поспешности и срочности, ответчики решилилишить истца наследства обманным путем. Если бы при подаче заявления об отказе от наследства были разъяснены последствия такого отказа, истец бы его не подписала. Ссылаясь на то, что была введена в заблуждение ответчиками, просила признать отказ от наследства недействительным.
В ходе рассмотрения дела истец уточнила и дополнила основания иска и предъявленные требования.
Указала, что после смерти ее сына открылось наследство в виде <данные изъяты> доли жилого дома с земельным участком по адресу: <адрес> другое имущество. Являясь инвалидом 1 группы, истец не имела возможности обратиться к нотариусу с заявлением о принятии наследства. В связи с чем ДД.ММ.ГГГГ ответчиками истцу было предложено отказаться от причитающегося ей наследственного имущества, а также дано обещание оформить на истца <данные изъяты> долю вышеуказанного жилого дома, поскольку ответчики в нем не нуждаются. Несмотря на плохое самочувствие истца, ответчики привезли ее к нотариусу, где истец подписала все документы, не читая их, поскольку имеет плохое зрение и не понимает значение подписываемых документов. Ссылаясь на положения статьей 177 и 179 ГК РФ, полагая, что оспариваемая сделка совершена под влиянием обмана, а в момент ее совершения истец не могла понимать значение своих действий и ими руководить, просила признать недействительным отказ от наследства и признать право собственности по закону на <данные изъяты> долю наследственного имущества за каждым наследником.
Впоследствии истец дополнила основания исковых требований, указав, что отказ от обязательной доле в наследстве не допускается законом, также в окончательном варианте исковых требований просила:
признать отказ от наследства от ДД.ММ.ГГГГ недействительным,
признать себя принявшей наследство после смерти сына -Н.А.С.,
признать право собственности по наследству по закону на <данные изъяты> долю наследственного имущества:
- <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>;
-земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>,
-<данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности и <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>;
-земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>.
В суде первой инстанции представитель истца - Боголюбский В.В., действующий на основании доверенности, доводы и требования, изложенные в иске, поддержал.
Ответчики Фоминых А.А. и Нуриева В.Г. иск не признали.
Истец, ответчик -Нуриева Л.А., третье лицо - нотариус Касимова Р.Ш., извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились. В соответствии со статьей 167 ГПК РФ дело рассмотрено без их участия.
Суд постановилвышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе представитель истца - Боголюбский В.В. просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное. Выражает несогласие с выводом суда об отсутствии доказательств порока воли истца при совершении отказа от принятия наследства. Считает данный отказ недействительной сделкой, поскольку законом установлен запрет об отказе от обязательной доли в наследстве. Ссылаясь на то, что истец совершила действия по фактическому принятию наследства, открывшемуся после смерти ее сына, считает установленным факт реализации ею права на вступление в наследство по закону.
Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия оснований для его отмены не усматривает.
Разрешая спор, суд первой инстанции правильно определилобстоятельства, имеющие значение для дела, правильно применил нормы материального права. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебного решения, судом не допущено.
Из обстоятельств дела следует и установлено судом первой инстанции, что Нуриева Г.Г. является матерью Н.А.С., умершего ДД.ММ.ГГГГ.
Нотариусом нотариального округа "<данные изъяты>" Касимовой Р.Ш. определен круг наследников Н.А.С. по закону:
- супруга Нуриева В. Г.,
- дочь Нуриева Л. А.,
- дочь Фоминых А. А.,
- мать Нуриева Г. Г..
В состав наследственного имущества вошли: квартира, расположенная по адресу: <адрес>; <данные изъяты> доля земельного участка и жилого дома, расположенные по адресу: <адрес>; жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>; автомобиль; земельный участок и садовый дом, находящиеся в г. Ижевске..
ДД.ММ.ГГГГ нотариусу Касимовой Р.Ш. поступили заявления от Нуриевой В.Г., Фоминых А.А., Нуриевой Л.А. и Нуриевой Г.Г. о принятии наследства.
В этот же день Нуриевой Г.Г. подано заявление об отказе по любому основанию от причитающейся ей доли на наследство после умершего сына -Н.А.С.
Изложенные обстоятельства подтверждены письменными доказательствами, по существу сторонами не оспариваются.
Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения предъявленного иска.
Как видно из искового заявления и заявлений об уточнении исковых требований истцом оспаривается отказ от наследства, открывшегося после смерти ее сына, в том числе по тем основаниям, что в момент его совершения она не могла понимать значение своих действий и руководить ими вследствие состояния здоровья.
Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом содержания приведенной выше нормы юридически значимыми обстоятельствами в данном случае являются наличие или отсутствие у истца психического расстройства в момент заключения оспариваемой сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений ее интеллектуального и (или) волевого уровня.
Для выяснения указанных обстоятельств судом первой инстанции по делу назначена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено Бюджетному учреждению здравоохранения и судебно-психиатрических экспертиз Удмуртской Республики "Республиканская клиническая психиатрическая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики".
Заключение экспертов доводы истца о пороке ее воли на совершение оспариваемой сделки не подтвердило, экспертами указано на необходимость разрешения поставленных перед ними вопросов в стационарных условиях психиатрической больницы, где возможно длительное наблюдение за испытуемой, проведение дополнительных необходимых обследований, исключение влияния ближайшего окружения (л.д. 142).
В суде апелляционной инстанции истец заявила о своем отказе от прохождения стационарной психиатрической экспертизы. В силу требований статьи 12 ГПК РФ судом апелляционной инстанции стороне истца разъяснены последствия отказа от прохождения указанной экспертизы, связанные с возможностью признания ее доводов о совершении сделки в состоянии, исключающем способность осознавать свои действия и руководить ими, недоказанными.
Вместе с тем правом на прохождение такой экспертизы истец не воспользовалась.
В связи с отсутствием доказательств, подтверждающих совершение истцом отказа от наследства с пороком воли, суд первой инстанции правомерно указал на недоказанность иска в этой части.
Также истцом в качестве правового основания иска указана статья 179 ГК РФ, при этом приведена редакция данной нормы, действие которой прекратилось с <данные изъяты>.
Поскольку отказ от наследства совершен истцом ДД.ММ.ГГГГ, то с учетом правил о действии закона во времени при разрешении данного спора подлежит применению редакция статьи 179 ГК РФ, действовавшая на дату совершения данной сделки.Представитель истца в суде апелляционной инстанции указал, что отказ от принятия наследства оспаривается истцом по основаниям его совершения под влиянием обмана.
В соответствии с пунктом 2 статьи 179 ГК РФ (в редакции, действовавшей на ДД.ММ.ГГГГ) сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Согласно пункту 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).
Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.
По смыслу статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
В нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств наличия у истца порока воли обусловленного обманом, находящимся в причинной связи с ее решением об отказе от наследства, а также наличие умысла ответчиков, совершивших, по мнению истца, обман, в материалы дела не представлено.
Из установленных по делу обстоятельств не следует, что, заявляя отказ от принятия наследства, Нуриева Г.Г. находилась под влиянием обмана, недобросовестных действий других лиц, следствием чего явилось бы ее неправильное мнение относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для истца существенное значение.
Обстоятельств того, что формирование воли истца на совершение сделки произошло не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий ответчиков, заключающихся в умышленном создании у нее ложного, искаженного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки, не установлено.
Показания допрошенных по делу свидетелей Х.А.С. и Я.И.М. сведений о совершении оспариваемой сделки под влиянием обмана не содержат. Более того, из показаний свидетелей следует, что очевидцами сделки они не являлись, об обстоятельствах ее совершения им известно со слов истца.
С учетом вышеизложенного основания для квалификации отказа истца от принятия наследства как сделки, совершенной под влиянием обмана, в том смысле, который этому придает статья 179 ГК РФ, в рассматриваемом случае отсутствуют.
Не подтверждено материалами дела заключение истцом оспариваемой сделки под влиянием заблуждения.
Согласно пункту 1 статьи 178 ГК РФ, в редакции, действовавшей на дату совершения истцом отказа от принятия наследства, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Наличие условий, предусмотренных выше приведенной нормой, для квалификации оспариваемой истцом сделки, как совершенной под влиянием заблуждения, по настоящему делу не установлено.
Особенности истца как личности, состояние ее здоровья, не свидетельствуют о совершении ею отказа от наследства под влиянием заблуждения, также как и не подтверждают наличие у нее неправильного представления относительно правовой природы сделки.
Доказательства того, что ответчиками совершались какие-либо действия, которые могли бы способствовать созданию у истца ложного представления о существе совершаемых ею действий, в материалы дела представлены не были.
Кроме того, из содержания заявления об отказе от наследства следует, что нотариусом разъяснены истцу последствия отказа от наследства, предусмотренные статьей 1157 ГК РФ о невозможности отмены отказа от наследства и взятии его обратно, а также о том, что отказываясь от наследства истец отказывается от всего наследства, в чем бы не заключалось и где бы не находилось наследственное имущество.
В заявлении указано, что его текст зачитан нотариусом истцу вслух и прочитан истцом до подписания, смысл и значение документа истцу ясны и полностью соответствуют ее намерениям. Заявление об отказе от наследства подписано лично Нуриевой Г.Г.
При установленных обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что доказательств, достоверно подтверждающих, что истец не имела воли на отказ от наследства, открывшегося после смерти Н.А.С., не представлено.
Доводы апелляционной жалобы о незаконности совершенной Нуриевой Г.Г. сделки, в связи с недопустимостью отказа от обязательной доли в наследстве являются несостоятельными в связи с нижеследующим.
В соответствии со статьей 39 "Основ законодательства Российской Федерации о нотариате" от 11 февраля 1993 N 4462-1 порядок совершения нотариальных действий нотариусами устанавливается настоящими Основами и другими законодательными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.
Из положений статьи 62 указанных Основ следует, что нотариус по месту открытия наследства в соответствии с законодательством Российской Федерации принимает заявления о принятии наследства или об отказе от него.
Согласно частям 1, 3 статьи 1157 Гражданского кодекса Российской Федерации наследник вправе отказаться от наследства в пользу других лиц (статья 1158) или без указания лиц, в пользу которых он отказывается от наследственного имущества. Отказ от наследства не может быть впоследствии изменен или взят обратно.
В силу пункта 1 статьи 1158 Гражданского кодекса Российской Федерации наследник вправе отказаться от наследства в пользу других лиц из числа наследников по завещанию или наследников по закону любой очереди независимо от призвания к наследованию, не лишенных наследства (пункт 1 статьи 1119), а также в пользу тех, которые призваны к наследованию по праву представления (статья 1146) или в порядке наследственной трансмиссии (статья 1156).
При этом, в силу абзаца 4 пункта 1 статьи 1158 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается отказ от обязательной доли в наследстве в пользу казанных лиц.
Как следует из разъяснений, содержащихся в подпункте "а" пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", при разрешении вопросов об осуществлении права на обязательную долю в наследстве необходимо учитывать, что право на обязательную долю в наследстве является правом наследника по закону из числа названных в пункте 1 статьи 1149 ГК РФ лиц на получение наследственного имущества в размере не менее половины доли, которая причиталась бы ему при наследовании по закону, в случаях, если в силу завещания такой наследник не наследует или причитающаяся ему часть завещанного и незавещанного имущества не составляет указанной величины.
По смыслу приведенных выше норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации право на получение обязательной доли в наследстве реализуется при наличии завещания, в котором лицо, обладающее правом на обязательную долю в наследстве, не указано.
В рассматриваемом случае, наследодатель не оставил завещание на случай своей смерти, наследники призывались к наследованию по закону, отказ от обязательной доли в наследстве истцом не заявлялся, в связи с чем оснований для применения положений закона о недопустимости такого отказа не имеется.
По изложенным основаниям не подлежит применению к спорным правоотношениям указанный в апелляционной жалобе подпункт "а" пункта 46 вышеприведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в соответствии с которым наследник, имеющий право на обязательную долю в наследстве, при его осуществлении не может отказаться от наследования по закону незавещанной части имущества (пункт 2 статьи 1149 ГК РФ).
Следует отметить, что отказ от наследства является волеизъявлением истца на возникновение тех правовых последствий, которые наступают в случае совершения наследником отказа от наследства в порядке, установленном законом. Поскольку нарушений требований закона при его совершении не допущено, обратное истцом не доказано, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении иска.
Доводы жалобы о фактическом принятии истцом наследства при заявленном ею отказе от наследства правового значения для разрешения спора не имеют. Фактическое принятие наследства не препятствует подаче заявления об отказе от него в установленный законом 6-ти месячный срок. Материалами дела подтверждено, что отказ от наследства заявлен истцом в течение 6 месяцев со дня смерти наследодателя, следовательно, право на принятие наследства у истца утрачено.
При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения решения суда, предусмотренных статьей 330 ГПК РФ не имеется, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.
Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Нуриевой Г.Г. - Боголюбского В.В. - без удовлетворения.
Председательствующий Солоняк А.В.
Судьи Долгополова Ю.В.
Константинова М.Р.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
